Лера отложила палитру и подозвала Диму.

— Ну что, давайте попробуем приступить к «Круговороту любви». Что я сейчас от вас хочу в позировании? Мне нужно от вас «сплетенье рук, сплетенье тел, судьбы сплетенье…» Нужна пантомима самых разных оттенков ваших ощущений друг от друга – от пронзительной нежности до отторжения. Я буду давать вам команды типа: «Грусть», «Радостное удивление Риты», «Гнев Риты», «Размолвка», «Умиротворение Димы», «Защищай Риту от невзгод» и так далее. Вы импровизируйте телом эти оттенки, реагируя друг на друга. А я буду в определенные моменты говорить вам: «Замри!» и «Отомри!»

— Надолго нужно замирать?

— Примерно на две минуты. Я буду зарисовывать сейчас лишь быстрый контур без деталировок. А уже потом думать, как наброски обобщить, довести до ума и предельной лаконичности. Мне нужно от вас примерно тридцать-сорок замираний. В общем, пока не устанете позировать.

— Понятно. Будем стараться.

— Наброски будут только выше пояса. Ваши ракурсы ниже пупка меня сейчас не волнуют.

— А когда будут волновать? – тут же встрепенулся Дима.

Лера смерила его взглядом:

— Я вас поцелую. Потом. Если захотите. Но по раздельности. Должна же я оставить за собой право повредничать некоторым особо ретивым. И последний штрих: Рита, собери волосы в «конский хвост». Это добавит характерности рисунка.

— Образ норовистой кобылицы, которую еще нужно завоевать? – улыбнулась я.

— Схватываешь на лету…

Мы с Димой встали друг напротив друга, ожидая первого посыла со стороны Леры. Она зашла сбоку и, подумав, сказала:

— Без любви жить легче, но без нее в жизни нет смысла…

Тут Дима просто растерялся, не понимая, как себя со мной вести. Я же осталась стоять перед ним в спокойной уверенности.

— Замри, - скомандовала нам Лера и начала зарисовывать.

Следующий посыл оказался адресованным мне:

— Я хочу быть любимой или быть понятой, — что, в общем-то, одно и то же...

Дима словно внутренне подался телом ко мне, а я инстинктивно чуть развернулась к нему плечом и сделала останавливающий его порыв жест кистью правой руки.

— Кажется, я начинаю входить во вкус этой импровизации, - подумалось мне.

Над телесным воплощением третьего посыла: «Не ищите идеальных людей – ищите родные души!» нам с Димой уже пришлось подумать. Я не нашла для себя ничего лучше, чем поза задумчивости с подпиранием подбородка запястьем. А Димка сделал акцент на второй части посыла, положив ладонь правой руки себе там, где сердце. Получилось уж слишком театрально, но Лера все равно это зарисовала. Сказав при этом, что она еще сама для себя не решила в какой пропорции в «Круговороте любви» будет смешаны реалистичность и аллегория.

Где-то на десятом позировании и после первого нашего поцелуя Дима уже совсем осмелел ко мне, о чем тут же засвидетельствовала его эрекция. Я вопросительно посмотрела на Леру, но она была невозмутима.

Однако на посыле: «Не стесняйтесь своих желаний, потому что другой жизни для них не будет!» Дима буквально опрокинул меня в поцелуе, придерживая меня на весу за попку рукой и плотно прижавшись к моему бедру вовсю вставшим членом. Зарисовав эту экспрессивную сценку, Лера сказала, что хочет еще одну позу лежа, но сначала нужно принять кое-какие меры безопасности.

С этими словами она присела на корточки перед Димой и стала перебирать пальчиками его набухшие яички, поглядывая время от времени на мою реакцию. Она словно любовалась достоинством брата, лаская его рукой как будто осторожно дегустируя свои ощущения от прикосновения. Дима призакрыл глаза от блаженства и положил сестре руки на плечи в ожидании.

И он дождался – Лера начала медленно исследовать член губами и язычком от яичек к головке, входя во вкус и ловя нужный ритм движений. Потом она приподняла голову, чтобы встретиться с Димой взглядом, и глубоко захватила мужское достоинство ртом. Ее руки перешли на ягодицы брата и притянули торс к себе. Дима начал ритмичные движения влажным от слюны членом. Пару раз он полностью вынимал член изо рта Леры, словно дразня ее. А она, стоя на коленях, жадно ловила набухшую головку губами и засасывала ее в себя. Оба вошли в раж удовольствия и начали попеременно постанывать. Наконец Дима почти прохрипел: «Кончаю!» и, помогая себе рукой, стал спускать толчки спермы в раскрытый ротик сестры. Лера всё проглотила.

Дима опустился на колени и со словами: «Я тебя обожаю!» благодарно обнял Леру. Так они, обнявшись сидя и гладя друг друга по спине, провели несколько минут. В полном молчании и совершенно не обращая внимания на меня. Я даже почувствовала свое присутствие немного излишним в этой сцене доверия и родственной любви.

Наконец, Лера встала и сказала мне:

— Ну что ж, продолжим. Рита, теперь ложись на тахту и представь, что у тебя только что был оргазм. Дима будет сверху. Вы расслаблены и переполнены нежностью друг к другу.

Дима очень бережно лег на меня всей тяжестью тела, поправил мне сбившиеся на лоб волосы и стал осторожно целовать мои веки. Мне было сейчас легко представить себя его возлюбленной после бурных ласк. Мы даже позировали Лере в этой позе куда больше, чем две минуты…

— - -

P.S. от Шехеризады. На портале BW у меня крайне много публикаций (по большей части переводных) и в них моей целевой аудитории легко подзапутаться, что действительно стоящее для чтения. Как автор, своими лучшими полностью оригинальными вещами лично я считаю повести: "Лето - это маленькая жизнь", "Чувственное путешествие в Петербург", "Пляжное приключение для супружеской пары", "Щастье здеся, или В кемпинге нудистов", "Семейное видео вчетвером" и "Прогулка в парке". Есть также ряд повестей, которые начинались как переводы, а потом я меняла сюжет и характеры героев. В этой категории я бы рекомендовала своим читателям: "Дела семейные", "Новые отношения с боссом", "Тайный клуб Академии Бартон-Хиллз". А главная для меня вещь – эро-роман «Остров семи ветров».

Из полностью переводных вещей рекомендую "Выпускное лето втроем". Предупреждаю, что мои переводы халтурные, поскольку я к ним отношусь лишь как к беглому чтению для себя без учета интересов остальных читателей (а оно мне надо, если текст не мой, а Яндекс-переводчика). Если герои становятся мне не интересны, то перевод забрасываю. Уж не обессудьте.