САЙРЕЛЛА

Альтарес. Давненько меня здесь не было. Моя мать была аристократкой из влиятельного древнего рода. Как и подобает послушной дочери, она согласилась на выгодный брак с человеком, которого совсем не знала. И всё ради того, чтобы поправить финансовое положение семьи. Однако накануне помолвки умудрилась серьёзно поссориться с потенциальным супругом, из-за чего тот отказался от брака. Тут-то на сцену и вышел мой отец, предложив себя в качестве будущего мужа. Будучи простолюдином, он сумел обогатиться за счёт успешной торговли и некоторых грязных делишек. Жена-аристократка была нужна ему для повышения статуса. Мама от предложения породниться с каким-то торгашом была не в восторге, но всё же согласилась, не видя другого выхода. Это был типичный брак по расчёту. Во что-то большее с годами он так и не перерос, однако мои родители нашли общий язык, и вполне неплохо ладили. Да и меня они оба любили. Окружённая заботой, я росла в роскоши и достатке, чувствуя себя маленькой принцессой.

На своём первом балу в дальфарской столице я познакомилась с одним юношей, в которого по уши влюбилась чуть ли не с первого взгляда. Он тоже обратил на меня внимание. Слово за словом, танец за танцем, и вспыхнувшая при знакомстве искра начала стремительно разгораться. Сначала мы переписывались, затем начали тайком встречаться. Он казался мне прекрасным принцем, хотя на деле был лишь будущим графом. На свиданиях мой избранник вёл себя безупречно, и не позволял себе ничего лишнего. Он заверял, что очень сильно меня любит, и обязательно возьмёт в жёны, даже если его семья будет против нашего брака. Слушая его обещания, я чувствовала себя самой счастливой девушкой в королевстве. Но радость померкла, когда у меня впервые проявились магические способности. Это не было бы проблемой, если бы речь шла о магии света. Но я была адептом тьмы. Объявив о таком открыто, я бы подписала самой себе смертный приговор.

Поначалу я хранила это в тайне, надеясь, что всё как-нибудь само собой утрясётся. Вот только магия – это не простуда или головная боль. Сама по себе она не проходит. Не в силах бесконечно держать это в себе, я поделилась страшной тайной со своим возлюбленным. Он спокойно выслушал меня, обнял, и пообещал, что решит эту проблему. И он её решил, приведя на наше следующее свидание парочку инквизиторов. Меня с ходу вырубили каким-то заклинанием, а я очнулась я уже в тёмном подземелье. К счастью, заточение продлилось недолго. Из храмовых застенков меня вытащил Дион. Забрав меня в крепость своего отца, он начал обучать меня магии. Пока обучал, заодно и в постель затащил. Позже, уже став полноценным магом, я обратила свои новые силы против того, кто клялся мне в любви, но в итоге предал. Убивать его вместе со всеми родными я не стала, хоть и могла, а вместо этого наградила сначала бесплодием, а затем и половым бессилием, чтобы предатель не только свой род не продолжил, но и не мог получить удовольствия от близости с женщиной.

И вот спустя два десятилетия я вновь оказалась в дальфарской столице. Платья, балы, внимание противоположного пола и прочая ерунда меня не волнуют. Мне нужны книги, о которых говорила Талира. Если нужной информации там не окажется, то придётся искать какого-нибудь большого знатока рун, что может занять очень много времени. Но в любом случае, я разрушу этот проклятый барьер, чего бы мне это ни стоило.

Перед тем как наведаться в храм Ордена Солнца, принимаю особое зелье, благодаря которому скрываю ауру адепта тьмы. Пускай инквизицию в Дальфаре и разогнали, это не значит, что теперь тёмных магов здесь принимают с распростёртыми объятиями. Перед проникновение облачаюсь в золотистую мантию, чтобы слиться с остальными адептами Ордена Солнца, и не вызывать лишних подозрений. Для идеальной маскировки не хватает лишь опознавательного знака, но думаю, он мне и не пригодится. Пока иду по храму, никто на меня не обращает внимания. Похоже, умыкнуть хоть половину всех книг и свитков будет проще простого. Знала бы заранее, что всё окажется настолько легко, поручила бы это Талире.

За библиотекой присматривает один единственный архивариус лет пятидесяти. Когда говорю, какие книги меня интересуют, он подсказывает, как их найти, сэкономив моё время. Добравшись до нужного стеллажа, нахожу фолиант тёмно-синего цвета. Но едва беру том и открываю, желая удостовериться, что это именно та книга, как вдруг меня ослепляет яркая вспышка. От неожиданности выронив фолиант, инстинктивно прикрываю лицо ладонью. При этом чувствую, как меня будто холодной водой окатили. Проклятье, что это было?

Открыв глаза, вижу, что нахожусь не в библиотеке, а в какой-то тёмной комнате без окон и с каменными стенами, покрытыми какими-то письменами. Пускай и не один в один, но это место очень похоже на то, где я оказалась после предательства возлюбленного и встречи с инквизиторами. Письмена на стенах здесь не просто для красоты. Это темница для магов. Если попробую использовать телепортацию или наколдовать даже что-то простенькое, то сразу упаду на пол и начну биться в конвульсиях. Умно. Не стоило недооценивать этих ребят. Преждевременно расслабившись, я угодила в ловушку. Вопрос в том, какую цену мне предстоит заплатить за эту ошибку?

РИЗ

Проходя утром мимо купальни, слышу задористый женский смех. Неужели это Лисандра смеётся? Захожу, чтобы проверить. Так и есть. Лисандра и Зура моются вместе после вечерних и ночных забав. Игриво улыбаясь, хозяйка борделя предлагает составить им компанию. Воображение тут же рисует соблазнительные картины. Но мне сейчас нужен не жаркий тройничок, а кое-что другое. Поборов соблазн, всё же отказываюсь от предложения Зуры. Вместо этого прошу разрешения позволить мне немного прогуляться по городу. Надоело безвылазно сидеть в четырёх стенах. Пусть здесь намного просторнее и уютнее, чем в моей прошлой клетке, но когда тебе не дозволено выходить на улицу, ты вновь начинаешь чувствовать себя пленником.

Зура соглашается, но просит проявлять осторожность, говоря, что в Аргате по-прежнему неспокойно. Мне выдают закрытую одежду, головной платок, закрывающий большую часть лица, а заодно и нож для самозащиты. Зура напоминает, что знакомый маг, которому она отправляла весточку, в любой момент может дать о себе знать. Если повезёт, то уже сегодня мы вернёмся в Дальфар. И это слегка меня тревожит. Беспокоит меня не предстоящее возвращение, а то, что как-то уж слишком идеально всё складывается. Вновь вспоминаются посиделки у костра вместе с Горисом и другими членами нашего отряда. Тогда ведь тоже ничто не предвещало беды, а закончилось всё кровавой резнёй, пленом и рабством. Нет, это совсем разные ситуации. Тогда шла война, и ставки были намного выше. Не стоит на ровном месте слишком сильно себя накручивать. Всё будет хорошо. С этой мыслью я покидаю увеселительное заведение через заднюю дверь.

Прогуливаясь по городу, набредаю на трактир, куда решаю заглянуть. Не для того, чтобы пойла какого-нибудь гадкого хлебнуть, а чтобы послушать, о чём говорят люди. Но посетителей в кабаке оказывается немного, всего человек 5-6, не считая трактирщика. Никто ни о чём особо не болтает. Все напиваются молча, не торопясь делиться сплетнями и слухами. Немного посидев в уголке, и поняв, что ловить здесь особо нечего, уже хочу уйти, как вдруг в трактир заглядывает двое стражников, один из которых с ходу заказывает лучшее пойло и побольше закуски. На вопрос трактирщика, по какому поводу праздник, стражник отвечает, что с беглыми рабами, убившими друга эмира Асида, наконец-то покончено, а кораблям вскоре разрешат покинуть порт. От этих слов мне становится не по себе. Не обмануло меня плохое предчувствие. Колдун, за которым отправила Зура, беглецам уже ничем не поможет. Но это только полбеды. Зная, что их ждёт, беглецы вряд ли сдались без боя. По крайней мере, я бы не сдался, если бы оказался на их месте. Однако если кого-то из них удалось захватить живьём, то под пытками он наверняка расскажет, кто укрывал беглецов. Быстро встав из-за стола, покидаю трактир, а когда выхожу на улицу, тут же мчусь обратно к заведению Зуры. В глубине души понимаю, что, скорее всего, уже слишком поздно, но в груди теплится слабая надежда, что я ещё могу что-то изменить.

Увы, всё плохое, что могло произойти, уже произошло, и в этот раз Зуру об облаве никто не предупредил. В отместку за то, что она укрывала убийц его друга, эмир приказал разгромить заведение своей сестры. Стоя в сторонке, наблюдаю, как из окружённого со всех сторон борделя поочерёдно грубо выталкивают на улицу голых и полуголых клиентов, а следом и перепуганных девушек и женщин. Однако Зуры и Лисандры среди них не оказывается. Если их всё же выведут на улицу, то ничем помочь я девушкам не смогу. Врагов слишком много, а у меня из оружия только нож. Воспользовавшись эффектом неожиданности, я смогу прикончить нескольких из них, но сам вряд ли долго проживу. Расклад сил мог бы поменяться, если бы на мою сторону встали недовольные клиенты, которых невовремя лишили женской ласки, но всерьёз на это рассчитывать явно не стоит. Бросаться на вооружённых стражников они явно не осмелятся. Остаётся лишь ждать и наблюдать.

Минут через тридцать стражники всё же уходят, забрав всех проституток, а заодно разогнав ворчащих клиентов. Дождавшись, пока все разойдутся, захожу в опустевшее здание. Наткнувшись у самого входа на мёртвых вышибал, перешагиваю через их тела. Сняв платок, продвигаюсь вперёд. Периодически подавая голос, зову Лисандру, но никто не откликается. По выломанной двери в комнате Зуры и кровавой лужице на полу примерно представляю, что сейчас увижу. Мёртвая хозяйка борделя со вспоротым животом лежит на полу, а рядом валяется чистенький нож, которым она, судя по отсутствию крови на лезвии, неудачно попыталась воспользоваться для самозащиты. Утешает это слабо, но, по крайней мере, перед смертью Зуру не мучили. Склонившись над пока ещё тёплым мёртвым телом, с грустью прикрываю веки покойницы.

Выпрямившись, вдруг слышу, что сзади ко мне кто-то подкрадывается. Резко обернувшись, вижу перед собой Лисандру с ножом в руке. В её глазах горит огонёк ненависти. Не говоря ни слова, девушка делает резкий выпад, попытавшись полоснуть меня по горлу. Лишь хорошая реакция спасает меня от смертельного ранения.

— Сволочь! Зачем ты это сделал? – выкрикивает разъярённая Лисандра.

— Что сделал? О чём ты? – не понимаю, в чём меня обвиняют.

Вместо пояснений девушка вновь бросается в атаку. Не понимая, что на неё нашло, без особого труда уклоняюсь от новых выпадов, благо атакует меня Лисандра хаотично, предсказуемо и слегка неуклюже. Очередная попытка перерезать мне горло заканчивается тем, что я перехватываю руку нападавшей, сжимаю и слегка выворачиваю запястье. Стиснувшая зубы девушка роняет оружие на пол, но тут же пытается заехать коленом мне в пах. Вовремя успев свести ноги вместе и смягчить удар по самому чувствительному месту, швыряю Лисандру на кровать, быстро переворачиваю на живот, и, усевшись сверху, крепко прижимаю её руки к матрасу.

— Будь ты проклят, двуличный подонок! – кричит брыкающаяся девушка, тщетно пытаясь освободиться.

— Прекращай истерить, и объясни толком, в чём дело! – требую раздражённо.

— А ты не знаешь?

— Нет, не знаю. Так что будь добра, объясни всё, но только спокойно, без криков и отчаянных попыток порезать меня.

Сказав это, отпускаю девушку, поднимаюсь с кровати и отхожу в сторону. Вставшая Лисандра потирает запястья, поглядывая на валяющийся на полу нож.

— Давай, говори уже. Внимательно тебя слушаю, - требую объяснений.

— Это ты привёл стражу! – заявляет Лисандра.

— Что за бред? Как ты вообще пришла к такому выводу?

— Они вломились сюда вскоре после твоего ухода.

— Я здесь ни при чём. Нас сдали те беглые рабы. Их нашли, и кто-то из них под пытками всё рассказал.

— С чего ты взял, что их нашли?

— Услышал в одном кабаке, и хотел предупредить об этом Зуру, но уже было слишком поздно.

— Врёшь!

— Не вру. Это просто совпадение. Подумай сама, зачем мне обо всём рассказывать страже? Какой в этом смысл?

Лисандра мешкает, не зная, что на это ответить. Видно, что после этих слов она начала сомневаться в моей виновности.

— Возможно, ты пытался договориться с местным эмиром. Информация о беглецах в обмен на портал до Дальфара, - не слишком уверенно бормочет девушка.

— Ты правда веришь, что я на такое способен? Это ведь не только подло, но ещё и очень глупо. Ты же сама слышала, что сказала Зура. Её знакомый колдун мог в любой момент прибыть в Аргат. Нужно было лишь немного подождать и ничего не предпринимать. Или ты думаешь, что я настолько нетерпеливый и недальновидный? Но допустим, у меня случилось помутнение рассудка, и я действительно предал Зуру, сделав ставку на эмира. Зачем и ради чего тогда я сюда вернулся?

На все эти вопросы Лисандра не находит ответов.

— Прости, - виновато бормочет она, наконец-то осознав, что сделала неверные выводы.

— Прощаю. Изумруды всё ещё у тебя?

Девушка кивает.

— Хорошо. Значит, ещё не всё потеряно. Но нанять какой-нибудь корабль в ближайшее время у нас вряд ли получится.

— Почему? Ты же сам сказал, что с беглецами покончено. Разве запреть покидать порт после такого не должны отменить?

— Скорее всего, отменят, но не сразу, а через какое-то время. Зура говорила, что помимо беглых рабов, стража ещё и ту ведьму разыскивает. Наверняка пока её не найдут, порт так и останется закрытым.

— Или не останется, и кораблям разрешат выйти в море. Вместо того чтобы гадать, лучше это проверить.

Разумно. Жаль Зура поподробнее о том маге не рассказала. Но кто же знал, что всё так плохо закончится? По дороге к порту спрашиваю у Лисандры, как ты получилось, что только ей удалось ускользнуть от прибывшей в бордель стражи, на что девушка отвечает, что ей просто повезло. Затем поясняет, что после окончания водных процедур одевшаяся Зура ушла к себе, а она сама решила ещё какое-то время понежиться в купальне. Когда же Лисандра выбралась из воды и оделась, то услышала снаружи какой-то шум и испуганные женские крики. Сразу поняв, что случилось что-то очень нехорошее, напуганная девушка поспешила спрятаться в тайнике за стеной. Она слышала, как я зову её по имени, но предпочла не откликаться, надеясь застать меня врасплох и прикончить за мнимое предательство. Вновь извинившись за ошибочные выводы, Лисандра признаётся, что прошлая ночь была поистине волшебной. Не ожидала она, что трахаться с другой женщиной окажется настолько приятно. Будучи очень опытной, Зура раз за разом доводила её до оргазма, пока измождённая Лисандра попросту не отрубилась. Слушаю эти откровения с улыбкой, мысленно благодаря Зуру за то, что она сделала для Лисандры. Бывшая игрушка для плотских утех наконец-то в полной мере осознала, что такое нежность и удовольствие. Ни один мужчина, каким бы ласковым он ни был, не смог бы ей это продемонстрировать. Не удивлюсь, если после такого опыта Лисандра в дальнейшем будет спать исключительно с девушками и женщинами. Хотя это уже не моё дело. Пусть Лисандра сама решает, с кем ей трахаться.

ТАЛЕЯ

Сконцентрировавшись на старой метке, я успела разглядеть место, где находится Риз. Судя по интерьеру, это увеселительное заведение. Когда говорю об этом Таркису, тот подмечает, что борделей в городе несколько. Однако, тот, что нам нужен, находится в восточной части города. Туда мы и направляемся. Когда добираемся до увеселительного заведения, обнаруживаем, что оно разгромлено. Народу нет, двери открыты, а местами даже выломаны, всё перевёрнуто вверх дном. Явно постаралась городская стража. Внимательно осмотрев оба этажа, находим несколько мужских трупов и один женский.

— Тела совсем свежие и ещё не успели остыть, - подмечает Таркис, пока мы идём по коридору.

— Понятно, что недавно. Когда я искала Риза по метке, всё было спокойно.

Колдун бросает на меня недовольный взгляд.

— Если бы ты не отправила меня по ложному следу, я бы опередил стражу, - упрекает меня шоранец.

— Ну да, обманула. И совсем об этом не жалею. Получив желаемое, ты бы бросил меня здесь одну и без сил.

— Не бросил бы. Не суди всех по себе.

— Сказал тот, кто мою магию и украл.

Таркису нечем на это возразить.

— Снова сконцентрируйся на своей метке, - вместо этого советует колдун.

— Позже. И не здесь.

Резко остановившийся Таркис грубо хватает меня за плечо, и прижимает к стене.

— Здесь и сейчас, - требует он с нажимом.

Хочу со всей дури заехать ему коленом по причиндалам, как вдруг боковым зрением фиксирую какое-то движение. Повернув голову влево, вижу в конце коридора какого-то незнакомого мужчину. Кисть на его правой руке слегка искрится. Стоит Таркису тоже в ту сторону посмотреть, как в грудь ему прилетает молния, сорвавшаяся с пальцев незнакомца. Отлетев на несколько метров в сторону, колдун падает на спину, и даже не пытается подняться. Мёртв он или просто отрубился, проверить не могу. Понимая, в кого полетит следующая молния, спешно создаю крупный и широкий, но при этом лёгкий как пёрышко магический щит, которым и прикрываюсь. Проверяя его на прочность, незнакомец атакует меня с двух рук. На протяжении пятнадцати секунд он без остановки бьёт по щиту молниями, пытаясь прожечь в нём дыру. Чтобы это не случилось, укрепляю щит, добавив в него тёмной энергии.

Внезапно атака прекращается. Похоже, врагу нужна небольшая передышка. Пользуясь этой заминкой, отступаю поближе к стене. Держа щит одной рукой, другой вывожу на стене магическую печать. Как только провожу последнюю линию, печать вспыхивает и преобразуется в воронку, из которой вылетают чёрные фигуры, похожие на воронов, и устремляются в сторону колдуна, но ни одна из них цели не достигает. Вместо того чтобы поодиночке сбивать смертоносных пташек, враг создаёт на их пути непроницаемую искрящуюся стену из молний. Одна за другой врезаясь в магическую преграду, птицы сгорают и исчезают. Между тем сам колдун обрушивает на меня мощный поток воздуха, от которого щит совсем не защищает, а затем с помощью сильного ветра разрушает часть стены с воронкой, ломая печать.

Будучи отброшенной в угол, не поднимаясь атакую противника разрушительным тёмным лучом, пробивающим стену из молний. Однако зацепить мага не удаётся. Ублюдок успевает пригнуться. Неудачная атака сразу отдаётся головокружением и покалыванием в висках. Проклятье! Не стоило этого делать. Пытаясь покончить с врагом, я слишком много сил вложила в этот удар, но промахнулась. Ещё пара-тройка таких лучей, и от запаса магии, позаимствованного у Таркиса, совсем ничего не останется. Если хочу выжить, силы стоит поберечь.

Колдун презрительно смотрит на неподвижного Таркиса, затем переводит взгляд на меня.

— И давно ты снюхалась с этим предателем? Или вы были заодно с самого начала? – интересуется он.

— Подойди поближе. Я тебе на ушко шепну.

— Как-нибудь обойдусь. Обо всём этом и многом другом ты расскажешь Калиду и его палачам.

— Я не убивала Шиону!

— Да мне наплевать.

Заметив, что пальцы на правой руке колдуна вновь начали искриться, резко вскакиваю и бросаюсь бежать. Едва успеваю забежать за угол, прежде чем в стену прилетает первая молния. Вторая лишь чудом не попадает мне в спину, когда я, пробежав по коридору метров двадцать, забираюсь на перила и спрыгиваю с лестницы вниз. Не слишком удачно приземлившись, подворачиваю ногу. Прихрамывая, спешно ковыляю в сторону выхода, по пути сделав остановку, чтобы аккуратно порезать руку чуть выше запястья. Кровь помогает мне создать барьер на пути преследователя. Вряд ли такая преграда надолго задержит колдуна, но поможет мне выиграть немного времени. С тем запасом сил, что у меня есть, одолеть такого опасного противника не получится. Удрать от него с повреждённой ногой тоже вряд ли удастся. Стоп! У выхода же валяется несколько мертвецов. Накачаю их тёмной энергией, и брошу на этого ублюдка. Хотя нет, он же их издалека молниями повзрывает, и сам никак не пострадает. Может лучше попробовать создать каргула? От него толку явно будет больше. Только мы хватило времени и сил.

Добравшись до покойников у выхода, обмазываю их лица своей кровью. Выведя на полу крупную печать, укладываю на неё мертвецов. Пока произношу длинное заклинание, чуть не сбиваюсь, услышав грохот. Колдун уничтожил преграду, так что надо поторопиться. Продолжив, чётко проговариваю оставшуюся часть заклинания. Едва последнее слово слетает с моих губ, печать на полу вспыхивает оранжевым цветом. Пока она светится, мертвецы начинают плавиться, словно фигуры из воска, в итоге превращаясь в одну большую кашу из плоти. Подобно трясине печать затягивает в себя всю эту кашу до последней капли. Только печать исчезает, как к выходу подтягивается и мой преследователь.

— Ну что, добегалась? – интересуется он с глумливой ухмылкой.

Изобразив испуг, начинаю пятиться, пока не упираюсь спиной в стену. Чувствуя себя победителем, колдун вальяжно приближается ко мне. Пальцы на обеих его руках вновь искрятся.

— Посмотри на себе. Владеешь тёмной магией, а жмёшься в угол, словно жалкая, трусливая собачонка. Неужели напоследок даже сделать ничего не попробуешь? – с издевкой спрашивает колдун.

А я уже всё сделала, ублюдок ты самонадеянный. Услышав мой мысленный призыв, каргул материализуется за спиной у колдуна. Созданный из мёртвой плоти гомункул представляет собой красного гиганта ростом под два с половиной метра, с большими руками и ногами. Существо напоминает статую из глины, и на первый взгляд не выглядит очень опасным. Преобразовав одну из конечностей в подобие большого молота, гомункул собирается размозжить голову колдуну. Однако тот, что-то почуяв, резко оборачивается, замечает замахнувшегося монстра, и чуть ли не в последний момент успевает отскочить в сторону. Едва избежав смерти, колдун тут же начинает швыряться в каргула молниями, но гомункула этим не проймёшь.

Как только гомункул преобразует конечности в клинки, колдунишка сразу понимает, чем это для него чревато. Увеличив дистанцию между собой и монстром, колдун сначала пытается сдуть каргула сильным ветром, но это лишь слегка замедляет существо. Тогда колдун атакует гомункула, создав мощный вихрь. Торнадо затягивает монстра, и практически мгновенно перемалывает. Глядя на разлетевшиеся во все стороны куски красной глины, колдун радуется своей победе. Но торжествующая улыбка тут же исчезает с его лица, когда разлетевшиеся в разные стороны части начинают притягиваться друг к другу и заново срастаться. Этим каргул и опасен. Его можно сжигать, взрывать и разрубать на части, но реального вреда ему это не причинит. Что с гомункулом не делай, он всё равно восстановится. Недостаток у него всего один – короткая продолжительность существования. Чем слабее маг, создавший гомункула, тем быстрее каргул прекратит своё существование. Учитывая то, что силы я позаимствовала у Таркиса, счёт уже идёт не на минуты, а на секунды.

Используя ветер, колдун вновь пытается развалить не собравшегося до конца гомункула. Пользуясь моментом, выпускаю в противника разрушительный луч. Обернувшийся колдун это замечает, но защититься от атаки или уклониться в этот раз не успевает. Вкладываю в этот удар оставшиеся силы, однако луч колдуна не убивает, а лишь отбрасывает в угол. Впечатавшись в стену, потерявший сознание противник сползает на пол. Гомункул же в ту же секунду разваливается на части, и больше не собирается. Пошатнувшись, падаю на колени, чувствуя себя выброшенной на берег рыбой. Вот и всё, теперь я снова обычный человек без магических способностей. Пытаюсь подняться, но ноги меня совсем не слушаются. Тяжело дыша, не спускаю глаз с валяющегося на полу колдуна. Пусть я и так сильно выдохлась, что даже подняться не могу, но победа осталась за мной. Не важно, что поверженный колдун всё ещё жив. Чтобы добить его, мне магия не нужна.

Подобно гусенице или черепахе, ползу к противнику, а когда добираюсь до него, достаю нож, которым ранее порезала себе запястье, и заношу для удара, метя мужчине в сердце.

— Не смей!

Обернувшись, вижу всё-таки живого Таркиса. Молния прожгла на его одежде дыру в районе груди.

— Этот выродок чуть тебя не убил, - напоминаю так невовремя появившемуся магу.

— Этот выродок – мой брат. Убьёшь его – умрёшь сама.

Над плечом Таркиса после этих слов вспыхивает огненный шар. Одно лишнее слово или неосторожное движение – и этот шар полетит в меня.

— Прикончишь меня ради того, кто едва не убил тебя, несмотря на то, что я всё ещё нужна тебе? – зачем-то спрашиваю, хотя ответ и так очевиден.

— Хочешь это проверить?

Не хочу. Потому нож и опускаю, так и не нанеся смертельный удар поверженному противнику. Таркис же гасит шар, и идёт ко мне. Подойдя, он склоняется над своим братцем, и снимает с указательного пальца на его левой руке невзрачное серебряное колечко.

— Это оно? – спрашиваю я.

— Да. Без него Халису будет намного сложнее вновь тебя выследить, - отвечает Таркис, убирая кольцо в карман.

А с дыркой в груди он точно этого сделать не сможет. Нельзя щадить тех, кто желает тебе смерти. Даже без кольца этот выродок ещё может доставить нам хлопот. Вряд ли Таркис настолько глуп, чтобы этого не понимать. И то, что его милосердие ещё может выйти нам боком, он тоже понимает, но позволить мне завершить начатое всё равно не позволяет.

— Сконцентрируйся на метке, - приказывает Таркис.

— Бесполезно на ней сейчас концентрироваться. Благодаря твоему братцу, я израсходовала всю силу, что позаимствовала у тебя. Разве что ты снова поделишься со мной своей магией.

— Не могу. Два “переливания” за сутки – это и так слишком много. Третье может меня убить. Надо какое-то время выждать.

— Тогда перестань усложнять жизнь мне и себе, и просто верни мои силы.

— Всему своё время.

После этих слов шоранец вдруг резко меняется в лице.

— В чём дело? – спрашиваю у нахмурившегося колдуна.

— Не могу открыть портал. И дело явно не во мне. Похоже, местные маги постарались. Либо из-за тебя, либо из-за беглых рабов, но эту лазейку прикрыли. Открывать порталы или пользоваться телепортацией как минимум в пределах города теперь нельзя, - объясняет Таркис.

— Если это из-за меня, то зря старались. У меня и без их фокусов были проблемы с телепортацией.

— Вот только они этого не знают. Идти можешь?

Пытаюсь подняться, и мне это даже удаётся, но удержаться не могу, и практически сразу теряю равновесие. Упасть мне не позволяет Таркис, вовремя меня подхватив и взяв на руки.

— Ясно. Значит, не можешь, - констатирует колдун, прежде чем понести меня к выходу.

Проклятье! Знала бы заранее, сколько проблем мне это доставит, обошла бы стороной этот проклятый городок. Теперь же придётся задержаться здесь на неопределённое время.