Впереди бодро вышагивал Инквизитор Владислав, время от времени поглаживавший свободной рукой пшеничные усы, за ним послушно, как воздушный шарик на нитке, летела суккуба Татьяна, помещенная в дымчатое облако заклинаний, а позади него тащился инженер Мартов, полный тягостного недоумения. Он исподволь рассматривал дружелюбный мир Иных, в котором солнце светило ярко, но не слепило, крапива по обеим сторонам едва заметной тропинки не жгла кожу, а лишь покалывала, а камешки и корни деревьев не лезли под ноги, как в подмосковном лесу, а только обозначали свое присутствие небольшими бугорками. Два раза Серый, Темная и Светлый пересекали полноводные ручьи с хрустально чистой водой по заботливо переброшенным через них толстым доскам, и тогда Владимир торопливо нагибался, черпал рукой холодную влагу и никак не мог ею напиться. Наконец деревья и кусты расступились, и процессия вышла на большую поляну, на которой стояла маленькая избушка, больше похожая на жилье Бабы Яги, чем на обиталище Инквизитора.

— Как тебе мое жилище? – спросил Владислав, склонив, как большая птица, голову набок.

— Да так себе... – неопределенно покрутил рукой в воздухе Мартов.

— Неказисто. Понимаю. Зато внутри все устроено в моем вкусе. Заходи.

— А ее куда? – Мартов кивнул на Угарову, окутанную заклинанием.

— Пока в погреб. Не в дом же.

— А она не...

— Нет. Это заклинание хорошо тем, что останавливает время внутри себя, так что нашей Танечке ничего не грозит.

Инквизитор скрылся за домиком, а Владимир поднялся по скрипучим ступенькам, распахнул потемневшую от времени дверь и вошел в полутемную комнату. Следом за ним влетел запыхавшийся Инквизитор.

— Уютно, не правда ли?

Изба внутри была гораздо больше, чем казалась снаружи, и в комнате свободно помещались стол, две лавки, беленая печь и широкая кровать со сбившимся лоскутным одеялом. Владислав торопливо прошмыгнул мимо Мартова к постели и задернул цветастую занавеску.

— Ты располагайся. Чай, кофе или чего-нибудь покрепче? За знакомство?

— Потом, ладно? Я и так, как во сне...

— Ничего, привыкнешь. Хочешь спросить, откуда я беру напитки?

— Дда...

Своими вопросами Инквизитор опережал Мартова - на шаг, на полшага, на четверть, но все-таки опережал. Мысли он читает, что ли, подумал Мартов, на что Владислав согласно кивнул:

— Точно. Читаю. Ты совершенно не защищен. Для защиты я дам тебе амулет. Потом. А пока, если точно ничего не хочешь, расскажи, как ты дошел до жизни такой, что оказался в этом Иномирье? Я бы мог покопаться у тебя в мозгу... Но веришь ли, не люблю это делать без особой необходимости.

При этом Владислав, не снимая серого балахона, уселся на широкую скамью спиной к свету, и его широкоскулое лицо мгновенно погрузилось в темноту. Мартов сел напротив света на такую же скамью, и косое утреннее солнце светило прямо ему в глаза.

— Не слепит? Может, занавеску задернуть? – участливо поинтересовался Инквизитор.

— Ничего. А то, как я тут оказался... Точно сам не знаю.... Я собирал вечный двигатель, запустил установку, и вот я тут.

Инквизитор присвистнул.

— Вечный двигатель, говоришь? А из чего?

— Усилитель, индикаторы, электродвигатель. И антенна...

— А антенна для чего?

— По идее антенна должна улавливать энергию из энергетического слоя, окутывающего планету, но это в теории, а на практике... Похоже, что антенна подвела, или я ее слабо закрепил. Но суккуба, то есть Татьяна толкнула стол, антенна повернулась в гнезде.... Да, еще появился какой-то вихрь, который втянул меня и Угарову.... И вот я здесь.

— А антенну ты из чего сделал?

— Сначала рассчитал. Типа «волновой канал», но вместо трубок применил диски из неизвестного металла. Нашел на институтской свалке. Интересные диски. Током били. Несильно. Пока обтачивал.... Потом собрал: посадил на стержень сначала большой диск, потом маленькие. Все вместе напоминало график затухающих колебаний: единичное ступенчатое воздействие, затем сами колебания. Понимаешь, о чем я?

Инквизитор хмыкнул:

— Не очень. Нарисуй. Сможешь?

— Конечно.

Прямо из воздуха Владислав достал лист бумаги и заточенный карандаш.

Вовка старательно нарисовал график затухающих колебаний и рядом антенну своей установки.

— Вот. Что-то в этом роде.

— Понятно.... А как думаешь, твоя установка где?

— Думаю, где-то там, где мы выпали из...

Он покрутил рукой в воздухе, изображая вихрь.

Инквизитор покивал.

— Сиди тут и ничего не трогай. Я сейчас.

Он достал из внутреннего кармана балахона блестящий жезл, взмахнул им и исчез. Но через несколько секунд появился с тяжелым мешком на плече и с грохотом вывалил его содержимое на стол.

— Она?

— Она. Только развалилась при падении, наверное.

— И антенна?

— Да.

Владислав взял в руки увесистый плод инженерной мысли, но тут же бросил антенну обратно на стол.

— Ай! Током бьется!

— Ну, я же говорил! Аккуратней надо!

— А когда упаковывал в мешок, не билась. Что это значит?

— Что?

— Пока летел обратно, она зарядилась.

— Возможно. И что?

— Пока ничего.... Знаешь, это все надо запить. Коньяк будешь? Если нет, есть местное вино, неплохое, кстати.

— Лучше вина.

Инквизитор быстро повернулся и вышел в какую-то дверь, которой, кажется, совсем недавно не было. Вернулся с двумя бутылками: одной, пузатой – с коньяком, и другой, попроще – с красным вином. В другой руке он держал два узких стакана.

— Железяки свои убери со стола. Вон в угол брось.

— Конечно!

Мартов вскочил со стола и, крякнув от натуги, осторожно переложил под окно алюминиевую коробку с усилителем, электродвигатель, и завернув в мешковину, антенну.

Владислав поставил в центр стола бутылки и стаканы, затем наплескал на дно одного стакана немного коньяка, а в другой, куда более щедро, красного вина.

— Ну, со знакомством, что ли.

И первым осушил свой стакан. Мартов отхлебнул из своего.

— Ну, как? – спросил Инквизитор, закусив коньяк ломтиком лимона.

— Неплохо. Впрочем, я в винах не особенно разбираюсь.

— Я тебе лекцию обещал. Начну, если ты не против.

Теперь кивать настало время Мартова.

— Тогда слушай.

И Владислав поведал благодарному слушателю все, что знал сам об Иных, Сумраке, Дозорах – Ночном и Дневном, инициации, Договоре, роли Инквизиции в поддержании Баланса, магии и артефактах. Говорил, наверное, часа два. Или три. Вовка устал слушать и начал засыпать под подробности о Завулоне, Гесере и прочих вождях Иных. Было очень похоже на сказку, и эта сказка входила в диссонанс с практическим умом инженера, и от этого Мартов начал клевать носом.

— Э, брат, да ты совсем скис? – заметил Инквизитор. – Не умеешь подпитываться от Сумрака?

— Я ничего не умею.

— Научишься. Теперь у тебя масса времени. Допивай вино, закуси сыром и ложись спать. Прямо тут, на лавке. А я, уж, не обессудь, на своей постели.

Вовка повалился на скамью, внезапно получившую диванную мягкость и провалился в сон. Перед его засыпающим разумом мелькнула его развалившаяся установка, и Инквизитор, размахивающий жезлом...

... Утро оказалось сумрачным. Солнца не было, и Мартов, открыв глаза, с недоумением уставился в потолок, набранный из некрашеных досок.

— Ну и здоров ты, брат, спать! – воскликнул Инквизитор. – А у нас скоро дождь пойдет. Вставай, сейчас приберу со стола, завтракать будем. Ты что такой смурной? Голова болит?

— Нет. Нормально.

— Вот и славно.

Владимир, кряхтя, поднялся с ложа, которое немедленно обрело крепость старого, выдубленного десятилетиями, крепость дерева.

Инквизитор сидел за столом и внимательно рассматривал антенну от установки Мартова, лежавшую перед ним на разостланной мешковине.

— Доброго дня!

Владислав поднял на него внимательные темные глаза.

— Вот смотрю и не могу понять, на что она похожа, эта твоя антенна. Да и металл редкостный, инопланетный какой-то.

— Жезл свой дай?

— Какой? У меня их несколько.

— С которым вчера установку искал.

— Этот?

Он достал из кармана жезл и положил на стол рядом с антенной.

— И что?

— Тебе не кажется, что они похожи?

— Точно!

Инквизитор радостно подпрыгнул на скамье, потом несколько раз обежал вокруг стола, не переставая потирать ладони.

— Вот что значит инженерный ум! А я тут сижу, сижу! Ну, ты молодец! Может, на радостях, хлопнем по рюмашке?

— Заметь, не я это предложил! – ответил ему Мартов цитатой из старого советского фильма.

Но Владислав не заметил этого. И тогда Вовка спросил:

— А что у тебя за жезл такой?

— А это жезл Меркурия, или Гермеса, который помогал ему перемещаться в пространстве. Еще у него были крылатые сандалии, но это, так – фигня! Мой жезл, копия, конечно, но работает. На коротких расстояниях. А твоя антенна, пожалуй, помощнее будет!

— Конечно. Раз она меня сюда, из нашего мира перекинула.

Инквизитор посерьезнел.

— От лица Инквизиции шестого уровня Сумрака объявляю тебе, Владимир Мартов, маг-техник седьмого уровня Силы, искреннюю благодарность.

И добавил без перехода:

— Хочешь, я твоим наставником буду?

— А балахон дашь?

Владислав улыбнулся.

— Дам. Экий ты, брат, материалист противный!

На прогулку после завтрака Вовка Мартов отправился уже в сером балахоне инквизитора.