Неожиданное назначение Ирины Григорьевны Кущелевой заведующей неврологическим отделением, увеличило в разы число ее недоброжелатей. Ну с врагами понятно, но и среди тех, кто жалел и сочувствовал ранее, поменялось отношение к ней. Дурная слава тянулась за ней, как темная копоть, вырывающаяся из сопла реактивного двигателя, оторвавшегося от бетонки взлететной полосы самолета... Передавали шепотком, а порой и вслух, за ее спиной:

– Вот поспала с Кабаном, он ее подкадывал под кого ни попадя, так п*здой и заработала...

Своим тактом, спокойным и выдержанным характером, а главное доброжелательным отношением к персоналу отделения, разбила лед недоверия и заслужила полный и безоговорочный авторитет.

... Ирина сидела в кабинете и разбирала бумаги. Дел было много. Звонок с вызовом к главврачу был неожиданным. Уходя бросила взгляд в зеркало. Сунула руку в карман – скальпель был на месте. Пошла по отделению, цокая каблучками, отвешивая кивки налево и направо больным и персоналу. Мужские взгляды привлекали ее точеные икры в шелковых чулках со стрелками.

Сердце тревожно екнуло, когда обнаружила отсутствие секретарши. Осторожно постучала , дождавшись:

– Да, войдите !

Прошла и присела, без приглашения, в торце стола для совещаний. Положила ногу на ногу, тонкий шелк обтянул округлое колено.

– Я вас садится не приглашал, – ледяным тоном сказал Кабан.

– А я думала, вы встанете при появлении женщины, – вежливо отпарировала она.

К удивлению Ирины, он не среагировал, лишь злорадно подумал : " Ничего, ничего, повыебывайся... Кончилась лафа. "

Он посмотрел на тело женщины, обтянутое пригнанным по – фигуре халатом и захотел так ее, до ломоты в зубах.

Кабан встал из – за стола, прошел к двери и щелкнул замком. Повернулся к ней и процедил:

– А ну пошла в душ. Приду помылить тебе спинку, а потом на диванчик... Твой старый знакомый на свалке, а новый импортный еще мягче. "

Рука Ирины скользнула в карман...

– Впрочем, для начала порадуй минетиком! Классно сосешь...

Он спустил штаны, живот грузно вывалился, торчит возбужденный член.

Ирина округлила глаза : все было гладко выбрито, а конец члена чудовищно раздулся от зэковских имплантантов – " спутников".

– Ну! – заревел он. – Иди сюда, сука !

Перед жирным перекошенным лицом мелькнула никелированная сталь скальпеля:

– Только подойди ! Выпушу твой сучий потрох ! Суда я не боюсь, меня оправдают, не могут не оправдать, если есть Справедливость! А ты отправишься в Ад, к любимой Катьке, которую хором черти еб*т !

Потом помахивая скальпелем, левой рукой дернула молнию вниз... Халат послушно распахнулся, открыв аппетитное тело в белом кружевном белье, чулки с узорной резинкой.

– Ну, кто ещё хочет попробывать комиссарского тела ?

Она расхохоталась глядя на ошеломленного Кабана.

– Открой дверь и пшел прочь! Скажу откровенно, как мужик ты – тьфу! – сказала с презрением и смачно сплюнула на пол.

Дрожащими пальцами и отошел в сторону, опасливо косясь на блестящую сталь.

Гордо подняв голову, вышла из кабинета, обернулась, скорчила презрительную гримасу и показала язык. Что есть силы шваркнула дверью и выскочила в пустую приемную, где мигом поправила одежду.

В ее адрес неслось:

– Ничего, ничего ! Сама приползешь! Я тебя под статью подведу! Будешь на зоне рукавицы шить!

Вернулась к себе и написала заявление об уходе, решив отдать при всех, на совещании в понедельник.

Достала из сейфа "заветный " телефончик и попросила Мишу.

Встретились в уютной кафешке. Старалась держаться невозмутимой. Рассказала ВСЕ.

– Погодите с увольненем, Ирина Григорьевна, все порешаем...

Потом накрыл сверху ее запястье крепкой ладонью и спросил:

– Какие у вас планы на завтра?