Глава 11

Воскресные вечера обычно были спокойным временем как на Земле, так и на Туле. Однако в этот конкретный воскресный вечер на Земле было неспокойно - как и на Туле.

Заместитель директора Майлз Чандлер стоял в штатском пиджаке и свитере с высоким воротником прямо за центром управления орбитальной станцией в центре операций, а трибун Whitefeather и его команда стояли позади него в позе «смирно».

Заместитель директора Рене Галуа как бы стоял позади группы офицеров Конфедерации и директора по эвакуации и колониальным операциям. На нём была старая французская форма фельдмаршала - яркая и увешанная медалями. В руке он сжимал жезл фельдмаршала, вручённый ему благодарным французским правительством ещё в те времена, когда он приносил присягу этой стране, а не Конфедерации. В глазах скептически настроенного Whitefeather этот отставной солдат выглядел совершенно неуместно - как анахронизм викторианской эпохи в этом элегантном ультрасовременном помещении, заполненном высокотехнологичными пультами управления и мониторами высокой чёткости. Уильям задавался вопросом, чёрт возьми, что этот привередливый старый элитарист из CAP здесь делает, разве что для того, чтобы не пропустить ни одной вечеринки после отправления, которую Майлз мог бы устроить.

На большом экране станции орбитального контроля появилось лицо коммодора флота, полковника вспомогательного флота Фрица Метцгера. Полковник Метцгер обращался как к дежурному диспетчеру, так и к Чандлеру. - Все корабли сообщают, что завершили погрузку пассажиров и предварительно упакованных грузов. Прошу сообщить «Трибьюн Уайтфезер», что я лично убедился в том, что подарок губернатора Дешенеса доставлен на борт «Арктик Принцесс». Если у вас нет каких-либо последних дополнений, мы готовы отправляться.

Когда Майлз Чандлер бросил Уайтфезеру взгляд, говорящий:

— Мне действительно стоит это знать?, - трибун лишь слегка кивнул и сказал:

— Моя глубочайшая благодарность.

— Удачного полёта, коммодор, - пожелал Майлз Метцгеру. - Диспетчер, передаю флот под ваше командование.

Диспетчер кивнул. - Коммодор, вы можете покинуть орбиту. Путь свободен. Других вылетающих судов нет, CSS „Нирвана“ приближается по вектору подхода № 4.

Вскоре из динамиков раздались межкорабельные переговоры: одно за другим корабли флота вывели свои основные двигатели на полную мощность, покинули орбиту и направились к точке прыжка.

Когда корабль CSS «Арктик Принцесс» занял своё место в составе флота, на экранах телевизоров в Южной Дакоте, настроенных на канал KROA-TV, начали показывать рекламу серии репортажей «бывшей репортёрши Action News Сэнди Хаус», которые должны были стартовать в понедельник в шесть и в одиннадцать вечера и были посвящены жизни наложницы в диаспоре. В каюте Сэнди Лин изо всех сил старалась отвлечь своего котенка Чарли от подарка губернатора, чтобы тот его не повредил.

В Туле шли приготовления ко второму отправлению. Оперативная группа «Фоксхаунд», состоящая из корабля CSS «Артур К. Кларк» и корвета CSS «Калдекот Касл», должна была выйти в направлении Геспера ранним утром - примерно в четыре часа утра в понедельник. Экипаж «Кларка» провел напряженные выходные, перевозя своих лишних наложниц в Туле, где лейтенант Каррутерс организовал для семей экипажа группу капсул на базе «Скотт». Обычно семьи членов экипажа «Кларка» оставались бы на борту, но «Гесперус» технически находился на передовой, что подвергало судно опасности. Дети и несущественные наложницы должны были остаться позади.

Капитан Тодмортон осматривал свой корабль. С трепетом он вошёл в геофизическую лабораторию и замер на месте, увидев развернувшуюся перед ним сцену... Как и ожидалось, ни один из чудаков Научного отдела не был одет в синюю служебную форму. Казалось, они были одеты в мантии Оксфордского колледжа и конические шляпы.

— Мы, пожалуй, немного низковаты для гномов, не так ли? - спросил он, когда все в комнате выпрямились. Когда все офицеры и наложницы резко повернулись к нему, он понял, что на конических шляпах было написано: «Тупица».

Ах, понял он. - Конфедерация тупиц. - Он почти ожидал увидеть разбросанные по лабораторным столам бутылки с газировкой под брендом давно несуществующей компании «Dr. Nut».

Он подошёл к бородатому лидеру этой особой группы тупиц, лейтенанту Пейну. - Я так понимаю, вы возражаете против участия в учениях „Боевой пост“?

Пейн посмотрел на этого надоеду с добродушным презрением. - Конечно. Мы - невооружённый корабль - единственное оружие, которое у нас есть на борту, - это кавалерийские сабли Научного отдела.

Тодди от всей души пожалел, что Пейн напомнил ему о совсем недавнем инциденте с его завтраком с генералом Ли и Армией Северной Вирджинии. - Нам всё равно придётся проводить учения, в том числе и по боевой тревоге, - упрекнул Тодди своего старшего научного офицера.

— И какую тактику мы применим, если столкнёмся с са’армами? - парировал Пейн, и в его вирджинском аристократическом акценте слышался сарказм. - Наш единственный реальный вариант - применить маневр сэра Робина: зажать хвост между ног и галантно сбежать на максимальной скорости, на которую хватит угля на этом корабле. ИИ справится с этим, совершенно не полагаясь на какое-либо вмешательство со стороны людей. Просто скажи кораблю, чтобы он убирался отсюда к чёрту, и мы исчезнем, прежде чем кто-либо за пределами мостика даже догадается о существовании угрозы.

Тодди не смог придумать достойного ответа на это.

— Мы уж точно не собираемся прижиматься к «Калдекот Касл», - напомнил Пейн своему капитану. - Они должны встать между нами и угрозой. К тому же наш корабль больше. Это все равно что пытаться спрятать носорога за воробьем. Это только сделает корвет мишенью для ещё более крупной и заманчивой цели, а ты же не хочешь этого.

Тодди на мгновение задумался. - Ладно, послушай. Ваши боевые посты совпадают с постами на случай столкновения. Просто представьте, что это учения на случай столкновения.

Пейн бросил взгляд на своих соучастников, а затем снова посмотрел на Тодди. - Полагаю, это действительно имеет больше смысла..., - осторожно заметил он.

— Пожалуйста.

— . .. и, раз ты попросил так по-джентльменски, мы поступим именно так. Учения по предотвращению столкновения.

Тодди с облегчением вздохнул. - Учения по предотвращению столкновения, - согласился он.

В тот вечер состоялась очередная вечеринка в «Beauty Saloon», на этот раз в четвертом банкетном зале. Экипажи «Кларка», их наложницы и сопровождающие присоединились к экипажу и наложницам «Калдекот Касл» для последнего веселого праздника перед тем, как оба корабля отправятся в многомесячное путешествие на Гесперус. Майкл и Пенни Дешен были почетными гостями капитана корвета. Узнав, что на вечеринке будут присутствовать члены семей обоих кораблей, первая чета «Туле» сумела раздобыть приглашение для своей дочери и её парня. Саманта, приглашённая в знак благодарности за её усилия по поддержке семей членов экипажей, притащила с собой троих своих старших детей и свою рыжеволосую ирландскую наложницу Кэлли. За маленьким сыном Кэлли, Джейсоном, присматривали её подруги-наложницы, оставшиеся в семейном модуле.

Нареченные-официантки суетились по залу, разнося подносы с крылышками буффало, начос и другими закусками. Их наряды состояли из белых полуфартуков с оборками, оставлявших грудь и ягодицы обнажёнными, белых чепчиков горничных, белых воротничков с белыми бабочками и чёрных кожаных сандалий. В углу наложница-барменша, одетая в нарядный белый воротник с чёрным галстуком-бабочкой и пару чёрных лаковых туфель, приготавливала изысканные напитки. По какой-то причине заказы, поступавшие этой иначе обнажённой женщине, в основном касались напитков, для приготовления которых требовалось энергичное использование шейкера.

Все спонсоры были одеты в парадную форму, в комплекте с ремнем Сэма Брауна и треугольными фуражками. Их наложницы в основном ограничивались стандартными уродливыми серыми платьями и воротниками - и Кэлли, и Пенни остались в воротниках и сандалиях. Дети были одеты в разнообразную одежду, которая в основном закрывала их тела.

Когда прибыла компания Дешенов, Дэниел и Диана произвели настоящий фурор: он в красной форме Корпуса кадетов, а она - в форме, более или менее такой же, как у её матери.

Единственное заметное исключение из этого правила появилось с модным опозданием в 20 минут: Научный отдел. Шесть ученых-спонсоров и четыре их спутницы прибыли одновременно: мужчины были одеты в брюки из оленьей кожи, а женщины - в скудные набедренные повязки из той же кожи. Они выглядели так, как Голливуд представляет себе коренных североамериканских индейцев, словно сошли с экрана «Central Casting».

Тодди мысленно пробежал глазами приглашение на вечеринку. Не потрудился ли его коллега, капитан Хардести, уточнить, из какой именно Конфедерации должны быть эти униформы? - ИИ, - пробормотал он про себя, - пожалуйста, зачитай мне приглашение капитана Хардести на сегодняшнюю вечеринку. В частности, все упоминания о дресс-коде.

Послушно ответил ИИ:

— Одежда для спонсоров: униформа Конфедерации. Одежда для наложниц: по усмотрению спонсора. Одежда для иждивенцев: стандартная школьная форма.

Как и следовало ожидать, формулировка давала Пейну и его коллегам-учёным всю необходимую свободу действий, поскольку в ней не указывалось конкретно, из какой именно Конфедерации должна была быть эта форма. У Тодди возникло предчувствие, что ответ на неизбежный вопрос будет неутешительным.

Именно капитан Хардести задал этот неизбежный вопрос. Брови мужчины в чёрной форме взлетели к потолку, и он пробормотал:

— Что это, чёрт возьми, за форма Конфедерации такая?

— Конфедерация ирокезов, - лаконично ответил лейтенант Уилсон. Он поднял руку в приветствии. - Как же так?

— Я бы сам хотел знать, как, - подумал Тодди. - Я бы хотел знать, как тебе каждый раз удаётся уходить от ответственности.

В комнате раздался хохот. Даже капитан корвета смог уловить юмор в этой ситуации.

— Прошу вас, расскажите, - рискнул спросить губернатор Дешен, придя в себя, - не знакомы ли вы случайно с трибуном по имени Уильям Whitefeather?

— Нет, - признался Пейн, и его аристократический вирджинский акцент звучал совершенно не к месту, исходя от индейского вождя в полной боевой раскраске и с пернатым головным убором. - А должен ли?

— Нет, я не думаю, это было бы разумно. Это было бы слишком похоже на то, как будто два куска урана ударяются друг о друга. Не думаю, что какой-либо экипаж пережил бы взрыв таких розыгрышей. - Майкл вытер слезу с глаза. - На самом деле он - член Конфедерации ирокезов, что сделало бы это ещё смешнее.

— Жаль, что нам не удалось раздобыть наряды получше этих, - извинился старший учёный. - Я уверен, что они совершенно неточны и вызвали бы у настоящего ирокеза сильное возмущение. У репликатора в качестве даже отправной точки для выкройки одежды было лишь какое-то ужасное старое телешоу.

— Тем не менее, - согласился Майкл, - это оригинально.

После этого вечеринка возобновилась. Пара наложниц Кларка взобралась на небольшую сцену, расположенную противоположно бару, и, как только зазвучала классическая песня Кристины Марии «Let’s Play», они начали делать именно это. В такт музыке они изящно целовались, ласкали, лизали и покусывали друг у друга мочки ушей, шеи и груди. Постепенно, поочередно переключаясь друг на друга, они спускались все ниже, к половым губам и клитору. Толпа одобрительно зарычала. Не прошло и минуты, как пара, танцуя, довела друг друга до взаимного оргазма.

Когда спонсоры пары забрали их обратно для небольшого действия в позе «раком», одежда начала падать на пол.

Саманта сидела на диване между Майклом и капитаном Хардести. - Вот почему, - прошептала она капитану, когда чёрная военно-морская кепка с козырьком с невероятной лёгкостью пролетела мимо, - салон красоты рекомендует хозяевам указывать в приглашениях дресс-код „по желанию“ для всех. - Она перекинула пиджак через плечо, бросив его в никуда. Незаметно ни для хозяина, ни для гостей официантка-наложница поймала пролетевший мимо пиджак и аккуратно сложила его в растущую кучу одежды в углу возле бара.

— Все? - спросил высокий чернокожий офицер.

— Все, кроме иждивенцев. - Она с некоторой улыбкой указала на Диану. - Некоторым иждивенцам мы можем доверять... по крайней мере, пока. Пока гормоны не начнут действовать в полную силу.

— Давай сегодня на время поменяемся наложницами, - прошептали Саманте на ухо. Она обернулась и увидела, что к ней наклонились Майкл и Пенни.

Поменяться на вечер не составляло труда для такой, как Саманта. Как бы ей ни нравились красивые, крепкие, мужественные тела, такие как у Майкла или у этого нубийского воина, сидящего с ней на диване, она также ценила нежность и изящные формы богини любви, какой была Пенни.

— Тогда нам лучше поговорить об этом побыстрее. Я вот-вот достигну пика наслаждения, - Саманта провела пальцами по внешней стороне бедра старшей женщины до колена и начала отвлекающе щекотать внутреннюю сторону бедра Пенни.

— Зарезервируй для меня место на выступлении по стриптизу в этом месяце. Вот и всё.

— ИИ, запиши это, пожалуйста.

— Записано, декурион Редберн, - ответил спокойный, бесстрастный женский голос ИИ борделя на базе.

— Значит, у нас есть повод для празднования, - заметила Саманта, дразня и щекоча половые губы Пенни. - Сколько?

Пенни глубоко вдохнула. - Два, по одному на каждого. - Она выгнула спину, когда изящные маленькие электрические разряды закружились по её позвоночнику. Как нельзя кстати, на заднем плане Лора Браниган хрипло пела о том, как её любовник заставил её «потерять самообладание».

Спрятавшись за диваном, Дэнни Бэчелор, Диана Дешен и Кларисса Редберн хихикали, слушая все громче становящиеся стоны страсти матери Дианы. Кларисса также услышала, но не поняла - комментарии по поводу выступления с танцем на шесте. Она не раз слышала подобное в школе в свой первый день, и обычно за этим следовали визги девичьего смеха. Происходило что-то важное, но она не понимала, что именно.

Тем временем Кэлли доставляла генералу огромное удовольствие. Помимо своей природной покорности - а это означало, что если Саманта решит, что рыжеволосая должна развлечь спонсора, то она так и поступит, - она также испытывала сильное возбуждение. Ее спонсор и ее соратница по наложничеству Викки последние пару недель работали над тем, чтобы избавить ее от закомплексов. За всё это время Кэлли провела в одежде менее получаса, и то только для того, чтобы сфотографироваться в наряде для комнаты Микки. Все женщины из группы Саманты, а также мать и тётя Саманты, выстроились в одном и том же наряде, который Микки носила на том печально известном танцевальном вечере в борделе на базе во время вечеринки в честь Хэллоуина.

К тому же Викки провела последние пару часов перед вечеринкой, «подготавливая» её. Эти приготовления не заключались в укладке волос, макияже или выборе платья, а скорее в прелюдии. Теперь эта обычно застенчивая ирландка была ещё более обнажённой, чем в тот момент, когда вошла в комнату - её кроссовки JC Waterwalkers лежали в куче одежды рядом с парадной формой Саманты, возле бара. Она была и более возбуждена - её спонсор уже завел её двигатель. Поцелуй, который она сейчас получала от Губернатора, лишил её всякой способности мыслить, и единственной мыслью, которая оставалась в голове, была потребность получить этого ещё больше.

С трудом Кэлли заставила свои глаза сфокусироваться на мужчине ростом два метра, лежащем так, что его полностью возбуждённый пенис находился всего в нескольких миллиметрах от её лона. - Пожалуйста... трахни меня... сейчас... сильнее... - задыхаясь, прошептала она и прижалась к нему всем телом.

К счастью, Майкл не заставил себя ждать. Когда его мужское достоинство пронзило готовую к этому рыжеволосую девушку, она обхватила его ногами и втянула в себя так глубоко, как только могла. После быстрого рывка бедрами он нашел ритм, который стремительно привел его и его восторженную рыжеволосую напарницу к долгожданной кульминации.

В другом углу комнаты Пейн объявлял о своём кульминационном моменте, раздавая по комнате могучий крик мятежника. На нём всё ещё был пернатый головной убор вождя, а в руке он держал резиновый «боевой топор», которым размахивал в сторону потолка. Изящная красавица под ним, чьи предки происходили скорее от жителей Мумбаи, чем от индейцев Конфедерации ирокезов, находилась в аналогичном состоянии наслаждения. Вскоре под задницей Аванти начала собираться немалая лужа из выделений её хозяина.

Наблюдая за этим похотливым занятием, Диана пробормотала Дэнни:

— У меня так сильно чешется.

Дэнни досконально вбили в голову пределы того, как далеко он и его любимая могут зайти, и он не хотел рисковать вынужденной разлукой с этим восхитительным созданием, нарушив эти правила. Он не мог прикасаться к ней, она не могла прикасаться к нему, но они могли ласкать себя сами. Её день рождения казался таким далёким, но он стиснул зубы и в который раз решил подождать. - Вон там два симпатичных столика, - указал он, показывая на пару столов в стиле ар-деко, выполненных по мотивам Рульмана. Каждый из них выглядел более чем достаточно прочным, чтобы выдержать её вес.

— Выглядит неплохо, - решила Диана и повернулась к Клариссе. - Присоединяйся! - бросила она вызов.

— Э-э, а это, вроде как, не против правил? - спросила внезапно испуганная и сконфуженная Кларисса. В отличие от Дианы, она все еще была одета - а именно в рубашку с оборками и вышитые джинсы.

— Спроси у своего спонсора, - Диана явно не собиралась оставлять это без внимания.

С неохотой, надеясь, что Саманта скажет - нет, - Кларисса высунула голову из-за спинки дивана. На диване лежала обнаженная Саманта, временно измотавшая мать Дианы. Ее глаза искрились весельем.

— Да, - ответила Саманта. - Я тебе разрешаю. - Увидев, как девочка покраснела, Саманта напомнила ей:

— ИИ знает всё, видит всё и рассказывает всё. Настоящий всезнайка. - Затем она кивнула в сторону столиков. - Давай. Это поможет тебе выпустить пар, и тогда ты сможешь хорошо выспаться.

Тем временем несколько человек стали пристально смотреть на пару -летних девочек, от чего Кларисса сильно занервничала. Она снова спряталась за диваном, разделась в уединении и помчалась к Диане, которая карабкалась на один из двух столов.

Клариссе не потребовалось много времени, чтобы преодолеть первоначальную застенчивость, ведь рядом с ней, стоя на столе, Диана с огромным энтузиазмом устраивала шоу всей своей жизни. Ритм из динамиков в сочетании со стробоскопическим освещением и искусственным туманом создавал коктейль, столь же опьяняющий, как любая порция шот-коктейлей. Вскоре Кларисса оказалась в своём собственном маленьком мире, наполненном чудесными ощущениями и радостными мыслями.

После такого представления возвращение в свои капсулы в два часа ночи показалось почти разочаровывающим: молодой кадет-сержант Бэчелор целомудренно поцеловал свою спутницу в щеку, прежде чем пожелать ей доброй ночи и проводить её в её собственную капсулу.

Экипажи корвета и научно-исследовательского судна исчезли в нексусах, ведущих к их кораблям, пришвартованным на орбите. Для «Калдикот Касл» это было более хлопотно, поскольку на этом судне ещё не были установлены телепорты, и экипажу сначала пришлось телепортироваться на станцию, а уже оттуда - на свои корабли. И «CSS Артур К. Кларк», и «CSS Калдикот Касл» теперь направлялись к Гесперу в рамках своей по-прежнему «совершенно секретной» миссии. Большинство их наложниц и все их иждивенцы теперь находились на попечении Саманты.

— Я почувствовала себя непослушной, когда встала и сделала... э-э... это на глазах у всех, - призналась Кларисса. - Надеюсь, мама не узнает. Она будет в ярости.

— Я с ней разберусь, - пообещала Саманта. - Да, она узнает, если еще не узнала, но не ей решать, можешь ты это делать или нет. К тому же ты всё ещё девственница, верно?

Кларисса покраснела до корней волос, но широко улыбнулась, утвердительно кивнув.

— И теперь ты знаешь, как справиться с приступами возбуждения, да? Они могут смотреть, но не могут трогать.

Кларисса кивнула, показав, что всё поняла, а затем решила сменить тему, пока её лицо не загорелось от смущения. - Может, мне её подержать? - спросила она, глядя на Эллисон, спавшую в объятиях Саманты.

— Нет, у меня есть способности, которые у тебя появятся только в . ..надцать лет. Для меня она легкая, как перышко.

Глава 12

В то понедельничное утро Саманта вышла из спальни слегка ошеломленная и обнаружила, что её капсула заполнена гневными обвинениями. Голос Мелоди звучал возмущённо, а Кларисса, судя по тону, принимала оборонительную позицию. Саманта натянула куртку служебной формы и приняла серьёзное выражение лица. - В чём дело? - спросила она, мысленно добавив:

— Как будто я не догадываюсь.

Мелоди повернулась к своему спонсору, при этом потянув за сорочку вниз, чтобы прикрыть промежность. - Поведение Клариссы вчера вечером было непристойным! Танцы на столе! - возмущённо фыркнула она. - Я ожидала от неё большего!

Саманта разрешила наложницам из своей капсулы посмотреть видеозапись прощальной оргии флота «Фоксхаунд». Она предвидела именно такую реакцию со стороны своей новой матери-наложницы, более того - даже хотела этого. Поведение Мелоди до сих пор было слишком земным, и её нужно было приучить к тому, как ведёт себя настоящая мать-наложница Диаспоры. Пенни Дешен, например, подбадривала свою дочь, считая выступление милым.

— Я дала ей разрешение, - сообщила Саманта возмущённой матери, стараясь, чтобы её голос звучал опасно ровно.

— Но у неё не было МОЕГО разрешения! - запротестовала Мелоди.

Саманта наклонилась к ней вплотную. - Кто здесь главная в этом отсеке? Ты или я?

Мелоди вспомнила некоторые лекции, которые она выслушала во время полета в Туле. - Ах, ты... так вот кто ты. - Затем она с досадой добавила:

— Но она всё равно моя дочь!

— А кто здесь наложница?

Мелоди несколько раз сглотнула, прежде чем заикаясь произнесла:

— Я... я...

— Именно. Наложница может следить за соблюдением правил, но устанавливает их спонсор. Если спонсор говорит, что всё в порядке, значит, всё в порядке. В данном случае я сказала, что всё в порядке. Знаешь, почему?

Мелоди, опасаясь, что перешла черту, покачала головой.

— Во-первых, потому что иногда сбросить немного того напряжения, вызванного половым созреванием, означает, что она сможет отложить „Тот Самый Поступок“ до тех пор, пока ей действительно не исполнится. ... Понимаешь? - Саманта подняла пальцы, как бы обозначая кавычки вокруг слов «Тот Самый Поступок». Мелоди поняла.

— Во-вторых, это было сделано для того, чтобы показать ей - и, кстати, тебе тоже - что свою сексуальность нужно принимать, а не бояться и скрывать под табу и чувством вины. Не знаю, сколько раз мне приходилось это повторять, но будь ты наложницей или спонсором, твоя главная задача - рожать детей. Некоторые наложницы этого так и не понимают. Некоторые спонсоры - тоже. Но как одна из наложниц высокопоставленного чиновника, ты должна вбить это в свою тупую голову, и как можно скорее. Теперь у тебя есть прямой приказ использовать как можно больше возможностей.

Мелоди посмотрела на Викки, надеясь, что ветеринар окажет поддержку своей сестре-наложнице. Однако Викки всецело поддержала Саманту. - Моя дочь и племянница тоже были там, и я не заметила ничего, что вызвало бы у меня возражения. На Земле я бы, наверное, обратила на это внимание, но для нас, живущих в диаспоре, в этом не было ничего необычного.

— И, наконец, - безжалостно продолжила Саманта, - это было сделано для того, чтобы заставить тебя осознать, что ты наложница. Так же, как я должна следовать правилам для спонсора, а Кларисса - для иждивенца, ты должна следовать правилам для наложницы. Ты до сих пор этого не осознала, а для наложницы это может оказаться фатальным. Понимаешь?

Во время этой тирады глаза Мелоди расширились. Саманта видела, что к ней начинает доходить смысл. Вероятно, ещё не на все сто процентов, но, возможно, на данный момент этого будет достаточно.

— Итак, у тебя занятие по вратарскому мастерству с девяти до десяти с парой крепких молодых морских пехотинцев в качестве помощников, а затем урок танцев с Кэнди с одиннадцати до полудня. Между этими занятиями я хочу, чтобы ты взяла хотя бы одного из этих крепких морских пехотинцев и попросила его показать тебе «Кроличью клетку». Увидимся в салоне красоты в полдень. - Она сделала паузу, чтобы осмотреть сорочку Мелоди. - Ты одета слишком нарядно.

Мелоди моргнула, удивлённая внезапной сменой темы, опустила взгляд и быстро сняла сорочку. - Так? - робко спросила она.

— Намного лучше. Теперь ты можешь похвастаться своей фигурой, так что не стесняйся. На льду тебе придётся носить защитные накладки, но в остальном - давай, не сдерживайся. - Саманта наклонилась ближе и утешительно обняла Мелоди. - Я хочу, чтобы ты выступила в показательном выступлении по танцам на пилоне в следующие выходные. Это действительно поможет тебе почувствовать себя частью «Туле». Надеюсь, к тому времени ты уже будешь соответствовать требованиям.

Вот опять эта история с правом участия в танцах на шесте. Мелоди с любопытством нахмурила брови.

На борту «Кларка», который теперь уверенно направлялся к Гесперу в сопровождении корвета, экипаж уже давно обнаружил, что, несмотря на эксцентричность Научного отдела, эти «умники» были столь же целеустремленными и трудолюбивыми, как и любой матрос на любом корабле флота Конфедерации. Доказать это можно было, просто прогулявшись по лабораториям в любое время дня и ночи - там, казалось, постоянно находилась по крайней мере половина сотрудников Отдела.

Тодди зашел в корабельную столовую на обед. К его удивлению, на этот раз все сотрудники его Научного отдела были на месте. Каждый ученый был одет в белый лабораторный халат - ученые-наложницы носили только белый лабораторный халат, без пуговиц, воротника наложницы и сандалий. Когда он сел, а его наложница Труди, одетая в рабочую форму, положила ему на колени салфетку, он прислушался к разговору. Все остальные присутствующие молчали, пока шла громкая и оживленная дискуссия о требованиях к атмосферным частицам. Одна из наложниц-ученых наконец начала использовать палец вместо ручки, рисуя на столе перед собой чрезвычайно сложные формулы, которые ИИ проецировал на стену за её спиной. Она потеряла внимание Тодди ещё до того, как закончила писать первую строку формулы.

— Господа, прошу вас! - потребовал Тодди. - Неужели мы обязаны обсуждать рабочие вопросы во время еды?

Лейтенант Пейн повернулся к Тодди и тихо, вежливо заметил с характерным для него акцентом вирджинского аристократа:

— К сожалению, у нас мало времени. Как только мы вернёмся в Туле, сможем немного расслабиться. - Он на секунду задумался над ответом. - Возможно. - С этими словами он обратился к математическому эксперту и задал вопрос по формуле. Обсуждение ушло ещё дальше от понимания Тодди, и вскоре ИИ добавил вращающуюся 3D-анимацию, демонстрирующую погодные условия на планете.

Пэйн наконец снова повернулся к Тодди. - Ты получил мою просьбу насчёт орбит?

— Да, - подтвердил Тодди. - Не знаю, удастся ли их достать. Ты просишь о довольно необычных вещах, и нам придётся заручиться поддержкой командующего флотом на месте.

— Они нам как раз нужны. А ты не знаешь, приписан ли корабль класса «Абсекон» к «Гесперусу»? Нам нужен хотя бы один такой.

— Насколько я понимаю, у нас их два, - ответил Тодди.

Когда Пейн собрался вернуться к обсуждению физики атмосферы Геспера, Тодди прервал его. - Можешь рассказать мне о плане?

— По крайней мере, в общих чертах. Мы стараемся быть гибкими. - Пейн обдумал свои следующие слова, прежде чем заговорить. - Во-первых, поскольку это эксперимент, мы проверяем, нет ли там потенциально разумных форм жизни, которые мы могли бы уничтожить. Мы не думаем, что они есть, но должны убедиться.

— Ах, и сколько времени это займет?

— Пару-тройку недель. Затем мы попробуем создать зимнюю сказку. Именно для этого нам и нужен один или два корабля типа „Абсекон“.

Остальные члены экипажа прислушивались к разговору. Один из них вскочил с места. - Зимнюю страну чудес?

— Ага, - ответил Пейн. - Мы попробуем вызвать на планете ледниковый период.

В кают-компании поднялся переполох. - Но... но зачем? - спросил один из матросов.

— Если это сработает здесь, мы сможем использовать это где угодно, - объяснил Пейн так спокойно, словно обсуждал совершенно неважный вопрос.

— Где угодно - это значит... на другой планете? - предположил матрос.

Пейн кивнул, не сказав ни слова.

— Другая планета - это значит... Земля?

Пейн пожал плечами. - Там это могло бы сработать, но на самом деле это подходит для любой заражённой Роем планеты с газовой атмосферой, в которой либо уже присутствует, либо в которую мы можем добавить большое количество загрязняющего вещества - дигидроген монооксида. Это своего рода «тактика последнего дня», на случай, если Рой одолеет последних выживших на планете.

— А что насчёт этого «дигидрогенмоноксида»? Он ядовитый? - с беспокойством спросил Тодди.

— Не волнуйся, - заверил его Пейн с невозмутимым выражением лица. - Он растворим в воде.

Заместитель Тодди, Барри Ботингтон, с тревогой задумчиво спросил:

— А как же выжившие люди, если вы примените эту «тактику последнего дня» на Земле?

— Среди этих выживших людей, вероятно, будет и моя теща, - спокойно ответил Пейн, словно обдумывая этот вопрос. - Это значит, что Дьявол наконец-то получит своё. Не знаю, хорошо это или плохо - и для него, и для неё.

Смех прозвучал несколько натянуто.

— Но если ты думаешь о том же, о чём, как мне кажется, ты думаешь, то ты прав. Вот перед каким выбором стоит Центральное командование: позволить Рою их схватить или позволить это сделать холоду. Чёрт возьми, какой выбор, в любом случае - ужасная смерть. В любом случае, я сомневаюсь, что они нажмут на курок, пока мы не успеем эвакуировать всех, кого можно.

В этот момент в кают-компании воцарилась тишина. С серьезными лицами, один за другим, члены экипажа и наложницы покинули отсек, направляясь в Научный отдел, где продолжались дискуссии о том, как нарушить естественные механизмы регулирования климата планеты.

Сидя перед станцией видеомонтажа на борту «Арктической принцессы», Сэнди Хауc в раздражении встряхнула своими светлыми локонами. Частично её раздражение было вызвано её постоянно растущим сексуальным желанием. Среди пассажиров было мало мужчин, а те, что были, - все значительно младше. ..надцати лет. Дело не только в запрете на секс с кем-либо младше. ..надцати лет - она просто не испытывала влечения к несовершеннолетним в любом случае. А члены экипажа казались ей практически недостижимыми.

Вторым источником её разочарования была скука, сопутствующая межзвездным путешествиям. Это быстро стало рутиной, ещё до вчерашнего выхода с орбиты Земли: утром застилать койки и принять душ, затем завтрак, потом лекции и практические занятия, затем обед, затем ещё лекции, за которыми следовал ужин, а между приёмами пищи и лекциями проводились учения. Некоторые лекции представляли собой занятия по обучению сну, которые никто не считал особенно расслабляющими, а другие проводили матросы вспомогательных кораблей Флота или их наложницы.

Разнообразие тем было впечатляющим. Они изучали основы и продвинутые методы ухода за детьми, званную иерархию Вооружённых сил Конфедерации, основы военного этикета, варианты подработки для квалифицированных наложниц и так далее. Сэнди ознакомилась со своим расписанием на предстоящую неделю и была одновременно впечатлена и напугана тем, как много всего в него втиснули. Казалось, каждую секунду ей приходилось чем-то заниматься.

Не все занятия Сэнди считала необходимыми для выживания колонии. Её записали на несколько занятий по бальным танцам - одно в тренажёре сна, а затем три в тренировочном зале. Ещё один комплекс занятий состоял из обучения танцам на пилоне. Сегодня Сэнди посетила своё первое занятие по защитным боевым искусствам - сенсеем был моряк Вспомогательного флота со стандартным для морской пехоты пакетом усовершенствований, предусматривающим рост в два метра. Она не осознавала, пока ей это не объяснили, что её обучают тому, как должным образом защищать имущество и иждивенцев своего будущего спонсора.

Вечером, вернувшись в общие комнаты модулей, им предлагали развлечения в виде фильмов. Сначала обе новенькие были потрясены тем, как много среди фильмов было земного порно, и тем, что не было никакого контроля над тем, зрителям какого возраста разрешено их смотреть, но на лекциях они быстро узнали, что предполагается, что дети увидят, как пары занимаются сексом, когда они выйдут на ту колонию, куда их направляют. Для других женщин, окружавших Сэнди и Лин, это не было сюрпризом - они готовились к этому знаменательному дню уже несколько месяцев до отправления.

Но, несмотря на всю эту рутинную работу, лекции, тренировки и развлечения, она по-прежнему оставалась девственницей и по-прежнему отчаянно стремилась избавиться от своей нежелательной невинности. Ей также по-прежнему надоедали день за днём однообразные бежевые стены, бежевые одеяла, бежевые простыни и серые ночные рубашки, и единственным разнообразием служили белый цвет потолков и тёмно-серый цвет полов. В душе она безмолвно отчаивалась, что больше никогда не увидит ни дерева, ни тропического цветка, ни даже одной травинки.

По крайней мере, у них был котенок Лин по кличке Чарли и подарок губернатора - разноцветные вещи.

Она устроилась перед рабочим местом для монтажа видео в углу общей комнаты и запустила последнюю главу своего видеопослания матери. Она надеялась, что её новый спонсор на Туле разрешит ей отправить его, даже если придётся отредактировать, чтобы оно получило его одобрение.

— Мама, сейчас понедельник вечером, конец первого полного дня нашего путешествия. Пока всё в порядке. Девушки дружелюбны, а члены экипажа ведут себя как настоящие джентльмены. Корабль идёт ровно, и мы постепенно осваиваемся здесь.

Она не могла видеть, насколько «дружелюбны» были девушки в этот момент, ведь всё происходило за её спиной. Терри сидела обнажённой на стуле, хорошо видном над правым плечом Сэнди, а её ноги были закреплены в подставках, похожих на те, что используются на столе в кабинете врача. Венди, старшая наложница, находилась между ног подростка и использовала свой язык вместо зеркала. Напротив этих двух женщин, за левым плечом Сэнди, на диване сидели три старшие наложницы, зажав кулаки во рту, чтобы сдержать смех, и переводили взгляд то на зрелище, разворачивающееся напротив них, то на ничего не подозревающую Сэнди за монтажным пультом.

Наконец она заметила происходящее за её спиной и добавила:

— И, мам, за моей спиной ты можешь увидеть двух наложниц из группы, которые очень дружелюбно общаются. - Она закатила глаза, когда дети разразились хохотом.

Однако Венди не остановилась.

По какой-то причине Сэнди не спала. Вокруг себя она видела своих соседок-наложниц и их детей, уютно устроившихся в своих койках, сложив руки на груди. Как и все остальные, кроме младенцев, Сэнди была обнажена. Статус старшей наложницы - то есть девушки старше 18 лет - давал ей право на верхнюю койку, так что она имела привилегию смотреть в потолок.

Тихо зазвенел корабельный будильник: дзень-дзень, дзень-дзень, дзень.

Мысленно она проделала вычисления, которые так мучительно усвоила в тот день на тренировке по высыпанию. Пять ударов будильника на средней вахте, то есть 2:30 утра. О-два-тридцать часов, если говорить по морскому времени. Ей придётся выучить оба способа, так как она понятия не имела, к кому она будет принадлежать - к морякам или к морским пехотинцам.

Инерционные амортизаторы на корабле работали превосходно: ни вибрация, ни шум двигателей не проникали в каюты. Было очень тихо.

Эта тишина продлилась ещё две секунды, затем зажглись красные огни ночного видения, и по стенам разнёсся звук свистка боцмана, объявляющего общий сбор.

Голос какого-то неизвестного вахтенного офицера прогремел на полную мощность, пока обнажённые тела вываливались из коек. - Всем на палубу. Всем на палубу. Учения. Учения. Сигнал пожара. Сигнал пожара. Отсек S-71. Отсек S-71. Сигнал пожара. Сигнал пожара. Учения. Учения.

Кто-то из младших детей, которых разбудили довольно резко, начал плакать.

Венди крикнула:

— Всем надеть защитные костюмы. Пэтти! Элоиз! Проверьте люки!

— Есть! - ответила худенькая темноволосая девушка из секции коек, расположенной ближе всего к лифтовой площадке. В мгновение ока она и ещё один подросток в ошейнике исчезли вниз, на главный этаж, чтобы убедиться, что носовой и кормовой люки капсулы надёжно заперты.

— Сэнди, Лин, сначала наденьте свои костюмы, а потом помогите подросткам надеть их. Затем вы с подростками поможете детям надеть их. Помните: сначала убедитесь, что можете дышать, а потом уже занимайтесь теми, кто младше вас.

Любой, кто когда-либо летал на авиалайнере и действительно обращал внимание на инструкции по безопасности, знал это: в случае выпадения кислородной маски сначала надеваешь свою, а потом проверяешь окружающих, даже если это твои собственные дети.

Из-под коек появились люки, скрывавшие отсеки с комплектом комбинезонов с носками и рукавицами, крошечным биопаком и шлемом. Пассажиры тесного спального отсека в панике натягивали защитные скафандры, застегивая их спереди и надевая на головы прозрачные «стеклянные» шлемы. Десять минут спустя все, кто находился в отсеке, были в защитных скафандрах.

Тем временем из динамиков раздавались голоса офицеров и матросов.

— В отсеке S-71 сработала система пожаротушения!

— Отлично. Группа пожаротушения - в отсек S-71.

— Группа пожаротушения № 3 выдвигается в отсек S-71.

Пэтти сообщила с входной двери:

— Передний люк зафиксирован. В передней части нижнего уровня модуля признаков дыма или огня нет. Главная панель пожарной сигнализации чиста.

Затем Элоиз ответила из задней части модуля:

— Задний люк зафиксирован. В кормовой нижней части отсека нет признаков дыма или огня.

Венди подтвердила и нажала кнопку на панели управления, которая появилась рядом с ней.

— Зелёная панель! - раздался анонимный голос.

— Отлично. Капитан, у нас пожар в отсеке S-71, система пожаротушения активирована, команда пожаротушения выдвинулась на место. У нас «Зелёная панель», все люки отсеков и модулей зафиксированы.

Через несколько мгновений из динамиков снова раздался голос:

— Капитан, пожар считается потушенным. Повреждения минимальны, предполагаемое время ремонта - десять минут. Все отсеки в безопасности.

— Отлично. Всем членам экипажа: учения закончены.

— Можно нам теперь пойти спать? - взмолилась одна из наложниц в отсеке Сэнди.

— Нет, - раздался неожиданный мужской голос из домофона. -У нас две проблемы: Чарли и Батисс.

Все озадаченно переглянулись. Чарли, как всем было известно, был котенком Лин, драгоценным принцем отсека. А что, черт возьми, такое Батисс?

— Оба нуждаются в защите на случай разгерметизации отсека или отравления атмосферой. Во время этой тренировки оба остались без защиты. Наложница Лин Макдональд, вы встретитесь с инженером корабля, чтобы обсудить устройства, обеспечивающие защиту как Чарли, так и Батисса.

— Есть, капитан.

— Теперь можете ложиться спать - как только закончите со своими скафандрами.

Сонно бормоча ругательства в адрес садистов, управляющих «Арктической принцессой», наложницы сняли и убрали свои скафандры, а затем залезли в свои койки, чтобы возобновить прерванный сон.