Глава третья.

Утром, обнаженной, со сна, я снова зашла в зал. Мне так понравилось вчерашнее ощущение, что я не смогла отказать себе в маленьком удовольствии. Это нельзя объяснить.

Вульгарно виляя бедрами, я подошла к окну, раздернула шторы. На улице было ещё темно, шёл мягкий, пушистый снёг. Он медленно падал на землю, освежая белое зимнее покрывало. Первые прохожие уже натоптали у подъезда, тем нарушив утреннюю девственность. Искря проводами, вдалеке пробежал троллейбус. Зима, холодно, в комнате тепло и уютно, от батареи веет на укромное место...

На секунду мне показалось, что стою я на улице, снежинки кутают моё обнаженное тело, прячут от любопытных глаз. Я прислонилась руками к холодному стеклу и вгляделась в соседнюю пятиэтажку. В прямоугольники электрического света напротив.

Возможно, там тоже стоит обнажённая женщина, и, как я, мысленно, купается в пушистых снежинках. О мужчинах я не думала, всего лишь искала свое отражение в стекле. «Ну, хватит!», — сказала сама себе. «Понежилась. Пора на работу». Пошла в ванную.

Накануне, весь свой гардероб я упаковала в спальню, частично в стиральную машинку. Как у меня получилось? Ума не приложу, но получилось. Собрав со спинок стульев, углов дверей, даже с ручек серванта, маленькие и большие женские штучки-брючки, кофты-блузки, трусики-бусики, утрамбовала всё в шифоньер, пристроенный к выпирающей в спальню ванной «ленинградки», с раздельными комнатами, санузлом, приличной прихожей и солидной кухней. Не особняк, конечно, но и не «хрущевка».

Для одной мне казалось даже много. И с дальнобойщиком как-то хватало, — даже разбегаться по углам, а вот с мальчиком — тесновато. Вывесила в ванной чистое полотенце. Свое — мокрое, убрала. На умывальник положила зубную щетку в упаковке. Выставила в туалете новый рулон бумаги, сбрызнула освежителем.

Его, мальчика, ещё нет, а сколько приятных забот!..

Приятных? Конечно! Я подставляла, как он будет вытираться тело большим банным полотенцем. Обнаженным, напрягая ягодицы, чистить зубы...

Нет, что Лёша будет делать в туалете, я себе не рисовала. Но он же там будет! И бумага ему пригодится.

Написала записку:

«Здравствуй, Лёша. Располагайся как дома, прими ванну с дороги. В зале постельное белье, если хочешь, отдохни. Хозяйничай в холодильнике, не стесняйся. Буду вечером...».

Задумчиво сделала паузу. Может про ванну не надо? Подумала, опровергла сама себя, улыбнулась и подписала: «Тётя Таня».

Глянула на часы. Надо бежать!

Как неохота упаковывать грудь в бюстгальтер, натягивать трусики, колготки, джинсы, кофточку, свитер, ещё свитер...

Волосы снова под резинку, мимолетно, жалея, что укоротила. Легкий макияж, сапоги, куртка с капюшоном на меху, шарф два раза вокруг шеи, вязаная шапочка и я уже несусь по зимнему насту, виражируя за угол своего дома, прямо к остановке.

Поскользнулась, кто-то из старой мужской гвардии поддержал, крикнула «спасибо», влетела в автобус. В общем, всё как обычно...

На работе тоже, слава богу, ничего неординарного не случилось. Журнал передачи смен, листы назначений, температурные листы, раздача лекарств, внутримышечные, внутривенные инъекции...

С напарницей Нелей мне повезло, у нас всегда оставалось время попить чаю и поболтать. Если кто думает, что медсёстры только и болтают, глупости. В нашем учреждении, помимо прямых обязанностей, мы ещё неустанно следим за больными, так как отделение психоневрологическое. Вместе с санитарками, мы всегда начеку.

Разливая кипяток в бокалы с одноразовыми пакетиками зеленого чая, Неля неожиданно спросила:

— Какая-то ты сегодня странная, Танька. Может, расскажешь?

— Что плохо выгляжу? — снимая колпак, давая отдых волосам, спросила я.

— Что ты! Наоборот. Прямо, сияешь! Дальнобойщик приехал?

— Не... Уехал...

— От этого, что ли, такая радостная? Я бы даже сказала: возбуждённая!

— Сильно заметно?

— Ага...

— Гостя жду... Сижу, думаю, позвонить домой или не надо. Может, он уже у меня, прикорнул на диванчике.

— Он! Прикорнул! Мужчина?!

— Мальчик... Из моей деревни...

— Красивый?

— Да ну тебя, Нелька! Говорю же, — из деревни! Сын моей школьной подруги.

— И всё же — красивый?! — не сдавалась напарница.

— Не знаю! Я его не видела. Точнее, видела, когда в люльке лежал. А какой он сейчас — не знаю. Зовут Лёшей.

— Звони... Голос его послушаем.

— Передумала. Вечером. С работы приду и все узнаю.

Я даже заревновала. Нелька будет слушать голос Лёши вместе со мной! Я сама хочу его услышать, прочувствовать и свидетели мне ни к чему. Неля моложе меня на полгода, а я, вот так возьму, и дам ей вторгнуться в то, чем живу последние два дня.

А чем я живу? Мечтами! Девчонки, как, оказывается, приятно жить мечтами. Просто представлять, то, что в жизни, скорее всего, никогда не случится.

Нелька, та, постоянно зависала на сайтах знакомств, заводила с мужчинами виртуальные романы, у которых даже не было фото на странице. Но никогда не общалась с ними по сотовому, не являлась на встречи.

Она даже предпочтение отдавала именно таинственным незнакомцам. «А зачем мне его лицо?», — отвечала она на мои вопросы, — «Я купаюсь в собственных мечтах. Вдруг он мне не понравиться? И всё... разбиты страсти ожиданья. Знаешь, как сложно найти в интернете языкастого соблазнителя и не пошляка!». Она их даже называла: мои варианты, без имен.

Я её игру, на грани, не разделяла, а сейчас поняла, почему боюсь позвонить домой. Мне уже не хотелось расставаться с тем, что я сама себе нафантазировала.

— Чай остыл! — проговорила Неля.

— Что?

— Говорю: чай, в твоем бокале, остыл! Долить горячего?

— А, нет... Ненужно. Пойду в процедурку...

Я надела колпак, мимолетом глянула в округлое зеркало на стене и неожиданно для себя спросила:

— А как ты знакомишься в интернете?

— Очень просто. Завела страницу на сайте знакомств, фотку искусительницы и всё... Мужики тебя сами найдут.

— А если нужен конкретный мужик?

— Как это?

— Конкретный? Допустим, он тебя в реале не знает, а ты его знаешь, и случайно нашла его в интернете.

— А... Тогда открываешь страницу варианта и мелькаешь в гостях, пока он тебе не напишет. Как я поняла: первой ты ему писать не собираешься.

— Не собираюсь?

— А кто он? Танька, не томи!

В автобусе по утрам вместе постоянно ездим. А недавно, я его фото в сети увидела, — придумала я налету, иначе бы она не отстала.

— В автобусе?!.. — сразу потеряла интерес Неля.

— Я в процедурную...

— Тогда, я на раскладку...

До вечера у нас больше не случилось поговорить. Как только пришла смена, Неля включила повышенную и ждать меня не стала. Я же медлила.

С одной стороны мне очень хотелось попасть домой — увидеть своего гостя, или убедится, что он не приехал. А с другой? С другой стороны, я боялась. Дрожала, как девочка перед первым в жизни свиданием. В конце концов, нужно было решаться, не ночевать же в больнице.

Зайдя в подъезд своего дома, первым делом, я посетила Элеонору Павловну. Она мне поведала, какой Алексей приличный, молодой человек, очень вежливый, а главное, что он приехал, и ключи она ему отдала.

Я подошла к дверям своей квартиры, сердце моё забилось сильно, сильно. Стояла и думала: сейчас позвоню, он откроет и всё станет на свои места, как обычно. Тётя Таня накормит сына одноклассницы котлетами, они посмотрят телевизор и она ляжет спать.

Нет никакого античного юноши, белокурого с мускулистым животом, кубиками, и его скрытый под крайней плотью фаллос мне больше никогда не приснится. Снова всё пойдет своим чередом, наезды дальнобойщика, крем для интимных мест и долгая упорная добыча искры желания под одеялом, или в ванной, напором воды в душе...

Такая тоска охватила, словно в преддверии критических дней или того хуже — возрастных изменений. Я обречённо потянула руку к звонку, но вспомнила: у меня же есть ключи! Что это моя квартира, я забыла.

У нас, женщин, такое бывает. Мысленно проигрывая свою жизнь, чуть ли не до второго пришествия, мы забываем, где находимся. Не понимаем очевидного, прежде чем в воображении строить замки или их разрушать, нужно просто отважится, шагнуть в неведомое.

Я тихонечко провернула ключ, два раза в замочной скважине, открыла и вошла. Да, сапоги я сняла за порогом, чтобы не стучать каблуками. Словно японка. Правда, правда, чувствовала я себя гейшей.

Зачем я это сделала? Маленьким, безобидным приключением я убила в себе ту, охватившую меня, дрожь, что разыгралась в моем естестве минуту назад.

Теперь мне некогда было думать, я, кошкой, кралась по прихожей к дверям в зал...

— Тёть, Тань, это вы? — раздалось из кухни.

От неожиданности, я подскочила, один сапог в руках, второй уронила.

— Ой, Лёша. Привет! Приехал?..