Глава третья

В среду я познакомился с Сильвией Миллер.

У меня буквально челюсть отвисла, когда она вошла в помещение оффиса. Ей тогда было чуть больше сорока, но выглядела эта светлоглазая шатенка моложе из-за сильного загара. Загар, почти цвета красного дерева, покрывал её ровным слоем, без малейших следов купальника или платья. Она была абсолюно голая... Хотя, нет, конечно, на ней были элегантные туфли на шпильках... Но это всё. Её тело было выставлено напоказ с максимальной открытостью. Даже на лобке у неё не было ни следа волос - для начала нулевых это было достаточно необычно, мода на эпиляцию интимной зоны началась позже.

Сильвия улыбнулась мне, мы поздоровались, и я мысленно удивился, что никто не хотел работать на этой фирме, рядом с такой очаровательной женщиной. Мне казалось, что любой нормальный мужчина даже приплатил бы за подобную возможность. Но позже я понял, что для мужчины находиться рядом с Сильвией, это всё равно, что коту сидеть рядом с миской сметаны, не имея возможности до неё добраться. Танталова пытка. Ведь Сильвия, при всей своей раскованности, была абсоютно моногамна, в сексуальном смысле её интересовал только её муж. Если бы мои обстоятельства не изменились, я, наверно, уволился бы, как и мои предшественники... Но я забегаю вперёд. Лучше излагать всё по порядку.

Мы познакомились, причём я, как дикарь, никак не мог перестать таращиться на тело своей коллеги. Её это не смущало, она вроде бы даже чувствовала себя польщёной. Но мы говорили о работе, о том, какую часть проекта возъму я она, а какую – она. Я выразил сомнение, что мы вдвоём справимся с таким объёмом работы, но Сильвия успокоила меня, сказав, что позже к нам присоединится ещё один сотрудник, на которого можно будет перекинуть самые простые задания. В общем, дело пошло. Всё выглядело почти нормально, если не считать того, что за столом напротив меня сидела совершенно голая красивая женщина. Она, конечно, была старше меня, но, как я сказал, загар и спортивная подтянутость молодили Сильвию лет на десять.

Я поглядывал в её сторону, стараясь делать это незаметно. Сильвия сидела, раздвинув ноги, так, что мне прекрасно были видны все детали. Её клитор выглядывал из довольно длинных половых губ. Думаю, она была немного возбуждена и не собиралась это скрывать. Со своей стороны, я хотел проявить осторожность и сдержанность, хотя бы поначалу, пока не разберусь в здешней обстановке досконально.

Во время обеденного перерыва Сильвия достала сандвичи и предложила мне. Мы жевали балет с ветчиной и салатом, запивали апельсиновым соком, и я распрашивал Сильвию о нудизме, когда примчался Пауль. Он поздоровался со мной, наскоро поцеловал жену, не приминув погладить её по ягодице, спросил, всё ли нормально, и, получив утвердительный ответ, предупредил, что Венди включится в работу только через неделю. Как я понял, Венди должна стать тем работником, на которого я буду сбрасывать неквалифицированную часть проекта. Меня это устраивало. Единственное, что вызывало моё любопытство, это то, как Венди отнесётся к нудизму Сильвии. Но спрашивать я не стал, решил, что со временем всё станет ясно.

Пауль забрал подготовленные для очередной презентации файлы и опять умчался. Мы продолжили болтовню.

— Но как же ты решаешься в таком виде выходить в город? – спросил я. – Могу понять, когда ты загораешь на участке или разгуливаешь по дому... Даже на фирме, раз она принаддлежит твоему мужу, это мыслимо. Но у меня в голове не укладывается всё остальное! Или, выходя в город, ты всё-таки одеваешься?

— Ни в коем случае, - твёрдо сказала Сильвия. – Максимум, что я надеваю – обувь и шляпу от солнца. Я полностью отказалась от одежды четырнадцать лет назад и с тех пор ничего не ношу.

— А зимой? А когда отправляешься в отпуск?

— Зимой хожу такая же голая, как сейчас. Я закалилась и спокойно переношу холод. Что касается отпуска... Обычно мы едем в отпуск на автомобиле на юг Франции или в Хорватию. Ну, ты, наверно, слышал, там есть несколько нудистских курортов. И по дороге мне не обязательно одеваться, надо только следить, нет ли поблизости полиции, когда пересекаем границу прекрасной Франции. Там немного другие законы, знаешь ли.

— Другие законы? И в чём разница?

— У нас в Германии, - ответила Сильвия, сев на стол и раздвинув колени на ширину плеч (по-моему, она сделала это неосознанно, просто по привычке). – У нас в Германии женщину не могут привлечь за появление на публике голышом. Мужчину, если на него кто-то пожалуется в полицию, сочтут эксгибиционистом и могут наказать. А женщины не считаются эксгибиционистками. Женская нагота легитимна. Но во Франции голую женщину могут арестовать за непристойное поведение, даже если она ничего не делает. Однако, если вы доехали до Кап д´Агж, то всё в порядке. Там по всему городу, не говорря уже о пляже, нудисткая зона.

— Странно, - сказал я, поразмыслив. – Я никогда не слышал о таком различии в отношении мужчин и женщин. И не понимаю, почему никто не следует твоему примеру?

— О, моему примеру следуют многие, - возразила Сильвия. – Но это не афишируют. Сейчас, под американским влиянием, опять началась агитация против нудизма, поэтому об абсолютных нудистках, таких, как я, предпочитают помалкивать. А мы сами не очень хотим привлекать внимание. Не слишком приятно, когда за тобой везде следует свита возбуждённых вуайеров. Тут, в нашем городе, все давно привыкли, а если я выйду на улицу в Кёльне или в Кобленце, вокруг меня моментально соберётся толпа.

Я согласился с ней и мы вернулись к работе.

Через пару дней я с удивлением заметил, что начинаю привыкать к виду голой Сильвии. Конечно, я посматривал на неё с удовольствием, и ощущал эрекцию, но мне стало казаться нормальным, что она постоянно расхаживает нагишом. Меня больше не шокировало сочетание обнажённой женщины с деловой обстановкой оффиса. Да я и перестал воспринимать Сильвию как «обнажённую». Она была такой, как есть, а не «раздетой».