За столом воцарилось молчание. Я лихорадочно пыталась сообразить, как же мне выбраться из возникшего тупика. Но помощь пришла, откуда я совсем не ждала.

— У меня есть еще один вопрос. С точки зрения ответа он простенький: либо «да», либо «нет», - спокойно сказала Женя.

— Спрашивай.

— Ты уже второй раз говоришь мне о некоей тайне. Первый раз сказала, когда провожала меня на вокзале в Питере. А сейчас это та же самая тайна или какая-то уже новая?

— Та же самая, - подтвердила я.

— Тогда она связана с ладными семьями, - с улыбкой констатировала Женя.

Мы с Юрой в беспокойстве переглянулись.

— Я, конечно, не Шерлок Холмс, - продолжила моя подруга, - но, по моему, напрашивается вывод о том, что ты, Юра и Лера из этих самых ладных семей.

— Это не совсем так. Если быть точной, то Лера действительно из ладной семьи. Что касается меня и Юры, то …

Тут я замялась, подбирая нужные слова.

— Ну ладно, - остановила меня жестом Женя. - Я думаю, что раз у вас такая серьезная тайна, то мне нужно прекратить любопытствовать. Извини, если что не так. Я больше не буду о ладных семьях.

Я почувствовала, что такой исход разговора меня совершенно не устраивает. Хотя бы потому что после него явно ничего не оставалось как доесть торт и разойтись каждому по своим домам.

— Женя, ты помнишь, как Лера в Питере хотела нарисовать мой портрет?

— Конечно, помню. Я так поняла, что портрет не получился, раз ты больше о нем мне не упоминала.

— Портрет был сделан за два дня. То, что получилось, можешь посмотреть сейчас в спальне родителей.

Картина Леры произвела на Женю сильное впечатление.

— Ты здесь просто как светишься изнутри, - сказала она, - почти икона стиля сквозь века.

— Это не совсем я. Это видение Леры меня вместе с моими прародительницами по женской линии. А не говорила я тебе об этом портрете потому, что он косвенно связан с общиной ладных семей в качестве реликвии, хранимой урядницей. Просто боялась, что случайно эта тема у меня как-то всплывет, когда ты увидишь эту картину.

— Рит, вот ты сейчас что? Опять за свое? Снова дразнишь мое любопытство к ладным семьям?

— Знаешь-ка что? Пошли на кухню и я тебе кое-что расскажу. Просто, чтобы ты как моя лучшая подруга понимала расклад, в котором я нахожусь сейчас.

В общем, в следующие полчаса я вкратце изложила линию событий в моей жизни, связанную с ладными семьями. Женя слушала очень внимательно, время от времени задавая уточняющие вопросы. Причем когда я упомянула об обычае девушек из детского круга устраивать трио МЖЖ со своим отцом и своей лучшей подругой, она почему-то очень развеселилась.

— Вот и вся история на сию минуту, - сказала я в заключение. – Что скажешь?

— Знаешь, я весьма и весьма впечатлена. В таких отношениях есть что-то зачаровывающее, - в раздумчивости произнесла Женя. - Я, конечно, примеряла все это к своей семейной ситуации. Могу сказать, что тебе, Рита, гораздо больше повезло с отцом, чем мне. У меня с моим довольно проблемные отношения из-за того, что он часто третирует маму, которая от него полностью зависит в материальном плане. Душевного родства с ним давно уже не чувствую. А это значит, что ладные отношения у меня с родителями невозможны. Но я, тем не менее, хотела бы присмотреться к такому жизненному опыту на будущее.

— На будущее? - удивился Юра.

— Кто знает, может быть, я когда-нибудь через много лет, через поколение, когда сама стану мамой почти взрослых детей, почувствую потребность в такой культуре отношений. Так что, Рита, если я могу тебе как-то помочь в становлении детского круга общины, то ты можешь на меня рассчитывать.

Юра одобряюще улыбнулся мне.

— Рит, лично я быть в качестве «предмета мебели с мужским началом» для вашего девичника с участием Жени очень даже не против. Но решать тебе - ты же в этом вопросе главная.

Про себя я подумала, что тут есть свой резон: спокойное поведение Жени вполне может быть полезно для баланса отношений в детском круге на случай, если суперзаводная Люда потянет ситуацию куда-то не туда.

— Ну что ж, Женя. Раз нет противления сторон, то будем считать, что ты в порядке приятного исключения принята в детский круг.

— Спасибо.

— То обстоятельство, что твои родители не могут войти в будущую общину, - это, конечно же, серьезное формальное нарушение порядков, принятых в Ейске. Но там большой сбалансированный разными характерами детский круг рядом с давно сложившейся общиной взрослых. А мы все начинаем нарабатывать с нуля. Мне кажется, что я вправе сделать для тебя исключение, потому что дух искреннего уважения к культуре ладных семей важнее соблюдения формальностей.

— Хоть у меня в данном случае нет никаких прав, но я поддерживаю это решение, - добавил Юра.

— Спасибо, ребята. Я тронута почти до слез. Для меня это важно, потому что мне в моей сегодняшней жизни не хватает душевной близости с теми, кто мне действительно интересен, - поблагодарила нас Женя.

Мы все трое потянулись друг к другу и поцеловались, замыкая круг. Потом Женя улыбнулась:

— Это было сладко. И что теперь? Как я понимаю, мне и Юре нужно раздеться?

— Думаю, самое время, - подтвердила я.

— Только предупреждаю, что у меня это будет первые удовольствия в группе.

— Для Юры тоже. Юра, ты не расслабляйся, а разложи диван в гостиной. Простыни я сейчас принесу. Только уговор – Юра ласкает нас поровну и мы должны в равной мере уделять свое внимание ему. Никто не должен тянуть одеяло на себя. Даже минет Юре будем делать только вместе, попеременно уступая друг другу. И предлагаю для начала принять душ втроем – в веселой тесноте да не в обиде.

— А так все невинно сегодня начиналось с импрессионизма, - театрально жалобным тоном воскликнула Женя, снимая трусики, и мы все расхохотались.