В ту ночь у нас с Кэтрин был совершенно безумный по страстности секс – причем у меня было полное ощущение, что она воображала что в постели нас трое. Даже позы которая принимала моя жена, были такие, словно рядом с нами был еще и Дэн. Утром за завтраком Кэтрин обмолвилась, что возможно в интерьере нашего дома будет какая-нибудь обновка. На мой вопрос, что же этой может быть, она сказала что присмотрела одну вещичку к нам в спальню или в гостиную, но ей нужно еще раз на нее взглянуть на свежую голову.

Это оказалась весьма атмосферная картина, купленная у одной из участниц выставки наивной живописи. Кэтрин сказала, что забраковала ее для экспозиции в гостинице из-за слишком яркой эротичности, поскольку в ее гостинице бывают и семьи с детьми. Но сейчас решилась приобрести для дома. На семейном совете мы все же решили ее повесить на нашей с Кэтрин спальной, а не с гостиной. Сью упрашивала отдать картину в ее комнату, но тут Кэтрин была непреклонна.

Тогда расстроенная отказом Сью в сердцах заявила, что это картина о натуристах. И что она тоже хочет быть дома натуристкой, когда нет посторонних. Кэтрин просто пожала плечами:

— Вообще-то натуризм предполагает слияние с природой, а не с городом и домом из бетона. Ну если у тебя такая прихоть и папа не возражает, то сколько твоей душеньке угодно. Мне все равно, но только не веди себя за пределами разрешенных двух часов и двойных свиданий провоцирующе в отношении наших мужчин. Всему свое время и свое место. Вы знаете свое время и свое место для того, что выходит за рамки приличий.

Сью выразительно взглянула на брата.

— А мне тоже можно дома быть натуристом? - попросил он.

— Не все сразу. Пусть первая попробует Сью и потом мы посмотрим, что из этого получится. Если всем нам в семье будет комфортно с ней голой, тогда можно будет и тебе, - вмешался в разговор я, - но не раньше. Нужно соблюдать определенный порядок вещей, чтобы не опрокидывать на себя кучу неожиданных проблем из-за угла.

Кэтрин кинула на меня насмешливый взгляд.

— Тогда я пошла раздеваться, - заявила Сью.

Остаток дня был для меня несколько волнительным - попробуй тут оставаться спокойным, когда перед глазами все время вертится аппетитная попка дочки во всей красе обнаженной молодости...

— - -

Когда на следующий день я позвонил Дэну и сообщил ему о том, что Сью решила стать натуристкой, он посмеялся и сказал, что хочет поскорее побывать у нас в гостях, чтобы оценить прелести моей дочки. Спросил так же, не упоминала ли Кэтрин после последней встречи как-то его имя. Я сказал, что вслух такого не было.

— - -

Вечером Сью спросила, комфортно ли нам с ней голой. Пришлось всем сказать, что дискомфорта от лицезрения ее нет. Тогда дочка перешла в наступление и предложила Кэтрин присоединиться к ней еще раньше, чем это сделает Дэвид. Жена даже растерялась немного от такого напора.

— Мама, я специально исследовала этот вопрос в интернете. Если в крепкой семье появляется хотя бы одна домашняя нудистка, то переход всей семьи к образу жизни ню - это только вопрос времени. Вообще домашний нудизм - это феномен, несколько отличный и от обычного нудизма, и от обычного натуризма. Дома, конечно же, нет природы, к которой стремятся натуристы. Поэтому мотивация несколько иная. Она больше социального, чем экологического плана. В современных городах возникла даже субкультура межсемейного нудизма без выезда на природу или в места, официально обозначаемые как нудистские. Короче говоря, нашли единомышленников в своем городе и начали организовывать домашние вечеринки, чтобы уйти от образа жизни грустного обнаженного одиночки за экраном компьютера.

— Как-то для меня это все-таки непривычно, - прокомментировала Кэтрин. - Никогда не мечтала тусоваться в городе с десятками и сотнями голых.

— Мама, неважно, по какой причине люди стремятся к наготе в безопасной обстановке своего собственного дома. Если они чувствуют себя комфортно, то голыми в обществе своих домашних и близких, то что в этом может быть плохого!

— Ну дави на меня, Сью. Я подумаю и сама приму решение. Но не сегодня.

— - -

Утром Кэтрин вышла к детям обнаженной. После этого мне и Дэвиду ничего не оставалось, как присоединиться к нашим женщинам, отбросив одежду.