— Здравствуйте, мисс Форд, — поздоровалась проходящая медсестра.

— Здра-а-авствуйте, — ответила Си-Джей.

Медсестра мне улыбнулась, но ничего не сказала и не стала разглядывать — приятная перемена. Она, наверное, и так постоянно видит голые тела.

— Смотрю, тебя здесь везде знают, Кристал, — саркастически заметила я.

— Эй, для тебя я Си-Джей, девочка, — строго сказала она. — Назовёшь меня так снова — и в следующий раз твоя мать будет меня вылизывать.

Пожалуй, не стоит нарываться. Хотя её напоминание о том, что она заставила моего отца делать, вызвало желание снова разорвать ей лицо. Мы прошли дальше и оказались у ещё одной стойки регистрации, за которой сидела женщина в очках.

— Мисс Форд, — сразу узнала она Си-Джей. — Я слышала, вы здесь. Пришли навестить того пациента, о котором упоминали?

— Да, он не спит? — спросила Си-Джей.

— Кажется, да, и его мать сейчас с ним, — ответила регистраторша. — Думаю, она хотела бы поговорить с вами перед тем, как вы войдёте. Это возможно?

— Разумеется, — ответила Си-Джей. — Кстати, это Эми Джонсон. Помню, вы говорили, что присоединились к её маленькому клубу.

— О да, обожаю ваш сайт, мисс Джонсон, очень приятно увидеть вас лично.

— Спасибо, — вежливо сказала я, хотя мне было не до комплиментов.

— Вижу, ваша продукция отлично работает, мисс Форд, — заметила женщина, поднимаясь.

— Лучшее, что можно купить за деньги, — усмехнулась Си-Джей.

— Следуйте за мной, я приведу мать.

Мы пошли по коридору. По пути один из пациентов, выходивший из палаты, чуть не упал, увидев меня.

— Осторожнее, мистер Уилкс, — сказала регистраторша, проходя мимо.

Чёрт, надеюсь, он не сердечник. Миновав ещё несколько палат, мы остановились у одной с закрытой дверью. Регистраторша сказала подождать, а сама зашла внутрь.

— К кому мы пришли? — спросила я. — Там кто-то умирает?

— Ну, не умирает, нет, — покачала головой Си-Джей. — Вот расклад: там парень, член твоего сайта и большой поклонник. На днях он услышал, что ты в Портленде на игре «Блэйзерс», и они с другом поехали тебя искать. И действительно увидели, как ты шла по улице к «Гардену».

— Откуда ты это знаешь? — спросила я.

— Сейчас дойду, не перебивай. В общем, придурок за рулём решил развернуться, чтобы проехать мимо тебя ещё раз, но не посмотрел, делая разворот, и врезался в автобус. Лэнсу, парню в палате, раздробило ноги, и врачи не уверены, будет ли он снова ходить.

— Это ужасно! — почти закричала я. — Господи, надеюсь, вы собираетесь оплатить его счета.

— Ага, может быть, — пожала плечами Си-Джей.

— «Может быть»! — с отвращением переспросила я. — Если бы вы не заставляли меня заниматься этой хренью, он бы никогда не поехал меня искать и не оказался бы здесь.

— О, этого ты не знаешь, — спокойно возразила она. — Может, это по плану Судьбы, и с ним это случилось бы в любом случае.

— Ты больная.

— Эй, мы же пришли его подбодрить, разве нет? Его мать прислала нам письмо в четверг вечером — и вот мы здесь. Мы с Эм заботимся о людях больше, чем ты думаешь.

— Здесь точно есть какой-то умысел, — обвинила я.

— Ох, Эми, ты знаешь нас не так хорошо, как тебе кажется.

Тут дверь открылась, и вышла регистраторша, а за ней — женщина средних лет, выглядевшая очень уставшей. Её взгляд сразу же остановился на мне, и он не был приветливым. Я почувствовала, как желудок сжался от стыда и вины. Господи, что она обо мне думает.

— Мисс Форд, — начала регистраторша, — это миссис Картер, мать Лэнса. Миссис Картер, это Си-Джей Форд, сопровождающая Аманды Джонсон и член нашего попечительского совета. Прошу меня извинить, мне нужно вернуться на пост.

— Вы в совете? — спросила миссис Картер, переводя взгляд на Си-Джей. — Вы не выглядите очень взрослой.

— Я и не очень взрослая, — ответила Си-Джей. — Но когда ежегодно жертвуешь шестизначные суммы, тебе обычно дают руководящие должности. Вас предупредили, что мы приедем?

— Да, мне сказали, что она, возможно, придёт, — ответила миссис Картер и снова посмотрела на меня своим ледяным взглядом. — Полагаю, это меньшее, что вы можете сделать, учитывая, что мой сын пострадал, потому что они с другом смотрели на вас и не следили за тем, что делают.

— Мне очень жаль о несчастье с вашим сыном, — робко сказала я, чувствуя, как нервы зашкаливают. Мало того, что мне стыдно из-за аварии и приходится смотреть в глаза этой женщине, так ещё и стоять перед ней голой делает это в тысячу раз мучительнее. — Мне правда жаль, что это случилось, пока он меня искал.

— Представьте, что я почувствовала, когда узнала, чем он занимался, — холодно произнесла миссис Картер. — Мне сказали, что они пошли взять напрокат видеоигру. Когда я узнала, где это случилось, я была в недоумении, а потом поднялась к нему в комнату и нашла десятки распечатанных фотографий, разбросанных повсюду, — и на всех ты в точности в том же, что сейчас, то есть ни в чём. Когда я спросила его, он сказал, что влюблён в тебя и использовал кредитку отца, чтобы вступить в твой сайт. Судя по всему, ты очень популярна среди мальчиков в его институте, и он раздавал твои фотографии всем подряд.

Прекрасно, просто прекрасно.

— Мы не можем контролировать, что наши участники делают со своей жизнью, мэм, — вмешалась Си-Джей. — Это несчастье, но Аманда не виновата.

— А чего вы ожидали? — спросила миссис Картер, повышая голос и не сводя с меня глаз. — Ты бегаешь голой и выкладываешь свои фотографии в интернет — и не думаешь, что впечатлительные мальчики начнут как-то на это реагировать? И не надо мне про эту религиозную чушь, которую ты проповедуешь на сайте, — я ни на секунду не верю, что ты делаешь это по какой-то иной причине, кроме как покрасоваться и возбуждать молодых парней. Ты, наверное, целое состояние на этом делаешь.

— Она не зарабатывает ни цента, — снова вступилась Си-Джей. — Вся прибыль идёт на благотворительность, и, к вашему сведению, не обязательно верить в то, что она делает, но уверяю вас — это правда. Более того, она только что попросила меня как о личном одолжении, чтобы больница взяла на себя расходы на лечение вашего сына, и потому что я ей верю, я это сделаю.

Слава богу. Может, у Си-Джей и правда есть сердце.

— Вы можете это сделать? — недоверчиво спросила миссис Картер.

— Я в совете, — напомнила Си-Джей. — Я могу всё. Аманда здесь, чтобы помочь. Ей не всё равно — и на своих участников, и на людей вообще. Это была её идея прийти к Лэнсу. Надеюсь, вы не будете возражать?

— Если бы полностью зависело от меня, она бы близко к нему не подошла, — холодно сказала миссис Картер. — Но он хочет её видеть, а сейчас моя главная забота — чтобы сыну стало лучше, и если для этого нужно увидеть эту распутницу — пусть. Но пусть оплата счетов не меняет моего отношения к ней.

— Ничего страшного, мэм, — неожиданно для себя сказала я. — Вам не обязательно меня любить или верить мне. Я просто хочу помочь, если смогу.

— Хорошо, — согласилась миссис Картер. — Дайте мне минутку сказать ему, что вы здесь, и можете войти. Полагаю, попросить тебя что-нибудь надеть бесполезно?

— Она не может, — сказала Си-Джей. — Она обещала Богу.

— Ну-ну, — фыркнула миссис Картер, открывая дверь в палату. — Не знаю, что творится с миром.

— Заходим, Эми, — предложила Си-Джей. — Будь позитивной и постарайся его подбодрить. Никто не ждёт чуда.

Я была бы рада, если бы его мать хотя бы перестала меня ненавидеть, хотя я её не виню — на её месте чувствовала бы то же самое. Она наверняка думает, что я конченая шлюха, из-за которой её мальчик чуть не погиб, хотя на самом деле я ничего не делала.

Я вошла в палату под аккомпанемент писков и гудения больничной аппаратуры, и воздух был пропитан запахом чрезмерной стерильности.

— Вот она, — сказала миссис Картер сыну. — Помни, ты обещал не слишком волноваться.

Лэнс посмотрел на меня, и его глаза мгновенно зажглись при виде моей наготы. Это резко контрастировало с унылым видом его тела, подключённого к трубкам и в основном скрытого одеялами. Ноги неподвижно лежали под покрывалами, и меня передёрнуло от чувства вины. На лбу у него была большая повязка, закрывавшая неприятную царапину, и ещё несколько мелких ссадин на лице — его, похоже, изрядно потрепало.

— Ух ты, ты правда пришла, — сказал он слабым, хриплым голосом. — Боже мой, ты красивая.

— Спасибо, Лэнс, — улыбнулась я самой широкой улыбкой, какую смогла изобразить. — Я просто хотела убедиться, что ты в порядке. Я слышала, ты попал в тяжёлую аварию.

Меня удивило, насколько тепло и спокойно прозвучал мой голос, учитывая, что меня подташнивало от нервов. Чёртов гипноз. Проклятые стервы. Я подошла к его кровати и заставила себя смотреть ему прямо в глаза, которые, казалось, не верили в происходящее.

— Не верится, что ты пришла сюда голой, — ошеломлённо сказал он. — Тебе просто позволили так войти?

— Никто не остановил, — ответила я, стараясь удержать улыбку. — Я везде так хожу. Ты же знаешь, это моё призвание.

— Я знаю, так на твоём сайте написано, — сказал он, а его взгляд непрерывно метался вверх-вниз по моей груди. — Ты несешь бремя стыда, чтобы другие увидели свой собственный.

— Именно так там и написано, — согласилась я, стараясь не скрипеть зубами. — Но на самом деле я пытаюсь побудить людей поступать правильно, а не только так, как правильно для них самих.

— И хождение голой повсюду каким-то образом призывает людей к этому? — скептически спросила миссис Картер.

— О, мама, — упрекнул Лэнс. — Ты совсем не понимаешь сути.

— Знаешь, Лэнс, — вмешалась я, чувствуя потребность защитить его мать, — боюсь, что и ты, возможно, упустил суть.

Взгляд Лэнса вдруг перестал блуждать по моему телу и сменился с возбуждённого на озадаченный.

— Я слышала, что когда ты попал в аварию, вы с другом искали меня, потому что услышали, что я могу быть у «Роуз Гарден» в тот вечер. Это так?

— Да, — ответил он всё ещё с недоумением. — Мы даже видели, как ты шла, и посигналили. Но вокруг тебя была такая толпа, что мы не смогли сфотографировать, и решили развернуться, но движение было плотное, и мой друг за рулём потерял терпение и попытался сделать быстрый разворот, но не заметил автобус. И самое поганое — он вывернул так, что удар пришёлся на мою сторону, а не на его.

— Мы собираемся подать в суд на его родителей, — добавила миссис Картер. — Он пожертвовал моим сыном, чтобы спастись сам. Может, и в тюрьму сядет.

— Не очень-то круто с его стороны, — заметила Си-Джей. — Могу порекомендовать хорошего адвоката.

— Давайте вернёмся к Лэнсу, — вмешалась я. — То, что сделал его друг, безусловно, расстраивает, но я думаю, ему самому есть чему научиться из этой ситуации.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Лэнс, явно не понимая, куда я клоню. Да я и сама, честно говоря, не совсем понимала.

— Давай проверим, сможешь ли ты сам догадаться. Я задам тебе несколько вопросов, — сказала я, кладя руку поверх его и начиная её поглаживать. — Когда вы с другом поехали меня искать, ты сказал маме, куда направляешься?

— Ну... нет, — признался он с виноватым видом.

— А что ты ей сказал?

— Что мы поедем взять напрокат видеоигру.

— О. А почему ты так сказал?

— Потому что ей бы не понравилось, что я езжу искать голую девушку.

— Да, полагаю, большинству матерей не понравилось бы. Ты член моего сайта?

— Да, — ответил он, и гордая улыбка расплылась по его лицу.

— Правда? Ты заплатил сам?

— Что ты имеешь в виду?

— То, что спросила. Как ты получил доступ?

— По кредитной карте.

— И это была твоя карта?

— О... нет, отцовская.

— А почему не свою? — спросила я. — Ты ведь студент, должны водиться свои деньги — стипендия или подработка.

— Кое-что есть, — признался он. — Только своей кредитной карты у меня нет, а на сайте принимали только карты — наличкой в интернете не заплатишь.

— Значит, деньги всё-таки были, — заметила я. — Отца можно было просто попросить оплатить тебе подписку. А вместо этого ты решил взять его карту тайком?

Лэнс съёжился и не ответил, только пожал плечами.

— Значит, его разрешения у тебя не было? — уточнила я.

— Ну, вообще-то нет.

— О. Как же ты достал карту отца?

Он заметно смутился и, кажется, не хотел отвечать, но я не дала ему отвести взгляд, а когда он попытался, сжала руку крепче.

— Лэнс, как ты достал карту отца? — повторила я вопрос.

— Я стащил её у него из бумажника, пока он переодевался, и положил обратно, когда он не заметил. — Он едва мог смотреть на меня, произнося это.

— И ты использовал её для членства на моём сайте?

— Да, — стыдливо ответил он.

— Несмотря на то, что на сайте полно бесплатного контента?

— Да.

— Ты в курсе, что не только совершил кражу, стащив карту отца, но и мошенничество, использовав её? Это федеральное преступление. Ты мог попасть в огромные неприятности.

— Серьёзно?

— О да. То есть, по сути, ты говоришь мне, что любишь меня и принимаешь то, что я делаю, но при этом украл у отца, соврал матери и совершил федеральное преступление. Ты сказал, что моё призвание — указывать людям на стыд в их жизни, но своего не заметил. Пойми меня правильно: ты крутой парень, и я очень рада, что всё не кончилось хуже. Но, как я уже сказала, моя миссия — делать правильные вещи, и, боюсь, ты упустил эту часть моего послания.

— Я, кажется, и правда упустил, — слабым голосом произнёс он, и его глаза наполнились слезами. — О господи, прости меня, мама.

— Я знаю, сынок, — мягко ответила миссис Картер, сжав его другую руку. — Я просто благодарна, что ты жив и поправишься.

— А самое главное, — продолжила я, чувствуя, что вошла во вкус, — это то, что ты осознал свою ошибку и попросил прощения. Я тебя прощаю, твоя семья тебя прощает, и, верю, Бог тоже. И очень важно, что ты получил шанс усвоить этот урок и не погиб. А теперь пообещай мне, что очень постараешься восстановиться.

— Если пообещаю, ты придёшь меня навестить?

Я бросила взгляд на Си-Джей, которая кивнула.

— Ну, ты должен пообещать в любом случае. Но да, я приду ещё.

— Она также покроет все больничные счета, Лэнс, — сказала миссис Картер с самым приятным выражением лица, которое я у неё видела. — Тебе стоит её поблагодарить.

— Правда? Вот это да, спасибо! — благодарно сказал он. — Чёрт, ты ещё круче, чем я представлял. Я с первого взгляда на сайте понял, что ты другая, не просто порно-девка.

— Вот и покажи свою благодарность, поправляясь, — сказала я, снова сжав его руку. — Кстати, как его ноги? Ему больно?

— Врач сделал мне укол незадолго до вашего прихода, — сообщил Лэнс. — Боли я не чувствую. Но врач говорит, что ноги сильно раздроблены.

— Он считает, что есть серьёзное повреждение нервов, — объяснила миссис Картер. — Сказал, что со временем и физической терапией есть шанс, что он сможет нормально ходить, но это будет трудно.

— Чувствительность в ногах есть? — спросила Си-Джей, подходя.

— С тех пор как я очнулся здесь пару дней назад — нет, — ответил Лэнс. — И пошевелить тоже не могу.

— Дерьмово, — вырвалось у меня. — Мне жаль, что это случилось с тобой, Лэнс.

— Ты не виновата, — мягко сказал он. — И всё же это круто, что ты пришла. Можно нам сфотографироваться?

— Конечно, — ответила за меня Си-Джей. — Она может даже присесть к тебе на кровать. Если вы не против, мэм?

Миссис Картер не была в восторге от этой идеи, но когда Лэнс стал её умолять, она дала добро. Хоть мне и было чертовски неловко, я заставила себя забраться на кровать и лечь рядом с Лэнсом, стараясь не сделать ему больно — по сути, прижалась к нему. Его взгляд прошёлся по всему моему телу вниз и обратно вверх.

— Мне снилось, как мы это делаем, — произнёс Лэнс. — Только не в больнице.

Си-Джей достала из сумки цифровую камеру и навела на нас. Уже почти нажав на спуск, она вдруг остановилась.

— Почему бы тебе не положить руку ему на ногу, — сказала она мне, опуская камеру. — А он положит руку на твою. Будет интимнее.

— Что? — переспросила я, не понимая.

— Поверь мне.

Мы сделали, как она просила: я положила свободную руку на одну из его ног, что было довольно странно, потому что она была раздроблена.

— Чувствуешь? — спросила я.

— Нет, — деловито ответил он. — Но мне нравится, что ты её трогаешь.

— Лэнс, — строго сказала мать, — будь джентльменом.

— Так, улыбочку, — скомандовала Си-Джей и сделала несколько кадров.

И тут — после третьего снимка — его нога вдруг дёрнулась под моей рукой.

— Что за...?! — громко вскрикнула я и отдёрнула руку.

— О боже, я это чувствую! — закричал Лэнс, и его рука метнулась от моей к его ноге. — Я чувствую! Как жжение, и оно распространяется дальше по ноге!

— Что значит «чувствуешь жжение в ноге»? — в шоке воскликнула миссис Картер.

— Я хочу сказать, я что-то чувствую там, мама! — ответил Лэнс, сам не веря в происходящее.

— Господи, Лэнс, ты в порядке? — поспешно спросила я, отодвигаясь и соскальзывая с кровати.

— Странно... но я чувствую жжение в обеих ногах, — сообщил он голосом, в котором смешались ужас и восторг.

— Что, чёрт возьми, ты сделала, Эми? — спросила Си-Джей, опуская камеру и подходя ко мне.

— Я просто дотронулась до его ноги, как ты просила, — ответила я в панике.

— Нужно было осторожно.

— Я была осторожна, Си-Джей. Я едва прикоснулась. — Господи, пожалуйста, только бы я не сделала хуже бедному парню.

— Лэнс, милый, тебе больно? — спросила мать.

— Вроде того, — ответил он, — но не слишком. Такое ощущение, что её разбудили... вернули к жизни. Я чувствую до самых пальцев ног.

— Я позову врача, — сказала миссис Картер и выбежала из палаты. Кажется, можно было нажать кнопку, но, видимо, она не хотела ждать.

— Ты прямо сейчас это почувствовал? — спросила Си-Джей.

— Да, — кивнул он. — Через несколько секунд после того, как Аманда положила руку на мою ногу.

— О боже, мне так жаль, Лэнс, — извинилась я. — Я думала, ты ничего не чувствуешь, иначе не трогала бы.

— Это я велела, Лэнс, — вмешалась Си-Джей, — можешь винить меня.

— Я никого не виню, — возбуждённо воскликнул он. — Впервые за столько дней я хоть что-то чувствую в ногах. Я счастлив, что они что-то ощущают.

Это было слишком странно. Почему, чёрт возьми, его ноги вдруг обрели чувствительность, когда пять минут назад они ничего не чувствовали? Как простое прикосновение моей ладони могло вернуть им чувствительность? На ощупь нога была сильно повреждена. Ничего не понятно, — хотя пора бы привыкнуть, но это странность совершенно иного уровня.

— Погоди-ка, давайте уточним, — задумалась Си-Джей. — Твои ноги ничего не чувствовали, пока Эми не прикоснулась к одной из них?

— Чувство пришло через несколько секунд, но да, это был первый раз, — ответил он, морщась от новых ощущений.

— И ты чувствуешь обе ноги? — спросила она.

— Да, и становится сильнее, — ответил он, и на лбу выступила испарина. — Как будто она вернула их к жизни.

— Правда? — сказала Си-Джей, и на её лице расплылась хитрая ухмылка. — Ого.

Господи, она же не может серьёзно думать, что моё прикосновение каким-то образом заставило их ожить? Хотя погодите — это же идеально, это точно план! Она пытается выставить меня целительницей! Но как? Если бы не искренние эмоции на лице Лэнса, я бы подумала, что он подставной, но этот взгляд слишком реален. Надо проверить.

— Можно мне ещё раз дотронуться до твоей ноги, проверить, чувствуешь ли? — спросила я.

— О, можешь трогать сколько хочешь, — ответил он с улыбкой, тяжело дыша. — Пока ты только помогаешь.

Я потянулась и осторожно провела рукой по той же ноге — и почувствовала, как она дёрнулась.

— Ай, чёрт! — вскрикнула я, отдёрнув руку. — Ты это почувствовал?

— О да! — громко ответил он. — Вот теперь жжёт ещё сильнее.

— О боже, прости, — выпалила я.

— Нет... это... даже лучше, — заикаясь, произнёс он. — Невероятно.

Ладно, не думаю, что он притворяется. Проверим ещё раз.

— Ого, — громко сказал он, когда я коснулась его стопы, пока он не смотрел, — я почувствовал, и это была стопа.

— Хвала Господу! — радостно воскликнула Си-Джей. — Возможно, только что случилось чудо.

Это невозможно. Всё это розыгрыш. Господи, это должно быть так.

Дверь распахнулась, и в палату ворвались миссис Картер, за ней врач и пара медсестёр.

— Мама, всё ещё жжёт, — сообщил Лэнс, пытаясь сесть. — Я даже стопы чувствую.

— Расскажи врачу, дорогой, — сказала миссис Картер, подходя к кровати.

— Что именно произошло? — спросил врач у всех нас.

— Эта молодая леди, — миссис Картер указала на меня, — сидела рядом с ним на кровати, чтобы сфотографироваться...

— Кто вы, мэм, и где ваша одежда? — остановил её врач, обращаясь ко мне.

— Она со мной, — ответила Си-Джей прежде меня. — Мы навещаем больного друга. А по поводу второго вопроса — она не носит одежду.

— О, мисс Форд, — узнал её врач. — Я вас не заметил. Так вы лежали вместе, и что потом?

— Потом она положила руку на мою ногу, — продолжил Лэнс, — и через несколько секунд я почувствовал это... жжение.

— В ноге? — спросил врач.

— Да, — ответил Лэнс. — Словно её зажгли, и ощущение стало распространяться вниз, а через минуту перешло на другую.

— Этого не должно быть, — покачал головой врач. — Рентген показал серьёзное повреждение нервов в нижнем отделе позвоночника. Вы не должны были ничего чувствовать, во всяком случае сразу.

— Я и не чувствовал, пока она не прикоснулась, — сообщил Лэнс и улыбнулся мне.

— Как именно вы прикоснулись? — спросил врач.

— Я положила ладонь ему на ногу, и всё, — ответила я.

— Это лишено смысла, — продолжал качать головой он. — Насколько далеко уходит чувствительность, Лэнс?

— До самых стоп. Я даже пальцы чувствую.

— Можешь пошевелить одним?

— Попробую.

Мы смотрели, как лицо Лэнса исказилось от усилия, а затем просияло от радости, когда один из пальцев медленно шевельнулся под одеялом.

— Чёрт возьми! — закричал Лэнс, а его мать ахнула от счастья.

Я чуть не села на пол от шока. Это слишком странно, здесь точно что-то не так. Я посмотрела на Си-Джей, которая с трудом сдерживалась, чтобы не запрыгать. То, что она выглядит такой счастливой, вызывает у меня большие подозрения.

— Мисс Форд, не сочтите за грубость, но я попрошу вас и вашу спутницу подождать снаружи, пока я осмотрю это подробнее, — сказал врач.

— О, без проблем, — ответила Си-Джей. — Мы не хотим мешать. У нас скоро встреча, но держите нас в курсе его состояния, хорошо, док?

— Вы же не уйдёте, не попрощавшись? — жалобно спросил Лэнс. — Вы ведь придёте ещё? Вы обещали.

— Конечно, придёт, — успокоила его Си-Джей. — Она держит обещания.

— И ты свои сдержи, — сказала я, снова взяв его за руку. — Поступай по совести. Я очень надеюсь, что это хороший знак и ты поправишься.

— Я тоже, — благодарно сказал он. — Огромное спасибо, что пришли.

— Пожалуйста, — сказала я и, наклонившись, поцеловала его в лоб. — Я буду о тебе молиться.

Я подняла взгляд на его мать, которая беззвучно произнесла «спасибо» и даже намекнула на улыбку. Видимо, чтобы завоевать её расположение, мне нужно было всего лишь чудесным образом исцелить её сына. Если бы я и правда это сделала.

— Я пришлю вам по почте фотографии, — сказала Си-Джей, уводя меня. — Берегите его, доктор, а то...

— Разумеется, мисс Форд, — уверенно ответил врач.

Си-Джей вывела меня в коридор и направилась к лифту.

— Си-Джей, что, чёрт возьми, сейчас произошло? — обвинительно спросила я.

— Что значит «что произошло»? — фыркнула она. — Произошло то, что ты видела: ты исцелила парню ноги прикосновением.

— Как такое, блин, возможно? — потребовала я ответа.

Но прежде чем ответить, она втащила меня в лифт и закрыла двери.

— Да-а-а-а! — радостно закричала Си-Джей, прыгая и хлопая в ладоши. — Да! Сработало! Чёрт возьми, это было прекрасно!

— Что сработало? — снова потребовала я, чувствуя тошноту от её ликования.

— О, звёздочка, теперь ты станешь по-настоящему великой, — воодушевлённо сказала она. — Люди со всего мира будут ездить, чтобы хоть мельком тебя увидеть. Это было идеально.

— Он правда был ранен? — резко спросила я. — Это всё было представлением?

— Это не было представлением, Эми, — заверила она. — Хочешь, покажу рентгеновские снимки? Нет, сейчас он, наверное, чувствует, будто к нему прикоснулся Бог — или, по крайней мере, сексуальный голый ангел, который вылечил его раздробленные ноги.

— Как? — настаивала я. — Как я вылечила его ноги простым прикосновением?

— Чудеса современной науки, дорогуша, — ответила она, пританцовывая. — Мы занимаемся не только косметикой и витаминами. Слыхала фразу «деньги в медицине»? Мы вывели исследование стволовых клеток на совершенно новый уровень — такой, что Буш обделался бы от количества использованных нами эмбрионов. Тот укол, который врач сделал ему до нашего прихода, — это то, над чем мы работали годами, и, чёрт побери, работает отлично.

— Вы изобрели лекарство от паралича? — невероятно переспросила я. — Из всех учёных в мире вы двое нашли лекарство?

— Наш персонал — да, — подтвердила она, продолжая танцевать. — Удивительно, что можно сделать, когда не следуешь дурацким законам, а просто идёшь напролом. Ты — живое тому доказательство.

— Ты ещё безумнее, чем я думала, — холодно сказала я. — Вы заходите слишком далеко.

— Думаю, Лэнс бы не согласился, — возразила она. — Его мать тоже выглядела довольно благодарной. Он снова сможет ходить благодаря нам.

— Его бы здесь не было, если бы не мы, — отрезала я. — Он искал меня, помнишь? Вы хотя бы используете это медицинское чудо во благо?

— В наше благо, — рассмеялась она. — Когда нужно будет кого-то исцелить — используем. Но в FDA мы это точно не отдадим: они будут утверждать годами, а к тому времени все всё украдут. Нет, будем применять точечно.

Меня затошнило. Они заходят с этой историей про божью девушку слишком далеко. Господи, я должна вырваться отсюда и сбежать от них, иначе это превратится в огромный кошмар.

Я тщетно пыталась вразумить Си-Джей, когда мы уже были в машине и ехали неизвестно куда. Я пыталась сказать ей, что их опыты с Лэнсом — это вмешательство в природу и силы, которые им неподвластны, но она лишь рассмеялась и сказала: «Хорошая попытка, звёздочка. Думаю, с силами природы мы как-нибудь справимся». Я не могла представить, как можно быть настолько самонадеянной, чтобы спокойно творить то, что они с её белокурой подельницей творят. Я бы с ума сходила от паранойи, гадая, когда меня поймают. Господи, хоть бы их поймали. Хоть бы Маргарет и правда смогла мне помочь и упрятать этих двоих. Чёрт, что мне делать со Скоттом? Он думает, что поможет мне, но если Маргарет права, то Скотт идёт прямо в ловушку. Господи, как я вообще оказалась в этом кошмаре и почему именно я? Я большую часть жизни просто пыталась выжить, не нарываясь на неприятности, а теперь, не сделав ничего, стала центральной фигурой какого-то извращённого плана превратить меня в голую христианку, которая исцеляет людей, как Иисус, — только Иисус был настоящий, а моим шоу заправляет парочка дьяволов, использующих чёрную магию.

— Можешь сказать, куда мы едем? — спросила я Си-Джей, оставив попытки её переубедить.

— Встречаемся с Эм в салоне в Ньюберге, — ответила она, глядя на дорогу. — Будем готовить тебя к сегодняшнему вечеру, да и сами немного прихорошимся, хотя нам это и не особенно нужно.

— Можешь уже сказать, кем я буду?

— Пока нет, узнаешь через пару часов. Волнуешься по поводу вечеринки?

— Э... нет, — удивилась я вопросу. — Я не волнуюсь ни по какому поводу из всего этого, меня от всего этого тошнит.

— Но ты всё-таки что-то наденешь — наверное, ждёшь этого с нетерпением.

— Не могу сказать, что жалуюсь на это. — И правда: даже если наряд будет нелепым или позорным, это хоть что-то, что меня прикроет.

— Вот и хорошо. Насладись этим как следует, потому что это будет последнее, что ты наденешь на долгие годы, вероятно, лет до тридцати пяти.

О Господи. От одной мысли желудок скручивает. Как я смогу жить голой так долго? Никогда ничего не надеть, проводить так все праздники и лето, не говоря уже о том, чтобы ходить в институт без одежды каждый день до самого выпуска. Господи, если Ты меня слышишь, пожалуйста, останови это.

Вскоре мы добрались до Ньюберга — маленького спального городка, чьё главное притязание на славу в том, что президент Гувер жил здесь в десятилетнем возрасте в конце XIX века. Проехав немного по городу, мы свернули на парковку перед большим салоном под названием «Vanity Center».

— Чёрт, кажется, Эм ещё нет, — сказала Си-Джей вслух. — Давай быстренько ей звякнем. Зайди внутрь и подожди меня, я через минуту.

— Я не хочу заходить туда одна... вот так, — испуганно сказала я, чувствуя нарастающую панику.

— Там знают, что ты придёшь, — заверила она. — Всё будет хорошо.

— Можно я подожду, пока ты позвонишь Эмили? Пожалуйста?

— Ты сама доехала до Юджина, сладенькая, думаю, пройти несколько метров до салона ты осилишь. К тому же я могу смотреть и убедиться, что ты нормально дошла.

— Что мне им сказать?

— Скажи: «Я здесь», — поддразнила она. — Я же говорю, тебя ждут.

— Они знают, что я буду голая?

— Узнают, когда увидят, — она рассмеялась. — Конечно, знают, это наши друзья. Но, кстати, они не знают всех подробностей — считают, что ты всё это делаешь по своей воле, — придерживайся этой линии.

— Пожалуйста, можно я просто подожду? — взмолилась я.

— Хватит ребячиться, иди внутрь, я на пару минут.

— Я тебя ненавижу, Си-Джей.

— А я тебя люблю. Давай, кыс-кыс, секси.

Я глубоко вздохнула и попыталась представить, что одета. Не вышло: как только я вышла из машины, раздались гудки клаксонов. К счастью, она припарковалась прямо перед входом, так что я смогла быстро метнуться к двери, хотя и заколебалась на мгновение: кто знает, что ждёт внутри. К моему облегчению, я оказалась в пустом холле с рядами пустых кресел и стойкой регистрации без персонала. Отлично, я просто постою здесь, пока Си-Джей не войдёт, и не буду ни о ком волноваться.

— О боже мой! — раздался жизнерадостный голос рядом, и я не заметила, как из боковой двери вышла девушка. — Ты пришла, я так рада!

Я обернулась и увидела блондинку лет двадцати с небольшим, чрезмерно загорелую и чрезмерно накрашенную. Она не была некрасивой, но выглядела несколько перегруженной, хоть и одетой в скромный свитер и джинсы.

— Привет, я Дебби Уолтерс, — представилась она, протягивая руку. — Должна сказать, я очень ждала встречи с тобой, Аманда. Обожаю твой сайт, ты такая смелая. И это так круто, что Эмили и Си-Джей помогают тебе и заботятся, чтобы ты могла этим заниматься, — к тому же они дали мне бесплатное членство. Для меня большая честь делать тебе сегодня причёску.

— Спасибо, — сказала я, пожимая её руку и гадая, что она будет делать с моими волосами.

— Где Эм и Си?

— Си-Джей в машине, звонит Эмили, — нервно ответила я, указывая на парковку. — Через минуту зайдёт.

— О, хорошо, — радостно сказала Дебби. — Я ещё кое-что доделываю в задней комнате и заканчиваю с другой клиенткой, но если хочешь подождать здесь, я через минутку-другую тебя провожу. Хорошо?

— Да, конечно, — согласилась я, довольная перспективой побыть одной.

— Угощайся кофе или чаем, если хочешь, — добавила она, уходя.

— О, не надо, — ответила я, помня, что случилось вчера с кофе. Если бы он и правда был противоядием, как я думала... Ну, по крайней мере, теперь я знаю наверняка.

Когда она ушла, я подошла к окну и посмотрела на Си-Джей, всё ещё сидевшую в машине с телефоном. Господи, сколько можно спрашивать, где Эмили? Наверное, обсуждают больницу. Тут на парковку лихо въехала красная спортивная машина, из которой выскочили еще две блондинки и направились к двери салона. Я не могла не заметить, какими развратными и грудастыми они выглядели, и через секунду обе ворвались внутрь.

— Ну не удача ли? — сказала одна, едва увидев меня. Она была в облегающей кожаной куртке поверх обтягивающего топа, облепившего её большие искусственные груди, и в узких чёрных лосинах. — Чёрт, Тора, ты была права: это та самая Иисусова стерва.

Чёрт, её тон мне не нравится. Она злая.

— Я же говорила тебе, Тоша, что это она, — таким же угрюмым тоном ответила вторая, одетая в короткий топ и джинсы. — И смотри, стоит тут голая посреди салона, как послушная шлюшка.

О чёрт, поторопись, Си-Джей. Мне это не нравится.

— Мы знакомы? — робко спросила я, начиная всерьёз пугаться.

— Вряд ли, но мы тебя знаем, сучка, — выпалила Тоша, — и многие другие, к сожалению.

— Ага, как и наша клиентура, — жёстко добавила Тора. — Точнее, то, что от неё осталось.

— Я не понимаю, — растерянно сказала я. Господи, да где же Си-Джей?

— Благодаря тебе и твоему трюку бегать голой ради Бога куча наших клиентов вдруг бросили нас ради тебя, — объяснила Тора, сверля меня взглядом.

— Ага, они решили, что раз ты отдаёшь деньги и делаешь так называемые добрые дела, то им спокойнее вожделеть тебя, — добавила Тоша. — Как будто они успокаивают совесть, дроча на тебя, вместо того чтобы дрочить на работящих женщин вроде нас. Ты хоть представляешь, сколько денег ты нам стоила?

— Э... нет, — слабо ответила я.

— Скажем так, счёт идёт на тысячи, — зло сказала Тора. — Это серьёзный удар, а мне ещё за машину платить.

— Все клиенты ушли? — спросила я.

— Нет, но большая часть, и нам это очень не нравится, — продолжала свою тираду Тора. — Мы вдвоём очень много работаем над этим сайтом и из кожи вон лезем, чтобы угодить нашим участникам. А тут появляешься ты и начинаешь их уводить, потому что ты якобы такая невинная и чистая. Вот что я тебе скажу... Я видела твой сайт. Ты просто дразнилка, которая ловит кайф, изображая застенчивость и выставляя свою жирную задницу, а вся эта благотворительность — лишь для привлечения внимания.

— Я... не понимаю, о чём вы, — запинаясь, пробормотала я. Господи, хоть бы кто-нибудь зашёл.

— Нет, понимаешь, и тебе стоит усвоить: не лезь в чужую формулу, — повысила голос Тора, и я удивилась, почему никто не вышел из задней комнаты. — Хочешь быть шлюхой — будь шлюхой, но не изображай невинность и не пытайся убедить людей в том, чем ты не являешься. С какой стати Иисусовой фанатичке бегать голой? Ты, наверное, даже не девственница.

— Ну, может, и девственница, — заметила Тоша, разглядывая мой пах. — Выглядит нетронуто.

— Зато наверняка отсасывает большие члены, — добавила Тора.

— Послушайте, — начала я в надежде их утихомирить, — я не знаю, чего вы от меня хотите, но у меня и в мыслях не было переманивать клиентов с вашего... э... сайта. Я просто делаю то, что, как мне кажется, должна, и пытаюсь побуждать людей к добрым поступкам. И для ясности: я никогда не сосала большие члены, или какие-либо другие, и в ближайшее время не планирую. Это оставлю вам.

— Что! — взревели они хором.

— Нет, она этого не говорила, — произнесла Тора, сжимая кулаки. — По-моему, эту девку надо проучить.

Чёрт, зачем я добавила последнюю фразу.

— Я тоже так думаю, — согласилась Тоша.

— Я не это имела в виду! — Господи, где Си-Джей?

— Плевать, что ты имела в виду, ты меня бесишь, христианская шлюха, — сказала Тора, надвигаясь на меня.

— Ого, Эми, заводишь друзей? — раздался голос Си-Джей, которая вошла в дверь с ухмылкой. — Надо сказать, термин «христианская шлюха» я слышу впервые.

— Си-Джей? — в унисон выдохнули Тора и Тоша, словно не веря, кто перед ними.

— Привет, девчонки, — тепло улыбнулась Си-Джей. — Давно вас не видела. Как поживаете? Стали теми профессиональными декораторами, о которых мечтали в институте?

Обе блондинки смотрели на Си-Джей, словно в гипнотическом шоке. Стоило им её увидеть, как вся их враждебность ко мне испарилась — выражения лиц говорили, что они видят привидение.

— Эм... — нервно начала Тоша, — думаю, ты знаешь, что мы не пошли по этому пути.

Си-Джей хлопнула себя по лбу, словно запамятовала:

— Ах да, вы же подсели на кокаин и стали стриптизёршами. Чёрт, забыла, давно это было. В общем, я слышала, как вы назвали мою девочку «христианской шлюхой», — должна отдать вам должное, для меня это новинка. Запатентуйте, вдруг Бог и вас призовёт к миссии стыда, как Эми, и вам придётся открыть бизнес. Кстати, в наши дни на вас есть хороший спрос — можно и осведомлённость повышать, и деньги зарабатывать, став первыми настоящими христианскими шлюхами.

— Э... — замялась Тора, — я не имела в виду буквально «христианская шлюха», это скорее в переносном смысле, а честно говоря, я вообще ничего такого не имела в виду. Просто вспылила, потому что мы теряем деньги в нашем... бизнесе на прошлой неделе, и значительные суммы, и мы уверены, что во многом из-за неё и её чистого имиджа.

— Правда? — Си-Джей приподняла бровь. — Интересно, с чего вы так думаете.

— Наши клиенты говорят, что из-за того, что она отдаёт деньги на добрые дела и выглядит такой невинной, у них нет чувства вины, которое они испытывают, когда платят за просмотр... нашего выступления, — объяснила Тоша. — Они считают, что их деньги лучше тратятся на неё, а некоторые даже думают, что смогут списать это с налогов.

— О боже, я об этом не подумала, — просияла Си-Джей. — Ну, это же здорово: мы давим на совесть этих извращенцев, и они слетаются к нам.

— Вы с ней в бизнесе? — спросила Тоша, указывая на меня.

— Она и есть бизнес, дорогуша, — ответила Си-Джей, — а я просто слежу, чтобы всё шло гладко.

— Ты на этом зарабатываешь? — допытывалась Тоша.

— Чёрт, нет, — решительно заявила Си-Джей. — Денег мне хватает. Я получаю прибыль из множества других источников. Миссия Эми — просто моя страсть, я это делаю бесплатно.

— Ладно? — Тора, казалось, была сбита с толку. — Ну, я рада, что у тебя всё получается, Си-Джей... но так называемый крестовый поход твоей подопечной серьёзно портит нам... заработок.

— Да, погано, что это вредит вашему порносайту, — притворно посочувствовала Си-Джей. — Знаете что, раз уж мы старые знакомые, я, пожалуй, воспользуюсь вашей идеей про «христианскую шлюху».

— Си-Джей, это не идея... — начала Тора, но та оборвала её:

— Я попрошу своего юриста оценить ваш сайт, и мы добавим двадцать процентов сверху и выкупим его у вас.

— Си-Джей, мы... — попыталась вмешаться Тоша.

— Конечно, мы захотим нанять вас, чтобы вы продолжали быть звёздами сайта, — продолжала Си-Джей, не обращая внимания. — Мы обеспечим вам хорошую зарплату, чтобы вы могли продолжать жить как прежде. Подпишете многолетний контракт, но не волнуйтесь, с хорошими бонусами за определённые показатели. Правда, сайт придётся немного изменить и подкорректировать ваш имидж: вы только что обратились к Христу, встретив Эми, так что не можете выглядеть слишком развратно или называться «сёстры Ти-энд-Ти». И цену членства поднимем, раз вы теперь на зарплате, а прибыль пойдёт на благотворительность. Но эти извращенцы заплатят.

Почему у них зарплата, а у меня нет? Стоп, о чём я — я им не завидую.

— Вы всё ещё нюхаете? — спросила Си-Джей, потирая нос жестом вдыхания кокаина.

— Мы не употребляем кокаин уже много лет, — сказала Тоша, — ты же знаешь.

— Просто проверяю, — ответила Си-Джей. — Стриптиз ещё танцуете?

— Иногда, — ответила Тора и попыталась продолжить, но Си-Джей перебила:

— С этим пока придётся завязать, имидж. Будете раздеваться в парках за мелочь, как уличные артисты, а не в тёмном клубе. Кстати, вы ещё показываете фокусы?

— Си-Джей! — неожиданно для себя вмешалась я. — Не надо, это неправильно.

— О, дорогая, я не в том смысле, — улыбнулась мне Си-Джей и повернулась к девицам. — Видите, за что я её люблю? Я имела в виду — фокусы с игрушками, резиновыми членами и тому подобным?

— Да, Си-Джей, — послушно ответила Тоша. — Приватные шоу приносят нам больше всего денег.

— Превосходно, — воскликнула Си-Джей, потирая руки. — Отлично всё складывается. Замечательная была у тебя идея, Тора. Я так рада, что мы встретились.

— Ага, — уныло отозвалась Тора. — Рада тебя видеть, Си-Джей.

— Мой юрист свяжется с вами сегодня же и всё устроит. Можете не говорить, где вас найти, — мы и так знаем. Постараемся, чтобы вы подписали сегодня вечером, и запустим процесс как можно скорее. Придумаем историю, как вы встретили Эми, вдохновились, нашли Христа и решили посвятить Ему жизнь — что-то крутое в этом духе. Ваш сайт привлечёт к ней ещё больше внимания. Боже, как здорово будет с вами работать — прямо как в старые времена. Давай обниму.

Тора неохотно подошла и позволила себя обнять. Но тут же Си-Джей вскрикнула:

— Ай! Господи, где ты делала эту дурацкую пластику груди? У тебя соски как наконечники стрел — такие острые!

— Они должны стать лучше, — смущённо объяснила Тора.

— Господи, из них стрелять можно, — поддразнила Си-Джей. — Ты в том же месте делала, Тош?

— Да, — ответила та, словно хотела прикрыться.

— Тогда обниматься не будем. Серьёзно, девчонки, в магазине люди могут подумать, что вы грабить собрались, с такими штуками. — Си-Джей достала из сумки карточку и протянула им. — Сходите к этому парню, скажите, что я послала, он вам всё исправит, пока вы кого-нибудь не поранили. А теперь мне пора заниматься делами, так что если с Эми закончили — счастливого пути. Моника вам позвонит.

— Си-Джей, можно нам... — начала Тоша.

— Позже поговорим, — твёрдо сказала Си-Джей. Когда две ещё недавно злые, а теперь униженные девушки повернулись уходить, она добавила: — Да, и кстати, если кто-то из вас хоть пальцем тронет мою звёздочку, гарантирую: это будет нарушением контракта с суровыми последствиями — примерно как на последнем курсе института. — Она широко улыбнулась. — Приятно было повидаться. Счастливого пути.

Провожая взглядом удаляющихся блондинок, я вдруг почувствовала к ним жалость. Конечно, они чуть меня не избили, и я испытала облегчение, когда Си-Джей добавила последнее условие, но по тому, как они отреагировали при виде неё, было ясно: они знают, что она творит, и до смерти её боятся. Невольно задумываешься: а не Си-Джей ли вынудила их стать теми, кем они стали? Хотя о чём я — скорее всего, именно так. Она просто вошла и завладела их жизнями, как и моей на прошлой неделе. Держу пари, они сейчас жалеют, что не проехали мимо, увидев меня, или вообще оставили бы меня в покое. Теперь расплачиваются.

— Ты в порядке, детка? — спросила Си-Джей, когда они ушли. — Ты выглядела испуганной, когда я вошла.

— Я думала, они на меня набросятся, — прямо сказала я. — Вот почему я не хотела заходить одна.

— Извини, но ты в порядке, — отмахнулась она. — Я даже рада, что они зашли, — для этой работы они идеально подойдут. Видела, как они чуть не обделались при виде меня? Такой же взгляд у них был в институте, когда я узнала, что они рассказали моему куратору, будто я би. Похоже, они до сих пор не отошли.

Судя по их лицам, это было мягко сказано. Бедные девушки.

— Где Деб? — осмотрелась Си-Джей. — Она ещё не выходила?

— Выходила, но ушла в заднюю комнату, — ответила я, совсем забыв о ней в суматохе.

— А чем она там, чёрт возьми, занята? — задумалась Си-Джей и взяла меня за руку. — Пойдём туда и начнём представление. Эм будет через пару минут, а мы пока подготовимся.