ХАЛИС

Подобно ветру, жизнь проносится у меня перед глазами. Став зрителем, наблюдаю за собой со стороны, будто проживаю жизнь заново. Вот я пока ещё беззаботный ребёнок, для которого дисциплина, ответственность и долг перед Империей – это просто слова. Чувствую себя по-настоящему счастливым, когда у меня открываются магические способности. Надеюсь, что смогу повелевать огнём, прямо как отец и брат, но моей стихией оказывается воздух, что тоже неплохо. Молнии и вихри могут быть не менее смертоносными, чем пламя. Отец перед очередным походом говорит, что у врагов императора нет ни единого шанса. Они склонятся перед Талием или же неизбежно погибнут, став кормом для стервятников. Ничуть не сомневаюсь, что именно так всё и будет, и сам хочу как можно скорее внести свой вклад в усиление Империи.

Однако одного лишь желания оказывается недостаточно. Пробуждение магического дара – это только начало, ведь управлять своей стихией ещё нужно научиться. Нанятый отцом учитель не щадит меня на тренировках, но оно того стоит. Вопреки прогнозам, что выстрелить первой молнией мне удастся в лучшем случае через месяц, делаю это всего через пару недель. Очень радуюсь своим успехам, но в то же время завидую брату, ведь как маг он намного сильнее меня. И дело вовсе не в разнице в возрасте. Просто магический потенциал Таркиса выше, чем у меня. Но ничего, рано или поздно я его превзойду, даже если на это уйдут годы.

И вот я уже опытный маг, в совершенстве овладевший своей стихией, а император начал новую военную кампанию. Его цель – земли по ту сторону океана. Что-то не поделив, дальфарцы и аталийцы воюют между собой, поэтому наша атака застаёт их врасплох. Первые победы даются нам слишком легко, но едва эффект неожиданности пропадает, темп продвижения вперёд заметно сокращается. Наши враги оказались не такими жалкими слабаками, как мне показалось в самом начале. Отчаянно сопротивляясь, они не торопятся признавать поражение. Как и многие другие, ничуть не сомневаюсь в нашей победе, но уже понимаю, что вторжение в Аталию и Дальфар не будет лёгкой прогулкой.

В какой-то момент на нашем пути встаёт одна аталийская крепость. Стратегическая ценность этой груды камней довольно сомнительна, зато упорства защитников крепости невольно вызывает уважение. Даже будучи в меньшинстве, они отказываются сложить оружие и сдаться, так ещё и успешно отбивают несколько атак. Если на подмогу им подойдёт аталийская армия, осаду придётся снять. Командир нашего отряда это понимает, но гнать подчинённых в атаку не торопится. Понимает, что ничего этим не добьётся, а лишь впустую угробит своих солдат. Видя, что дело не может сдвинуться с мёртвой точки, решаю проявить себя. Используя одну вещицу, позволяющую дистанционно общаться, связываюсь с братом, и прошу его о помощи. Находящийся в этот момент в Дальфаре Таркис незамедлительно откликается на мой зов. Посоветовав офицеру быть готовым в любой момент отдать приказ об атаке, вдвоём с братом, без какого-либо прикрытия, отправляюсь на ночную вылазка. Магия усиливается, если колдуны связаны между собой кровными узами. Подобравшись к крепости поближе, мы создаём гигантский огненный смерч. Пока направляем его в нужную сторону, вражеские маги пытаются укрепить защитный барьер, а лучники пробуют нас подстрелить. Однако всё это не помогает. Огненное торнадо без труда разрушает крепостную стену, будто она сделана из песка, а наши бойцы, прикрываясь щитами, незамедлительно бросаются на штурм. И двух часов не прошло, как крепость была взята.

Пару стрел своей тушкой я всё же поймал, и пока восстанавливался после ранения, за мной приглядывал Таркис. Поскольку нашего отца к тому момент уже не было в живых, старший брат оставался для меня единственным близким человеком. От того позже меня так сильно и потрясло известие о том, что Таркис участвовал в заговоре против императора. Некогда герой и образец для подражания, он стал позором нашей семьи. Даже последующее поражение в войне не задело меня так сильно, как предательство брата.

Внезапно чувствую, будто меня с ног до головы окатили ледяной водой. Резко открыв глаза, вижу, что нахожусь в опустевшем аргатском борделе, почему-то всё ещё живой. Неподалёку стоит какой-то незнакомый светловолосый парень лет двадцати пяти в сером плаще.

— Как спалось? – интересуется незнакомец.

— Ты ещё кто такой?

— Меня зовут Дион. Тебе о чём-то это говорит?

— А должно?

— Нет. Но познакомиться поближе нам всё же придётся.

Исчезни, кусок дерьма, не до тебя сейчас. Вскинув руку, пытаюсь ударом ветра отшвырнуть этого выродка в стену. Но при попытке сделать это в груди вдруг всё резко сжимается, а шею сдавливает невидимая удавка. Кажется, что ещё немного, и глазные яблоки вот-вот вылетят из глазниц. Однако всё внезапно проходит. Ухватившись за шею, пытаюсь отдышаться.

— Ну как, приятные ощущения? – интересуется Дион, снисходительно улыбаясь.

— Что ты со мной сделал, урод?

— Пока всего лишь предупредил, что так делать не надо. Ещё раз попробуешь поднять на меня руку – подохнешь как собака. Уяснил?

— Да пошёл ты, ублюдок! – повышаю голос.

— Неправильный ответ.

После этих слов на меня обрушивается новая порция невыносимой боли. Кричу так громко, что срываю голос. Такое ощущение, будто меня растянули на дыбе, и медленно сдирают кожу. Чувствуя себя пленником демонов Бездны, хочу попросить Диона остановиться, но ничего внятного в таком состоянии произнести не могу. Кажется, будто это пытка длится целую вечность. Едва всё заканчивается, ощущаю себя провинившейся жалкой собачонкой, валяющейся у ног жестокого хозяина.

— Мне повторить вопрос? – спрашивает Дион, глядя на меня сверху вниз.

Сжав кулаки, проклинаю себя за малодушие и засовываю гордость поглубже в задницу.

— Нет. Я всё понял, - нехотя выдавливаю сквозь зубы.

Белобрысого ублюдка такой ответ волне удовлетворяет.

— Иногда я жалею, что у меня нет глаз на затылке. Стоит только ненадолго отвернуться, как кто-нибудь так и норовит нагадить мне в кашу. Сначала сука грудастая, а теперь ещё и ты, - сетует Дион.

— О чём ты? Я тебя даже не знаю, - не понимаю, что несёт этот ублюдок.

— О том, что твоя попытка хорошенько подзаработать чуть всё не испортила. Ты нацелился на Снежинку, а она пока ещё нужна мне живой.

Какая ещё снежинка? Та сука седая что ли? Если бы не кольцо, я бы её даже не узнал в новом облике. Кольцо! Твою мать! Лишь сейчас замечаю, что кольцо пропало. Видимо пока я валялся в отключке, сучка сняла его с моего пальца. Непонятно только, почему она меня не прикончила, когда для этого у неё была идеальная возможность. Неужели пожалела? Стоит спросить её об этом при следующей встрече. Хотя сейчас у меня есть проблемы поважнее.

— Чего ты от меня хочешь? Чтобы я эту твою Снежинку отыскал? – спрашиваю напрямик.

— Нет. Сначала сделай кое-что другое. А дальше видно будет.

САЙРЕЛЛА

Будучи запертой в магической темнице, даже толком заскучать не успеваю, как меня приходят проведать, при чём не абы кто, а лично глава Ордена Солнца. Никогда её раньше не видела, но ничуть не сомневаюсь, что передо мной сейчас именно графиня Чезвик. Привлекательная штучка. Постарше Талиры, но моложе меня. Не отказалась бы с ней хоть разок пошалить в постели, но что-то мне подсказывает, что визитёршу такой способ приятно провести время вряд ли заинтересует. А жаль.

— Если захочешь сделать какую-нибудь глупость, учти – за дверью стоят ещё два мага. Они с тобой церемониться не будут, - предупреждает меня графиня.

— Учту. Спасибо за предупреждение, - отвечаю вежливо.

— Кто ты такая?

— Моё имя вряд ли о чём-то вам скажет.

— Мне не имя твоё интересно, а зачем ты проникла в храм. Я знаю, какую именно книгу ты пыталась умыкнуть. Для чего она тебе?

— Я не собиралась её красть. Просто посмотрела бы кое-что и вернула книгу на место.

Визитёрша хмурится.

— Я не спрашиваю, собиралась ли ты её возвращать. Я спрашивала, что именно ты рассчитывала найти в той книге.

— Кое-какую информацию, которая очень бы мне помогла. Оказание помощи нуждающимся – это то, ради чего вы и создали этот орден, леди Чезвик.

— Я видела, как выглядят люди, нуждающиеся в помощи. И ты на них совсем не похожа. Так что прекращай зубы мне заговаривать, и отвечай на мои вопросы чётко, пока я спрашиваю по-хорошему.

Хоть я и надеялась, что смогу сделать всё по-тихому, не привлекая ненужного внимания, но всё же придумала кое-что на случай, если всё же попадусь. Самое время эту версию озвучить.

— Я служу одному аталийскому лорду, но делаю это не по своей воле. У меня нет выбора, - говорю после небольшой паузы, стараясь, чтобы голос звучал как можно печальнее.

— Выбор есть всегда, - парирует графиня.

— Верно. Но порой выбирать приходится не между хорошим и плохим, а между плохим и ужасным. Именно такой выбор и пришлось сделать мне.

— Что ты имеешь в виду?

Тяжело вздыхаю.

— Чтобы я была посговорчивее, и не вздумала сбежать, этот негодяй похитил мою дочь. Я знаю, где именно он держит мою малышку, но вытащить её не могу. В том месте установлен какой-то прочный невидимый барьер. Что я только не перепробовала, но снять его или разрушить так и не смогла. Я надеялась, что информация из той книги поможет мне это сделать.

— Откуда мне знать, что ты всё это не выдумала? – резонно интересуется графиня.

— Вы можете просмотреть мои воспоминания.

На самом деле, не может. Пока ещё был жив Сайлас, я нашла способ укрепить свою ментальную защиту. Она не идеальна, и залезть ко мне в голову всё же возможно, но для этого придётся очень сильно попотеть.

— Я не пытаюсь выставить себе невинной жертвой. Мне приходилось совершать как сомнительные, так и откровенно плохие поступки. Но моя Талира ни в чём не виновата. Ей всего четыре года. Она обычный ребёнок, не сделавший никому ничего плохого. Если моя малышка погибнет, то и мне незачем жить дальше.

Под конец речи для большей убедительности умудряюсь выдавить из себя одинокую слезинку, которую тут же вытираю ладонью. И это срабатывает. Во взгляде графини Чезвик помимо подозрительности проскальзывает и сочувствие. Для заботливых матерей, дети – это всегда самое слабое место. Если я что-то понимаю в людях, то графиня Чезвик относится к той категории людей, для которых клятвы – это не просто пустые слова. Понятия не имею, как до всего этого дошло, но похоже, собственные дети много для неё значат, раз она родила их от полудемона.

Вдруг снаружи раздаётся какой-то грохот, а следом и чей-то крик. Похоже, у ребят, присматривающих за моей темницей, какие-то проблемы. Едва резко обернувшаяся графиня отвлекается на шум, тут же этим пользуюсь. Быстро сократив расстояние между нами, напрыгиваю на гостью сзади, валю на пол, затем сдавливаю горло локтем и начинаю душить. Усиливаю хватку, пока брыкающаяся девка пытается освободиться и скинуть меня с себя. Не стоило тебе соваться туда, где магия не работает. Главное теперь случайно не переборщить и случайно эту сучку не прикончить. Если сделаю это, её муженёк потом меня из-под земли достанет. Графиня всё никак не унимается в своих попытках освободиться, но нехватка воздуха всё же делает своё дело, и гостья отрубается. Удостоверившись, что она жива, осторожно выглядываю за дверь, и вижу, как один парень в золотистой мантии сражается с каким-то шоранским магом. Второй неподвижно валяется в сторонке, и не подаёт признаков жизни, а от его одежды идёт дымок. Первый адепт выставляет перед собой барьер, защитившись от молнии, но тут же парня отбрасывает назад порывом мощного ветра. Едва противник падает на пол, шоранец тут же добивает его молнией.

Следующая молния летит уже в меня. Вместо того чтобы пригнуться, использую вернувшиеся силы, чтобы не блокировать вражескую атаку, а отразить её в незнакомца. Едва молния прилетает обратно в него, отлетевший на несколько метров назад шоранец падает на пол. Кряхтя, живой, но дезориентированный незнакомец пытается подняться. Пока ублюдок не оклемался, хочу его добить, но к месту стычки невовремя подтягиваются другие адепты Ордена Солнца. Ладно, ребята, сами с ним разбирайтесь. Теперь это ваша головная боль, а мне надо забрать книгу.

Использовав телепортацию, хочу вернуться обратно в библиотеку, но вместо этого оказываюсь на улице неподалёку от входа в храм. Похоже, это место защищено от проникновения извне какими-то чарами, и использовать телепортацию внутри здания нельзя. Ловушка, переносящая воров книг в темницу, не в счёт. Открыто зайти в библиотеку у всех на виду как в прошлый раз уже не получится. Да и времени у меня в обрез. Как только адепты приведут в чувство свою графиню, она тут же бросится за мной в погоню. Действовать надо быстро. Если не добуду этот проклятый фолиант сейчас, то вряд ли смогу это сделать потом.

Сфокусировавшись, подобно паучихе опутываю здание невидимыми нитями, затем накрываю тёмным покровом, от чего храм тонет в непроглядном мраке. Теперь у меня есть несколько минут, чтобы забрать книгу. Дезориентированные адепты, оказавшись в темноте, призывают светящиеся сферы, надеясь что-то разглядеть. Мне же ничего этого не нужно. Я прекрасно вижу во мраке, с помощью магии получив кошачье зрение. Темнота не только дезориентирует адептов Ордена Солнца, но также на время обезвреживает магические ловушки. Добравшись до библиотеки, нахожу нужную книгу, хватаю её с полки, спешу обратно к выходу, но прежде, чем успеваю до него добраться, мрак рассеивается. Едва попадаю в поле зрения адептов Ордена, как они тут же пытаются меня окружить. Хочу уже было вступить в неравный бой, но замечаю поблизости окно. Бросившись к нему, прикрываю локтем лицо. Пробив стекло, выскакиваю наружу, отбегаю от здания, и, чувствуя, что теперь меня уже ничто не сдерживает, использую телепортацию, покинув дальфарскую столицу.

ТАЛЕЯ

Как только возвращаемся обратно в дом, Таркис меняет подпаленную одежду с дыркой на груди на новую, обрабатывает оставшийся ожог какой-то мазью, после чего вновь куда-то уходит, пообещав скоро вернуться. В его отсутствие снимаю обувь, ставшую тесноватой, и осматриваю ногу. После неудачного прыжка с лестницы она слегка распухла. На серьёзную травму не похоже, скорее просто вывих, но о том, чтобы бегать, пока придётся позабыть.

Примерно через час Таркис возвращается.

— Всё спокойно? – интересуется он первым делом.

— Тихо как на кладбище.

Колдун выдавливает из себя улыбку.

— Есть несколько новостей, и почти все хорошие. Я ненадолго покидал Аргат, чтобы проверить, смогу ли открыть портал из пустыни. Смог. Вторая хорошая новость касается Риза. Вытаскивать его из темницы не придётся. Потому что его там нет, - рассказывает Таркис.

— А где он?

— Понятия не имею. И вот это назвать хорошей новостью уже сложно.

— Так может после того переполоха в борделе он покинул Аргат?

— Вряд ли. Я пообщался со стражей у обоих ворот. Никто похожий по описанию в ближайшие часы город не покидал. Хотя если подумать, это ещё ни о чём не говорит. Риз мог найти способ сделать это незаметно.

— Или же он всё ещё где-то прячется, и просто ждёт подходящего момента, чтобы отсюда свалить. Я бы на твоём месте ещё бы в порт наведалась.

Мои слова заставляют Таркиса призадуматься.

— Местные моряки не горят желанием плыть в Дальфар или Аталию. Даже если Риз каким-то чудом найдёт капитана, который на это согласится, это будет очень дорого стоить, - размышляет колдун вслух.

— Какие-то деньги у него есть, раз он смог позволить себе сделать остановку на постоялом дворе в Джакосе.

— Не сравнивай ночёвку на постоялом дворе с наймом корабля для дальнего плавания. Такая роскошь по карману далеко не каждому свободному человеку. Чего уж говорить о беглом рабе.

Не настаивая на своём, лишь пожимаю плечами. Таркис же лишь сейчас обращает внимание на мою покрасневшую лодыжку.

— Почему не сказала, что повредила ногу? – спрашивает колдун.

— А зачем? Ты же не целитель. Да и травма совсем пустяковая. Скоро всё само пройдёт.

Окинув меня укоризненным взглядом, Таркис приносит мазь, которой обрабатывал ожог на груди.

— Ложись на кровать, - приказывает колдун.

— Это ни к чему. Я...

— Ложись! – повторяет он с нажимом.

Решив не спорить из-за такой ерунды, уступаю. Если так хочет оказать мне первую помощь, то пусть оказывает. Смазывает мою повреждённую лодыжку он бережно, не позволяя себе при этом ничего лишнего.

— С чего вдруг такая забота? – спрашиваю после того, как Таркис заканчивает.

— Предпочла бы, чтобы я тебе не помогал?

— Ты украл мои силы. Я бы предпочла, чтобы ты их вернул.

— Я их не украл, а всего лишь запечатал.

— Как будто это что-то меняет.

Таркис предпочитает разговор на эту тему не продолжать, хотя я чувствую, что ему есть что сказать.

— Спрашивая, как давно мы заодно, твой братец назвал тебя предателем. Почему? – интересуюсь я, сменив лежачее положение на сидячее.

— Потому что я выступил против императора.

— Прошлого или нынешнего?

— Прошлого.

— И почему ты это сделал?

— Потому что Талий был монстром.

Шиона придерживалась того же мнения, как и её муженёк. Благодаря умению внимательно слушать, о чём говорят люди, у меня довольно быстро сложилась картина о настроениях среди шоранцев. Мнения подданных нового императора о проигранной войне разделились. Кто-то считал, что всё это даже к лучшему, и радовался прекращению кровопролития. Другие же, напротив, хотели, чтобы Азрет собрал новую армию, вновь объявил войну Дальфару и Аталии, и вёл бы её до тех пор, пока не падёт в бою или не сдастся в плен последний вражеский солдат. Однако и те и другие сходились во мнении, что смерть Талия – это благо для Империи. Монстр, кровожадный безумец, враг собственного народа. Как только его не называли. Как не старалась, но ни одного доброго слова в адрес бывшего императора я ни от кого так и не услышала.

— Большинство людей готово встать даже под знамёна отъявленного негодяя и монстра. Отворачиваются от него они лишь тогда, когда случается что-то, что бьёт лично по ним или их близким, - пытаюсь копнуть поглубже.

— Значит меня можно отнести к меньшинству. Талий искренне верил, что сможет править всем миром, что каждый клочок земли будет принадлежать ему. На бессмысленных войнах во имя императора сложили головы мой отец и мой дед. Их гибель, как и гибель тысяч других людей, помогла расширить границы Империи. И в этом был бы какой-то смысл, если бы Талий вовремя остановился. Но ему хотелось большего. Каким бы он ни был, не может один человек править всем миром. Война и страх - это всё, что Талий мог дать своему народу.

— И как быстро ты это понял?

— Я понимал это с самого начала, но в одиночку ничего не мог сделать.

— Ты воевал на стороне императорской армии?

— Какое-то время. Убивать во имя этого безумца было не слишком приятно. Но без этого мне бы не удалось отыскать единомышленников, желавших примерно того же, что и я. До поры до времени, мы действовали скрытно, дожидаясь подходящего момента. Когда выдалась возможность разобраться с Талием, мы ей воспользовались, но у нас ничего не вышло.

И об этом краем уха мне доводилось слышать. Во время “Игр крови” группа магов-мятежников попыталась убить Талия. Император тогда выжил, но в ходе покушения погибла часть его многочисленной родни. Так что в итоге нельзя сказать, что всё было совсем уж бесполезно. Ходили слухи, что колдуны-ренегаты после окончания войны обосновались где-то в Дальфаре, не став возвращаться на родину. Вот, значит, откуда ноги растут. В Дальфаре знают, что Империя держит в рабстве часть их соплеменников. Но попробовать вызволить решили не всех, а всего лишь одного единственного раба. Мелковато. Интересы и благополучие королевства здесь явно ни при чём. Это всего лишь чья-то частная инициатива.

— Что ж, я рассказал о себе. Не хочешь сделать то же самое? – спрашивает Таркис.

— Не хочу.

— Раз ты перебралась в Империю, значит, у тебя были проблемы в Дальфаре или Аталии.

— Мои проблемы тебя не касаются. Хотя если бы не ты, у меня их было бы меньше.

— Если бы не я, твоё бездыханное тело уже бы сожгли или закопали где-нибудь по-тихому.

Тоже верно. Дыркой в спине я обзавелась по собственной глупости и невнимательности. С этим поспорить сложно. Хотя конкретно сейчас никакой дырки там уже нет, иначе я бы это почувствовала.

— Так сколько времени должно пройти, прежде чем удастся сделать новое “переливание”? – решаю обсудить более важные вещи.

— По-разному. Минимум пара суток.

— Многовато.

— Многовато. Однако есть способ процесс восстановления сильно ускорить. Но он тебе не понравится.

— Что за способ?

— Секс.

Повисла пауза. Нахмурившись, смотрю Таркису в глаза, ожидая слов, что это была всего лишь шутка. Но колдун вполне серьёзен.

— Так в чём проблема? Прогуляйся до очередного борделя или кабака, дай пару монет какой-нибудь девке, и хорошенько её трахни, - предлагаю альтернативу.

— Можно. Только толку от этого будет мало. Я же часть сил ни ей буду передавать, а тебе. Так что контактировать должны именно мы.

Контактировать с Таркисом подобным образом желанием не горю. Может, он просто мне под юбку залезть хочет, а обоснование этому – всего лишь предлог? Да нет, не похоже. Хотел бы – залез, не спрашивая моего разрешения. Так просто я бы ему не уступила, но вряд ли моё сопротивление его бы остановило.

— Ладно, - только и говорю, после чего начинаю освобождаться от одежды.

Во взгляде колдуна мелькает удивление. Видимо думал, что я буду спорить и капризничать. Не угадал. Я умею расставлять приоритеты. Время сейчас не на нашей стороне. Лучше немного под мужиком полежать, позволив ему сделать всё, что он хочет, чем сидеть безвылазно в доме несколько дней, рискуя быть найденной. Меня ведь не только братец Таркиса, но и другие колдуны ищут. Чем скорее мы отсюда уберёмся тем лучше.

Представ перед шоранцем в чём мать родила, жду, что он тоже оголится. Однако колдун этого делать не спешит. Вместо этого он достаёт пузырёк с какой-то оранжевой жидкостью, и протягивает мне.

— Что это? – уточняю я.

— То, что сделает процесс гораздо более приятным.

— Возбудитель?

— Да. Так будет намного быстрее и проще. Или можем сделать всё неторопливо и без лишней суеты, как нормальные люди. Выбирай сама.

А что тут выбирать? Недолго думая, беру пузырёк и залпом осушаю. Вкус у зелья оказывается вполне приятный, как у апельсинового сока. Да и действовать оно начинает довольно быстро, ударив в голову посильнее, чем крепкое вино. Не стоило его залпом пить. Грудь начинает покалывать, внизу живота разгорается настоящий пожар. Наблюдая, как Таркис неторопливо раздевается, с трудом сдерживаюсь, чтобы самой с него всю одежду не сорвать. Зелье не затуманило мой разум. Я всё ещё осознаю, кто я, но не могу противиться нахлынувшему зову плоти. Поэтому едва колдун оголяется, тут же на него набрасываюсь, не обращаю внимания на боль в лодыжке. Телосложение у Таркиса очень даже ничего, но будь шоранец жирным уродом с волдырями или струпьями по всему телу, меня бы это не остановило. Внешность мужчины сейчас не имеет значения – важно лишь то, что у него между ног.

Ухватившись за член шоранца, принимаюсь яростно ему надрачивать. Сам же Таркис старается меня даже не касаться, и правильно делает. Дрожу как лист на ветру просто от того, что рядом находится голый мужчина. Кажется, что любое неосторожное прикосновение может вызвать у меня мощный оргазм. Едва шоранец обзаводится стояком, тут же ложусь на спину и пошире развожу ноги в разные стороны.

— Не думал, что у тебя так давно не было секса, - говорит Таркис.

И не думай. Трахни меня. Нежно или грубо – не важно. Просто сделай это. Не говорю этого вслух, но колдун наверняка и сам догадывается, что сейчас творится у меня в голове. Давай же, запихивай в меня свой член. Если ты этого не сделаешь – я умру. Последние крупицы самообладания не позволяют мне сказать этого вслух, хотя ни о чём другом я сейчас думать не могу. Как только Таркис вставляет головку, по телу будто искры пробегают. Стоит же шоранцу рывком пропихнуть его вглубь, это ощущается как удар молнией. Сознание при этом не теряю, хотя головокружение усиливается. По мере того, как Таркис двигается внутри меня, ощущаю себя маленькой лодкой посреди бескрайнего моря во время сильного шторма. Налететь на скалы или перевернуться и пойти на дно не боюсь. Напротив, хочу чтобы эта буря как можно дольше не прекращалась. Не в силах сдерживаться, говорю об этом вслух, от возбуждения с трудом складывая слова в предложение. Ухмыльнувшийся Таркис ускоряется, заставив меня извиваться и громко стонать. Сделав последний рывок, шоранец отстраняется, излившись мне на живот.

Но этого недостаточно. Колдун не потушил пожар, бушующий внутри меня, а наоборот, подкинул в него дровишек. Немного отдышавшись, вытирая проступивший на лбу пот, переворачиваюсь со спины на живот, и встаю на четвереньки, выпятив зад. Сколько раз я успела кончить, прежде чем шоранец оросил мой живот? Кажется, два. Мне этого мало. Да и Таркису одного раза вряд ли хватит. Не могу сдержать стоны, когда колдун поглаживает, а затем и шлёпает меня по пятой точке. Обойдя меня, шоранец приставляет член к моему лицу. Приятный запах семени и моих соков заставляет кровь закипеть. Облизнув губы, обхватывают доставивший мне неземное удовольствие отросток губами, и принимаюсь сосать. Времени на то, чтобы вернуть колдун стояк, уходит немного, но даже сделав это, всё никак не могу от члена оторваться. В итоге Таркис сам отстраняется, и вновь подходит ко мне сзади. Если в первый раз он входил в меня плавно, то сейчас делает это резко и до упора, от чего у меня внутри всё сжимается. И вот после первых толчков я вновь оказываюсь в эпицентре бушующего урагана. Возбуждающее зелье не только пробудило во мне ненасытную шлюху, но и в разы усилило выносливость. Только так можно объяснить то, что кончив ещё дважды, я не только не отрубилась, но и продолжила активно подмахивать Таркису, остервенело трахающему меня сзади. Однако всему есть предел, и следующий оргазм становится последним. Вскрикнув, чувствую, как вздрогнувший колдун наполняет моё лоно своим семенем, обессилено падаю на живот и проваливаюсь в пустоту.