Утром туман стелился за горизонтом, казалось, что весь мир погружен в сон.

Преподаватель по статистике монотонно бормотал о медиане и выборке. Мел в его руке будто гвоздь царапал доску, издавая режущий уши скрип.

На следующей паре мы перешли в аудиторию на третьем этаже. За пять минут до её начала дверь аудитории распахнулась. Вошла куратор, оглядела ряды и звонко произнесла:

— Доброе утро. Группа, минуту внимания. Информация по расписанию: английского сегодня не будет, преподаватель на стажировке. Вместо него будет лекция по общественному здоровью. Явка строго обязательна. Староста, отметьте всех по списку. Кто прогуляет — ко мне даже не подходите.

Начался семинар по логике. Разбирали ошибки, которые допустили на прошлой контрольной работе. Я посмотрела в окно. За деревьями виднелся корпус, где расположен медпункт.

— Интересно, что сейчас делает Александр Иванович?

Воспоминания нахлынули. Как я впервые к нему пришла, когда не хотелось идти на физкультуру. Тогда он впервые сделал мне клизму. В ушах до сих пор стоял его ровный, не терпящий возражений голос: «Нужно провести пальпацию. Я, кстати, просмотрел вашу карточку — вы и раньше жаловались на подобные боли».

По позвоночнику пробежала мелкая дрожь, вспомнила ощущение полной беззащитности и странного, волнительного, но желаемого мной облегчения в следующие минуты. Тепло разливалось по телу, как его рука тяжело и уверенно лежала на моём плече, удерживая на месте.

— Интересно, он иногда вспоминает тот день?

Я не пряталась от этих мыслей. Наоборот, с удовольствием погружалась в них, чувствуя лёгкое покалывание внизу живота. В тот день тонкая резина перчаток скользнула по коже, неся прохладу, которую мгновенно победил жаркий пульс его ладоней. Противоречие ощущений успокаивало лучше любых слов.

Бросила взгляд на преподавателя у доски. Лера, сидевшая рядом со мной, с умным видом произнесла:

— Оксана, спорим на третьей паре будет нудятина. Какой-нибудь нафталиновый профессор будет читать всякую ерунду по бумажке целых полтора часа.

После семинара по логике наша группа переместилась в аудиторию, где должна была быть лекция по общественному здоровью.

Куратор серьёзно посмотрела на присутствующих.

— Сегодня будет разговор об общественном здоровье. Читает приглашённый лектор. Практикующий врач.

Затем она отошла в сторону, освобождая проход.

— Прошу, Александр Иванович.

Я замерла. Чувствовала, что аромат сандала и розмарина захватил всё пространство.

На нём сейчас не было белого халата. Тёмно-синий пиджак удачно сочетался с тёмным оттенком волос и спокойствием карих глаз. Видеть его здесь было приятно и неожиданно.

Он положил на кафедру тонкую папку, обвёл аудиторию спокойным взглядом и остановился на секунду дольше на нашем ряду. Я открыла блокнот, взяла ручку и слегка наклонилась. Боялась, что он прочтёт по лицу мои мысли.

Он повернулся к доске, взял мел и быстро вывел несколько слов. Почерк был неразборчивым. Кто-то с заднего ряда спросил:

— Александр Иванович, а что там написано?

Он обернулся, чуть заметно усмехнулся:

— Попробуйте угадать.

Все пытались решить этот ребус. Я — нет. Я смотрела на его пальцы, которые тогда так ритмично двигались внутри меня. То упоительное чувство, что начиналось внизу живота и потом охватывало всё тело. Этот потрясающий фейерверк эмоций.

— Здоровьесберегающие технологии в повседневной жизни студентов, — произнёс он.

Его голос прозвучал глубоко и чисто, заставив аудиторию мгновенно замолчать.

Прошёлся вдоль доски.

— Добрый день. Как вы думаете, — обратился он ко всем присутствующим, — какие факторы больше всего влияют на здоровье современных студентов?

Кто-то с заднего ряда крикнул: «Недосып!» Кто-то добавил: «Стресс!». Александр Иванович кивал, слушал. Он посмотрел правее и остановился взглядом на Лере.

— Ваше мнение?

— Курение, — ответила она.

Он сурово посмотрел на задний ряд.

— Правильно. Курение — это как заливать мазут в Феррари. Техника страдает, а водителю всё равно.

Его лицо вновь стало спокойным.

— А вы, молодой человек, — он посмотрел куда-то в сторону Никиты, — как думаете?

Никита, польщённый вниманием, вскочил и выпалил:

— Компьютер. Компьютер. Если долго сидеть, спина начинает болеть.

По аудитории пронёсся смешок. Александр Иванович чуть заметно улыбнулся уголками губ.

— Верно. Гиподинамия — бич современного студента. Малоподвижный образ жизни, долгое сидение за компьютером, неправильное питание. Всё это ведёт к застою, нарушению обмена веществ, проблемам с пищеварением. Многие студенты приходят ко мне с разными жалобами. А им на самом деле показаны спортивные нагрузки.

Он сделал паузу. Взгляд остановился на мне. Александр Иванович будто готовился сделать мне клизму прямо сейчас в аудитории.

— Вот вы, Оксана, ходите на физкультуру?

Я вздрогнула. Он будто окунул меня при всех в ледяную прорубь. В его взгляде не было ничего лишнего — только спокойная, ровная внимательность врача.

— Хожу, — сказала я громко. Белая блузка предательски намокла в области подмышек. Хорошо, что сверху была тонкая бежевая кофта. Щёки пылали.

Он кивнул, словно зафиксировал результат в невидимой карте, и вернулся к лекции.

— Знаете, почему студенты игнорируют завтрак, часами залипают в онлайн-играх, равнодушно относятся к первым симптомам заболеваний? Вам кажется, что ваше тело простит вам этот кредит. Но ставки по процентам высокие. Знаете, я убедился на практике, что иногда людям приходится платить по счетам раньше, чем они рассчитывают. Инвестиции в здоровье всегда оправданы. Лучше сделать это вовремя: сном, движением, вниманием к себе. Здоровьесберегающие технологии — это не сложные приборы и не дорогие курсы. Это то, что каждый может внедрить в свою жизнь прямо сейчас. Вставать каждый час, гулять пешком, следить за осанкой, не игнорировать завтрак. Всё это звучит обыденно, но именно простые истины мы игнорируем чаще всего.

Он говорил ещё минут двадцать, приводя примеры из практики, спрашивая студентов, кто сколько часов проводит в телефоне, кто завтракает, кто чувствует боль в спине. Я не слышала. Я смотрела на его руки, которые иногда взлетали, чтобы подчеркнуть мысль, и вспоминала, как эти же руки лежали на моём животе, считали пульс, наносили на спину травяную мазь.

Когда он закончил, в аудитории стало тихо.

— Вместо того чтобы ещё полчаса рассказывать о пользе мытья рук, я даю вам задание. Сегодня пройти на две тысячи шагов больше обычного. Помните — это не про зачёт, а про ваш вин по жизни. А теперь — вопросы.

Кто-то спросил про питание, другие — про сон. Задали вопрос про стресс во время экзаменов. Я смотрела на его руки, которые теперь спокойно лежали на трибуне, и думала: он помнит. Он всё помнит.

Лекция закончилась. Студенты засобирались. Лера встала, потянулась.

— Оксана, у тебя лицо красное.

— Да, что-то жарко.

— Я тоже вся вспотела. Утром надела этот тёплый свитер, да ещё села возле батареи.

— Пойдём?

— Иди, — сказала я. — Хочу немного прогуляться.

Она ушла, а я осталась сидеть, глядя на пустую доску, где ещё виднелись следы его почерка, который никто не смог разобрать. Медленно вдыхала запах сандала и розмарина. Мне казалось, он всё ещё здесь.

Встала, вышла из аудитории. В конце коридора мелькнул тёмно-синий пиджак. Я остановилась, но он не обернулся. Постояла немного, потом медленно пошла к выходу.

Вышла на улицу. Лёгкая прохлада воздуха щипала кожу. Сегодня сделаю на две тысячи шагов больше. Это моё обещание ему, моё обещание себе. Теперь всё стало ясно: он спросил не просто так. Будто знал мои мысли с самого начала лекции.

Александр Иванович никогда ничего не делает просто так. Он напомнил. И я ответила. Всё честно.