Этот вечер я ждал со страхом и нетерпением. Я боялся того, что должно произойти, с другой стороны, мне страстно хотелось этого. И я ждал с нетерпением. Мы не раз с женой говорили об этом, о необходимости этого и вот оно произойдет. Моё наказание...

Я долго убеждал жену, что наказание снимет массу проблем в наших взаимоотношениях. Если я в чем, то поступил неправильно, то жена без церемоний порет меня, чтобы я глубже осознал свою вину. Если же в чем, то не права жена, то я все равно прошу у нее прощения, и она опять же может меня выпороть. В семье женщина должна доминировать. Только тогда в семье возможна гармония, когда муж-раб, а жена-Госпожа. Но это всё в теории. Наконец-то пришло время проверить её на практике.

Я действительно провинился. За целый день ни разу ни позвонил жене, а когда позвонила она в неудобный для меня момент – нагрубил ей. Резко ответил: Я занят! Жена была обижена. Прощать такое, разумеется, ни в коем случае нельзя. Я заслужил самого строгого наказания.

И когда я после работы просил у жены прощения, стоя на коленях, она сказала:

— Я не могу вот так просто тебя простить. Ты много раз говорил мне о необходимости тебя наказывать. Что ж, я соглашусь с тобой. Завтра. Не сейчас. Я успокоюсь и выпорю тебя уже не со зла, а с полным пониманием необходимости процесса. Приготовь розги. Завтра вечером буду тебя сечь.

«Буду тебя сечь» - эти слова жены прозвучали для меня как музыка, но всё во мне похолодело... Возбуждение и страх сковали меня.

Целый день я ходил сам не свой. Все валилось у меня из рук. Я думал только о предстоящей порке. Еще утром по дороге на работу Я заехал в лесопарк и срезал там длинные упругие прутья. Сам приготовил себе розги...

И вот после ужина мы готовимся к экзекуции. Посредине комнаты я поставил в ряд три кухонных табуретки, на которые как на скамью должен буду лечь кверху попой. Конструкция, конечно, не устойчивая, но лавку мы еще не приобрели. Надо будет этим озаботиться...

— Раздевайся! - приказала жена

Я разделся, а потом голый подошел к жене, опустился на колени и поцеловал ей ногу. Я попросил ее наказать меня так сильно, как она только пожелает. Сказал, что мне очень стыдно и я понимаю, как её обидело мое поведение. Я попросил у неё разрешения поцеловать ей руку, которой она будет меня сечь. И она позволила...

— Приступим? – спросила жена.

— Да... моя Госпожа, - ответил я со вздохом.

И вот я лежу на табуретках и мои ягодицы трепещут в предвкушении розог.

И хотя у жены не было практики самый первый удар будто каленым железом обжог мой зад.

Ай! – вскрикнул я от неожиданности.

— Терпи! Сечь буду строго! – заявила жена и продолжила наказание.

— Ой, - снова вскликнул я.

— Будешь знать, как меня игнорировать! Будешь знать, как мне грубить!

— Милая, прости!

— Выпорю тогда прощу! Получи!

— У...ай, как больно...

— А ты впредь будь вежливым.

— Ой, буду...

— Конечно будешь. Будешь на коленях стоять, когда со мной разговариваешь!

— Да. Да хорошо...

— А так тебе хорошо?! А так!

Жена начала все больше и больше увлекаться. Удары становились все сильнее. Порола она меня уже минут десять, и порола всё более умело!

Вскоре боль стала нестерпимой, и я стал вилять задом, непроизвольно пытаясь избежать удара. Жена остановилась и пристыдила меня:

— Как тебе не стыдно. Ты же виноват. Не виляй задом. Не пытайся уйти от наказания. Лежи смирно. Иначе я тебя не прощу!

— Прости дорогая. Я буду покорным.

— Ну, то-то же.

И снова засвистели розги. На глазах выступили слезы. Вскоре я уже беззвучно рыдал от боли. Судя по тому, как сильно стегала меня жена обида её на меня была действительно велика, и я чувствовал это своими иссеченными ягодицами.

Как же мне было стыдно, за своё поведение... Наконец порка прекратилась.

— Надеюсь ты понял, теперь как ты был не прав и впредь так поступать не будешь?

— Да, моя Госпожа! Я буду самым лучшим, самым вежливым и самым покорным мужем, - заверил я свою супругу.

— Ну вот и хорошо. А теперь проси прощения как положено на коленях.

Я попросил прощения, поцеловал жене ноги и опять руку которой она меня секла. Это был очень важный, замечательный ритуал.

Жена меня простила, но велела после порки полчаса постоять в углу на коленях на горохе, чтобы подумать о своем поведении еще.

Я стоял на коленях, а жена мне выговаривала:

— Ты был прав. Думаю твой характер потребует долгого и тщательного исправления. Теперь я буду пороть тебя регулярно, как только посчитаю это нужным. Также я буду пороть тебя для профилактики...

А еще мы заведем в компьютере специальную папочку, где я буду складывать фото результатов твоих порок. Сегодня будет фото номер один.

Жена засмеялась и щелкнула мой вид сзади на телефон.

Когда я ночью попытался лечь рядом с женой она спихнула меня ногами.

— Я с поротыми рабами не сплю. Разрешаю сто раз поцеловать мне подошвы ног и спать рядом подле кровати на коврике.

— Ну, что же это логично. Достойное завершение вечера первой экзекуции. Теперь впереди меня ждет увлекательная, полная страсти и сладких унижений замечательная семейная жизнь, - подумал я принялся целовать милые и прекрасные подошвы моей жены, моей любимой Госпожи.