Глава 1

В зале было уже тихо.

Поздний час вымыл из кардиозоны болтовню, музыку из чужих телефонов и подростков в ярких кроссовках. Остались тяжёлые блины, ровное гудение вентиляции и редкий металлический стук грифа.

Я дорабатывал ноги - обычный свой ритуал. Присед, выпады, жим платформы.

День ног у большинства вызывает почти религиозный ужас; у меня он всегда был любимым. После хорошей тренировки квадрицепсы становятся плотными, ягодицы будто собираются заново - тяжёлые, округлые, рабочие - и ещё несколько часов ходишь с приятным ощущением, что тело наконец приняло правильную форму.

Мне было тридцать шесть. Когда-то я серьёзно занимался спортом, теперь тренировался скорее из упрямства и привычки. Своё дизайн-бюро, клиенты, встречи, сроки - всё это плохо сочеталось с режимом, но три-четыре тренировки в неделю я всё равно каким-то образом умудрялся впихнуть в свой график. Сверху без лишнего мяса и без этой перекачанной «верхотуры», зато ноги и зад всегда были моей сильной стороной. В отличие от большинства парней в зале, день ног я не ненавидел. Я его ждал.

На соседнем блоке кто-то делал тягу.

Я заметил его краем глаза.

Широкая, рельефная спина. Лопатки чётко перекатывались под кожей при каждом движении, плечи переходили в тяжёлые, красиво налитые руки. Ни лишнего объёма, ни рыхлости - всё сухое, плотное, на своём месте. Ниже спина резко собиралась в узкую талию, и от этого верх казался ещё массивнее. Светлые кудри прилипли к влажным вискам.

Было в нём то редкое сочетание силы и пропорций, на котором взгляд задерживается сам: не бодибилдерская громоздкость, а тело молодого парня, который много тренируется и прекрасно выглядит без всякой попытки это продемонстрировать.

Что-то в нём показалось знакомым.

Я задержал взгляд на секунду дольше, чем следовало.

Нет, я его точно где-то видел.

Доделал подход, вытер шею полотенцем и выбросил эту мысль из головы. После тридцати пяти память всё чаще подсовывает лица, которые ты якобы где-то до этого встречал.

После душа я зашёл в сауну.

Никого.

Сел на верхнюю полку. Жар стоял сухой и плотный, кожа почти сразу начала гореть. Сквозь стеклянную дверь виднелись мокрый кафель душевой, клубы пара и ряд кабинок.

Я только поддал воды на камни, когда дверь душевой открылась.

Он вошёл, одним движением снял полотенце и повесил его на крючок.

И тогда я понял, откуда его знаю.

На секунду мысль просто остановилась.

То самое тело, которое я десятки раз видел на экране, только теперь - в нескольких метрах от меня, без света, ракурсов и монтажа. Сухое, тренированное, удивительно пропорциональное. Гладкая, слегка загорелая кожа почти без волос; только тонкая дорожка уходила от пупка вниз и аккуратный тёмный треугольник над основанием. Глубоко прорезанные квадрицепсы, узкая талия, широкие плечи - массивные ровно настолько, чтобы подчёркивать силу, но не превращать фигуру в бодибилдерскую.

И всё это неожиданно хорошо сочеталось с лицом. Мужским, но каким-то очень чистым: прямой нос, чёткая линия подбородка, спокойный рот. Светлые мокрые кудри падали на лоб.

Вживую он оказался даже эффектнее.

Не больше. Не рельефнее.

Просто гармоничнее.

И от этого узнавание ударило ещё сильнее.

Член был расслаблен - толстый, вытянутый, красивой формы, с крупной ровной головкой. Под ним низко и плотно висели крупные яйца - гладкие, тяжёлые, без лишней кожи. Когда он шагнул к лейке, ствол качнулся и мягко ударился о бедро.

Alex2002.

Двадцать четыре. Chaturbate, OnlyFans. Стримы, на которые я дрочил чаще, чем хотел бы считать.

Иногда он появлялся один. Иногда - с другим парнем, таким же молодым и спортивным. На OnlyFans у него лежало несколько видео, где он спокойно, почти лениво разъебывал красивого фигуристого пацана лет двадцати.

Именно эти ролики я пересматривал чаще остальных.

Я всегда считал себя би. Но в последние пару лет с парнями меня всё сильнее тянуло в другую сторону - не руководить процессом, не доказывать что-то, а наоборот, позволить кому-то другому решить за тебя. Лечь. Открыться. Принять.

Без отношений.

Без обязательств.

Просто тело и несколько часов, о которых утром можно не говорить.

Он быстро сполоснулся под душем, совершенно не интересуясь, смотрит на него кто-нибудь или нет. Вода стекала по груди, собиралась в ямке пупка, шла ниже по дорожке волос, обтекала ствол и срывалась с головки на яйца. Никакого спектакля. Просто красивый молодой самец после тренировки - совершенно привычный к собственному телу и чужому вниманию.

От этой концентрированной мужской сексуальности у меня свело низ живота так, что пришлось сглотнуть.

Он открыл дверь сауны и вошёл.

Сел напротив меня на верхнюю полку, вытянул ноги и закрыл глаза. Квадры легли тяжёлыми пластинами. Пар выступил блеском на груди, животе, бёдрах. Член перевалился на бедро, потом обратно - медленно, тяжело - и лёг поверх гладких яиц. Он сидел совершенно спокойно, будто не замечая ни собственной наготы, ни того, какое впечатление производит.

Я сглотнул ещё раз.

Плеснул воды на камни.

Пар с шипением поднялся под потолок.

— Нормально? - спросил я.

Он даже глаз не открыл.

— Кайф. Лей ещё, если хочешь.

Я усмехнулся.

— Честно говоря, не думал, что модели ходят в этот клуб.

Теперь глаза открылись.

— Какие модели?

— С OnlyFans.

Пауза.

— Такие, как ты.

Он посмотрел внимательнее.

Потом коротко усмехнулся.

— Видел, значит.

Я пожал плечами.

— Видел.

— Случайно?

— Нет.

Это его развеселило.

— Уже честнее.

Я тоже улыбнулся.

— Меня интересует такой контент.

Он чуть приподнял бровь.

— Особенно когда его делают парни твоего класса, - добавил я.

Теперь он улыбнулся шире.

Без смущения. Без этой дешёвой кокетливости, которой обычно прикрывают удовольствие от комплимента.

Скорее так, словно услышал подтверждение тому, что и без меня прекрасно знал.

— Даже ролики с тем молодым видел, - сказал я. - Где ты его разъебываешь.

— С Маратом?

— Значит, Марат.

— Ага.

Я помолчал.

— Завидовал ему, если совсем честно.

Алекс коротко хмыкнул.

— Ты бы знал, сколько таких завидующих.

Жара становилась тяжёлой.

Я провёл ладонью по груди.

— И насколько сложно такую зависть вылечить?

Ещё секунда.

И я увидел момент, когда он понял.

— Ты сейчас что, хочешь бабки мне предложить?

— Возможно.

— За что именно?

Он прекрасно понимал за что.

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Думаю, ты догадался.

Он рассмеялся. Негромко.

— Ты хоть представляешь, какие суммы в этом бизнесе крутятся и какие у меня гонорары?

— Не особенно.

Я попытался все же по-быстрому сложить цифру в голове. Штукарь баксов. Как у элитных девочек за пару часов.

— Тысяча долларов?

Он только покачал головой.

— Умножай.

— Насколько?

— Намного.

Меня кольнуло.

Не столько из-за суммы, сколько из-за того, насколько буднично он это сказал.

Без игры.

Будто мы обсуждали стоимость съёмочного дня.

Он снова посмотрел на меня.

Но теперь уже иначе.

Медленнее.

Я вдруг очень чётко почувствовал этот взгляд - по моим плечам, груди, животу, ногам.

Оценка.

Не флирт.

Я знал этот профессиональный взгляд сам. Так я смотрел на макет, когда решал, что оставить, а что переделывать.

— Хотя знаешь что, - сказал он.

Я ждал.

— Есть одна идея.

Он наклонился вперёд, упёрся локтями в колени. Кудри упали на лоб. Член между бёдер качнулся и снова тяжело лёг.

— Если тебе действительно так охота.

— Слушаю.

— Есть заказ.

— Какой?

— Один американец. Богатый. Средних лет. Со своими заёбами. И прям фанатеет по мне и Дэну - это тот чувак типа меня, с которым мы иногда стримим. Может, видел?

Я кивнул.

Уголок его рта дёрнулся.

— Короче, хочет видео, где мы с Дэном вдвоём жёстко берём одного пасса. Всё по-настоящему. Но для этого нужен третий. Ну, собственно, сам пасс.

Я почувствовал, как напрягся живот.

— И?

— И он должен выглядеть не как очередной двадцатилетний мальчик.

Он снова посмотрел на меня оценивающим взглядом. 

— Молодых найти вообще не проблема. А вот мужика твоего возраста, который без одежды нормально смотрится в кадре, - это уже, блядь, поискать надо.

— Мне тридцать шесть.

— Вот именно.

Он сказал это так, будто возраст был не недостатком, а характеристикой товара.

— Он охуенно хорошо платит, если всё на своих местах.

Я молчал.

— С тобой баблом мы бы не делились, — спокойно продолжил Алекс. - Но зато у тебя появился бы шанс побыть на месте Марата.

Я усмехнулся, хотя во рту внезапно пересохло.

— Очень щедро.

— А ты хотел ещё и гонорар за то, что тебя поимеют твое парней типа меня?

— Пока пытаюсь просто понять, насколько серьёзно ты говоришь.

— Абсолютно серьёзно.

Он откинулся назад.

Потом словно между делом добавил:

— Только есть нюанс.

— И какой же?

— Лица. Он хочет видеть лица. Иначе никак.

Вот тут всё внутри слегка осело.

Я отвёл взгляд.

За стеклом кто-то прошёл к кабинке душа.

Дизайн-бюро.

Клиенты.

Партнёры.

Люди, которые жмут мне руку на презентациях.

Тридцать шесть лет, своё имя, репутация, куча причин сказать этому самоуверенному мальчишке: спасибо, смешно, но нет.

Я сменил позу.

— Вот, — сказал он. — Уже начал думать.

— Я и до этого думал.

— Не так.

Я посмотрел на него.

Он улыбался.

Совсем чуть-чуть.

— Хочется, но колется?

— Иди нахуй.

— Значит, хочется.

Я все-таки рассмеялся.

— Наглый ты.

— Есть такое.

Несколько секунд мы молчали.

Потом он сказал:

— Приподнимись и повернись ко мне задом.

— Что?

— Встань. Повернись. Гляну, как ты вообще для материала.

Я не двинулся.

— Ты реально ебнулся?

— А что?

— Мы вообще-то в спортклубе. Тут люди ходят.

— Я вижу.

— И?

— И мне надо понять, подходишь ты или я зря тут с тобой разговариваю.

Вот это уже задело глубже.

Я всё-таки спустился с полки.

Он коротко показал рукой.

— Спиной.

Я повернулся.

Жар вдруг стал ещё тяжелее.

Я стоял перед парнем на десять с лишним лет младше меня и слишком хорошо понимал, что именно он сейчас оценивает. Не плечи, не спину - ниже. Я и сам чувствовал, как после дня ног всё там осталось плотным, налитым, собранным.

По спине прошёл холодок, совершенно нелепый в раскалённой сауне.

— Прогнись.

Я обернулся.

— Ты охуел?

— Быстро. И всё.

— Сюда сейчас кто-нибудь войдёт.

— Тогда быстрее.

Пиздец.

Я выдохнул и всё-таки прогнулся.

— Ладони на ягодицы. Разведи немного.

Я замер.

На секунду реально захотелось послать его нахуй, выпрямиться и вернуться на полку.

Но руки уже легли на ягодицы.

Я развёл их совсем чуть-чуть - ровно настолько, чтобы он мог нормально оценить форму.

Повисла тишина.

Я не видел его лица, и от этого было только хуже.

Вода тихо шипела на камнях.

Собственное тело вдруг ощущалось слишком остро: налитые после тренировки ноги, жар на коже, неудобно откровенная поза в общественном месте, собственное дыхание. И понимание, что он всё ещё смотрит.

— Пиздато, — сказал Алекс.

Без восторга. Почти деловито. Будто мысленно поставил галочку.

— Очень содержательно.

— Тебе презентацию сделать?

Я повернул голову.

Он усмехнулся.

— Вообще хорошо. В кадре нормально будет.

Я выпрямился и убрал руки чуть быстрее, чем собирался.

— Всё?

— Всё.

Я сел обратно, стараясь выглядеть так, будто последние тридцать секунд были совершенно нормальной частью моего вечера, а не моментом, когда двадцатичетырёхлетний парень с OnlyFans велел мне показать ему зад в сауне спортклуба.

Алекс поднялся.

Даже теперь он двигался совершенно спокойно, будто ничего особенного между нами только что не произошло.

— Если вариант заинтересует - напиши мне в личку на OnlyFans.

— И что дальше?

— Дальше расскажу детали. Где снимать, что именно хочет этот американец, как всё будет.

Он направился к двери, потом словно вспомнил:

— Кстати, тебя как зовут?

— Андрей.

— Андрей.

Он коротко кивнул, будто примеряя имя к лицу.

— Ну а я Алекс. Но это ты уже знаешь.

— Эту часть - да.

— Вот и отлично.

Он улыбнулся и вышел.

Через стекло я видел, как он ещё раз быстро сполоснулся под душем. Вода прошла по груди, животу, бёдрам. Он накинул полотенце и исчез в сторону раздевалки.

Спокойно.

Будто только что не предложил взрослому незнакомому мужику сняться в видео для богатого американца. И будто минуту назад не оценивал его в парной с совершенно деловым видом, решая, годится ли тот для камеры.

Я остался сидеть.

Сердце стучало совершенно по-идиотски.

Молодо.

В голове всё ещё звучало его короткое:

«Пиздато».

А следом:

«В кадре нормально будет».

Ноги ныли после тренировки. Кожа горела от жара. Стыд никуда не делся - только теперь в нём было слишком много возбуждения.

Я попытался собрать мысли хотя бы в какой-то разумный порядок.

Не получилось.

В душевую вошли люди. Кто-то засмеялся. Зашумела вода.

Обычный вечер в обычном спортклубе.

А я сидел на верхней полке с мокрой спиной, прикрыв полотенцем стояк, и пытался понять, что, собственно, только что произошло.

Одно было ясно.

Алекса я уже не забуду.

И, скорее всего, напишу ему.