Я уже полчаса стою на коленях на горохе. Это самая настоящая пытка. В коленные чашечки впились горошины и причиняют мне ужасную боль, но я не смею встать и прекратить свои страдания. Я наказан. Я должен терпеть.

Меня наказала моя жена. Женщина, которую я безумно люблю, которую я боготворю. А я посмел вызвать её недовольство. Поэтому я не смею встать с колен и должен пострадать еще полчаса. Только мысли о том, как я люблю свою Госпожу, дают мне силы терпеть эту муку. А еще осознание моей собственной вины. Я заслужил наказание. Впрочем, это только первая его часть. Рядом со мной в большом ведре стоят и мокнут длинные березовые розги.

Я сам их заготовил для того, чтобы жена могла меня высечь. Таков был её категорический приказ. Его нельзя ослушаться.

Когда моя жена приказывает, она велит мне лечь на пол и ставит ногу мне на затылок, или говорит повернуться и опускает подошву прямо мне на лицо.

Это унизительный, но очень приятный момент, когда на лице стоит нога любимой женщины. Я думаю, многим мужчинам это бы понравилось.

Но может быть я ошибаюсь...

Моя жена очень строгая и жестокая. Она наказывает меня за любую провинность. По субботам я подвергаюсь экзекуции для профилактики.

Но сегодня пятница. Я наказан за то, что, по её мнению, плохо вымыл унитаз и ванну. Жена любит идеальную чистоту и малейшее пятнышко на раковине чрезвычайно возмущает её. Поэтому я буду выпорот.

После того как я отстою положенное на горохе. А жена велела стоять ровно час, я пойду в прихожую и буду стоя на коленях ждать возвращения жены от любовника. Это тоже является частью моего наказания.

И конечно же когда жена возвращается я обязан её вылезать. Но для меня это уже не столько унижение, сколько удовольствие...

Отстояв положенное на горохе, я перемещаюсь в прихожую. И стою там еще минут сорок. Наконец я слышу цоканье каблучков в коридоре. Это шаги супруги. Трахаться она ходит исключительно на высоких каблуках. Такой у нее образ шлюхи и стервы.

Наконец дверь распахивается и входит Она – моя Госпожа.

Глаза у неё блестят, видимо, она немного навеселе.

— Ну что, раб, заждался свою Госпожу? — с улыбкой спрашивает она.

Я склоняюсь к её ногам и целую туфельки.

Жена проходит в комнату. Стягивает с себя трусики, переступает через них, садится на диван и широко раздвигает ноги.

— Ко мне, быстро! – приказывает она. – Подлижи меня сейчас же!

Я приползаю к ней на коленях и начинаю тщательно вылизывать промежность моей Госпожи. Её влагалище полно спермы. Мне приходится потрудится.

Поскольку лизун я опытный мне удается довести жену до оргазма, и она бурно кончает. Все лицо у меня в её выделениях. Жена довольна:

— Молодец. Хвалю. Дам тебе всего пятьдесят розог вместо ста. Иди укладывайся.

Я кладу на табуретку небольшую подушку и ложусь на нее животом подставляя зад. Жена встает с дивана, подходит к ведру с розгами, выбирает себе понравившуюся. Несколько раз со свистом рассекает ею воздух.

— Годится. Итак, ты плохо помыл унитаз и ванну. На неделе имел от меня несколько замечаний и вообще ты мало зарабатываешь. Надо исправляться.

Жена подбирает с пола свои трусики и затыкает ими мой рот. Жена не любит, когда я громко кричу. А сечет она так, что не кричать и не рыдать просто невозможно. Только моя безмерная любовь к ней помогает мне вытерпеть экзекуцию до конца. Хорошо, что сегодня будет только 50 розог.

С трусами во рту я молю её о пощаде, но она не внимает моему мычанию и наносить все пятьдесят ударов со всей силы. Мой зад иссечен и горит огнем. А она опять садится на диван и велит мне вылизывать ей ноги...

Я вынимаю её трусики изо рта и приступаю к поклонению её ногам.

— Трусики постираешь! – велит мне жена.

— Слушаюсь моя Госпожа, - отвечаю я.

— Достаточно, - говорит она когда я тщательно вылизываю её ноги целый день ходившие в туфлях на каблуках. – Ложись на пол лицом вверх.

Я подчиняюсь. Она встает с дивана, садится мне попой на лицо и начинает ерзать по нему промежностью. Я стараюсь высунуть язык подальше, чтобы доставить ей максимум удовольствия. И мне это удается. Она опять кончает.

— На сегодня достаточно, - говорит она и идет принимать ванну.

А я должен после всё там помыть и постирать её трусики. Бурный был вечер.

Вот такая она жизнь с любимой Госпожой...