К моему некоторому удивлению, Энн и Дэвид пришли в нам в дом вечером вместе. Причем, Энн держала в руке красивый букет белых роз и с порога поблагодарила за цветы почему-то меня. А Сью при этом хитро мне подмигнула и сказала Энн благочестивым голосом :

— Мы с папой подумали, что белый цвет подойдет лучше всего. Во все времена белоснежный букет был отсылкой к небесной чистоте и святости.

Оторопевшая было от такого возвышенного комплимента Энн все же быстро сориентировалась и ответила с интонацией скромничащей примадонны провинциального театра:

— Ах, я пока же еще не святая. Ну разве что совсем немного, чуть-чуть. У меня еще все впереди. Но все равно спасибо за приятную лесть.

— Всегда пожалуйста, - присела в почтительном полупоклоне Сью.

— --

Когда Энн раздевалась в нашей с Кэтрин спальне, она как бы вскользь заметила мне, снимая лифчик:

— Сью сегодня со мной сама любезность? С чего бы это?

— Право не знаю. Может, просто у нее игривое настроение. Тебя что-то настораживает или что?

— Да нет, но я несколько удивлена. Раньше и она, и Дэвид вели себя со мной довольно сдержанно. Не пойму, что изменилось.

— Ну вообще-то мы в семейном общении в веселом настроении духа довольно часто подкалываем друг друга. И Сью на этой стезе в явных лидерах.

— Мне ждать от нее какой-нибудь каверзы за то, что я на эти два дня замещаю в вашем доме Кэтрин?

— Не думаю. Ты же мама Андре. Ей создавать какие-то проблемы тебе – это почти что то же самое, что создавать проблемы Андре. Не вижу в этом рационального смысла для нее. Скорее всего, с ее стороны было просто игривое настроение.

— Будем надеяться….

— - -

За ужином Сью вела себя с Энн довольно сдержанно. А основной разговор на светские темы развернулся к моему удивлению между Энн и Дэвидом. Он активно интересовался ее дальнейшими планами на выставочную деятельность, хотя я что-то особой тяги к изобразительному искусству за сыном раньше не замечал. У меня за ужином укрепилось ощущение, что Сью через брата затеяла какую-то игру и нужно ждать от нее следующего хода. Он последовал, когда наша трапеза закончилась и мы с Энн встали из-за стола, чтобы отправиться к себе на второй этаж. Сью прервала наш уход репликой:

— Папа, завтра суббота.

— Я знаю что суббота. Ты о чем?

— Ну я … про разрешенные два часа…

Я изобразил на своем лице недовольство и буркнул дочке, что завтра обсудим.

Энн явно заинтересовалась этой сценкой, но в гостиной мне ничего не сказала. Уже в постели с дамским романом в руке, она все же спросила как бы между прочим, перелистывая страницу, что такое два разрешенных часа и что именно я запрещал Сью до того, как разрешил.

— Ну это, скажем так, наша небольшая семейная тайна. Совсем не уверен, что она тебе будет интересна.

— Пол, я же не полная дура. Если психолог говорит даме о какой-то совсем небольшой и совсем неинтересной тайне, значит, тут все обстоит наоборот с размером скелета в семейном шкафу, - съязвила Энн. – Но, впрочем, я ни на чем не настаиваю. Поскольку в лишних знаниях лишние печали…

Зная характер Энн, я понял, что она клюнула на приманку и включилась в игру на выведывание того, что от нее скрывалось.

— - -

Утро у меня начало с пробуждения от дразнящего минета Энн. Именно дразнящего и не дающего разрядку. Потом Энн оседлала меня и стала ублажать себя секундными притрагиваниями моего члена к своей киске. Но мои попытки войти в нее сразу же пресекались с весьма выразительным взглядом и сожалеющей мимикой. В конце концов я решил, что пришла пора спросить Энн:

— Я понял твою игру. Ты действительно уверена в том, что хочешь знать, что такое «разрешенные два часа»?

— Ну я бы вообще-то не отказалась, - неопределенным тоном ответила она, одновременно вводя мой член в себя. – А то раздразнили мое любопытство и сразу в кусты. Это с твоей стороны не по-джентельменски.

— Это связано с несколько проблемной для меня и Кэтрин ситуацией…

— Тем более. Выкладывай и поскорее.

Я с горестным видом вздохнул и начал фразу:

— Ну, в общем, я месяца три с лишним назад …

— Я слушаю тебя самым внимательнейшим образом.

Пришлось вздохнуть еще раз с обреченным видом и продолжить.

— Получилось так, что я пришел домой, когда дети этого не ожидали…

— И …?

— И застал Сью с Андре трахающими как кролики.

Энн с изумленным выражением лица остановила свои движения на моем члене. Ее ошеломленное молчание длилось с минуту.

— Они трахались друг с другом? Не может быть!

— Еще как может… - мрачно подтвердил я. – Своим внезапным появлением я сорвал им оргазм.

— Ничего себе, - Энн слезла с моего члена и сопереживающе прилегла рядом со мной в постели. – Это полный шок.

— Не то слово. Сцена была исключительно драматического накала. Я наорал на Дэвида, но выяснилось, что инициатором инцеста была Сью. И это был далеко не первый тайный секс между ними…

— Боже мой!!! Я даже представить не могла бы, что такое в вашей семье возможно. Ты меня просто огорошил.

Она помолчала и потом уже более заинтересованным тоном осведомилась:

— А что было дальше?

— Дальше для меня были муки и страх. Страх за то, что Дэвид сгоряча уйдет из семьи… Страх за то, как все это воспримет Кэтрин…

— Она знает?

— Да. Не сразу, но я обсудил с ней новую ситуацию. А потом мы обсудили ее уже вчетвером.

— Наверняка это было очень непросто, - сочувственно сказала Энн.

— Не то слово как непросто.

— И к чему вы все пришли в итоге?

— Мы решили, что семья должна оставаться семьей. Еще мы с Кэт решили, что третировать с позиции морализаторства и просто тупо запрещать детям  опасно потерей доверия в семье…

— Ты хочешь сказать, что вы с Кэтрин разрешили им инцест?

— Ну не вообще разрешили, а при соблюдении ими ряда условий с нашей стороны. Их секс может быть только на диване в гостиной в течение двух разрешенных часов строго по согласованию с нами. И у меня с Кэт есть право присутствовать при этом, так сказать, для родительского контроля. Чтобы дети не чувствовали, что им можно все, что вздумается, где вздумается и  когда вздумается. Обычно разрешенные два часа приходятся на субботу.

— А сегодня как раз суббота, - задумчиво сказала Энн.

— Вот собственно и все. Ты довольна тем, что узнала?

— Я в шоке, что такое может быть в вашей семье. И для меня поразительна ваша родительская позиция.

— Мы с Кэтрин выбирали меньшее из зол для семьи, Энн…, - вздохнул я, но это было очень непросто для нас.