На следующий день я позвонил Дэну и поинтересовался, комментировала ли ему Энн свой вчерашний визит к нам. Дэн сказал, что с ее стороны все ограничилось внешне безразличной фразой: «Все было нормально», а на более подробные расспросы он не решился. То что Энн «закрылась» от мужа, мне - понятное дело - не понравилось. Но у нас все равно не было никакого выбора, кроме ожидания более определенно озвученной позиции Энн.

Вечером Сью ходила на свидание с Андре и сказала ему про возможный «межродительский свинг». Андре был очень удивлен таким поворотом событий и потом весьма заинтересованно спросил, когда у них будет двойное свидание на нашей территории с возможностью обмена партнершами. Сью переадресовала это вопрос мне, а я ответил, что пусть Андре и Ирэн сначала спросят на это разрешения у своего отца. И что если Дэн даст свое согласие, но и я не против. А дату свидания с обменом пусть сами они выбирают. Причем я добавил, что контроля с нашей стороны не будет, поскольку я на два часа их свидания постараюсь увести Кэтрин из дома. Сью сказала, что такое доверие звучит вдохновляюще.

— - -

Двойное свидание наших детей пришлось перенести с намеченной даты, поскольку как раз на этот день Энн попросила у Кэтрин разрешения на визит к нам в отсутствие Сью и Дэвида. Мы с Кэтрин терялись в догадках, что бы это могло значить, но на всякий случай решили встретить ее не голышом и не в обычной одежде, а в махровых банных халатах.

Энн появилась около 11 утра. Она слегка удивленной улыбкой оценила компромиссную степень нашей одетости, но никак не прокомментировала ее. Разговор вначале касался подчеркнуто нейтральных тем, а потом перешел на подготовку второй выставки наивного искусства с учетом опыта составления первой экспозиции. Как бы между прочим Энн упомянула, что заказала наивной художнице, у которой Кэтрин купила картину для нашей спальни, еще одну живописную работу эротического плана уже для своей спальни, но примерно в полтора раза большего размера, чем у нас.

— Это вполне в духе Энн: опередить и возглавить, - подумал я про себя, - вот интересно, что же будет дальше.

Кэтрин спросила, похвастается ли она потом картиной нам? Энн ответила, что непременно, но уточнила, что не ставила жестких сроков художнице и не знает, когда к ней придет вдохновение. Я спросил, замужем ли эта художница и сколько ей лет. Оказалось, что ей за пятьдесят и у нее трое уже взрослых детей. А еще Энн сказала, что после развода у художницы был глубокий стресс, от которого спасла арт-терапия. Причем когда в ее творчестве появились мотивы эротики, на нее стали гораздо больше обращать внимание мужчины. Снова замуж она пока не собирается, поскольку вошла во вкус, когда есть выбор и ухаживающие за ней конкурируют за ее внимание.

— Среди эротических эскизов и набросков, которые она показывала мне, были сценки группового секса с одной женщиной и двумя или тремя мужчинами, - пояснила Энн, - но я заказала ей «парную» картину…

— Это наверняка был трудный и высокоморальный выбор, - подтрунила над подругой Кэтрин.

— Да, было не просто, - улыбнулась Энн и замолчала, словно задумавшись над чем-то очень личным.

— Как там Дэн? Он не скучает по тебе, когда ты у нас в гостях без него? – поинтересовался я, чтобы заполнить возникшую паузу.

— Знаешь, что он мне сказал сегодня утром, уплетая бутерброд с ветчиной? Что свободный выбор создаёт личность и что быть — значит выбирать себя.

— И поэтому Дэн как личность выбрал бутерброд с ветчиной? – расхохоталась Кэтрин.

— Я думаю, что он имел ввиду что-то другое, и вы сейчас прекрасно понимаете, что именно. А если серьезно, то демонстрацией своего открытости вы подкинули мне много пищи для размышлений. Вот я размышляла-размышляла и пришла к выводу о том, что с вами я готова раздеться. Но пока только до белья – уж не обессудьте.

Энн встала и начала медленно раздеваться, наблюдая за нашей с Кэтрин реакцией. После того, как она сняла блузку, став ко мне спиной и затем обернувшись, мой член получил импульс к разрастанию. На Энн был красный ажурный эротический лифчик, оставляющий соски открытыми и лишь поддерживающий груди снизу. Когда же она освободилась от юбки, мы просто ахнули: ее миниатюрные трусики были с разрезом «доступ к обеим дырочкам». Сейчас Энн явно наслаждалась произведенным впечатлением.

— Однако, креативненько, - удивилась вслух Кэтрин.

— Ну я же теперь культуртрегер - мне это положено по статусу. Итак, чем мы теперь займемся, мои дорогие? У кого какие идеи, чтобы никому не было скучно?...