— Да уж... Галактика не перестаёт удивлять. Сначала появляются двойники, а потом начинается — ещё и вот это.

— Ну ладно, — сказала Эра, взглянув на планшет. — Начальство станции уже ждёт. Когда узнали, что ты прилетаешь — будто камень с души упал. У них остались только отчёты, догадки... и скрытая паника.

Она повела его через один из вспомогательных отсеков базы — узкий, перегруженный. Очевидно, отсек служил сразу и складом, и мастерской, и лабораторией: повсюду стояли ящики с маркировкой, приборы, разобранная аппаратура, инструменты, датчики, и даже пара неубранных кружек. Воздух пах пластиком и озоном.

Потом — узкий коридор, между двух блоков, гудящий вентиляцией и тонко звенящий под ногами. Спустя минуту они вышли в просторную приёмную, оттуда — в главный офис станции.

Комната была заметно строже остальной базы: чистые матовые стены цвета слоновой кости, встроенные инфопанели по периметру, приглушённый свет. В центре — большой овальный стол со встроенной голографической консолью. Атмосфера напоминала скорее кризисный штаб, чем научную станцию.

Навстречу им поднялся мужчина лет шестидесяти, в форме с нашивкой «Кирена-4 / Центр». Высокий, с правильными чертами, чуть поседевшими висками и лёгкой сутулостью человека, который спит по три часа в сутки, а остальные двадцать один — решает чужие проблемы. Его голос был хрипловат, но твёрд.

— Иван Дятлов? — произнёс он, протягивая руку. — Мы много о вас слышали.

Очень рады, что вы всё-таки прибыли. У нас тут... — он замялся, — скажем так, нестандартная ситуация. Похоже, разобраться можете только вы.

— Ант Келл, — представился он. — Директор станции.

Он жестом пригласил Ивана пройти к столу и кивнул в сторону двух сотрудников, стоявших чуть в стороне.

— Мои заместители.

Первой была Саэль Тарн, заведующая научным отделом — невысокая, сухощавая женщина с резкими движениями, пронзительными серыми глазами и волосами, стянутыми в безупречный узел. У неё был голос, которым можно было отдавать приказы без повышения тона. Эра шептала о ней, что та держит в страхе даже местных археологов.

Второй — Томас Вейл, заместитель по безопасности. Грузный, с квадратной челюстью и равнодушным взглядом, скрытым за узкими очками. Его лицо казалось непроницаемым, но Иван отметил, как тот незаметно напрягся, когда разговор зашёл о причинах визита.

— Все материалы готовы, — добавил Келл. — У нас есть архив наблюдений, допросы, записи, отчёты биологов и лётчиков.

Он посмотрел на Ивана с тем типом надежды, который испытывают люди, давно не получавшие вразумительных ответов.

— Так, — сказал Иван, опускаясь в кресло и откидываясь спиной на спинку. — Расскажите всё по порядку. Без купюр.

Келл кивнул, тяжело вздохнул и начал:

— Всё началось около двух недель назад. Первыми были археологи.

Сначала — мелочи: пропадали инструменты, путались записи, аппаратура давала сбои. Пару раз дошло до ссор — люди срывались, хотя до этого работали слаженно. Мы списали на усталость, условия, замкнутое пространство...

Он на секунду замолчал, потом продолжил, понизив голос:

— А потом один из археологов — Харри Вельд — ушёл на объект и... не вернулся. Изначально думали, заблудился — район нестабильный, аномалии, сигналы скачут. Искали два дня.

Не нашли.

И тут он сам возвращается. Весёлый, разговорчивый, шутит. Как будто вообще не замечает, что пропал.

— Где был? Что делал? — спросил Иван.

— Вот именно. Он не знает. Или делает вид, что не знает. Говорит, мол, просто немного сбился с маршрута и отдохнул. Но его раньше не отличало веселье. Был замкнутый, молчаливый. А тут — прямо комик на вечеринке. Странно это всё выглядело.

— Потом появились двойники? — уточнил Иван.

— Да, — кивнул Келл. — Несколько человек после подобных исчезновений возвращались... и через день появлялся ещё один. Точно такой же.

Оба утверждают, что они — подлинные. И оба — абсолютно уверены в этом.

Саэль Тарн, до этого молча стоявшая в стороне, добавила:

— И что самое странное — они не конфликтуют. Как будто принимают существование друг друга как норму. Некоторые даже сблизились.

Вот, например, Лиа — археолог. Теперь их двое, и они, кажется, дружат крепче, чем настоящие сёстры.

— После третьего случая, — продолжил Келл, — мы решили эвакуировать всех с археологического участка. Закрыли доступ, перевезли персонал сюда. Думали, всё — на этом.

Но потом началось уже здесь. В пределах базы. И с каждым днём — всё больше неясностей.

Он посмотрел Ивану прямо в глаза:

— Мы пытались изолировать "двойников" в медблоке. Без насилия, просто под наблюдение. Но они устроили скандал. Чуть до рукоприкладства не дошло.

В итоге пришлось позволить им свободно жить среди остальных. Теперь даже не знаем — кто из них оригинал, а кто... не совсем.

— Полагаю, — сказал Иван медленно, — вы уже провели медобследование? ДНК, когнитивные тесты, нейросканирование?

Келл раздражённо махнул рукой:

— Конечно. Всё, что было под рукой.

Результат — ноль. По всем параметрам — абсолютно нормальные, физически здоровые люди. Вплоть до клеточной структуры. Даже ДНК — без отклонений.

Психологически — да, чуть взвинчены, гиперсоциальны... но в пределах нормы. И никакой внешней разницы между "до" и "после".

Иван долго молчал, впитывая сказанное. Потом, почти себе под нос:

— Значит, копии... идеальные. Или... что-то глубже.

Он поднял взгляд.

— Пожалуй, начну с того, что поговорю с каждым из них, — сказал Иван, вставая из кресла. — С глазу на глаз. Может, что-то прояснится. А если нет — хотя бы составлю представление.

Он сделал паузу.

— Начнём с двойников.

Глава 7. Собеседование

Келл кивнул, тут же активируя браслет связи. Через несколько минут один из сотрудников подвёл Ивана к двери в служебный блок.

Ему выделили отдельный кабинет на втором уровне — бывшую комнату техинструктажа. Помещение было небольшое, утилитарное, как всё на базе: стены из серого полимерного сплава, узкое окно под потолком, стол с терминалом, два стула друг напротив друга и маленький умывальник в углу. Никакого украшательства, ничего лишнего. Но Ивану было достаточно. Он умел работать в таких условиях.

— Ну что же, подойдет, — сказал он своему сопровождающему. — Пусть заходят по одному.

Затем сел и стал ждать, делая пометки в планшете.

Первым вошёл молодой мужчина лет тридцати — высокий, с немного неуверенной походкой. Звали его Кал Брукс. Археолог. Один из тех, кто «вернулся» с объекта.

Кал сел аккуратно, внимательно посмотрел на Ивана. Лицо было открытое, но взгляд — настороженный.

— Добрый день, — сказал Иван. — Просто разговор. Без протокола, без обвинений. Меня интересует, как вы это видите.

Кал кивнул, но отвечал скупо. Повторял, что не помнит, где был, не чувствует изменений, считает себя "прежним", но — "рад, что всё хорошо закончилось". Слишком рад. Слишком ровно.

Вторым прислали Лию. Одну из двух.

Она вошла спокойно, даже с лёгкой улыбкой, села легко, по-хозяйски. Вела себя непринуждённо, словно знала, что всё под контролем.

— Какая я из двух? — переспросила она на вопрос Ивана, слегка наклонив голову. — А какая разница, если мы обе — это я?

— Как мы ладим с второй половинкой? — она снова наклонила голову. — Прекрасно ладим. А какие могут быть вопросы?

Он молчал, записывая. Она не выглядела опасной, но её спокойствие было почти пугающим.

Третий — наоборот, вошёл почти с испугом. Том Эллис, техник. Он явно нервничал, садился неуверенно, ерзал на стуле.

— Я не знаю, зачем я вам нужен, — бормотал он. — Я ничего не делал, честно.

— А второй ты что говорит? — спросил Иван.

— Тоже ничего, — пожал плечами Том. — Мы не спорим. Только... — он понизил голос. — Он смотрит на меня странно. Как будто ждёт, что я что-то сделаю. Сам не знаю что.

Один за другим они заходили. Некоторые — открыто, уверенно. Другие — с тревогой. Были те, кто смотрел Ивану в глаза, и те, кто избегал взгляда. Кто-то пытался шутить. Кто-то — оправдываться, не будучи обвинённым.

Иван записывал, наблюдал, отмечал: движения, паузы, слова, несказанное. Он не задавал лишних вопросов. Просто слушал и сравнивал. У него было чутьё. И оно говорило — они не врут. Или... не считают, что врут.

С каждой новой встречей ощущение нереальности происходящего только усиливалось. Всё выглядело нормально. И именно это пугало больше всего.

К вечеру Иван закончил опрос — про себя он уже называл их "пациентами", или просто двойниками. Один за другим они прошли через его кабинет, и теперь он сидел в тишине, глядя на пустой стул напротив, будто тот мог выдать хоть какую-то подсказку.

К его разочарованию, всё прошло без особых результатов. Он не узнал ничего принципиально нового по сравнению с тем, что ему уже рассказали в штабе. Повторялись те же истории: провалы в памяти, внезапные возвращения, уверенность в собственной подлинности. Все твердили одно и то же — как будто по шаблону.

Разве что... мелочи. Едва заметные нестыковки, странные оговорки, паузы не в том месте. Кое-где — забытые детали, нелогичные акценты. Некоторые из них вели себя чуть слишком уверенно, другие — наоборот, слишком заискивающе. Несвязности в словах, странная лёгкость восприятия происходящего.

Но Иван знал: это могло ничего не значить. Люди на взводе, путаются в событиях, забывают, что говорили вчера, особенно под давлением. Или сознательно что-то скрывают — из страха, или из чувства вины, пусть даже неосознанной.

Он провёл рукой по лицу, включил терминал, сохранил записи.

Никаких выводов пока. Но что-то здесь не так. Совсем не так.

Позже, когда он уже отключил терминал и просто сидел в тишине, в дверь тихо постучали.

Зашла Эра.

— Как ты? — спросила она негромко.

Иван поднял глаза, слегка улыбнулся устало:

— Устал.

Она только кивнула — с тем безмолвным пониманием, которое не требует слов. Потом сказала:

— Пойдём, поужинаешь. Всё равно ничего уже сегодня не сделать.

Он не возражал.

Они пошли в столовую. Просторное помещение с рядами столов, серым светом и дежурной пищей, которую даже автомат сервировал без энтузиазма. Народу было немного. Разговоры велись вполголоса, кто-то ковырял еду, кто-то просто сидел.

Иван с Эрой сели в уголке, вдали от остальных. Ели молча. Никто из них не смотрел по сторонам. Особенно — на тех, кто мог быть... этим. Они оба это чувствовали.

Молчание между ними было не пустым, а бережным. Слов пока не требовалось. Просто — рядом. Старясь щадить друг друга.

— Как ты здесь вообще? — спросил Иван, не поднимая взгляда от тарелки, жуя тёплую лепёшку с чем-то вроде тушёного белкового рагу. — В смысле... если не считать всего этого безумия.

— Было нормально, — вздохнула Эра, отставляя вилку. — Потихоньку приживалась, втягивалась.

Жизнь на краю, жара, пыль, режим — всё поначалу казалось чужим, но постепенно вошло в ритм.

Пока это не началось.

Она замолчала на секунду, потом усмехнулась, пытаясь разрядить.

— Знаешь... я теперь вообще-то вертолётчица.

Иван слегка приподнял бровь, с любопытством.

— Да ну?

— Ага, — кивнула она с гордостью. — Вожу старенький «Р-двадцать-два». Грузы, оборудование, людей — к биологам, к геологам, к археологам. Всё сама. Везде налеталась.

Пока, — голос стал тише, — пока полёты не запретили.

Иван сдвинул брови:

— Совсем?

— Начальство решило перестраховаться. Сейчас всех держат внутри периметра. Без крайней нужды — ни шагу за ворота. Даже техникам не дают выезжать на внешние генераторы.

Говорят, не могут рисковать. Люди... пропадают.

Она смотрела на свою кружку с остывшим напитком, как будто в ней был ответ.

— А ты думал, я всё ещё буду с тобой в перепалки вступать? — добавила она уже чуть мягче. — Вот. Пилот. Взрослая.

— Ну, теперь уж точно, — пробормотал Иван, и впервые за вечер — по-настоящему улыбнулся.

Эра вдруг заметила кого-то в столовой, приподнялась со стула и махнула рукой, подзывая:

— Эй! Иди сюда!

К ним подошёл высокий, сухощавый парень в очках. Кожа обветренная, загорелая, движения чуть скованные, как у человека стеснительного, не привыкшего к действию. По поведению угадывалась лёгкая робость — особенно теперь, когда перед ним сидел незнакомый мужчина, на вид бывалый, но ещё не старый, — да ещё рядом с девушкой, с которой у него едва начали складываться... отношения. Кроме того, лицо мужчины показалось ему смутно знакомым, как будто раньше видел его в каких-то новостях.

— Познакомься, — улыбнулась Эра. — Это Эрик. Он ботаник. Ну... или биолог. Я, если честно, до сих пор не разобралась, — она засмеялась, сводя напряжение на шутку.

Эрик бросил осторожный взгляд на Ивана, пытаясь понять, как себя вести.

— Эрик, — продолжила Эра, — это мой приёмный отец. Иван Дятлов.

— Тот самый?! — оживился Эрик, расправляя плечи. — Очень рад знакомству! Я столько о вас читал.

Он энергично протянул руку. Иван пожал её крепко, но сдержанно.

— Половина из того, что пишут журналисты — вымысел, — усмехнулся Иван. — И лучше бы вообще без этой популярности обошлось.

— Всё равно, — не сдавался Эрик. — У вас огромный опыт. Именно такого человека нам здесь сейчас и не хватало. Может, хоть вы эту чертовщину разгадаете.

Иван чуть кивнул, переведя разговор в рабочую плоскость:

— А вы сами что думаете? Как свидетель — и как учёный?

Эрик развёл руками, тяжело выдохнув:

— Если честно — не знаю. Предположений можно построить сколько угодно: от биологических аномалий до полевых взаимодействий неизвестной природы. Но объективных данных — почти нет. Много догадок, мало фактов.

— Вот и я того же мнения, — невесело подытожил Иван. — Одни пустые кусочки мозаики.

Он взглянул на часы:

— Ладно. Пора спать. Может, завтра хоть что-то сдвинется.

Они разошлись в тишине. А за окнами над базой продолжала мерцать неподвижная ночь Кирены — как будто что-то невидимое уже наблюдало за ними.

Продолжение следует

***

Вы прочитали отрывок из ненапечатанного романа

Звездный Инспектор. Часть 4. Двойники

Читать другие части полностью на страницах

Звездный Инспектор. Часть 1

https://www.litres.ru/book/petr-ozhsyankin/zvezdnyy-inspektor-chast-1-72073345/

и

Звездный Инспектор. Часть 2

https://www.litres.ru/book/petr-ozhsyankin/zvezdnyy-inspektor-chast-2-72100435/

Звездный Инспектор Иван Дятлов. Часть 3

https://www.litres.ru/book/petr-ozhsyankin/zvezdnyy-inspektor-ivan-dyatlov-3-72670612/