— ### —

Они шли рядом, но пока не вместе — между ними оставалось небольшое, но ощутимое расстояние. Оля болтала без умолку, рассказывала про поездку, где они жили, куда ходили на пляж, сетовала на дорогу с огромными пробками в обе стороны. Она ещё сильнее загорела, теперь кожа ещё сильнее оттенялась светлой тканью сарафана, который делал её фигурку невесомой, почти как у мотылька. Посматривая на неё сбоку, отмечая поворот головы, красивую раковину ушка, за которую она кокетливо закладывала пряди волос, Игорь в очередной раз убедился, насколько она ему нравится. Освежившийся в памяти образ сразу затмил всё, что произошло с ним за последнее время. Нахлынули совсем другие чувства. Они были связаны не столько с желанием или телесным влечением, сколько с обожанием — визуальным, эстетическим. Лицо этой девочки хотелось взять в ладони и просто разглядывать, отмечая все детали, поражаясь каждому изгибу и ресничке. Эту ладную упругую фигурку хотелось нести на руках — бережно, придерживая за спину и сложенные вместе коленки. Даже представлять Олю в развратном, «раскрытом» виде, совокупляющуюся с ним, потную и возбуждённую, Игорю не хотелось. Может, он был пресыщен двумя подружками, а может, хотел отделить это своё чистое чувство от плотских утех, в которых погряз с головой.

Оля всё говорила, говорила, пока вдруг не замолчала, потупившись, остановилась, повернулась к нему и тихо сказала:

— Прости меня… за тот раз. Когда я на тебя наорала. Ты был ни при чём. То есть при чём, конечно, но это я из-за себя сорвалась. Испугалась, что совсем потеряю голову. А девушкам так нельзя…

Игорь удивлённо посмотрел на неё.

— В смысле «нельзя»? Сексом заниматься? Почему нельзя? — уточнил он, немного смутившись. Ему запали в голову слова Кольки про то, что Ольга — девственница, и он чуть не спалился с этим знанием, вовремя прикусив язык.

— Да. А про что же ещё? — Оля подняла на него глаза, будто он спросил что-то очевидное.

— То есть ты считаешь, что если начнёшь, гм, спать с парнями, то станешь какой-то… второсортной? Неправильной? — Игорь не смог скрыть удивления, вспоминая Аню и Зину, которые по этому поводу совсем не комплексовали.

— Именно так, — ответила Оля серьёзно, почти как возрастная учительница на уроке биологии, повторяя чужие нравоучения. — Ты же сам потом на меня по-настоящему не посмотришь, если я тебе… дам.

— С чего ты так решила? — Игорь остановился. — Неужели ты думаешь, что ты мне нужна только для… секса?

Оля пожала плечами, но голос оставался твёрдым:

— А разве не так? Возьмёшь, потешишься и бросишь, тут же заинтересуешься следующей. А я стану для тебя обычной. А я не хочу быть обычной.

У Игоря с досады заломило зуб. Они снова двинулись по тропинке. Он долго шёл молча, подбирая слова — логика девушки его поразила.

— Я не знаю, кто тебе это вбил в голову, что внимание парней одноразовое, до первой постели. Даже странно слушать от девушки такие истории, будто с прошлого века. Ведь люди живут вместе всю жизнь и не надоедают, — спросил он мягко. — Может, и есть такие, кто чисто собирает трофеи, но я точно не из таких. И не собираюсь никогда считать тебя обычной. Даже если… ну, ты понимаешь.

Оля посмотрела на него, сдвинув бровки. На переносице пролегла озадаченная морщинка.

— Не понимаю: даже если что?!

— Даже если ты вдруг займешься со мной сексом. Гипотетически! — остановил он готовую взорваться возмущением девушку. — И обещаю: я не буду с тобой этим заниматься. Даже если ты сама меня очень-очень попросишь. Не буду! Потому что вижу, как это для тебя важно. А мне достаточно быть с тобой рядом. И всё! Давай просто гулять.

— Вот так просто, рядом походить, за ручку подержаться? — хохотнула Оля. — И больше ты ничего не хочешь?

— Хочу, но не буду. Мало ли что я хочу. Важно, что ты хочешь.

— Игорек, это так мило! Я сейчас расплачусь, — Ольга рассмеялась, не сильно расчувствовавшись от его риторики. — Посмотрим, как ты запоёшь, когда окажешься ближе, — заносчиво пообещала девушка.

Но Игорь услышал только то, что скоро он окажется ближе.

Они шли в потёмках кубанской ночи. Улица освещалась только окнами близлежащих домов, и парень, уже давно потеряв всякую ориентацию, брёл рядом как верный пёс. Оля же вела его целенаправленно и вскоре они вошли во двор жилого дома. Скрипнувшая калитка вернула Игоря к действительности, и он закрутил головой, пытаясь понять, где очутился.

— Где это мы? — спросил он.

— У меня дома, — ответила Ольга, поднимаясь на крыльцо. Она отперла массивную входную дверь и пропустила Игоря внутрь.

— А где все?! — вырвалось у парня. Его сердце в нежданном предчувствии скорых и важных событий застучало с удвоенной скоростью. Презервативы, большая пачка, купленная для Ани и Зины, вдруг сделались невероятно массивными и оттянули задний карман.

Ольга закрыла дверь и, не включая свет, прошла мимо Игоря вглубь дома. — Родители уехали с ночёвкой к родственникам, а я… отпросилась, — она остановилась посередине большой комнаты и, зябко поёживаясь, вопросительно взглянула на Игоря, молча следовавшего за ней. В сумраке комнаты он различал только светлый силуэт в сарафане. Он не знал, что ему делать. Догадки были, и в обычном случае он уже перешёл бы к претворению их в жизнь. Но с этой девушкой оробел, встал истуканом, панически размышляя о том, что предпринять.

— Так и будешь стоять? — теперь Оля почти насмехалась над его нерешительностью. Действительно — привела домой, сказала, что они одни на всю ночь, а в ответ — окаменевшего от нерешительности ухажёр. Игорь развёл руками. Голос его дрогнул, захрипел, он сипло произнёс:

— Оля, я правда не знаю. Мне и обидеть тебя не хочется, и оттолкнуть, и в то же время, как я понимаю, ты ждёшь от меня каких-то действий и признаний. В то же время сама сказала, что не хочешь заходить далеко. Такие разнонаправленные сигналы — у меня мозг нараскоряку. Чего же ты всё-таки хочешь?!

— Ой, ну ты и телёнок, — психанула Оля, топнув пяткой. — Уже ничего не хочу! — вскрикнула она с нотками обиды в голосе. — Всё, уходи, выметайся! — Она указала на дверь рукой.

— Ладно, хорошо, — пожал плечами Игорь и, развернувшись, направился к двери. В темноте он шёл почти на ощупь, угадывая дорогу.

— Ой, ну стой же! — снова вскрикнула Оля. — Ты совсем кретин?!

— Так стоять или идти? — эта перепалка уже стала забавлять Игоря. Ольге и вправду могло показаться, что он внезапно отупел и ничего не понимает.

— Ты издеваешься? — Ольга догадалась о его игре и упёрлась ручками в бока.

— Нет. — Игорь вернулся и обнял девушку за талию,  заглянув в глаза и уткнувшись в кончик ее носа своим. — Ты моешь свернуть башку любому парню, - признался он. У меня о тебя уже мозги набекрень. Он ловил её возбуждено дыхание своим ртом всё медля, не решаясь поцеловать. Головокружительный аромат девушки проникал в нос и кружил голову. Он наклонился и нашёл её губы. Поцелуй начался.

За этот месяц парень целовался больше, чем за всю прожитую жизнь до этого. Жаркая во всех смыслах поездка когда-то началась именно поцелуем с Ольгой. Потом случилось много чего, но вернув тот начальный, первый поцелуй, он наконец ощутил именно то упоительное напряжение и сладостное впечатление, чего не мог получить ни от кого другого. "Человеку нужен человек". - Вспомнил он фразу тётки.

Целовалась ли она лучше? Нет. Арина была куда опытнее, Аня намного ловчее, а Зина — скромнее и сдержаннее. Но мысль, что он целует, держит в объятиях самую прекрасную девушку в мире, била в голову лучше любого алкоголя. Он целовал мягкие влажные губы Оли и не мог ими насытиться. Остановиться, отодвинутся бфло выше его сил. Руки бережно гладили тонкий стройный стан, скользили между лопаток, по спине и, спускаясь всё ниже, устремившись к упругой вдернутой кверху попке. Девушка шумно дышала, не делая попыток освободиться. Она тихо вздыхала и прижималась своей грудью к парню.

Осмелев он потянул платье вниз, как тогда на бахче, упругие грудки выскочили наружу. Девушка сделал движения прикрыться, но он опередил ее, наклонился и стал целовать упругие сладкие возвышенности.

— Вот поэтому... - отдирая его от себя, заворчала Оля, и не стоит доводить до таких близких контактов...

— Потому что хочется большего? - промурчал Игорь, присосавшийся к соскам девушки. Оторвать его было нереально. Да и силы у девушки таяли с каждой минутой. Рук парня не давали ей опомниться - мяли, гладили, прошли по спине, попке, забрались под юбку, лаская ноги.

Ох, ах...ну... - Оля отталкивала его слабеющими локтями.

Впору уже Игорю начать возмущаться: притащила в пустой дом, сказала, что они тут вдвоём, стояла приглашающе, почти позволила себя раздеть — и вдруг какие-то недовольные вздохи. Он резко оторвался от невероятно сладостно пахнущей кожи девушки, собрал всю свою волю, отпустил руки и отошёл на шаг.

Оля прикрылась и взволнованно переспросила:

— Что случилось?!

Игорь собирался с мыслями. Сначала хотел всё проговорить про себя, но вышло сумбурно, и он решил сказать как есть:

— Оля… Оленька! Когда я тебя в первый раз увидел… я увидел только тебя. Всё остальное не имело значения. Ты — и всё. Как это описать? Словно мир сузился до одной твоей головки, личика, поворота головы, этих серых глаз… Ты меня понимаешь?

Девушка кивнула. Она натянула платье обратно и теперь стояла смирно, в струнку, как девочка на детском утреннике.

— И когда тогда на пляже, а потом на бахче… я думал, всё серьёзно. Ты и я, мы вместе… и я тебе тоже небезразличен. Но ты вспылила, убежала, будто я тебя обидел. Хотя… я же парень, меня тянет к тебе. Я не гомик, чтобы только за ручку ходить и обсуждать платья… Хотя и это я могу. Но потом…

— Сейчас ты говоришь, что хочешь… и в то же время не даёшь даже поцеловать… — тихо добавила Оля.

Она булькнула что-то в качестве протеста, но Игорь поднял руку, попросив не перебивать.

— Я понимаю и принимаю твой выбор. Но тогда не надо приводить меня ночью к себе в пустой дом и провоцировать на то, что потом окажется ошибкой. В общем… или доверься мне — я обещаю, что с твоей драгоценной невинностью ничего не случится, — или я пошёл, потому что я не железный. У меня уже колени дрожат от перевозбуждения!

Он высказался и затих, ожидая вердикта. Оля помялась, тоже раздумывая. Потом скупо выдавила из себя, запинаясь:

— Хорошо… я согласна. Но ты обещал! Даже если я сама тебя попрошу!

Игорь почесал затылок. Последний пункт его немало смущал, и он добавил, как дополнительное условие:

— Только условимся, что я откажу тебе три раза. А на четвёртый уже всё случится.

— Ой, я согласна! До такого не дойдёт! — рассмеялась девушка и потянула его к себе.

Дальше всё пошло как по маслу. Они оказались на её кровати — на радость Игорю, довольно широкой и легко вмещающей двоих. Оля сама стянула с него футболку, потом платье с себя, оставшись в одних светлых трусиках. Грудки обозначились в полумраке розовыми кружками сосков, которые сразу напряглись от его губ. Игорь целовал её везде — шею, ключицы, животик, спускаясь всё ниже.

Оля строго следила, чтобы резинка трусиков не сдвинулась с тела ни на миллиметр, и Игорю приходилось, как северному мишке, ходить кругами вокруг запретной зоны. Потом она перевернула его на спину и сама начала изучать его тело: целовала то в губы, то в шею, спускаясь ниже и щекоча светлыми волосами.

— Ты загорел, — заметила она по-хозяйски, стаскивая с него плавки. — Вот он, проказник… — схватила она выпавший набухший член. — Он хочет, чтобы его поласкали?

— Очень… — выдохнул Игорь.

Девушка наклонилась и осторожно обхватила головку тёплыми губами. Язычок сразу принялся за дело — юркий, любопытный, обводящий кругами. Она не торопилась, будто пробовала на вкус каждую жилку. Игорь закрыл глаза и внимал невероятным по силе ощущениям. Не от самой ласки, нет, а от того, кто ему её оказывал! Это было совсем не так, как с другими. Совсем не так. Он даже не мог точно определить причину. Иначе. И всё. Волшебнее.

Оля подняла на него глаза, улыбнулась и прошептала:

— Лежи спокойно, что ты дрожишь!.. Я буду отрабатывать важный для девушки навык. Мне же потом нужен будет новый айфон!

— С такими навыками ты его вмиг насосёшь, — подбодрил её парень и шутливо получил ладошкой по животу.

— Нахал, — заключила девушка и смелее нахлобучила ротик на его достоинство. Она взяла глубже, держа за ствол рукой. Игорь подсматривал за ней, запустив пальцы в её светлые волосы.

— Ты только предупреди, когда будешь… ну, кончать, — попросила девушка через несколько минут. — А то мне вкус не очень понравился.

— Ты устала? Можем прерваться, — Игорь ни за что бы не признался, что сегодня уже две девушки сосали ему член: одной он кончил в рот, а другой… страшно сказать куда.

— А ты не хочешь кончить? — удивилась Оля.

— Хочу, но и могу спокойно потерпеть. Не всё же сразу… — великодушно смилостивился парень. — Я тебе тоже хочу предложить что-то подобное, но для этого придётся расстаться с трусиками…

Поменялись они местами. Теперь Игорь навис над лежащей перед ним полуголой девушкой.

— Нет, точно нет.

— Ладно, другой вариант. Я не буду их снимать… только сдвину в сторону…

— Ага, хитренький! Это тоже самое! — возмутилась Оля.

— У-у-у! — схватился за волосы Игорь, подпрыгнув на кровати. — Что за странное создание! Я же обещал — ничего туда к тебе не залезет! Клянусь! Только сними эти чёртовы трусики!

Видимо, он был так страшен в своём гневе, что Оля вдруг передумала и без дальнейших возражений лёгким движением избавилась от трусиков. Мелькнули её длинные гладкие ноги, ладная попка, и она вытянулась солдатиком на кровати, сложив руки на животе.

— Ну вот, — резюмировала она. — И нечего так орать!

— Прости, я совсем от тебя ошалел, — повинился Игорь. Он припал к девичьему телу, сначала с поцелуями, но это было чревато: член его оказался в опасной близости от лобка девушки, и она, почуяв это, стала лихорадочно сучить ногами, отбиваясь от «насильника». Пришлось ему сползти в сторону, чтобы не пугать девицу. Он продолжил с груди, довёл её до состояния твёрдых камушков, прошёлся по вздрагивающему животику и ткнулся… ткнулся и ещё раз ткнулся в сомкнутые ножки красавицы.

Он поднял голову, посмотрел в честные глаза подруги, внимательно изучающие его, и развёл руками:

— Девушка не пострадает!

— А вдруг? Я боюсь! — пожаловалась Оля.

— Теперь ты издеваешься? — догадался Игорь.

Он продолжал кружить вокруг её тела, как хищник, не в силах оторваться. Они снова и снова тянулись друг к другу губами — долгие, влажные, жадные поцелуи, в которых была не только удовольствие, но скрытая борьба. Оля попыталась вернуться вниз, обхватить его снова тёплым ртом, но Игорь мягко, но настойчиво перехватил её за плечи, занявшись ее телом сам.

Он ломал голову, как разбудить в ней настоящее желание, чтобы она сама раскрылась, сама потянулась к нему. Они слегка поборолись — смеясь, тяжело дыша, перекатываясь по простыне. В какой-то момент Оля упала навзничь, а Игорь -  сверху, прижимая её своим весом. Он провел пальцами по ребрам, заставив девушку зайтись от щекотки, медленно, дразняще прошелся между лопаток. Оля сначала рассмеялась,  извиваясь под ним и пытаясь вырваться. Но уже через несколько секунд смех начал переходить в подобие стонов. Руки Игоря медленно сползали ниже. Губы следовали за ними.

Парень целовал ложбинку между лопатками, потом по позвоночнику, пока не добрался до упругих полукружий её попки. Кожа там была горячей и бархатной. Он жадно поцеловал каждую ягодицу, прикусил зубами мягкую плоть, заставив Олю застонать. Губы двинулись ещё ниже — вдоль серединки ягодиц, до самых ножек, всё также старательно сомкнутых. 

И вот его нос оказался прямо между её ног, уткнувшись в тёплую впадину, образованную бёдрами и пахом. Запах ударил в голову мгновенно — густой, сладковато-мускусный, тёплый аромат возбуждённой девушки. Тот самый, ни с чем не сравнимый, от которого у Игоря помутилось в голове и член дёрнулся, болезненно напрягшись. Он глубоко вдохнул, почти застонав от мучительного удовольствия.

Ладонь легла ребром между её бёдер. Один палец медленно проник сквозь горячие влажные складки внутрь. Оля резко затаила дыхание, всё тело её напряглось.

— А-а-а… — вырвалось у неё низко и взволнованно.

— Ты вся мокрая, — дрогнувшим голосом сказал он.

Не останавливаясь, Игорь продолжал ласкать девушку одним пальцем — медленно, глубоко, круговыми движениями, погружаясь между складочек и чувствуя, как внутри неё становится всё жарче и мокрее. Вторая рука чуть оттягивала половинку попки в сторону, полностью обнажая розовый сморщенный анус. Член Игоря был готов взорваться от таких видов. Губы жадно целовали упругие ягодицы. Осмелев, он даже провёл языком по её попке, но Оля недовольно замычала.

И наконец створки её «волшебной раковины» начали раскрываться. Ноги Оли, до этого плотно сжатые, дрогнули… и медленно, словно нехотя, но уже не в силах сопротивляться, разошлись шире. Она выгнула спину, приподнимая попку ему навстречу, полностью открываясь.

Перед Игорем предстала вся её нежная, блестящая от влаги щёлка — розовая, горячая, набухшая. Запах, тепло, дрожь её тела — всё говорило, что Оля готова к большему. Готова по-настоящему.

Он смотрел на неё, тяжело дыша, и понимал: сейчас она уже совсем себя не контролирует. Вся надежда только на него. И как бы сильно ему самому этого ни хотелось, он должен был выстоять ради них обоих.

Игорь перевернул покорное тело, развёл её колени, теперь слабые и податливые, наклонился и жадно потянул носом волшебный аромат девушки. Губы нашли цель, язык скользнул вдоль горячей щели и глубже… Оля выгнулась дугой и тихо застонала:

— О боже… Да…

Она была очень мокрой и горячей. Игорь ласкал её долго и старательно: гладил по ногам, зарывался носом, чувствуя, как она дрожит и тихо всхлипывает от удовольствия. Удовольствие наблюдать, как девушка кончает от его языка, было несравненно сильнее любого собственного оргазма. Она разрядилась с долгим протяжным «а-а-а…», судорожно сжимая его голову бёдрами. А после облегчённо засмеялась и похвалила его:

— А ты молодец… выдержал, не полез!

— Я же обещал, — пожал плечами Игорь.

Оля уютно расположилась у него в объятиях — уже не стесняясь, совсем голенькая, чуть вспотевшая. Она положила руку на его стоящий колом член и спросила с лукавой улыбкой:

— Что принцесса может сделать в ответ на заслуги своего принца?

Игорь нахмурил брови, будто раздумывая:

— Так как выбор блюд невелик, предпочитаю сосиску в тесте!

Оля громко захохотала:

— Это я, значит, тесто? Что сказал! — Она шутливо сжала и подёргала его многострадальный орган. — Всё же позвольте вам, сударь, облегчить страдания!

Не дожидаясь ответа, девушка юркнула вниз. Вскоре её тёплые губы снова заскользили по стволу, помогая себе рукой.

— Ну, как хочешь! — смилостивился Игорь, переворачиваясь на спину и закладывая руку за голову.

Он уже был давно готов, и не прошло нескольких минут, как он положил руку на Ольгино плечо и прерывисто выдохнул:

— Я уже скоро… сейчас, Оля…

Она успела убрать голову, но не настолько далеко, чтобы всё не попало на лицо. Молодецкий выброс густой спермы заляпал ей щёку, губы и нос. Оля чертыхнулась, засмеялась и начала собирать липкие капли пальцами.

— Достал-таки… Напустил детишек в космос, — фыркнула она. — Пойду умоюсь.

— Я тоже, — поднялся вслед за ней парень, показывая на залитый спермой живот. — Помою тут всё.

Оля склонилась над раковиной, а он пристроился сзади. Руки его снова принялись гулять по любимому телу, заставляя Олю вздрагивать и дёргать попкой. Ладонь пробралась между ног, поглаживая её уже по-хозяйски, неспешно. Девушка не протестовала. Они перешли ту грань, когда нужно было стесняться. Теперь он мог делать с ней это беспрепятственно.

Игорь радостно думал об этих изменениях и горько жалел, что всё случилось так поздно — всего за три, вернее, уже два дня до отъезда.

Дурачась и беспрестанно целуясь, они с горем пополам помылись, выбрались из ванны и ещё полночи барахтались в постели, изучая тела друг друга.

Спали в обнимку. Для обоих это было непривычно. Игорь сквозь сон постоянно следил, чтобы случайно не задеть подружку. Оля тоже ворочалась, но её руки почему-то всё время оказывались на нём. Зато его руки могли в любой момент лечь ей на бедро или забраться куда поглубже. Он ласкал её, когда просыпался среди ночи, и с удовольствием смотрел, как она кончает от его рук, даже не до конца просыпаясь.

К утру он забылся глубоким сном и был разбужен навалившимся на него тёплым телом. Оля лежала сверху, прижавшись животиком, и внимательно всматривалась в его лицо, словно стараясь что-то рассмотреть или запомнить.

— Получается, мы переспали? — уточнила Ольга, когда убедилась, что он полностью очнулся.

— Формально — да, — согласился Игорь.

— А практически?

— Вот столько не хватило, — показал он разведёнными пальцами примерную длину своего члена.

— Столько? — нахмурила бровки девушка. — Мне кажется, намного меньше!

— Тебе видней, — не стал спорить парень.

— У тебя опять стоит, — кивнула Оля в сторону его паха. — И что же нам теперь делать?

— Есть предложения?

— Есть. У тебя были презервативы! Я в кармане нашла!

— Я же ответственный парень!

— Тебе, кстати, какая-то Аня звонила. Это не та ли Аня, которая моя Аня?! — вдруг вспомнила Оля.

— А, да. Мы с ними на пляж ходим. Вы все разбежались, вот они с Зиной мне компанию и составляют.

— А ты знаешь, что они с Аней лесбиянки?! — беззаботно продолжала трепаться Оля, помахивая в воздухе ножками.

— Правда? — Игорь сделал очень озабоченную мину.

— И мама, и тётя Арина… Все тебе звонили…

— А ты уже проверила мой телефон? А ведь мы ещё даже не женаты! — покачал головой Игорь, вспоминая, как выглядят уведомления мессенджера и сколько можно вычитать с заблокированного экрана.

— Иди ко мне… — вдруг переменилась она. — Я правда хочу! Сейчас, с тобой и до конца!

— Это первый раз, — сообщил Игорь.

— Что?

— Ты попросила только первый раз.

— Вот наглец! Ладно… Прошу тебя второй раз: трахни меня, мой рыцарь!

— Уже теплее, — довольно усмехнулся Игорь, укладывая Олю на спину. Сам он встал и принялся искать штаны с презервативами.

— Я их на столик положила, — угадала Оля направление его поисков.

Он взял один, ловко распаковал и начал накатывать на вздыбленный член. Оля внимательно наблюдала за его действиями, ничего не комментируя.

— Итак. Только два раза, — напомнил он.

— Трахни меня, Игореша! — сладко жмурясь и виляя попкой, простонала Оля. Ножки её были призывно раздвинуты, а хорошо изученная за ночь щёлочка теперь влажно блестела и была полностью готова принять его.

— Я мечтал об этом почти месяц, — зарычал Игорь, наваливаясь на раскрывшуюся девушку. — А теперь скажи последний раз… тот самый… — попросил он, целуя её сияющие глаза.

— Я тебя хочу… Возьми меня, — прошептала Оля.

Он вошёл в неё медленно, глядя прямо в глаза. Девушка сразу обхватила его ногами и руками, сильно прижимая к себе. Через резину Игорь чувствовал не так много, но узкое, тесное естество девушки плотно обхватывало его. Расставание с девственностью произошло почти незаметно. Только сладкая гримаска вновь пробежала по переносице Оли, но тут же расслабилась. Лицо её просветлело, и она прильнула к нему ещё плотнее, постанывая и подбадривая:

— Да… да… вот так… мне хорошо, Игорь… это здорово… ещё!

Иногда он останавливался, просто чувствуя, как она пульсирует вокруг него, и целовал её. Она гладила его по спине, по волосам, шептала что-то ласковое. Это было совсем не похоже ни на весёлый балаган с Аней и Зиной, ни на мощную страсть тётки. Здесь было что-то выстраданное, важное, серьёзное.

Игорь кончил в презерватив. Оля благодарно прижала его к себе и долго не отпускала, сдавливая внутри сильными мышцами. Они ещё долго лежали, не разъединяясь, тяжело дыша и переплетая пальцы.

— Знаешь… я боялась, — тихо сказала она. — Боялась, что если позволю себе влюбиться, то потом будет очень больно, когда ты уедешь. Поэтому и вела себя как дура… отталкивала.

Игорь погладил её по волосам.

— А я… я правда в тебя влюбился, — признался он. — С первого дня.

Оля грустно улыбнулась.

— Я тоже… наверно. Жаль, что так получилось. Всего два дня… А у меня сегодня ещё и родители приезжают после обеда…

Они замолчали. В комнате было тихо, только за окном стрекотали цикады. Оля прижалась сильнее.

— Я всё равно рада, что ты меня вытерпел и дождался. Спасибо тебе.

На презервативе оказалось немного крови. Помывшись, Оля натянула новые трусики и положила туда прокладку «на всякий случай». Она поцеловала его в нос и прошептала:

— Иди домой, сегодня уже ничего не выйдет. А вот вечером… придёшь?

Он пообещал, ушёл ошарашенный, романтичный, невыспавшийся, с головой, раздутой от мыслей. Уже отойдя немного, вспомнил про звонок Ани и набрал её. Трубку долго не брали, потом раздался заспанный голос:

— Ты чё, лин, в такую рань? — было начало седьмого.

Игорь извинился.

— Чего звонила?

— Да тут концерт по заявкам. Отец с матерью вчера решили молодость вспомнить. Он за презервативами полез, а там голяк. Чуть до развода не дошло. Пришлось сознаться. У него чуть инфаркт не случился. Грозился яйца оторвать тому, кто на его дочку позарился. Так что у меня вариантов нет. Презервативы себе оставь, — хихикнула Аня.

Он попрощался и прервал разговор.

Думать о подружках ему совсем не хотелось. С ними было хорошо, но пережитое с этой выдергой Олей — её выкрутасы, жеманство и, наконец, это великодушное разрешение — наполняло его особенной, гордой радостью. Он был с ней. С самой красивой девушкой. С той, которая отказывала всем остальным и отдалась только ему. Он был у неё первым.

Может, это и не такая уж великая заслуга. Но в эту мысль приятно было верить, особенно когда вспоминалась её радостная улыбка после. Она ни о чём не жалела и даже обещала продолжение.

Он был счастлив.

— ### —

Дома его встретила зевающая Арина. В полупрозрачной рубашке она сразу приковала взгляд парня, который всё ещё оставался на взводе после ночных забав с Олей. Игорь даже не успел ничего подумать — тело и руки сделали всё сами. Он утащил тётку в спальню, поставил раком и принялся долбить яростно, с напором и жаром. Тётка попискивала и сучила ногами: такой бешеный темп не оставлял ей никаких шансов. Через минуту её прошиб первый оргазм, через ещё несколько — второй. А Игорь всё не унимался, долбил, широко раздирая руками большие массивные ягодицы женщины. Он никак не мог кончить и успокоиться, заставляя тётку судорожно кончать ещё несколько раз подряд.

И только когда совсем устал и почти перестал что-либо чувствовать в опухшем члене, он повалился сверху, увлекая Арину за собой на кровать. Перекатился и остался лежать так — полураздетым, со спущенными на голени шортами.

— Ты где был, пришёл такой заведённый? — улеглась рядом Арина.

— У Ольги ночевал, — признался Игорь.

— У той Ольги? — переспросила Арина. — А родители её где? Знаешь, они строгие у неё. В ежовых рукавицах держат. Она у них одна.

— Ну вот. Всё, — не удержался от похвальбы Игорек.

— Блин, что, правда?! — испугалась женщина. — Хорошо, что ты уже уезжаешь! Иначе тебе бы несдобровать!

— Да забей! Всё хорошо! — радужно улыбался парень.

— Да не «хорошо», — насторожилась Арина. — Там всё серьёзно!

— Зря тебе сказал! — пожалел Игорь. — Она сама пригласила, всё сама. Я-то тут при чём!

— Как это «ты при чём»?! Так кто это сделал?! Она школьница! Тебе может прилететь! — не унималась Арина.

— Ну всё, теперь и я запереживал… Ну какая она школьница?! Совершеннолетняя, как и я. Какие вопросы?! Всё равно это когда-нибудь бы случилось. Разве нет?!

— Ох, Игорек, приехал такой хороший мальчик, а теперь как петух деревенский — всех кур перетоптал, — засмеялась тётка.

— А чего они сами на меня лезут! — подхватил смех Игорь.

— ### — 

Полдня он отсыпался. Потом мать припахала готовиться и собирать вещи. Вечером он вырвался пройтись с Олей. По дороге они повстречали прогуливающихся Аню с Зиной. Те сначала увязались за ними, но потом, будто почуяв что-то между парочкой, отстали, оставив их одних.

Они ушли в лесополосу и целовались там до одури. Снова ели дыню, вспоминая со смехом свой первый раз.

— Ты знаешь, теперь у меня эти дыни будут ассоциироваться только с этим, — поделился Игорь.

— С чем?

— Ну, с этим… с вашей женской пилоткой.

— Фу, что за слово… — скривилась Оля.

— Ну, пилотка, как на солдатах… Так вот, с этим и с тем, как мы с тобой первый раз…

— Да уж… первый раз… — поддержала Оля. — Я, честно говоря, сильно его боялась. А если бы знала, что это совсем не больно, то уже давно бы…

— Это потому, что попала в руки профессионала! — заверил девушку Игорь.

— То есть ты что ли профессионал?! И где же ты так натренировался девушек девственности лишать?

— Нигде. Ты у меня первая, — прижал её к себе Игорь.

— Первая вообще?

— Ну, не вообще, а первая девственница!

— А кто первая вообще? — не отступая от женского обыкновения, докапывалась Оля.

— Ты её не знаешь. Это было давно.

— И ты её всё ещё любишь?

— Я тебя люблю, заноза!

— Правда-правда?!

— Ты же знаешь, что это невозможно доказать, кроме как собственной жизнью!

— Нет-нет, жизнь твоя мне не нужна, — улыбнулась она и крепче обняла его за шею.

— ### — 

Ночь перед отъездом он провел с Ариной. Мать ушла к своему, и до утра не появилась. Они почти не говорили. Арина сама потянула его к себе в большую кровать, обняла крепко-крепко, словно боялась, что он уже начал ускользать. Её большое, зрелое тело было горячим и таким родным. Игорь целовал её медленно, нежно, будто запоминал каждую складочку, каждый вздох. 

— Буду скучать по тебе, племянничек… — прошептала она уткнувшись ему в шею.

Она только что кончила и теперь лежала, обхватив его ногами. Арина гладила его по волосам и молчала. Только по щеке у неё скатилась одна горячая слезинка.

Утром вернулась мать — невыспавшаяся, с впавшими от бессонницы глазами. Нервно засуетилась с сумками. Арина тоже была не лучшего вида, но помогла и вышла проводить. Когда приехало такси, она улыбалась, но глаза были красные.

— Ну, Игорёк, не забывай тётку. Рада была познакомиться, племянничек, — сказала она громко и отчётливо, крепко обняла его по-родственному и похлопала по спине.

А уже тише, на ушко: — Спасибо тебе… за всё. Я тебя никогда не забуду.

Голос у неё дрогнул. Она резко толкнула его: «Иди». Сама же обнялась с сестрой, наговаривая ей что-то в напутствие.

Игорь вышел за ограду. Там его уже ждала Оля — нарядная, но печальная. Она по-хозяйски обняла подошедшего парня, и их поцелуй был красноречивее всех слов. Тут же были Аня с Зиной. Они захихикали, когда Игорь, подойдя, привлёк их с двух сторон к себе и поцеловал каждую невинно — в щёчку.

— Приезжай на следующее лето, мы тебе покажем наши места, — проворковала вполголоса Аня и подмигнула.

Он вернулся к Оле, крепко обнял и поцеловал её напоследок. Она наговорились вечером, поэтому теперь просто молчали, взявшись за руки. Наполненный самыми тяжёлыми и сладкими мыслями одновременно, Игорь оторвался от девушки и сел в машину. Такси тронулось, оставляя на обочине пёстрое собрание провожающих. Быстро миновало станицу и выкатилось на просёлочную дорогу. За окном проплывало поле, заполненное густой зеленью листьев и яркими жёлтыми плодами дынь, тяжелевших под утренним солнцем.

— Мам, смотри, сколько дынь! — показал он задумчивой и грустной матери.

— Ой, сынок, ты разве не наелся за лето? — рассеянно ответила мать.

— Поел… но не наелся, — тихо проговорил Игорь, глядя в окно. — Разве можно этим пресытиться хоть когда-нибудь? Чем больше ешь — тем сильнее хочется.

— И то правда, - согласилась мать.

Машина уносила их на поезд до Сибири.

— КОНЕЦ —