В кабинете было полно народу. Мать Джордан, Диана, застыла у окна, скрестив руки на груди, её взгляд был обращен на улицу, она отказывалась смотреть на дочь. Родители Тони, Сайлас и Мэри, сидели, о чём-то шептались, уткнувшись в телефон. Без сомнения, все они уже видели их новое видео.

Рот Джордан мгновенно пересох, когда её взгляд скользнул по кабинету, мимо россыпи учителей и зацепился за знакомую фигуру в углу. Сержант Гарсия стоял, опираясь о шкаф с кубками, его полицейская форма казалась чужеродным пятном среди школьных стен. Он не смотрел на них — его внимание было приковано к телефону, но уголок рта дёрнулся в едва заметной усмешке, когда он прокручивал экран пальцем.

Рядом с ним, за столом, сидел незнакомый мужчина в очках с тонкой металлической оправой, его пальцы методично стучали по клавиатуре ноутбука. На экране мелькали скриншоты их профилей из системы «Надёжного согласия», он то и дело делал какие-то заметки.

Директор поднял на них усталый взгляд и скривился.

— Чейз, Кингсингтон, я же просил! Неужели вы не могли потерпеть до конца учебного дня со своими... позывами?

Он не ждал ответа. Вместо этого махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи, и пригласил всех за стол. Директор Дэвис указал на сержанта Гарсию, который так и не оторвался от своего телефона.

— Сержант Гарсия уже знаком с ситуацией и представляет сегодня полицию, директор кивнул в сторону полицейского, и тот, наконец, оторвался от телефона, ухмыльнувшись так, будто только что прочитал особенно смешной анекдот. Тоня почувствовала, как по её спине пробежал холодок. С сержанта всё началось. Он мог помочь им... наверное. Ну или по крайней мере не насиловать её. Она спрятала глаза, чтобы не выдать себя.

— Мистер Венс, наш юридический консультант, — директор Дэвис кивнул в сторону человека за ноутбуком, — подготовил разбор вашей ситуации и рекомендации. Прошу вас.

Вэнс прочистил горло, поправляя очки.

— Боюсь, что мне нечем вас порадовать, директор. С юридической точки зрения, — его пальцы провели по клавишам, выводя на проектор документ с печатями и параграфами, — «Согласие» имеет приоритет над школьными правилами в вопросах сексуального поведения при условии, что акты не нарушают учебный процесс, не наносят ущерба имуществу и не вовлекают несовершеннолетних.

Он сделал паузу, отработанную паузу.

— Учитывая, что в этом корпусе учатся только старшие классы после 18, все присутствующие здесь по закону считаются взрослыми. Так что проблема не в этом.

Мистер Венс коснулся планшета, выводя на экран школьную страницу с видео. Превью, заполнившее проектор, было настолько откровенным, что Диана Чейз резко отвернулась. Тоня узнала тот самый кадр — она и Джордан на коленях, их губы растянуты вокруг членов Лайама и Брэда, глаза полуприкрыты, подбородки блестят от слюны.

— Основная проблема — это публичность. Школе следует предупреждать пользователей о возможном наличии откровенного контента на своих официальных платформах в связи с… материалами, созданными учениками.

Директор Дэвис резко поднялся со стула.

— Я прикажу немедленно удалить эту... порнографию с официальной страницы школы! — его голос дрожал от ярости. — Это абсолютно неприемлемо! Наш сайт предназначен для учебных материалов, а не для...

Мистер Венс поднял руку, мягко прерывая его.

— Прошу прощения, директор, но удалить этот контент мы не можем. Он полностью легален, — он беспомощно развел руками.

— Видео было загружено через официальный интерфейс системы «Надёжного согласия», с соблюдением всех юридических процедур. Попытка удаления может быть расценена как цензура и нарушение прав пользователей.

— Тогда удалите этот мерзкий аккаунт! — Диана Чейз вскинулась со стула так резко, что её сумка с грохотом упала на пол. Её пальцы впились в край стола.

— Вы же слышите?! Удалите его сейчас же! Это моя дочь, ей девятнадцать, она не в своём уме была, когда регистрировалась! Она не станет какой-то грязной шлюхой просто потому, что ей это взбрело в голову однажды утром!

Мистер Вэнс медленно снял очки, протёр их платком и надел снова, как будто собирался с мыслями. Его голос звучал устало, но без колебаний.

— Боюсь, миссис Чейз, что ничего изменить нельзя. Профили вашей дочери и мисс Кингсингтон останутся в системе без возможности редактирования до тех пор, пока им не исполнится двадцать один год. Альтернативные варианты — вступление в брак или судебный пересмотр, который, должен вас предупредить, занимает в среднем четырнадцать месяцев.

Он сделал паузу, глядя поверх очков на Диану, чьё лицо начало покрываться красными пятнами.

— Я специально изучил судебную практику. Система «Надёжного согласия» спроектирована так, чтобы исключить любые мошеннические манипуляции. Если бы можно было отменить регистрацию по первому требованию, весь смысл закона терялся бы. Простите.

Сержант Гарсия молча кивнул со своего месте, но никак не прокомментировал.

Диана Чейз резко развернулась к Джордан, её лицо исказилось, а голос сорвался на визгливую ноту.

— Тогда путь она убирается! Сегодня же! Пусть живёт в борделе, под мостом, или где она там хочет. Я не потерплю эту грязь под своей крышей!

Мистер Вэнс вздохнул, его пальцы медленно постукивали по клавиатуре, выводя на экран параграфы закона.

— Миссис Чейз, боюсь, вы не понимаете. Пока Джордан не исполнится двадцать один год, вы юридически обязаны предоставлять ей кров и предметы первой необходимости. Выселение её будет считаться халатностью.

Он сделал паузу, его взгляд стал жестче.

— Более того, публичное унижение её профиля «Согласия» — называть его «грязью», или намекать, что её выбор быть публичной шлюхой чем-то плох — является стигматизацией сексуальных предпочтений в соответствии с поправками к Закону о равноправии. Это может стать основанием для иска. Джордан может подать на вас в суд за причинение эмоционального страдания.

Диана отшатнулась, словно от удара, её яростный напор растворился в ошеломленном молчании. Она медленно опустилась на стул, её пальцы судорожно сжали подлокотники, будто пытаясь удержаться за последнюю опору в рушащемся мире. Взгляд Дианы метнулся к дочери, но та сидела, сгорбившись, уткнувшись в колени, её спутанные волосы скрывали лицо, как занавес.

Сайлас нетерпеливо заерзал на стуле, его пальцы забарабанили по ручке кресла.

— Итак, директор, каково практическое решение? Этот цирк мешает аутентичному процессу самоидентификации моей дочери. — Его взгляд скользнул по директору Дэвису, затем к мистеру Вэнсу, ищу хоть каплю понимания.

Мэри безмятежно кивнула, её пальцы нежно поглаживали экран телефона.

— Тоне нужны стабильные возможности для самореализации, а не бесконечный скандал.

Она кивнула на стену кабинета, где проектор всё ещё показывал застывший кадр из видео.

— Вы посмотрите, как она старается. Видите эту концентрацию? Она всегда была перфекционисткой.

Дэвис потер виски, усталость прорезала глубокие морщины вокруг глаз.

— Срыв учебного процесса неприемлем. Ученики отвлекаются, учителя жалуются на хаос. Но с юридической точки зрения…

Его голос сорвался, когда он беспомощно посмотрел на Вэнса.

— Ваши руки связаны?

— По существу, да, — подтвердил Вэнс, постукивая по планшету, на котором крутилось вирусное видео. — Акты произошли во время обеда, вне учебного времени. Ущерба имуществу не нанесено. Участники были совершеннолетними лицами, давшими согласие в соответствии со своими профилями. Единственная обязанность школы — разместить на наших цифровых платформах предупреждение о возможном наличии откровенного контента, созданного пользователями.

Он сделал паузу, позволяя слушателям осознать его слова. В кабинете повисло тяжёлое молчание — только тиканье часов на стене и прерывистое дыхание Дианы Чейз нарушали тишину. Мистер Вэнс провёл пальцем по экрану, перематывая видео назад, к моменту, где Тоня чётко и внятно говорила Лайаму: «Я всю жизнь мечтала о твоём члене...»

— Более того, если вы внимательно смотрели ролик, директор, вы могли заметить, что Чейз и Кингсингтон сами добровольно просили об этом. С сожалением должен отметить, но согласно этому новому закону, подобные действия в стенах школы были бы совершенно законны даже для девушек без столь... широкого согласия.

Его глаза метнулись к Тони и Джордан, съежившимся вместе.

— Но для этих двоих? Их профили делают их… исключительно доступными. Принуждение? Фиксация? Полностью законны, если только не причиняют долговременного вреда. Групповое изнасилование прямо сейчас в этом кабинете? Или нападение после уроков? Всё допустимо. Ребята с видео могли связать их и пустить по кругу всей школой. Проявить фантазию иначе. Пара минетов — сущая мелочь.

Он пренебрежительно махнул рукой.

— Их единственное убежище — частная собственность, которая регулируется законами о праве собственности. Их родители решают, кто имеет к ним доступ дома.

Тони и Джордан слушали в ужасе, они держались за руки, как будто физический контакт мог хоть как-то защитить их от ледяного потока юридических формулировок. Они слушали молча, но в голове у Тони гудело, как будто кто-то кричал на пределе громкости. Её взгляд скользнул к матери — Мэригольд сидела с той же спокойной полуулыбкой.

Диана резко вскинула голову, её пальцы впились в подлокотники, будто пытаясь найти опору в этом безумии. Глаза метнулись к Вэнсу, а голос, внезапно резкий и требовательный, перебил его дальнейшие объяснения.

— Подождите. Вы говорите, что я контролирую поведение Джордан дома? — Она проглотила ком в горле, её взгляд стал пристальным, почти голодным. — То есть в моих стенах её… её использование требует моего разрешения?

Мистер Вэнс медленно покачал головой. Его голос звучал устало, но с отчётливой чёткостью юриста, привыкшего объяснять одно и то же по десять раз.

— Нет, миссис Чейз, вы не контролируете её сексуальное поведение как таковое. Вы контролируете физический доступ к вашей собственности. Если кто-то захочет войти в ваш дом и воспользоваться дочерью в соответствии с её профилем согласия — вам решать, пускать ли этого человека внутрь. Вот и всё. Права собственности неприкосновенны. Нарушение этих границ будет являться незаконным проникновением.

Сержант Гарсия со своего места заметил, лениво откинувшись на спинку стула:

— Или вы можете брать плату за вход. А дальше они уже сами.

Несколько человек засмеялись — мистер Вэнс прикрыл рот рукой, директор Дэвис фыркнул, а мистер Хендерсон, унитель химии, даже не пытался скрыть свой смех.

— Значит вот как... — губы Мэригольд растянулись в странной полуулыбке, будто она только что разгадала сложную головоломку.

Она наклонилась к мужу, и их головы почти соприкоснулись — её шёпот был настолько тихим, что Тоня не могла ничего разобрать. Сайлас сначала нахмурился, но затем его лицо постепенно просветлело, будто он считал в уме какие-то невидимые цифры. Тоня следила за этим общением со всё возрастающим беспокойством.

Директор Дэвис переварил это, и на его лице проступила мрачная практичность. Его пальцы сложились в замок перед лицом, а взгляд стал холодно-оценивающим.

— Понятно. То есть, территория школы — это общественный доступ. Юридически, любой ученик — или сотрудник — может потребовать... обслуживания... от Джордан или Тони вне непосредственно учебного времени? И мы должны с этим смириться? Так?

— По сути, да, — подтвердил Вэнс. — Может потребовать, может просто принудить — их профили позволяют это. Но при условии, что это не приведёт к повреждению школьного имущества или к их физической невозможности посещать занятия.

Он щёлкнул пальцем по экрану планшета, где высветился пункт 12.7 из комментариев к закону.

— Групповое изнасилование в раздевалке после физкультуры? Допустимо, если они смогут пойти на математику после. Девочек привязали к батарее для удобства? Батарея должна остаться цела, а после использования их необходимо отвязать.

Мистер Дэвис поднял руку, его выражение сменилось с усталого поражения на внезапный, ледяной покой.

— Хорошо. Принимаю ваши юридические разъяснения, мистер Вэнс. Школа адаптируется. Нам нужны новые школьные протоколы. Немедленно.

Директор встал из-за стола и начал медленно расхаживать по кабинету. В кабинете повисла неестественная тишина, прерываемая только скрипом его туфель.

— Во-первых, — он остановился перед окном, заложив руки за спину, — мы настоятельно порекомендуем всем ученицам и сотрудницам заполнить свои профили в «Согласии». Добровольно, конечно. Но мы должны донести до них, что это исключительно в их же интересах. Знание параметров позволит нам предупреждать... инциденты.

В глазах юриста промелькнуло одобрение.

— Разумная мера, директор Дэвис. Повысит безопасность и для женщин, и для самой школы. Я могу составить консультативные уведомления и предложить безопасные параметры.

Дэвис коротко кивнул.

— Во-вторых: Мы отменим занятия до конца недели, для окончательного формулирования всех новых правил. Я не хочу подставить школу из-за какой-то лазейки в законах. Общешкольный сбор в понедельник утром. Обязательное посещение.

Он стал перечислять пункты по пальцам:

— Пока предварительно: Никаких постоянных травм. Синяки заживают; сломанные кости и выбитые зубы — нет. Два: Никакого повреждения имущества. Вандализм остаётся незаконным. И три: Никакого длительного удержания, мешающего посещению уроков. Если звонит звонок, всё веселье прекращается. Для подобных практик пусть ищут время после занятий.

Мистер Вэнс кивнул.

— Подходит. На собрании необходимо подчеркнуть эти границы и донести их до учащихся. — Его пальцы быстро застучали по клавиатуре, фиксируя новый протокол.

Мисс Гейбл, учительница биологии, до этого молчавшая, подала голос, и её тонкий, голос прорезал тяжёлую атмосферу кабинета.

— Директор, я настоятельно рекомендую немедленно расширить учебную программу по половому воспитанию. Сконцентрироваться на протоколах «Согласия»: интерпретация профилей, понимание «добровольных» действий по закону, риски для здоровья при частом... обслуживании.

Она сидела прямо, её пальцы сложены перед собой, а взгляд не дрогнул, когда все повернулись к ней. Директор Дэвис кивнул, давая ей продолжить.

— Мальчики... да и девочки тоже, должны уметь не допускать разрывов, которые могут причинить серьезный вред здоровью. Я могу подготовить наглядные материалы в течение недели.

Мэригольд часто закивала. Директор Дэвис тоже кивнул, его глаза сузились, когда он отчеканил:

— Очень хорошо. В-третьих: Абсолютно никаких посторонних на территории школы без административного разрешения. Я не дам превратить школу в охотничьи угодья для посторонних извращенцев. Нам и своих хватает.

Его взгляд скользнул по Тони и Джордан, съежившимся у стены.

Сержант Гарсия медленно поднялся со стула, его губы растянулись в усмешке, но голос звучал почти официально:

— Я предупрежу патрульных в этом районе. На первое время даже поставлю машину неподалёку... для наблюдения.

— Спасибо, сержант. — Директор кивнул.

— Ещё одна рекомендация, господин директор, — мисс Гейбл показала на Тоню и Джордан, которые съёжились ещё сильнее под её взглядом. — Учитывая их... особый статус, мы можем ожидать, что они часто будут вовлечены в разнообразные... активности. Рассмотрите возможность назначения определённых, контролируемых мест для такой деятельности. Старый медпункт у котельной, например. Это привнесёт хоть какой-то порядок.

Прежде чем кто-то успел ответить, встала миссис Харпер.

— Директор Дэвис... Сэр? — её голос слегка дрожал. — А как насчёт других учеников? Мы не знаем их статусов в «Согласии». Что если... что если какой-нибудь парень решит, что хочет свою девушку прямо в классе, на короткой перемене? Или группа начнет... что-то... во время обеда, в столовой? Мы должны просто стоять в стороне? Ждать, пока прозвенит звонок?

— Вы задаёте правильные вопросы, миссис Харпер, — ответил мистер Венс. — Но ответы на них уже прописаны в законе. Если ученик выразил согласие и никто не нарушает базовые правила озвученные только что директором, мы не имеем права вмешиваться.

Вэнс замолчал на секунду и устало пожал плечами.

— Законы о цифровом согласии были юридическим кошмаром последние пятнадцать лет, — сказал он, переводя взгляд с одного взрослого на другого. — Бесконечные суды из-за трактовок, фальшивые обвинения в домогательствах, массовые блокировки контента из-за неясных формулировок. Новая редакция призвана наконец внести ясность.

Он провёл пальцем по экрану планшета, выведя на проектор свои записи. Отдельные пункты были подчёркнуты красным.

— Общественное осуждение фетишей или сексуальных практик теперь является уголовно наказуемым действием. Школа должна обеспечивать соблюдение границ, а не навязывать моральные нормы. Если кто-то получает удовольствие от унижения — это их личное дело. Главное, чтобы всё было предварительно обговорено. Система «Согласия» существует именно для этого.

Мисс Гейбл в это время разглядывала Тоню и Джордан. Губы её слегка подрагивали, будто она мысленно составляла список недостатков. Когда мистер Вэнс закончил говорить, она подняла руку.

— Директор, позвольте отметить очевидное. Наша текущая школьная форма совершенно не рассчитана на... подобное использование. Посмотрите на них. — Она кивнула в сторону девушек. — Юбки заляпаны, рубашки расстегнуты, коленки разбиты. У Чейз явно порвана рубашка. Выглядят отвратительно. А ведь это был просто один маленький эпизод. Что будет в понедельник?

Она сделала паузу, её пальцы сцепились в замок.

— Если они будут ходить так, попадут в таком виде на видео — это плохо отразится на репутации школы. Я предлагаю пересмотреть дресс-код для учеников с... профилями широкого доступа. Что-то прочное. Практичное.

Мэригольд внезапно оживилась, она выпрямилась на стуле, пальцы сложились в изящный замок, а губы растянулись в улыбке, которая заставила Тоню сглотнуть ком в горле.

— Прекрасное предложение, мисс Гейбл, — Мэригольд кивнула в её сторону. — Нам действительно лучше подобрать что-то функциональное. На моих сессиях... А неважно. Простой крой, плотные, немаркие ткани, минимум пуговиц. Может быть что-то вместо юбок? Что-то, что подчеркнет силуэт ног и легко снимается.

— Короткие шортики, например, — предложил мистер Хендерсон, его глаза скользнули по фигуре Джордан с откровенным интересом. — Мне нравится.

Все рассмеялись.

— Мам! — голос Тони сорвался в полушепоте, больше похожем на стон.

Мэригольд повернула голову и улыбнулась дочери.

— Хорошо, раз ты так хочешь, дорогая, то не нужно шортиков. Оставим юбки. Но — она погрозила пальцем, — тогда никакого белья!

Тоня почувствовала, как ее рот открывается и закрывается, будто у рыбы на суше. Ни звука не выходило, только короткий прерывистый вдох, когда она уставилась на мать.

— Но насколько это будет гигиенично? — Мисс Гейб приподняла тонкие брови. Она наклонилась вперед, положив руки на стол. — Миссис Кингсингтон, вы серьезно предлагаете обойтись без нижнего белья? А что насчет их менструаций?

Мэригольд лишь мягко улыбнулась, её пальцы сложились на коленях, будто она объясняла очевидное ребёнку.

— Наборы для гигиены должны быть доступны в любом случае, мисс Гейбл. Это базовый стандарт — свободное использование не отменяет санитарию. — Её голос звучал почти ласково, но в нём не было ни капли сомнения.

— А бельё? Оно только помешает. Мы же говорим не об одном или даже не о паре партнеров. Вы же знакомы с их профилями. Что касается менструаций — они могут носить гигиенические средства незаметно или надевать их по требованию в таких случаях.

— Но... но это же отвратительно! — Тоня наконец выдавила из себя, на глазах у неё выступили слезы. Её щёки горели, а голос дрожал. — Мама, ты серьёзно предлагаешь, чтобы нас... использовали... даже в такие дни?!

Мэригольд вздохнула и встала. Она медленно подошла к дочери и положила руку ей на плечо.

— Дорогая, — её голос звучал почти нежно, но в нём не было ни капли сомнения, — ты же знаешь, что сексуальная активность во время менструации — это совершенно нормально. Просто к этому надо привыкнуть. В конце концов, есть разные пути. Я покажу тебе дома, если хочешь. А пока... — её пальцы нежно поправили прядь волос Тони, — ты можешь носить какой-нибудь знак в такие дни. Ярко-красный шарфик, например. Или бант.

Тоня застыла. Это уже было слишком. Она не могла найти подходящих слов.

Комната вокруг неё распалась на отдельные островки разговоров, словно её внезапная немота создала невидимый барьер между ней и остальными. Директор Дэвис что-то быстро обсуждал с мистером Вэнсом и её отцом Сайласом. В другом углу — мисс Гейбл что-то чертила в блокноте, показывая мистеру Хендерсону, оттуда доносились лишь отрывки разговоров: «Ну и что, что вам нравятся каблуки? Они не смогут...», «... да, юбку можно и покороче...». Диана, сжав кулаки, говорила что-то сержанту Гарсии, он лишь мотал головой в ответ.

Директор Дэвис хлопнул ладонью по столу, мгновенно заглушив перешептывания в кабинете.

— Благодарю всех присевающих за плодотворное обсуждение. Это кризис, но мы справимся.

Он обвел взглядом собравшихся.

— Мистер Вэнс, у вас до пятницы на конкретные правки в школьном уставе. Родители — подготовьте новую форму. Мисс Гейбл, предоставьте мне рекомендации изменению курса полового воспитания в разумные сроки. Школа закрыта до понедельника. Всем спасибо.

Дверь директорского кабинета захлопнулась за девушками, выщедшими последними. Школа, обычно наполненная гомоном и топотом, теперь дышала гулкой тишиной. Они побрели в пустой коридор, где над головой гудели люминесцентные лампы.

В конце коридора стояла кучка взрослых — Диана, Мэри, Сайлас и сержант Гарсия, окружившие телефон кого-то из них. Диана что-то яростно шептала, её пальцы дрожали, когда она махнула рукой в сторону Джордан.

— Как вы все можете быть такими спокойными из-за этого? — донесся до неё голос матери. — Я не могу найти себе места... думая о том, как это может повлиять на наши отношения.

Её голос сорвался на последнем слове, став вдруг хриплым и неузнаваемым.

— Что если... — голос Дианы дрогнул, её пальцы нервно перебирали край блузки. — Что если он предпочтёт новую, более молодую версию? Бесплатно? — Она резко повернулась к родителям Тони, её плечи поникли. — Я так усердно работала над нашими отношениями, эмоционально... и в постели тоже... Если всё это напрасно...

Мэри положила руку ей на плечо.

— Диана, милая, — её голос звучал мягко, но с непоколебимой уверенностью, — отношения — это не просто вопрос доступных дырок. Помни, ты контролируешь доступ в свой дом. Запрети ему вход. Если это настоящая любовь, он поймет. Пусть это будет твоей главной гарантией.

Она мягко улыбнулась.

— Но мне кажется всё ещё проще. Слушай меня внимательно. Почему ты противопоставляешь себя Джордан? Это же твоя дочь. Твоя кровь. Разве ты не видишь, в каком уникальном положении оказалась? — Она изящно пожала плечами. — Да, мужчины иногда уходят к более молодым. Это факт жизни. Но скажи мне — видела ли ты хоть одного мужчину, который бросил женщину, исполняющую его самые сокровенные фантазии?

Диана приоткрыла рот, но Мэри продолжила, опустив голос до интимного шёпота:

— Представь его лицо, когда ты сама предложишь ему Джордан. Не как соперницу, а как подарок. Твою собственную дочь — красивую, молодую, с этим новым... статусом. — Её пальцы нежно коснулись запястья Дианы. — Он будет в восторге. И поверь мне, Джордан это только пойдёт на пользу. Какая удача — исследовать свою новую сексуальность не с какими-то незнакомцами, а в безопасности, среди родных людей, которые её любят и поддержат.

Джордан открыла рот, она хотела протестовать, закричать, но ее взгляд зацепился за сержанта Гарсию. Он стоял неподалеку, скрестив руки на груди, и внимательно слушал. На его губах играла слабая, одобряющая ухмылка, когда он наблюдал за Мэриголд. Слова Джордан мгновенно умерли, сменившись холодной волной тошноты. Она опустила глаза.

Сайлас положил тяжёлую руку на плечо Тони, притянув её к себе в отцовском объятии. Его пальцы впились в её кожу чуть сильнее, чем нужно — не больно, но достаточно, чтобы она поняла: сопротивляться бесполезно.

— Сержант, — голос Сайласа звучал почти торжественно, — мы с женой хотели бы поблагодарить вас.

Мэригольд сделала шаг вперед, её губы растянулись в широкой улыбке. Она положила руку на плечо сержанта Гарсии и почти игриво провела по его форме.

— Совершенно верно, — её голос звучал мягко, — мы с мужем хотели бы выразить вам нашу глубочайшую признательность. Вы подарили нашим девочкам именно тот опыт, который они так отчаянно искали, — её глаза заблестели. — Такая захватывающая беспомощность, такое унижение… Это было идеально. Лучшего первого раза для Тони и её фетишей я и представить не могу.

— А ты его поблагодарила, дорогая? — Мэри обратилась дочери с интонацией, от которой у той похолодело в груди. Она попыталась отстраниться, но рука отца не позволила ей сделать даже шаг. Тоня почувствовала, как её бросило в пот, а сердце заколотилось так, что, казалось, его удары слышали все вокруг.

— Ну же, — прошептал отец ей на ухо, — скажи ему спасибо. Ты же хорошая девочка.

Сержант Гарсия скрестил руки на груди, его губы растянулись в терпеливую ухмылку. Он ждал. Все ждали.

— С-спасибо... — её губы дрожали, а язык казался ватным. Она опустила взгляд, чувствуя, как щёки горят от стыда. — За... за незабываемый первый опыт.

Сержант Гарсия рассмеялся, низким, довольным рокотом.

— Всегда рады, милочка, — ухмыльнулся он. Его взгляд задержался на дрожащей фигуре Тони, на её сжатых кулаках, на том, как она буквально съёжилась под этим взглядом.

— Может быть, как-нибудь мы повторим.

Мэригольд рассмеялась — звонко, искренне, будто сержант только что рассказал лучший анекдот в её жизни. Её пальцы нежно сжали его предплечье, а глаза блестели, как у кошки, нашедшей сливки.

— Конечно, сержант! Вы всегда желанный гость в нашем доме.

Шаги родителей Тони и сержанта Гарсии затихли в дальнем конце коридора, оставив Диану и Джордан стоять в гулкой тишине школьного холла. Флуоресцентные лампы мерцали над ними, бросая резкие тени на лицо Дианы, где смешались ярость, страх и что-то ещё — неловкое, липкое, от чего Джордан хотелось провалиться сквозь пол.

Дорога домой была наполнена удушающей тишиной. Джордан прижалась к пассажирской двери, глядя на проезжающие мимо кварталы, за окнами которых разворачивалась обычная жизнь. Диана сжимала руль, ее взгляд был устремлен прямо перед собой. Джордан хотела закричать, спросить, как ее мать могла промолчать, услышав, как Мэригольд предложила поделиться ею с Риком. Но она молчала. Она боялась ответа.

Они свернули в подъездную дорожку. Диана заглушила мотор, но не двигалась. Джордан судорожно принялась отстегнуть ремень безопасности, отчаянно желая обрести хоть какую-то свободу.

— Мам..., — прошептала она. Диана вздрогнула, наконец повернувшись. Ее глаза были красными от слёз.

— Не сейчас, Джордан, — хрипло сказала она, голосом хриплым от усталости. — Просто... иди внутрь. Прими душ. Переоденься. Я... мне нужно подумать.

Вода была почти обжигающе горячей, но Джордан не убавляла напор, пока кожа не покраснела до болезненного оттенка. Она тёрла себя так, словно пыталась стереть саму память об этом дне.

Джордан натянула свободные спортивные штаны и мешковатое худи — и рухнула в постель, как подстреленная птица. Сна не было. Она съежилась под одеялами, поджав колени к груди, слушая, как ее мать расхаживает внизу до поздней ночи.

________________________________________________________________________________________________________________

От автора:

Подумав, я решил, что выкладывать длинные сюжетные вещи нужно по-другому. В "Добровольном согласии" будет около 20 частей, притом некоторые части вовсе не содержат сексуальных сцен. То же, и даже в большей степени,  относится и к другим моим длинным работам. Читать такое начало по одной главе в неделю, часто без секса внутри, может быть не слишком интересно. Плюс, у меня было время на выходных. 

Так что я публикую сразу три главы, чтобы читатели смогли оценить завязку сюжета и могли решить, ждать ли им продолжения. В дальнейшем буду выкладывать всё так же по одной части в неделю.

С удовольствием отвечу на ваши вопросы в комментариях.