Раннее утро только начиналось, за окнами ещё серело, но в супружеской спальне уже разгоралась совсем другая, жаркая атмосфера. Айнура яростно скакала на члене Гимбата, высоко подпрыгивая и с силой падая вниз, каждый раз глубоко вбивая его твёрдый ствол в свою мокрую, распахнутую киску. Её движения были резкими, хищными, она не просто удовлетворяла мужа, она использовала его тело для собственного наслаждения, крутя бедрами с мастерством опытной наложницы. Гимбат же лежал внизу, вцепившись руками в её упругие бёдра, наслаждаясь видом этой дикой, необузданной райской птицы, которая затмила все его ожидания.

Айнура резко наклонилась к мужу, подавая ему свои тяжёлые, покрасневшие от возбуждения груди. Гимбат не заставил себя просить — он жадно прикусил сосок, а затем вонзил зубы в нежную кожу вокруг него, оставляя на её теле красные, болезненные метки. От этого резкого смешения боли и сладострастия Айнура закинула голову назад и громко завыла, звук её удовольствия эхом отразился от стен спальни. Она продолжала скакать, ускоряя темп, чувствуя, как внутри неё разгорается огонь, готовый поглотить всё сознание.

Гимбату, с его богатым опытом и привычкой владеть всем, безумно нравилась эта новая, распутная жена. Его первый брак был с женщиной из очень консервативной семьи, которая в постели вела себя как мёртвое бревно — молчала, лежала неподвижно и, казалось, просто ждала, когда всё это закончится. Айнура же была полной её противоположностью: с первого дня она оказалась раскрытой, активной, голодной до секса и экспериментов. Он чувствовал, как её мышцы сжимают его член, словно не желая выпускать, и это сводило его с ума.

Гимбат давно жил за пределами своего родного региона и был слишком искушён в жизни, чтобы верить в сказки. Он отлично знал про современные клиники и процедуры восстановления девственности, поэтому, когда на утро после свадьбы его бабушка с благоговейным видом рассматривала кровавое пятно на простыне, он лишь снисходительно усмехнулся про себя. Он то сразу с брачной ночи понял, что вся скромность и стыдливость Айнуры — это наигранный спектакль, маска, которую она носит для общества. Но вместо злости он почувствовал лишь азарт.

Его подозрения укрепились, и он решил проверить свою жену. Он нанял частных детективов, которые проследили за Айнурой до квартиры одной девушки, Кати. В отсутствие хозяйки квартиры эти люди умудрились установить скрытые камеры в каждой комнате. Гимбат ожидал увидеть там любовника-мужчину, какого-то красавца, который удовлетворяет его жену лучше него. Но то, что он увидел на записях, повергло его в шок и вызвало дикую эрекцию.

На мониторе разворачивалась не просто измена, а настоящая оргия. Айнура с чёрным кожаным страпоном на поясе буквально затрахала эту Катю во все мыслимые и немыслимые дыры. Она доминировала, вгоняя огромный фаллос подруге в рот, в вагину и в тугую задницу, пока Катя визжала и умоляла о пощаде и одновременно о большем. От этого вида, от того, как его «скромная» жена жестко владеет другой женщиной, Гимбат кончил прямо в штаны, как юнец-первокурсник, не в силах сдержать напор семени. Это было самое мощное извержение, которое он испытывал за последние годы.

Он решил не мешать жене в её увлечениях. Логика была проста и цинична: от женщины забеременеешь, а значит, угрозы для наследства нет. Более того, это открыло ему новые грани собственной сексуальности. Но когда в тот вечер Айнура вернулась домой, он встретил её не упрёками, а жёстким, животным трахом. Он вывалил её на кровать и так жестко оттрахал, что она выла на весь дом, провоцируя его на ещё большую жестокость. Он словно мстил ей за то, что она скрывала это, и одновременно благодарил за доставленное удовольствие.

Сейчас, когда Айнура скакала на его члене, её мысли были далеко от постели с мужем. Она вспоминала тот эпизод с камерами. Катя, умная и наблюдательная, сразу же обнаружила взлом квартиры и скрытые объективы. Вместо того чтобы впасть в панику, они решили устроить Гимбату настоящее шоу. Они знали, что он смотрит, и играли на это, усиливая свои стоны и позы, делая всё максимально откровенно и похотливо. И судя по тому, как Гимбат всю ту ночь не выпускал её из себя, трахая в разных позах, ему это безумно понравилось.

Айнура вспомнила свой девичник, где в порыве страсти она пообещала себе не изменять мужу с другими мужчинами. Она сдерживала это слово, хотя её тело иногда и требовало твёрдой мужской руки. Но с женщинами другое дело — это не считалось, это была игра, а не настоящая измена. Она чувствовала, как член Гимбата начинает пульсировать внутри неё, набухая перед финалом.

— Давай, кончай в меня! — закричала она, сжимая мышцы киски.

Гимбат с рёвом извергся в неё, заливая её внутренности горячим семенем. Волна оргазма прокатилась по телу Айнуры, заставляя её дрожать и цепляться за плечи мужа. Когда спазмы утихли, она довольная, обессиленная, но счастливая, легла на широкую грудь Гимбата. Она слушала его учащённое сердцебиение и улыбалась в темноту. Её двойная жизнь была идеальна: у неё был богатый муж, который удовлетворял её материальные потребности и получал удовольствие от её тайных страстей, и у неё была свобода делать то, что ей хочется, пока он смотрит. Все нити были в её руках, и она собиралась продолжать эту игру.

323   9   +10 [3]