Мурад лежал на полу, тяжело дыша, его грудь вздымалась с каждым вдохом, а пот стекал по спине, смешиваясь с остатками наслаждения. Рядом Амина раскинулась на холодной плитке, её обнажённое тело блестело от пота и спермы, грудь подрагивала от учащённого дыхания. Её губы были припухшими, а на подбородке ещё сохли следы его конча. Но она не собиралась останавливаться.

Тихо, почти незаметно, она перекатилась на живот и поползла к нему, как кошка, подбирающаяся к миске. Её пальцы скользнули по его бёдрам, обхватывая дряблый, но всё ещё влажный член. Мурад вздрогнул, когда её тёплый рот опустился на него, язык обвёл головку, собирая последние капли. Она работала медленно, наслаждаясь вкусом, чувствуя, как он начинает наполняться под её губами. Её горло сжималось вокруг него с каждым глотком, а руки скользили по его бёдрам, подталкивая его глубже.

— Хватит, — рыкнул Мурад, резко отстраняя её. Его голос был хриплым, но твёрдым. Он не хотел, чтобы она контролировала ситуацию. Не сейчас.

Он встал на ноги, схватил её за плечи и рывком подтянул к дивану. Амина пискнула, когда её тело ударилось о мягкую обивку, но не сопротивлялась. Мурад развернул её, прижав лицом к подушкам, и её упругие ягодицы сразу же оказались перед ним — розовые от предыдущего секса, слегка припухшие. Он плюнул на ладонь, смазал её задний проход, а затем вдалблился в неё одним резким толчком.

— А-а-ах! — вырвалось у неё, когда он вошёл до упора. Боль смешалась с наслаждением, её пальцы вцепились в ткань дивана, ногти впились в обивку. Мурад не давал ей времени привыкнуть — он сразу начал двигаться, его бёдра бились о её мягкие ягодицы с глухим хлопком. Каждый удар отдавался в её теле, заставляя её кричать.

— Да, ещё! — прохрипела она, пытаясь оттолкнуться назад, навстречу его ударам. Её соски тёрлись о грубую ткань дивана, а он схватил её за волосы, дёрнув голову назад так, что позвоночник хрустнул.

— Ты хочешь, чтобы я разорвал тебя? — прошипел он, сжимая её грудь другой рукой, пальцы впивались в нежную плоть, почти до боли. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя так, что ты не сможешь сидеть неделю?

— Д-да! — выдохнула она, её голос дрожал от возбуждения. — Трахни меня, как шлюху!

Мурад усмехнулся. Ему нравилось, как она подчиняется, как её тело сжимается вокруг него, пытаясь удержать его внутри.

Амина вспомнила, как Салим и Хасан пользовались ею, как она лежала перед ними на коленях, сосущая их члены, как подчинялась каждому приказу. Но Мурад трахал её жестче. Она был лучше.

Неожиданно Мураду пришла мысль. Предложить Амину Салиму и Хасану.

От этой запретной мысли его член дернулся внутри неё, набух ещё сильнее. Он вытащился, оставив её задний проход пульсирующим и красным, затем развернул её на спину. Амина лежала перед ним, её грудь поднималась и опускалась, соски твёрдые от возбуждения, губы припухшие.

— Кончай на меня, — прошептала она, проводя пальцем по своим губам. — Я хочу почувствовать тебя на своём лице.

Мурад не заставил себя ждать. Он сжал основание члена, направляя его на её лицо, и первый густой выброс спермы ударил её по щеке. Она закрыла глаза, открыла рот, пытаясь поймать следующие струи. Они брызнули на её подбородок, на грудь, одна капля попала на губы. Она высунула язык, слизывая её, наслаждаясь солёным вкусом.

Мурад кончил последней дрожащей струёй, его дыхание сбилось. Он смотрел на неё — на её испачканное лицо, на её тело, покрытое его следами. Она была его. Полностью.

490   36   +10 [3]

Арабы, арабка