Месяц пролетел незаметно. Жизнь в квартире превратилась в странный, натянутый до предела треугольник. Между Сергеем и Равшаной тлела нежная, почти подростковая привязанность, но Николай всё больше вбивал свой клин в их идиллию, заявляя о своих правах с каждым днём всё более открыто. Он не скрывал своего влечения, и, хотя Равшана старалась держать дистанцию, влечение к этому зрелому, властному мужчине становилось всё труднее игнорировать.

Вечер четверга выдался душным. В квартире было невыносимо жарко, и все трое, в полумраке гостиной пили холодный чай. Николай, откинувшись на спинку кожаного кресла, раз за разом бросал тяжелые взгляды на Равшану. Она сидела напротив, в легких шортах, которые едва прикрывали её бедра, и что-то делала в планшете. Он хотел остаться наедине с ней и сорвать с нее эти шорты, но наличие сына дома отменяло всю затею еще до ее начала.

«Уходи, — думал Николай, сверля сына взглядом. — Уходи к кому угодно, куда угодно, только сгибай в этой дыре».

– Слушай, Серега, – с расстановкой начал отец, – ты не хотел бы сходить в тот новый бар в центре? Тебе же нужно и с друзьями встречаться - не целыми ж днями дома сидеть.

Сергей, не отрываясь от телефона, хмуро ответил: – Нет, спасибо. Я сегодня пас, а то замотался и даже новости не перечитал.

Николай сжал кулаки, сдерживая вспыхнувшее раздражение. Он чувствовал, как поднимается волна гнева — он слишком долго ждал, слишком долго терпел этот странный театр, где он был лишь тенью собственного сына. Пристально глядя на Равшану, он заметил, как она смущенно отвела взгляд, словно почувствовав его тяжелое настроение.

– Может тогда сходишь с друзьями? – с нарастающим холодком в голосе продолжил Николай. – Ты стал совсем домоседом.

– Пап, хватит, – Сергей поднял голову, в его глазах читалось недовольство. – Почему тебя так волнует мой досуг?

– Если хочет, то пусть остается, чего вы? - Равшана заступилась за Сергея, чем кажется еще больше разозлила Николая.

– В его возрасте нельзя быть таким не активным. Занятия-дом, дом-занятия. Вот и весь его день.

В комнате повисла тишина. Равшана внезапно встала, разгладив ткань шорт, и неловко улыбнулась. – Так что плохого, что он сидит дома, а не шляется по подворотням как многие его одногодки.

Пока она говорила, Николай не мог отвести взгляд от ее смуглых губок, и представлял как мог бы поцеловать их. Он почувствовал, как внизу живота разливается знакомый жар.

Когда в доме наконец стало тихо и Сергей, окончательно утомленный, свернулся калачиком в своей комнате вместе с Равшаной, Николай прислушался. Слышно было только мерное сопение сына. В квартире воцарился полумрак, освещаемый лишь уличными фонарями. Николай встал с кресла, сбросил тапочки и медленно, чтобы не разбудить сына, направился по коридору.

Он открыл дверь и посмотрел на Равшану, похотливо наблюдая за ней. Она лежала на кровати, обнимая ее сына, всё еще в той же короткой одежде. Николай подошел к ней и мягко положил руку ей на плечо, отчего она почти сразу повернулась.

– Не спишь? – тихо спросил он.

Спросонья Равшана бесшумно поднялась, уставившись на свекра. – Николай... Что случилось?

– Пойдем, – шепотом добавил он.

Она встала в чем была и на цыпочках проследовала в отцовскую спальню. Они сели на кровать так близко, что он почувствовал запах её волос и легкий аромат мыла.

– Что-то случилось?

– Случилось, – он протянул руку и коснулся её колена, медленно ведя пальцами вверх по бедру. – Я хотел побыть с тобой наедине, а ты так и не дала спровадить куда-то сына.

Она попыталась отстраниться, на её лице появилось хитрое, почти дерзкое выражение. – Разве я виновата, что он ко мне как привязанный? – с вызовом спросила она, глядя ему прямо в глаза. – А я сразу и не поняла зачем вы его погулять отправляете...

Николай больше не собирался играть. Одним резким движением он притянул её за талию к себе, заставляя упасть ему на колени. Равшана охнула, немного не ожидая такой решительности. Может быть она перегнула палку?

– Ты слишком много говоришь, – прошептал он, и его настроение сменилось жадностью.

Он начал целовать её, сначала в губы, а затем, спустившись к шее. Он сжимал её плоть, заставляя её стонать. Равшана пыталась сопротивляться, говоря, что она еще сонная и это все так неожиданно, но Николай был настойчив.

– Хватит играть, – прорычал он, перехватывая её руки и прижимая их к постели. – А то рано или поздно так доиграешься ведь.

– И что будет? Ты меня накажешь? - кажется она откровенно насмехалась над ним.

Он быстро снял с неё шорты, не оставив шанса на протест. Его глаза вспыхнули, когда он увидел её совершенно обнаженной. Под низ она вызывающе не одела трусики.

– Развернись спиной, – приказал он, разрывая её белье.

Равшана послушно подчинилась, чувствуя, как холодный воздух касается её кожи. Она уперлась руками в подушки, выгнувшись, чтобы её зад стал более доступен. Николай встал за ней, его дыхание стало частым и хриплым.

– Ну раз ты по-другому не понимаешь, – произнес он, и в его голосе слышалось нетерпение.

Он взял флакон с анальной смазкой, который держал на тумбочке, и обильно смазал свой пришедший в полную готовность член. Равшана напряглась, почувствовав пальцы Николая, которые начали исследовать её задний проход.

– Ой, ты куда? – прошептала она, закрыв глаза.

– Лежи спокойно - ты и так уже все что могла сделала, чтобы еще больше раззадорить меня.

Николай действовал уверенно. Он развел её ягодицы, и, приложив головку члена к узкому отверстию, медленно начал входить.

Равшана вскрикнула, резко сжавшись. Боль неожиданно пронзила её, заставив задохнуться. – Больно! – выдохнула она, пытаясь отползти вперед.

– Не двигайся, – строго сказал он, не отрываясь от её тела. – Просто расслабься. Дыши глубже.

Он замер, давая ей возможность привыкнуть, но его живот упирался в её ягодицы, напоминая о своем присутствии. Равшана сглотнула, стараясь успокоиться. Она чувствовала его жар, чувствовала, как он ждет сдерживая нетерпение.

– Ох... – она всхлипнула, когда он снова толкнулся, продвигаясь глубже.

Николай начал постепенно продвигаться, но когда вошел уже наполовину, то рывком вошел в неё до конца. Боль была сильной, острой, но за ней следовало что-то иное — тяжёлое, густое ощущение наполненности, которое она никогда не испытывала раньше.

– Сейчас станет лучше, – прошептал он ей в затылок, обнимая её сзади и сжимая её грудь в своих мощных руках.

Он начал двигаться. Поначалу медленно и осторожно, чтобы не причинить ей большего вреда, но постепенно темп нарастал. Равшана чувствовала, как распирает её изнутри, как каждое его движение заставляет её всхлипывать. Она пыталась держаться, но с каждым толчком её сопротивление таяло.

– Тебе больше не больно? – спросил он, прижимаясь к её спине.

Она покачала головой. Боль ушла, сменившись жгучим, неистовым удовольствием. Она сама начала двигаться навстречу ему, с силой притягивая его к себе.

– Больше... – выдохнула она. – Еще...

Николай, услышав это, отбросил всякое сдерживание. Он вбивал в неё свое тело с яростью, с жадностью, будто хотел занять всё пространство внутри неё. Равшана стонала, её голова закинулась назад, и она почувствовала, как его зубы вонзились в её плечо. Это было грубо, почти животно, но именно этого ей не хватало.

– Какая же у тебя... – рычал он. – Сладкая попка.

Он ускорил темп, вбиваясь в неё снова и снова. Равшана чувствовала, как её соки смешиваются с его смазкой, как всё её тело превращается в одно сплошноее горячее пятно. С неистовством он двигал ею, заставляя кровать скрипеть и биться о стену.

– Ммм... даа... – она задыхалась, теряя связь с реальностью.

Тёмные, густые волосы Равшаны рассыпались по подушкам, она выгибалась, чувствоя, как искра возбуждения внизу превращается в пожар. Николай, чувствуя её пик, сжал её бедра с такой силой, что наверняка останутся синяки.

– Сейчас... – выдохнул он, и в следующее мгновение его тело содрогнулось.

Он влил в неё своё семя с таким напором, что Равшана почувствовала это физически. Она буквально задрожала от восторга, её пальцы судорожно впились в простыни. Оргазм накрыл их обоих — дикий, животный, лишающий разума. Николай рухнул сверху на неё, тяжело дыша, его сердце бешено колотилось о её лопатки.

Он остался в ней, прижимая её к себе, пока её тело постепенно переставало содрогаться.

– Господи, Николай... – прошептала она, чувствуя, как её силы покидают её.

– Просто Николай, – ответил он, целуя её в висок.

Равшана закрыла глаза. Она была измотана, но впервые за долгое время чувствовала себя счастливой. Сон застилал её — глубокий, спокойный, с ощущением полной защиты.

Сергей проснулся утром от того, что внезапно он спал один. - Куда она запропастилась? Может готовит завтра?

Он собирался пойти на кухню, но не нашел ее там. Как и в ванной. Как и на балконе. Он приоткрыл дверь и увидел ужасное: его ставшая такой дорогой и такой важной Равшана голой лежала в постели отца. Он быстро отвел взгляд и не понимая что ему делать, пошел в свою спальню.

Равшана проснулась от яркого солнечного света. Николай еще спал и она пошла приготовить завтрак..

Равшана оделась и вышла, чувствуя приятную ноющую боль внизу тела. Теперь она знала, что больше никогда не будет чувствовать себя одинокой в этой квартире.

– Привет, милый, завтрак почти готов, – сказала она, Сергею, который зашел на кухню. - Позовешь отца?

Николай вышел, а вместе с ним и Сергей. Равшана поцеловала своего парня в губы и он удивился ее легкому довольному настроению.

"Может быть мне это только приснилось? - подумал Сергей. - А если так, то зачем из-за этого волноваться?"