Утром Никита проснулся с ощущением, что его член кто-то сосёт.

– Танька? – спросил он и бросил взгляд на часы. Семь утра. У Таньки смена ещё не закончилась. К тому же, Танька никогда не брала член в рот.

Сон как ветром сдуло. Никита широко распахнул глаза. Его сердце заколотилось. Он приподнялся на постели и огляделся. Увидел голову с распущенными каштановыми волосами, которая мерно поднималась и опускалась. Рот чмокал. Член блаженствовал. Не было сомнений: минет исполняет его родная теща, Надежда Степановна.

Никита растерялся. Он не знал, что ему делать. Как обычно поступают зятья, чей член внезапно оказался у тещи во рту с самого утра? Начинают подмахивать? Вежливо отказываются и предлагают остаться друзьями? Громко возмущаются?

Возмущаться не хотелось. Потому что Надежда Степановна явно умела доставить мужчине удовольствие. Она делала минет старательно и виртуозно.

Никита скользнул взглядом по её телу. Один только верх от пижамы. Задница голая. Ноги голые: стройные и красивые, спортивные. Не такие, как у Таньки. Ни грамма лишнего жира. Ни одного волоска.

Вдруг Никита вспомнил свой рассказ, который он вчера опубликовал. А ведь всё происходит точно так же! И тогда парень всё понял: он спит, и эта ситуация ему снится. Для проверки своей гипотезы Никита ущипнул себя за ухо. Пробуждения не последовало.

Значит, всё реально. И что теперь делать? Конечно, было бы правильным поступком вынуть член у тещи изо рта, объясниться, извиниться... Хотя... За что извиняться-то? Скорее, возмутиться неподобающим поведением. А затем – аккуратно выставить Надежду Степановну за дверь и договориться больше никогда не вспоминать об этом инциденте.

Именно такого поступка требовал от Никиты его мозг. Но чего член просил иного. И в данный момент член был главнее. Поэтому Никита нежно взял тещу за голову, запустил пальцы и каштановые волосы и начал подмахивать задницей, пытаясь запихнуть член поглубже в глотку. Из его рта вырвался довольный стон.

Тут же минет прекратился. Надежда Степановна резко подняла голову, посмотрела на зятя строим взглядом и, не говоря ни слова, взобралась верхом на член.

Ошеломленный Никита тоже ничего не сказал. Он не знал, куда ему деть глаза и руки. Можно ли лапать тещу за задницу? Можно ли смотреть на неё голую? Никита не знал, поэтому на всякий случай – исключительно из вежливости – он закрыл глаза, а руки вытянул вдоль туловища. Теперь руки просто лежали на кровати.

Никита ничего не видел, он только ощущал. И чувства эти были крайне приятными. Теща двигалась верхом на его члене и тихо постанывала. Она уперлась руками в его грудь. Её движения становились более интенсивными, быстрыми, и вскоре, не выдержав этого напора, Никита кончил. Он приглушил собственный стон, будто стесняясь его. Будто ощущая себя тем, кто делает что-то запрещенное. Недопустимое. Постыдное. Например, изменяет своей жене с её собственной матерью.

А между тем, натиск на пенис не ослабевал. Никита слышал, как внутри Надежды Степановны с каждым толчком чавкает сперма. Даже после оргазма он хотел, чтобы это продолжалось. Член долго не обмякал, и это продлилось ещё минут десять. А затем кончила и она, обозначив своё удовольствие громким вскриком и дрожанием всего тела. Спустя ещё минуту тёща остановилась, расслабилась, слезла с члена и, так ничего и не сказав зятю, быстрым шагом направилась к выходу из комнаты.

Никита посмотрел вслед тёще. Он увидел удаляющуюся голую задницу: подтянутую, спортивную, аппетитную. Затем дверь хлопнула, и задница исчезла.

Что только что произошло? Никита лежал и пытался обдумать случившееся. Он трахнул свою тещу. Вернее, она трахнула его. Но не в этом суть! Главное, что это случилось сразу после публикации рассказа. И в точности именно так, как он насочинял. Может ли это быть совпадением? Конечно же, нет. Но в таком случае, как могло повториться это в реальности? Точь в точь, как он написал?

Никита достал смартфон. Он открыл сайт с рассказами и перечитал свой опус ещё раз. Никита поразился тому, как всё совпало. Он спрятал телефон и думал дальше. И только одно объяснение пришло ему на ум. Абсурдное, но самое логичное объяснение. Этот сайт – волшебный. Он реально осуществляет фантазии писателей.

Да, звучало по-детски. Но другого объяснения Никита для себя не находил. Поэтому он решил проверить свою теорию – дебильную, инфантильную, но безальтернативную.

Спрятав голый увядший член в трусы, он сел за компьютер. Открыл редактор сайта с рассказами и начал писать.

«Как я снова трахнул тёщу.

После того как между нами это произошло, мы завтракали вместе, как обычно. Ни о чем не вспоминали. Но между нами продолжали летать искры. Моя жена их не замечала: это хорошо. Но мы с тёщей всё понимали. И мы знали, что это повторится.

Это повторилось в тот же вечер. Моя жена легла спать пораньше, как она всегда делала после смены в больнице. А я сказал своей теще, что иду в душ. Дверь закрывать не стал. Почему-то я знал, что она ко мне войдет. И она вошла.

Едва я помылся, вышел из душевой кабины, как ворвалась моя тёща. В одном только коротком халате на голое тело. Она тут же сбросила его на пол. Затем встала на колени и подняла мой член своим ртом. Минет был недолгим. Уж слишком не терпелось тёще ощутить мой член внутри себя. Поэтому она поднялась, развернулась ко мне задом, слегка выпятила попу и наклонилась к стене, приглашая меня войти.

И я принял это приглашение. Я трахал её сзади, а она просила трахать сильнее, быстрее и шлёпала себя. Вскоре она замычала, кончая, и я зажал ей рот рукой, чтобы мы не разбудили Таньку. Я продолжал её трахать, лапая сзади за сиськи, а затем кончил и сам, нафаршировав тёщу очередной порцией спермы.

Потом мы стояли некоторое время, я находился внутри неё. Отдышавшись, и немного придя в себя, теща снялась с члена, быстро надела халат и убежала.»

Никита написал это, перечитал ещё раз и добавил контрольный абзац.

«А затем дверь открылась. Моя теща вдруг вернулась. Она поцеловала меня в губы: как женщина целует мужчину, и скрылась за дверью снова.»

– Если это так и случится, то сайт точно волшебный, – пробормотал Никита себе под нос.

Как будто всего остального было недостаточно для доказательств, и только один этот поцелуй мог дать окончательный ответ.