Прошло три месяца с того момента как Джим застал свою жену Эмили с Майклом. Три месяца он, можно сказать, официально рогоносец и куколд. Майкл хотя бы раз в неделю обязательно приходит потрахать Эмили. Это нравится Эмили, это развлекает Майкла и это устраивает Джима. Сам он теперь ходит в поясе верности и Эмили тоже только раз в неделю разрешает ему снять пояс, подрочить и кончить. Конечно же мастурбируя, он думает исключительно об Эмили, как правило представляет её в объятьях Майкла или сосущей его большой член. Благо видеть такую картину ему приходится часто, и она уже крепко засела у него в мозгу. Став куколдом Джим еще более влюбился в свою порочную жену. Теперь он её просто боготворит. Целует её обувь и её следы на песчаных дорожках их небольшого садика на заднем дворе.

Вот и сейчас Эмили сидит в шезлонге в одном купальнике, а Джим стоит перед ней на коленях и массирует ей ступни. Эмили рассказывает:

— Представляешь Джим, как обстоят дела у Конни и её мужа. Оказывается, Конни трахают не два, а целых пять негров. Да, мне Синди рассказала. Дело в том, что Конни попала в рабство к своей начальнице, тоже чернокожей. Что-то там Конни накосячила по работе. И начальница заставила её трахаться со всеми черными сотрудниками фирмы. А их пятеро! Что касается мужа то начальница велела ему носить пояс верности если он хочет, чтобы жена хотя бы иногда ночевала дома. В том смысле, что он теперь не имеет права к ней прикасаться, ну, и тем более вступать с ней в половые отношения. Теперь влагалище, попка и рот Конни принадлежат исключительно черным членам. А ты хотел бы, чтобы я принадлежала только черным?

— Эмили, я прошу тебя...

— Ну. Ладно, ладно. Я твоя жена. Лизать тебе я не запрещаю.

— Спасибо Эмили.

— Вот. Благодари. Ногу целуй

Эмили подала мужу ногу для поцелуя.

На заднем дворе показались Майкл и еще какой-то черный мужчина. Скорее всего приятель Майкла. Он давно обещал зайти с другом.

— Привет Эмили, привет Джим. Знакомитесь это мой приятель Абубакар. У него член еще больше, чем у меня. Абу, покажи!

Абубакар ничуть не стесняясь расстегнул ширинку и на волю вырвалась большая, толстая черная змея.

— Ого! – воскликнула Эмили.

— Ага, - подмигнул ей Майкл.

— Я хочу взять это в рот! – всплеснула руками Эмили.

— Конечно, дорогуша! Затем мы сюда и пришли, - подтвердил Майкл.

А Джим все это время так и сидел на коленях у шезлонга совершенно ошарашенный.

— Джим, пойти приготовь нам кофе и клубнику со сливками, - распорядилась Эмили и оторопевший муж поспешил исполнять приказ жены.

— Ну, что, сучка, соси! – Абубакар приблизил свою змею к лицу Эмили.

Женщина захватила блестящую головку губами и принялась её обсасывать. Периодически она вынимала член изо рта и покрывала поцелуями по всей его невероятной длине.

— А я в таком случае приступлю к твой киске, - Майкл наклонил Эмили и пристроился к ней сзади.

В такой позиции и застал её Джим, вернувшись с подносом кофе. Женщина стояла, согнувшись в поясном поклоне и отсасывала одному негру, когда другой пользовал её сзади во влагалище.

Через некоторое время негры поменялись местами и когда Абубакар вводил в Эмили своё орудие она не сдержалась и застонала.

— Ого, милочка, ты стонешь, когда мой приятель берет тебя в письку, а что же будет с попкой?! – засмеялся Майкл.

Джим представил эту картину и сердце у него сжалось от жалости к жене. Как бы и правда не порвали ей анус. Поставив кофе на столик, он поспешил за анальной смазкой. Может быть хотя бы это поможет.

Джим успел. Как только Абубакар вознамерился получить Эмили в попу, Джим приблизился. Опустился на колени и попросил смазать дырочку жены. Негр позволил. Джим аккуратно ввел смазку в задний проход Эмили.

— Теперь можете приступать, - сказал Джим черному парню.

Смазка помогла, хотя Эмили все равно кричала от раздирающей её боли. Абубакар сжалился, через пару десятков фрикций он вывел своё орудие и вернул его во влагалище. Потом негры опять поменялись местами и кончил Абубакар уже в рот Эмилии. Вслед за ним кончил и Майкл.

Оттраханная Эмили без сил лежала на шезлонге. Негры дали ей на прощание поцеловать свои члены.

— А ты, снежок, не хочешь ли нас поблагодарить? – спросил Абубакар.

— Каким образом? – спросил Джим.

— Тоже мог бы нам члены поцеловать!

— Не стоит Абу. Зачем тебе это? Ты же не из этих... У нас же есть белая баба. Его жена, - заступился за соседа Майкл.

— Тоже, верно. Ну пусть хотя бы поцелует мне ботинок.

— Это можно! Заодно и мой, - засмеялся Майкл.

Джим склонился к ботинкам негров и сделал вид, что коснулся их губами. Черные быки не заметили этой имитации и ушли.

Джим принялся осторожно и нежно вылизывать Эмили.

— Ну, что Джим нравится тебе такая жизнь? – спросила жена.

— Не знаю, Эмили... Наверное мы её заслужили.

— Да, меня ебут, тебя унижают... Кому это может понравится?

— Нам, Эмили, нам, - вздохнул Джим и продолжил вылизывать измученные дырочки своей белой жены, теперь навсегда отданной во власть черных.