Я стал домашним рабом семьи Киреевых. То есть мамы Анастасии Николаевны и её дочки Киры. Мужа и отца в семье не было. По какой причине я не знал, и не спрашивал. Почти каждый день я выполнял какие-то поручения, сходить в магазин, куда-нибудь за чем-нибудь съездить, приготовить нехитрый ужин. Обязательно я должен был ухаживать за хозяйской обувью. Помыть сапоги или туфли, чтобы назавтра утром мои Госпожи нашли их чистыми. Только после этого меня отпускали домой, и я занимался учёбой исключительно ночью.

По субботам я убирался в квартире Киреевых. Мыл полы, пылесосил, протирал пыль, стирал в машинке постельное бельё.

Когда я приходил домой к моим Хозяйкам, то прежде всего поприветствовать должным образом, а именно стать на колени и поклониться в ноги. Только после этого я приступал к своим обязанностям.

Когда Кира или Анастасия Николаевна отдавали мне какое-то распоряжение на будущее, то я должен был склонится перед Хозяйкой ниц, а она ставила мне ногу на голову и диктовала свой приказ.

Если мне удавалось хорошо выполнить распоряжение, или без замечаний поделать домашние дела, мне разрешалось целовать Хозяйкам ноги.

Кира решила, что это будет для меня поощрением. Так оно и было. Мне нравилось подолгу нацеловывать им подошвы. Но такой радости у меня выпадало не много, мои Хозяйки были нетерпеливы. Лежать полчаса на диване или кровати, подставив ноги под мои поцелуи, им было невмоготу. Они всё время стремились быстренько закончить эту процедуру. Их хватало на пять, максимум десять минут не более.

Подошвы Киры были по-девичьи нежными, а у Анастасии Николаевны грубее, но как-то очень по-женски очаровательны. Это были ноги Королевы.

Мне всё больше нравилось служить и подчиняться именно Анастасии Николаевне. Я хотел, чтобы она была со мной более властной, но она относилась ко мне даже по-доброму, как к мальчику на побегушках. А вот Кира напротив помыкала мной. Вскоре она уже перестала стесняться делать это и на людях, например приказывала мне завязать ей шнурки на кроссовках прямо в институте на глазах у однокурсников. Говорила подругам: «Лёша мой слуга». Хорошо хоть рабом не называла. Впрочем, подруги и сами догадывались.

Как-то раз в субботу Кира отправилась с подругами гулять, а мне надо было убираться у них дома. Когда я пришел никого в квартире не оказалось, я позвонил несколько раз, а потом открыл своим ключом, дамы дали мне его специально, чтобы я мог, например, привозить продукты когда их не было.

Войдя, я как положено, преклонился перед Хозяйками, поскольку их не было то просто поцеловал их туфельки, оставленные в коридоре. После этого начал убираться. Все необходимые домашние дела я поделал часа за четыре. И тут явилась Анастасия Николаевна. Она была сильно навеселе. Видать где-то сильно развлеклась. Я помог ей снять обувь и, не удержавшись, поцеловал её ногу в чулке.

— Хочешь быть моим рабом?

— Да, Анастасия Николаевна, я и так ваш покорный раб.

— Покорный? Это хорошо... Знаешь, что, покорный... Я сейчас переоденусь в ванной, а ты постираешь моё бельё. Трусики и чулочки. Только будь с ними бережным и аккуратным. Стирай руками, с мылом.

Старшая Хозяйка переоделась в халат и пошла отдыхать в спальню. А я набрал в тазик теплой воды и нашел в бельевой корзине трусики и чулки Госпожи.

Когда я взял в руки трусики то почувствовал, что они влажные.

— Госпожа неаккуратно сходила в туалет? – подумал я.

Я поднёс трусики к лицу, но нет, запах был другой. Пахло сексом. Значит Анастасия Николаевна была с мужчиной. Это возбуждало. Я прижал трусики обожаемой мною женщины к лицу и стал их целовать.

— Как же я люблю её, мою Королеву, - думал я, прижимая этот кусок ткани к своим губам.

Потом я тоже самое проделал с её чулками, стал целовать их в тех местах, где были её стопы. И только потом постирал и чулки, и трусики.

После чего пошел в спальню к Анастасии Николаевне, доложить, что её задание выполнено. Хозяйка спала, завалившись ничком прямо поверх покрывала, раскинув голые ноги. Осторожно, стараясь не разбудить мою Королеву я опустился на колени у её ног. Осторожно коснулся губами подошвы, потом ещё и ещё. Около часа я простоял на коленях, трепетно целуя ноги мой Госпожи.

Когда я в очередной раз целовал ногу Анастасии Николаевны она заворочалась и спросонья пнула меня ногой лицо.

— Кто там? Лёша, это ты? Ты что там? Ноги что ли мне целуешь?

Женщина повернулась и посмотрела на меня.

— Давно там стоишь?

— Час примерно.

— Ты целый час стоял на коленях и целовал мне ноги?

— Да, Анастасия Николаевна.

— Ты, что влюбился в меня. Что ли?

— Я давно вас люблю...- ответил я.

— А как же Кира?

— Киру я тоже люблю, но по-другому. Кира для меня принцесса. А вы Королева.

— А ты кто?

— Я ваш раб.

— Нет. Если я Королева, то ты мой паж. А пажей королевы иногда использовали... Короче. Ты, наверное, девственник? Кира же тебе не дала?

— Анастасия Николаевна, я люблю вашу дочь и без этого.

— Ну, да, понятно... Девственник.

— Это плохо?

— Это очень хорошо. Буду тебя совращать. Подойди поближе. Ты же никогда не видел влагалища, - Анастасия Николаевна распахнула халатик и раздвинула передо мной ноги.

— Красиво? Это называется интимная стрижка.

Там у Хозяйки было всё тщательно выбрито, только сверху был небольшой, аккуратный кустик волос.

— Это сакральное для тебя место. Сейчас я позволю тебе прикоснуться к нему губами. Целуй с максимальным почтением.

С одурманенной от вожделения головой я наклонился и коснулся своими губами половых губ моей Госпожи.

— Ты удостоен мною великой для тебя чести. Но я позволю тебе и большее. Высуни язык и осторожно проведи им там несколько раз.

Я повиновался. Вкус был потрясающий.

— Теперь лижи. Лижи неистово, страстно, так чтобы я кончила.

Конечно, я видел, как это делается в порно и принялся за дело. Как сказала мне Хозяйка я лизал её и неистово, и страстно. Целовал и снова лизал, катал языком горошину клитора, всасывал его в себя. Наконец женщина схватила мою голову руками, прижала её к своему влагалищу и бурно кончила. Всё лицо было у меня в её соках.

— Не вздумай умываться. Так я пометила тебя. Теперь ты мой лизун.

— Спасибо, Анастасия Николаевна. Это было восхитительно, - поблагодарил я свою Хозяйку.

— Все, ступай. Я спать хочу, - велела мне моя Королева.

Я пошел готовить ужин. Кира заявилась домой в десятом часу. Тоже слегка подшофе. Я снял с неё обувь. Ноги у неё были грязные, поэтому она сначала велела мне вымыть их языком, а уж потом в тазике. Я с удовольствием от такого унижения вылизал пыльные и потные подошвы ног Киры, пока она сидела на диване и писала сообщения своим подругам. Потом я принес тазик с теплой водой и помыл ноги девушки уже с мылом.

— Ты знаешь такое выражение – ноги мыть и воду пить?

— Знаю.

— Ну, тогда приступай.

Я опустил лицо в тазик и Кира надавила мне ногой на затылок. Пришлось немного отпить грязной мыльной воды.

— Ладно. Довольно, - отпустила мою голову Кира.

Я вытер лицо ножным полотенцем Киры. Жаль, что с него почти смылась влагалищная смазка старшей Хозяйки.

— Ступай домой, раб, - отпустила меня Кира.

Домой я добрался за полночь. Но на душе была радость от того каким удивительным и чувственным был этот день. То ли ещё будет...