Оля не то чтобы не любила свою жизнь. Она просто... привыкла к ней.

Утро начиналось одинаково. Звонок будильника в шесть сорок пять. Она сбрасывала его и ещё пять минут лежала, глядя в потолок. Потом вставала, накидывала халат и шла на кухню. Андрей уже был там — он вставал раньше, варил себе кофе и читал новости на планшете. За двадцать пять лет брака их утренний ритуал отточился до автоматизма.

— Доброе утро, — говорила она.

— Доброе, — отвечал он, не поднимая глаз.

Она готовила завтрак. Обычно — яичницу с беконом или овсянку. Андрей ел, она садилась напротив со своей чашкой кофе. Они почти не разговаривали — не потому что поссорились, а потому что всё уже было сказано. За двадцать пять лет все темы исчерпались. Иногда она рассказывала что-то о работе, он кивал. Иногда он жаловался на завод, она сочувствовала. Но чаще они просто молчали.

В восемь Андрей уходил. Оля убирала со стола, мыла посуду, принимала душ. К девяти она выходила из дома — на работу.

Она работала в отделе кадров строительной компании «ГрадСтрой» уже десять лет. Компания была средней — несколько сотен сотрудников, офис в бизнес-центре на окраине Москвы. Оля занималась наймом, оформлением, трудовыми книжками, отпусками. Работа была спокойной, рутинной. Коллектив — в основном женщины средних лет, как и она сама. Они пили чай в обеденный перерыв, обсуждали детей, мужей, цены в супермаркетах.

Сегодняшний день не отличался от других. Оля сидела за своим столом, просматривала резюме. На столе стояла кружка с остывшим чаем. За окном шёл дождь. В кабинете было душно — кондиционер сломался, и начальство обещало починить, но так и не сделали.

— Оль, ты сегодня на обед? — спросила Лена, её коллега, выглядывая из-за перегородки.

— Да, сейчас, — Оля отложила бумаги.

В столовой они взяли суп и салат. Лена рассказывала о своём сыне-подростке, который опять нахватал двоек. Оля слушала вполуха, кивала. Её собственные дети уже выросли — сын в Питере, дочка в Подмосковье. Она скучала по ним, но понимала: такова жизнь. Дети вырастают и уходят.

— А твои как? — спросила Лена.

— Нормально. Димка звонил вчера, у них там всё хорошо. Ленка фотки внука прислала.

— Скучаешь?

— Скучаю. Но что поделать. У них своя жизнь.

После обеда Оля вернулась к резюме. Среди прочих попалось одно интересное — молодой парень, выпускник строительного института, искал работу прораба. Она отметила его галочкой — надо будет позвонить.

В пять часов она выключила компьютер, попрощалась с коллегами и поехала домой. В метро было душно, она стояла, прижатая к стеклу, и смотрела на мелькающие туннели. В наушниках играла какая-то старая песня из девяностых. Она не помнила, как называется, но мелодия была приятной.

Дома её встретила тишина. Андрей должен был прийти позже — у него сегодня было совещание. Оля переоделась в домашнее, включила телевизор. Какое-то ток-шоу, где люди кричали друг на друга. Она не вникала. Просто сидела на диване и листала телефон.

И тут — уведомление. «Кира Михайлова хочет добавить вас в друзей».

Оля замерла. Кира Михайлова. Она не слышала этого имени двадцать лет.

Они учились вместе в институте на экономическом факультете. Кира была яркой — высокая, с короткой стрижкой, вечно в кожаных штанах и с сигаретой. Оля была другой — тихая, прилежная, в очках. Они дружили — странная пара, но им было хорошо вместе. Кира защищала Олю от насмешек, а Оля давала Кире списывать контрольные.

Потом они вместе работали в одной фирме. Оля — в отделе кадров, Кира — бухгалтером. Кира была душой коллектива — всегда с шуткой, с анекдотом, с идеей пойти в бар после работы. Оля часто соглашалась. Они сидели в дешёвых кафе, пили кофе или вино, болтали о жизни. Кира мечтала уехать за границу. Говорила, что не хочет «гнить в этом болоте». Оля слушала и немного завидовала её смелости.

Потом Кира уволилась. Сказала, что нашла работу в Европе — не то в Германии, не то в Австрии. Они обменялись номерами, но связь оборвалась. Оля пыталась её найти через соцсети, но тогда, двадцать лет назад, соцсетей почти не было. А потом — жизнь закрутилась. Андрей. Свадьба. Дети. Работа. И Кира забылась.

И вот — двадцать лет спустя — она здесь.

Оля нажала «принять». Открыла профиль Киры и начала листать фотографии. Кира на пляже — загорелая, в белом купальнике. Кира в ресторане — с бокалом вина, в вечернем платье. Кира в спортзале — подтянутая, с гантелями. Кира в каком-то клубе — в окружении красивых людей. Она выглядела потрясающе. В тридцать восемь лет она была в идеальной форме — ни морщин, ни лишнего веса. Короткие тёмные волосы уложены волнами. На каждом фото — дорогие украшения, стильная одежда. Она светилась.

Оля почувствовала укол... нет, не зависти. Скорее — любопытства. Как ей это удалось? Как она смогла так жить?

Через минуту пришло сообщение.

«Оля! Боже мой! Неужели это ты! Сколько лет!»

Оля улыбнулась. Кира всегда была эмоциональной.

«Я тоже рада тебя видеть! Как ты? Где ты?»

«Я в Москве. Уже лет десять как. У меня свой бизнес, салоны красоты. Живу одна, но не скучаю. А ты как?»

«Я тоже в Москве. Работаю в строительной компании, отдел кадров. Муж, дети выросли».

«Дети выросли? Ничего себе! Сколько им?»

«Сыну двадцать пять, дочке двадцать три. Живут отдельно. У дочки уже свой ребёнок».

«Значит, ты бабушка! Поздравляю! Слушай, это надо отметить. Давай встретимся? Я так хочу тебя увидеть! Когда ты свободна?»

Оля задумалась. Андрей по пятницам играл в бильярд с друзьями — это была его традиция много лет. Она обычно проводила вечер дома, смотрела телевизор или читала книгу. Почему бы и нет?

«Давай в пятницу», — написала она.

«Отлично! Я знаю хороший ресторан в центре. Всё беру на себя. Ты только приходи. Я так рада!»

Пятница наступила быстро. Оля весь день была немного рассеянной. Она думала о предстоящей встрече и волновалась — как перед свиданием. Смешно. Это же просто подруга. Старая подруга, которую она не видела двадцать лет.

Она пришла с работы пораньше, приняла душ, начала перебирать гардероб. Что надеть? Джинсы? Слишком просто. Платье? У неё было несколько. Она остановилась на тёмно-синем — строгом, но элегантном. Оно сидело хорошо, подчёркивало талию, но не было слишком откровенным. Она покрутилась перед зеркалом. Светлые волосы до плеч — она закрасила седину на прошлой неделе, так что выглядели прилично. Фигура — нормальная. Не толстая, не худая. Грудь второго размера, попа аккуратная. Она подкрасила ресницы, нанесла помаду — неяркую, розовую.

Андрей, когда она выходила из спальни, поднял голову от телефона.

— О, ты нарядилась. Красиво.

— Спасибо, — она улыбнулась. — Мы с подругой встречаемся. Помнишь, я рассказывала? Кира. Мы сто лет не виделись.

— А, ну да. Хорошо вам посидеть.

— Ты в бильярд?

— Ага. К семи пойду. Вернусь поздно.

— Я тоже, наверное, поздно. Не жди.

Он кивнул. Она поцеловала его в щёку и вышла.

Ресторан назывался «La Rive» и находился в центре, на набережной. Оля приехала на такси — не хотела возиться с метро в платье и на каблуках. У входа стояли дорогие машины. Оля немного растерялась — она не привыкла к таким местам. Но собралась с духом и вошла.

Внутри было красиво. Приглушённый свет, хрустальные люстры, белые скатерти, официанты в идеальных костюмах. Играла живая музыка — где-то в углу пианист наигрывал что-то классическое. Оля огляделась. За столиками сидели пары — в основном взрослые, хорошо одетые. Она почувствовала себя немного чужой.

— Оля! Сюда!

Кира сидела у окна и махала ей рукой. Оля пошла к ней, чувствуя, как сердце колотится.

Кира выглядела сногсшибательно. Чёрное обтягивающее платье, которое подчёркивало каждый изгиб её подтянутой фигуры. На шее — массивное золотое колье с каким-то тёмным камнем. На запястьях — браслеты, которые позвякивали при каждом движении. Короткие тёмные волосы уложены волнами. Идеальный макияж — тёмные глаза, алые губы. От неё пахло дорогими духами — сладкими, пряными, с ноткой мускуса.

— Кира! — Оля обняла её. — Ты... ты потрясающе выглядишь!

— Ты тоже! — Кира отстранилась и оглядела её с ног до головы. — Серьёзно. Ты вообще не изменилась. Те же глаза, та же улыбка. Помнишь, как мы в институте на лекциях сидели на заднем ряду?

— Помню, — Оля засмеялась. — Ты ещё жвачку пузырями надувала, и препод бесился.

— А ты мне шпаргалки писала! — Кира тоже засмеялась. — Садись, садись. Я уже заказала вино. Ты как к красному?

— Положительно.

Они сели. Официант принёс бутылку, разлил по бокалам. Кира подняла свой.

— За встречу. За то, что спустя двадцать лет мы снова здесь.

— За встречу, — Оля чокнулась с ней.

Вино было дорогим, густым. Оля сделала глоток и почувствовала, как тепло разливается по телу. Напряжение начало отпускать.

Они начали разговаривать. Сначала — о прошлом. Вспоминали институт, общих знакомых, смешные случаи. Кира рассказывала, как однажды списала у Оли курсовую и получила пятёрку, а Оля — четвёрку, потому что препод решил, что она «слишком хорошо написала». Обе смеялись до слёз.

— А помнишь, как мы после работы в кафе ходили? — спросила Кира. — В то, на углу, где кофе был как помои, но зато пирожные дешёвые?

— Помню! Ты ещё говорила, что когда-нибудь откроешь своё кафе и там будут нормальные десерты.

— Ну, кафе я не открыла, — Кира усмехнулась. — Но салоны красоты — тоже ничего.

— Расскажи про салоны, — попросила Оля. — У тебя их сколько?

— Три. Один на Тверской, один в Сити, один на юге. В каждом — полный спектр: парикмахерская, косметология, массаж, маникюр. Я начинала с маленькой студии десять лет назад. Снимала подвал за копейки, сама стены красила. А теперь — видишь, — она обвела рукой вокруг, как будто показывая на свою жизнь.

— Это впечатляет, — сказала Оля искренне. — Я всегда знала, что ты далеко пойдёшь.

— А ты? — Кира налила ещё вина. — Рассказывай. Как ты жила эти двадцать лет?

Оля рассказала. Как вышла замуж за Андрея — он тогда был молодым инженером, подающим надежды. Как родился Дима, потом Лена. Как она работала в отделе кадров — сначала в одной компании, потом перешла в «ГрадСтрой». Как дети росли, учились, разъехались. Как они с Андреем остались вдвоём.

— И как вы сейчас? — спросила Кира. — С Андреем?

— Нормально, — Оля пожала плечами. — Он хороший муж. Заботливый. Работает, зарплату приносит. Мы не ссоримся.

— Это хорошо. А в постели?

Оля чуть не поперхнулась вином.

— Что?

— В постели, — Кира смотрела на неё с лёгкой улыбкой. — Я же твоя подруга. Могу спросить. У вас всё нормально?

— Ну... — Оля замялась. — Да. Нормально. Не так часто, как раньше, но... бывает. Андрей старается. Просто за двадцать пять лет... ну, ты понимаешь.

— Понимаю, — Кира кивнула. — Привычка. Всё становится предсказуемым. Скучным.

— Наверное, — Оля вздохнула. — Иногда хочется... не знаю. Чего-то нового. Но я не жалуюсь. У меня всё хорошо.

Кира посмотрела на неё долгим взглядом.

— Знаешь, Оля, — сказала она тихо. — Ты очень красивая женщина. Ты зря себя недооцениваешь.

— Ой, — Оля отмахнулась. — Какая там красота. Мне сорок пять. Морщины, седина...

— У тебя отличная фигура. Ты стройная, но в нужных местах — мягкая. У тебя красивая грудь, узкая талия, попа аккуратная. Я серьёзно. Ты просто не умеешь себя подать.

Оля смутилась. Ей было приятно, но неловко.

— Спасибо, конечно. Но я обычная.

— Нет. Ты просто забыла, какая ты. А я помню. Ты всегда была красивой. Просто ты этого не замечала.

Они выпили ещё. Кира рассказывала о своих путешествиях — она объездила полмира. Оля слушала, открыв рот. Кира говорила о Париже, о Риме, о Барселоне. О каком-то острове в Таиланде, где она жила в бунгало прямо на пляже.

— Ты была на Бали? — спросила Кира.

— Нет, — Оля покачала головой. — Мы в основном в Турцию ездим. Или в Крым.

— Это не то, — Кира махнула рукой. — Тебе нужно увидеть мир. Ты ещё молодая. У тебя вся жизнь впереди.

— Молодая? — Оля усмехнулась. — Мне сорок пять.

— И что? Я в тридцать восемь чувствую себя на двадцать пять. Возраст — это просто цифра. Главное — как ты себя ощущаешь.

— А как ты себя ощущаешь?

— Свободной, — Кира улыбнулась. — Я делаю то, что хочу. Я не завишу ни от кого. У меня есть деньги, бизнес, друзья. И у меня есть... особые увлечения.

— Какие? — спросила Оля.

Кира посмотрела на неё с загадочной улыбкой.

— Не сейчас. Давай сначала допьём вино. А потом, может быть, я тебе покажу.

Оля заинтриговалась, но не стала настаивать. Они выпили ещё. Потом ещё. Оля захмелела — вино было крепким, а она не привыкла много пить. Мир стал мягче, расплывчатее. Кира сидела близко — их колени соприкасались под столом. Иногда Кира касалась её руки, плеча. Это были лёгкие, почти случайные прикосновения. Оля не придавала им значения.

После ресторана они вышли на улицу. Было уже темно. Москва светилась огнями. Кира вызвала такси.

— Поехали ко мне, — сказала она. — У меня есть отличный коньяк. Посидим ещё.

— А удобно? — Оля засомневалась. — Уже поздно.

— Конечно удобно. Я одна живу. Никто нам не помешает.

Оля подумала об Андрее. Он, наверное, уже вернулся с бильярда и лёг спать. Даже если нет — он не будет волноваться. Он знал, что она с подругой. Она написала ему короткое сообщение: «Задержусь, всё хорошо». Он ответил: «Ок».

Они сели в такси. Кира назвала адрес. Машина поехала по ночной Москве — через мосты, мимо подсвеченных зданий, через элитный район с высотками. Оля смотрела в окно и думала о том, как странно всё сложилось. Ещё вчера она сидела в офисе, просматривала резюме. А сегодня — едет в гости к старой подруге, которую не видела двадцать лет.

Квартира Киры была на двадцатом этаже. Огромная гостиная с панорамными окнами, из которых открывался вид на ночной город. Кожаные диваны, картины на стенах, приглушённый свет. Оля стояла в прихожей и не могла закрыть рот.

— Ничего себе, — выдохнула она. — Это всё... твоё?

— Моё, — Кира улыбнулась. — Проходи. Чувствуй себя как дома.

Они устроились в гостиной. Кира принесла коньяк, бокалы, фрукты, шоколад. Включила негромкую музыку — что-то расслабляющее, с саксофоном. Они сидели на диване, пили, болтали.

Кира сидела близко. Очень близко. Её бедро касалось Олиного. Её рука лежала на спинке дивана за плечами Оли. Оля чувствовала тепло её тела, запах её духов. Это было приятно. Успокаивающе.

— Знаешь, — сказала Кира, и её голос стал тише, интимнее, — я часто вспоминала тебя все эти годы.

— Правда? — Оля удивилась.

— Правда. Ты была моей лучшей подругой. Единственной, кто меня понимал. Я скучала.

— Я тоже, — призналась Оля. — Я пыталась тебя найти, но не смогла.

— Я была... далеко, — Кира улыбнулась. — Но теперь я здесь. И я хочу, чтобы мы снова были близки.

Она провела рукой по волосам Оли. Жест был нежным, почти материнским.

— У тебя такие мягкие волосы, — сказала она. — И красивые. И одежду подбирать. Я могу помочь.

— Ты правда думаешь, что мне это нужно? — спросила Оля.

— Конечно. Ты достойна большего, чем просто «нормально». Ты достойна чувствовать себя желанной. Красивой. Счастливой.

Оля почувствовала, как внутри разливается тепло. Не от коньяка. От этих слов. Ей давно никто не говорил такого. Андрей... он был хорошим мужем, но комплименты — не его конёк. А тут — Кира, успешная, красивая, уверенная, говорит ей, что она достойна большего. Это было как бальзам на душу.

— Иди сюда, — сказала Кира и приобняла её. — Ты устала?

— Немного.

Кира гладила её по плечу. По спине. Это было приятно. Расслабляюще. Оля закрыла глаза. Рука Киры скользнула ниже — на талию. Оля напряглась, но не отстранилась.

— Кира...

— Тссс. Всё хорошо. Я просто хочу сделать тебе приятно.

Её пальцы скользнули на бедро. Оля почувствовала, как внутри всё сжалось. Это было неправильно. Она замужем. Она не такая. Но рука Киры была тёплой, уверенной. И Оля не двигалась.

— Хорошая девочка, — прошептала Кира.

Она наклонилась и поцеловала Олю в шею. Нежно, легко. Оля вздрогнула. По телу пробежала дрожь.

— Что ты делаешь? — прошептала она.

— То, что ты хочешь, — ответила Кира. — Твоё тело говорит громче, чем слова.

Она поцеловала снова — на этот раз в уголок губ. Оля не отстранилась. Сердце колотилось. Мысли путались. «Это неправильно. Я замужем. Я не такая».

Не забываем ставить оценки и оставлять комментарии, мне будет приятно 😍😉

Кира попыталась поцеловать её в губы, но Оля вдруг отдёрнулась.

— Подожди, — сказала она, выставляя руку вперёд. Голос дрожал. — Подожди. Я... я не могу.

Кира остановилась. Отстранилась на пару сантиметров, но руку с её бедра не убрала.

— Чего ты не можешь? — спросила она спокойно, почти ласково.

— Этого, — Оля обвела рукой пространство между ними. — Нас. Я не такая. Понимаешь? Я никогда... у меня никогда не было с женщинами. Мне нравятся мужчины. Я замужем. Я люблю Андрея. Я...

— Тссс, — Кира приложила палец к её губам. — Тише. Не надо оправдываться. Я тебя не осуждаю.

— Но ты... ты пристаёшь ко мне, — Оля чувствовала, как горят щёки. — Это неправильно.

— Почему? — Кира смотрела на неё с интересом. — Кто сказал, что это неправильно?

— Все. Общество. Мораль. Я не знаю... Я никогда не думала о женщинах в таком смысле. Мне нравятся мужчины. У меня двое детей. Я обычная женщина.

— Обычная женщина, — повторила Кира с лёгкой улыбкой. — А что такое «обычная женщина»? Которая спит только с мужем раз в месяц? Которая забыла, что такое оргазм? Которая боится своих желаний?

Оля замолчала. Слова Киры попали в цель. В самую точку.

— Я не боюсь, — сказала она тихо.

— Боишься. Ты боишься признаться себе, что тебе нравится. Твоё тело уже ответило мне — ты мокрая, ты дрожишь, твои соски стоят. А твой разум всё ещё сопротивляется. Потому что тебе вдолбили: «это неправильно», «ты должна быть верной мужу». А кто сказал, что удовольствие — это грех?

Оля смотрела на неё. В горле стоял комок. Кира была так убедительна. Так уверена. И Оля... Оля не знала, что думать.

— Я не лесбиянка, — сказала она упрямо. — Я не хочу женщин. Я хочу мужчин.

— Я и не говорю, что ты лесбиянка, — Кира пожала плечами. — Я не лесбиянка. Мне тоже нравятся мужчины. Но мне нравятся и женщины. Это называется бисексуальность. И в этом нет ничего страшного. Просто ты никогда не пробовала. А то, чего не пробовал, всегда кажется страшным.

— Мне не кажется страшным, — Оля покачала головой. — Мне кажется... неправильным. Грязным.

— Грязным? — Кира усмехнулась. — А что такого грязного в женском теле? Что тут грязного?

Оля не знала, что ответить. Она просто сидела и смотрела на Киру. На её идеальную кожу. На её губы. На её руки, которые всё ещё лежали на Олином бедре.

— Знаешь что, — сказала Кира, и её голос стал мягче. — Давай так. Я больше не буду к тебе приставать. Если ты скажешь «нет» — серьёзно, твёрдо, глядя мне в глаза — я остановлюсь. И мы просто допьём коньяк и разойдёмся. Ты вернёшься к мужу, к своей жизни, и больше никогда об этом не вспомнишь. Договорились?

Оля кивнула.

— Тогда скажи мне, — Кира взяла её за подбородок и повернула к себе. Их глаза встретились. — Ты хочешь, чтобы я остановилась?

Оля открыла рот. «Да», — хотела сказать она. — «Да, остановись. Я хочу домой. Я хочу к мужу. Я хочу забыть этот вечер». Но слова не выходили. Она смотрела в тёмные глаза Киры и молчала.

— Вот видишь, — Кира улыбнулась. — Ты не можешь сказать «нет». Потому что ты хочешь. Твоё тело хочет. Просто твой разум ещё не смирился.

— Это неправильно, — прошептала Оля.

— Давай я покажу тебе, что это не страшно, — Кира наклонилась ближе. — Я не сделаю тебе больно. Я не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь. Я просто... покажу тебе. Как в первый раз. Помнишь свой первый раз с мужчиной? Тебе было страшно? Непонятно?

Оля кивнула.

— А потом понравилось?

Оля снова кивнула.

— Вот и сейчас будет так же. Просто доверься мне. Я твоя подруга. Я не причиню тебе вреда.

Она наклонилась и поцеловала Олю в губы. На этот раз Оля не отстранилась. Она всё ещё сомневалась, но что-то внутри неё сломалось. Может быть, коньяк. Может быть, одиночество. Может быть, желание почувствовать себя желанной. Она ответила на поцелуй — робко, неуверенно.

Кира углубила поцелуй. Её руки скользнули по телу Оли — по плечам, по спине, по талии. Оля застонала в её губы. Это было... странно. Но приятно. Очень приятно. Кира была нежной, внимательной. Она не давила, не торопилась. Она как будто изучала Олю — её реакции, её дыхание, её стоны.

— Вот так, — прошептала Кира, отрываясь. — Видишь? Ничего страшного.

— Я... — Оля тяжело дышала. — Я не знаю...

— Не надо знать. Надо чувствовать. Что ты чувствуешь сейчас?

— Возбуждение, — призналась Оля. — И стыд.

— Стыд уйдёт. Останется только возбуждение. Дай мне ещё немного времени.

Кира поцеловала её в губы. Мягко, нежно. Оля не ответила, но и не отстранилась. Кира углубила поцелуй, её язык скользнул внутрь. И тут Оля сломалась. Она ответила. Её руки обвили шею Киры. Она целовала её в ответ — жадно, страстно, как не целовала никого много лет.

— Вот так, — прошептала Кира, отрываясь. — Хорошая девочка.

— Я... я не знаю, что со мной, — прошептала Оля.

— Ты просто расслабляешься. Впервые за много лет. Это нормально.

Кира начала расстёгивать её платье. Медленно, одну пуговицу за другой. Оля не сопротивлялась. Платье соскользнуло с плеч, упало на пол. Оля осталась в лифчике и трусиках. Кира оглядела её.

— Красивая грудь, — сказала она. — Я же говорила.

Она отстегнула лифчик, отбросила его. Грудь Оли обнажилась — второго размера, с бледно-розовыми сосками. Кира наклонилась и взяла один сосок в рот.

Оля вскрикнула. Это было остро, неожиданно. Язык Киры был мягким, тёплым. Она обводила сосок, посасывала, дразнила. Оля вцепилась в диван. Она не могла поверить, что это происходит с ней. Но остановиться не могла.

— Хорошая девочка, — прошептала Кира, переключаясь на вторую грудь. — Твоё тело откликается. Ты видишь? Ты хочешь этого.

Она спустилась ниже, целуя живот. Потом стянула с Оли трусы. Оля осталась полностью голой. Кира раздвинула ей ноги.

— Ты мокрая, — констатировала она. — Очень мокрая. Ты готова.

Она наклонилась и провела языком по половым губам. Оля застонала — громко, не сдерживаясь. Такого она не испытывала никогда. И делала это божественно.

Её язык скользил по складочкам, проникал внутрь, находил самые чувствительные места. Она нашла клитор — набухший, пульсирующий. Начала сосать его. Оля кричала. Она не могла сдерживаться. Это было слишком хорошо.

— Кончи для меня, — приказала Кира. — Кончи.

Оля кончила с криком. Тело выгнулось дугой. Она дрожала, сжимала диван пальцами. Волна оргазма накрыла её с головой. Это было лучше, чем что-либо, что она испытывала раньше.

Кира поднялась, вытерла губы. Улыбнулась.

— Вот так, — сказала она. — Теперь ты.

Оля замерла. Она поняла, что Кира имеет в виду.

— Я... я не могу, — прошептала она.

— Можешь, — Кира смотрела на неё сверху вниз. — Я сделала тебе приятно. Теперь ты сделай мне. Это справедливо.

— Я никогда... я не знаю как...

— Я научу тебя, — Кира откинулась на спинку дивана. Она задрала юбку. Под ней не было трусов. Её киска была гладко выбрита, влажная. — Иди сюда. На колени.

Оля колебалась. Внутри всё сопротивлялось. Это было неправильно. Это было грязно. Она не такая. Она не лесбиянка. Она замужем. У неё дети. Она...

— Оля, — голос Киры стал твёрже. — Я жду.

Оля медленно сползла с дивана и встала на колени. Сердце колотилось где-то в горле. Она смотрела на голую киску Киры и не могла заставить себя приблизиться.

— Я не могу, — прошептала она. — Мне не приятно.

— Тебе не приятно. Тебе просто страшно. Попробуй. Тебе понравится.

Оля закрыла глаза. Она думала о том, что Кира только что сделала ей. Как ей было хорошо. Как она кончила. Кира хотела того же. И это было справедливо.

Она наклонилась и прикоснулась губами к Кириной промежности. Вкус был... странным. Солоноватым, терпким. Не противным, но необычным. Она провела языком — робко, неуверенно.

— Смелее, — приказала Кира. — Языком работай. Как я тебе делала.

Оля попробовала снова. Её язык скользнул по половым губам, нашёл клитор. Кира застонала.

— Да... вот так... продолжай.

Оля продолжала. Она всё ещё чувствовала себя странно — как будто это делала не она, а кто-то другой. Но стоны Киры подбадривали её. Ей нравилось, что у неё получается. Что она может доставить удовольствие. Это было... необычно. Но приятно.

— Теперь ниже, — приказала Кира. — Лижи мои дырочки. По очереди. Сначала одну, потом другую.

Оля послушалась. Она провела языком по одной дырочке, потом по другой. Кира направляла её — «выше», «ниже», «глубже». Оля старалась. Она хотела сделать хорошо. Она хотела, чтобы Кира кончила. Потому что Кира заслужила. Потому что Кира сделала ей так хорошо.

И когда Кира кончила — громко, с криком, сжимая Олины волосы пальцами, — Оля почувствовала гордость. Она сделала это. Она переборола себя. И это было... хорошо.

Кира подняла её с колен, поцеловала в губы.

— Вот видишь? Я же говорила. Тебе понравилось.

— Я... — Оля не знала, что сказать. — Я не знаю.

— Узнаешь. Со временем. А теперь иди. Тебе пора домой.

Оля оделась дрожащими руками. Кира вызвала ей такси. На прощание она поцеловала её в щёку.

— До встречи, Оля. Я буду ждать.

Оля ехала домой и смотрела в окно на ночную Москву. В голове был туман. Она изменила мужу. С женщиной. Она лизала её там. И ей... понравилось?

Продолжение уже есть 2-3 часть - https://boosty.to/irinaya18👄

💦Хочешь читать раньше других? продолжение уже есть тут - https://boosty.to/irinaya18