https://bestweapon.vip/post_77150

начало здесь.

Она уткнулась лбом в руль, опустив плечи. Блять! И что с этим подарком делать?

— До встречи. Целую, - утешать и успокаивать её сил уже не было. Впереди ещё разговор с Мариной… О-о-о, бля-а-а-а…

— Ну как, он тебе понравился? – более неудачный вопрос жена не смогла бы придумать. Что её больше всего волнует – чтобы ОН мне тоже понравился! Глубоко дышал уставившись в потолок, пытаясь удержаться от срыва.

— Что-то случилось? Когда ты написал, думала… вы развлекаетесь, - она встревоженно смотрела на меня. – Игорь, никогда такое лицо у тебя не видела!

— Очень устал… Очень… - стащил обувь, прошёл в комнату и повалился на кровать.

— Ты… Ты с ним поссорился?

— Не переживай. Ничего с твоим Шу… Ох, извини… - я поморщился. – Всё нормально… Ну-у-у… типа того…

— Игорь! На тебе лица нет! Что случилось? Я сейчас Эльке звонить начну!

— Не старайся. Самую интересную часть разговора она пропустила, - не так надо было говорить! Ещё лучше – прогулялся бы по двору часик, обдумал бы всё, успокоился.

— Игорь, я волновалась, а сейчас бояться начинаю!

Дожидаться завтрашнего разговора с Анжелой уже не было смысла. Я и сам узнал достаточно. Точнее – ОН сам мне рассказал. Этой информации будет вполне достаточно.

— Ну, с чего бы начать… Ты знаешь, что он присмотрел тебя на замену Свинке?

— Какой свинке? Причём тут свинья?

— Да, тебе она известна под именем Настя, секретарша его.

— Милейшая женщина, я упоминала о ней. Она знакомит меня с документами, потом уедет домой рожать, - на лице Марины появилось недоумение и даже обида. – Кстати, почему ты её так назвал?

— Только документы? Никаких дополнительных… услуг? – решил пока проигнорировать вопрос.

— Ну-у-у… Шура даже не намекал, но вполне возможно… Думаю, ты и сам понимаешь, зачем в ассистенты берут красивых женщин.

— Понимаю. И помню твои слова, что ты верная супруга и будущая мать нашего ребёнка.

— Не собираюсь отказываться от своих слов, - теперь Марина была раздражена. – Я помню нашу договорённость, что ни с кем без твоего прямого согласия! Чего ты запаниковал? Ты сам подталкивал меня… к другим мужчинам! Что изменилось?

Что изменилось? Что он не собирается ограничиваться твоим телом! Если сразу всё это вывалю… Так, стоп! Этот разговор начинал напоминать семейную свару. Хоть и со спецификой наших откровенных отношений.

— Любимая, в таком состоянии могу ляпнуть что-то неподобающее, - примирительно проговорил я, поглаживая её волосы. – Если будешь так болезненно реагировать, лучше перенесём этот разговор на завтра.

— Извини! Я действительно очень встревожилась… за нас всех… троих, - ко мне крепко прижалось теплое тело, которое уже стало родным. В котором уже было ещё одно…

— Мы просто разговаривали с Элли… Предложил ей сделать пирсинг, и она…

— Правда! Ох, как здорово! Покажи, какой? – восторженно вскинулась Марина, и внезапно вся тяжесть и непонимание между нами исчезли.

— Я хотел более скромный вариант, но она попросила, - достал мобильник, показывая ей свисающие с оттянутых губок кольца.

— О-о-о! Шикарно! – пролистнул следующий снимок. – Ого! Они соединяются! Меня так смущали её огромные пельмени! Даже лизать неприятно было… Нет, сейчас уже привыкла и нравится… Но стянутые этими кольцами и закрытые! Вроде пояса верности. Ты будешь повелителем её пизды!

— Я уже повелитель её пизды. И твоей – тоже, - строго заметил я.

— Не только пизды! Повелитель всего моего похотливого, доступного тела… Для тебя доступного, - вот раньше, она бы сделала такое уточнение?

— Когда мы сидели, к нам подошёл… Самойлов, и пригласил за свой столик, - похотливое доступное тело заметно напряглось. – Как оказалось, у нас много общего. Эта секретарша для него вроде рабыни, как для меня Элли. Он называет её – Свинка… Да, забыл сказать. Ещё когда мы обсуждали с Элли наши отношения, после твоей пламенной речи… Кстати, спасибо за эту речь. Для меня самого многое стало понятно. В общем, я предложил называть её кличкой, когда она переходит в режим рабыни. Оказалось, я был не оригинален. Получились посиделки двух рабовладельцев.

— Подожди, а как ты её… кличешь?

— Вспомнил те слова, которые ты перечислила. Более подходящим показалось – Кукла.

— Для тебя очень подходит, - для меня? – Тебе больше нравится играть с куклой, чем владеть рабыней. О чём вы говорили дальше?

Слишком равнодушно и спокойно спросила. Или мой внутренний параноик уже сходит с ума? Почему он спал, когда я говорил с НИМ?

— Поделились опытом воспитания рабынь. Точнее, в основном он делился… У него опыта больше. Рассказывал, как важно взаимодействие, что необходимо учитывать желания самой рабыни…

— У тебя прекрасно получается учитывать. Элька влюбилась в тебя не только потому что спас её. Потому что потом… Начал учитывать. И Нинка, тоже… Любаша, как пластилин в твоих руках.

— В наших. Как с тобой? Тоже учитываю? – растянул губы в улыбке.

— Со мной – особенно! – она рассмеялась. – У меня идеальный муж!

Которому нужно сделать идеальную жену, по мнению некоторых.

— Подожди! – Марина приподнялась на локте, заглядывая мне в лицо. – Если Настя его рабыня, вы говорили о рабынях, а ты сказал, что он хочет меня в качестве замены… Вот почему ты был так расстроен! Милый, но… Я так не хочу! Я люблю тебя! Я буду принадлежать только тебе!

Самое забавное, что скажи сейчас правду… Что он собирается только "воспитать" её, а потом вернуть мне обратно…

— Не дёргайся так. Я и не собирался, - это не совсем враньё, а небольшое лукавство.

— Теперь понятно. Если бы ты сразу такое сказал… - она снова улеглась рядом. – Поставь мне такие же… как у Эльки.

— Мы ещё не делали, только обсудили, - и только сейчас вспомнил, какое условие собирался ей сделать. Самойлов со своими… идеями… Всю голову забил! – Она признала себя рабыней, а ты – моя жена. Я не смогу доверять жене, которую запираю на замок. Оставаться моей – это должно быть твоим личным желанием. Прекрасно знаешь, сколько у меня женщин, и что наши отношения далеко выходят за пределы секса, но ни одну из них… Ни одну! Я не вижу на твоём месте.

— Я тоже… никого… на твоём, - пошептала Марина, нежно меня целуя.

Блять! В этом и состоит проблема! ОН не собирается претендовать на моё место!

— Это было так забавно, - надо мной нависало лицо жены, и оно улыбалось. – Шептала тебе всякие нежности, как люблю тебя… Только потом поняла, что ты уснул.

— Забавно? – спросонок не сразу понял, о чём речь.

— Вроде как, внушала тебе на подсознательном уровне, - лицо склонилось ниже, коснувшись губами моих губ. Продавил между ними язык проникая в её жаркий рот, и мы начали целоваться. – Получилось внушить!

Только сейчас заметил, что она уже в своём офисном костюме.

— Не слишком ли рано? – я привычно встревожился.

— Шура звонил, сказал выезжаем на площадки, общаемся с подрядчиками. Сказал, моё присутствие не обязательно, но очень ему поможет.

О-о-о… Знакомое построение фразы!

— Знаешь, что я придумала? Ты сейчас помочишься мне в ротик, и я буду всем улыбаться обоссаными тобою губами, а во мне будет плескаться твоя моча!

Не понимаю, как это на что-то повлияет, однако ещё не проснулся для дискуссий и не стал сопротивляться. Просто расслабился, когда губы обхватили головку. Что, прямо в постели? Если она прольёт? Фу-у-у…

— Ни капельки! – жена ответила на мой невысказанный вопрос, старательно всё проглотив. – Теперь я снаружи и внутри – вся твоя!

Чмокнула меня остро пахнущими губами и выскочила из спальни. И почти сразу щёлкнула входная дверь. Она что, даже рот не сполоснула? Фу! Хотя у члена было другое мнение, и он начал пробуждаться по-настоящему. Лучше бы она отсосала… И мне ещё многое надо было сказать! Хотя бы о собственности на Свинку. Узнать у жены, что именно рассказывала ЕМУ.

Сходил в туалет, уселся на кухне, где уже стоял завтрак. Начал вяло его пережёвывать. Вчерашний вечер оказался насыщенным… слишком насыщенным! Перелистывал в памяти обрывки фраз, взглядов, ощущений и понимал… Понимал… Что ОН добьётся своего. Впрочем, Анжела говорила о том же. Единственный вариант – сделать это на своих условиях. Впрочем, вчера он мои условия не просто отклонил, но объяснил свою мотивацию. Очень аргументированно. И вот здесь, моя склонность к анализу и логике начинала играть против меня. Я не мог послать его нахер, просто потому, что не нравится. Я должен объяснить самому себе, почему это делаю. Нет, не так! Объяснить могу. Мне нужна внутренняя уверенность. Вчера Любаша говорила, что должна измениться, и с той, изменённой я останусь. Сейчас ситуация обратная – я люблю нынешнюю Марину… Да, мы не во всём с ней согласны. Да, она не идеальная. Да, иногда шокирует своими выходками. Но! Именно это я в ней и люблю! Бля-а-а! Какие-то розовые сопли! Собственно, примерно это вчера и говорил… как влюблённый подросток! Тьфу! Представляю, как он ржал про себя, выговаривая мне очередное восхищение.

Ладно, поговорю с Анжелой. Она умеет рассмотреть мудрое и дальновидное, в каждом моём поступке… Кстати… Кстати, как и ОН!

Чёрт, с ними двумя мне точно не справится. Если бы хоть один из них врал! Но, они оба говорят правду и не говорят всей правды! С таким мне точно не справится… Стоп! Что если… основная цель вчерашней встречи – породить во мне неуверенность? Умный, волевой, богатый, всегда получающий желаемое! Кто я против него? Ещё и думал о себе, как о великом манипуляторе, соблазнив несколько отчаявшихся женщин! Возомнивший себя знатоком отношений! Букашка, которую он решил признать равной, потому что я выпорол жену и завёл рабыню… И её тоже выпорол. Мужик избивает женщин! Какое великое достижение… Стоп, там ещё что-то было про уничтожение личности… Надо будет узнать у Свинки… Насти…

Мысли опять начали пробуксовывать. На работу ещё рано, прогуляюсь спокойным шагом. Пялится в стену уже надоело.

Едва вышел из подъезда, рядом остановилась "Октавия", приветливо распахнув пассажирскую дверь. Это ещё…

— Сви… Э-э-э… Настя? Привет, - плюхнулся рядом с ней, и машина тронулась. – Что-то нужно?

— Конечно! Мне нужно прислуживать и угождать своему Господину, - жизнерадостно улыбнулась она. – Я подвезу вас на работу.

— Здесь идти пять минут, - недовольно вздохнул я.

— Изви… Ох! Я хотела быть вам полезной, - она моментально погрустнела. – Я не спросила вашего желания! Если вы хотите пройтись…

Женщина сбросила скорость.

— Тогда вези уже! – покосился на её напрягшееся лицо. – Расслабься. У меня херовое настроение и…

Пускай она мне отсосёт? Нет, разрешение Марины было разовым и не собираюсь разрушать нашу договорённость. Уж точно – не сейчас. Если что пойдёт не так – пускай я буду во всём белом.

— Приткнись где-то в тихом месте, - принял решение, глянув на часы. Пиздец как не хочется погружаться в мир Самойлова, но у меня не осталось выбора. – Настя, помнишь, что говорила вчера Элли?

— Да, и… Я слишком… охвачена эмоциями, - она остановилась возле технического проезда, который в это время не использовался. – Вы назвали меня по имени… Я могу… просто разговаривать?

— Ты обязана просто разговаривать, - строго заметил я. – Ты остаёшься моей рабыней и не имеешь права забывать об этом, но… Ты должна заставить меня поверить, что я разговариваю с обычной девушкой Настей… с необычной судьбой. Свинка в тебе расскажет мне всё про Настю, включая то, в чём она сама никогда не призналась бы.

— Спасибо. Вы прекрасно сформулировали мою задачу, - вцепившиеся в руль пальцы расслабились. – Але…

— Марина называет его Шурой, - перебил я.

— Шурой, да. Наши отношения начинались с этого, - она протянула мне два снимка. – Он заставил уничтожить все мои изображения, оставив только эти.

Ого! Это действительно она?

— Жиробасина… - хмыкнула женщина. – Это ещё не беременная.

Вспомнил ЕГО слова про скверный характер, но где он разглядел очарование? Заплывшая жиром дамочка брезгливо смотрела в камеру, скривив пухлые губы. На следующем снимке она была в купальнике и… это было ещё ужасней. Если смотреть на тело, вываливающееся из растянутых плавок. Лицо казалось красивым, она улыбалась и могла бы выглядеть мило, но вздёрнутый носик и пухлые щёчки при такой комплекции… Свинка – вполне ласкательно звучит. Посмотрел на сидящую рядом женщину. Если рабство так благотворно влияет на фигуру, у него отбоя не будет от желающих.

— Диета из спермы и мочи, секс, порка, тренажёры, секс… Иногда всё одновременно, - Настя печально усмехнулась. – Учи… Шура сказал, что я негодный человек, и ему придётся полностью разрушить мою личность, превратить в животное и потом создать новую женщину. Очарованная великолепием и волшебной ночью, дала согласие. Первый день я провела на каких-то бульончиках, умирая от желания пожрать. Потом пришёл медик, полностью промыл мой кишечник и началось… воспитание. Он запретил мне разговаривать. Я могла только хрюкать и визжать, как свинья. Он начал пороть мою задницу, и когда я собиралась послать его лесом, начал ласкать. Не знаю, на каком небе я оказалась от наслаждения, но готова была вытерпеть что угодно. Потом он погнал меня на беговую дорожку. Когда я собиралась умереть от жажды, он привёл парня, который мочился на меня. Это не было сексуальным действием – я жадно глотала мочу, пытаясь напиться. И когда этот парень начал насиловать мой рот, я уже мало что соображала и не сразу поняла, что Шура снова начал порку, теперь уже по спине. Потом он как-то растворился во мраке… во мраке моего сознания… Несколько парней насиловали меня снизу, пока я поднимала грузы, пороли, пока бежала по бесконечной дорожке, мочились, пока пыталась перевести дыхание, и я сама ловила каждую каплю. С самого начала он поклялся, что на состоянии моего плода это никак не отразится. Сначала я ему поверила, потом мне уже было всё равно. Хотя, могу вспомнить, что меня регулярно проверял медик и надеюсь, что парни сами пили достаточно много жидкости. Уже воспринимала боль, как нечто раздражающее, а члены – как возможность наполнить желудок. Я действительно превращалась в животное, ведомое лишь самыми примитивными рефлексами. Не знаю, сколько он платил парням, потому что все эти дня я провела в поту, сперме и моче, включая мою собственную.

Слушать подобное было неприятно, особенно от самой участницы, но я был несколько… разочарован. Избиения и секс? И всё? Как-то… разочаровывающе просто.

— Потом меня окатили водой, и я поняла, что он внимательно всматривается в моё лицо. Он что-то спросил, но я только захрюкала в ответ и потянулась к его члену. Тогда он сказал, что самый простой этап закончился. Теперь из животного надо сделать рабыню. Меня начали кормить, давали нормально поспать, причём на постели. Я начала следить за своей внешностью и гигиеной. Когда меня трахали, не имела права просто принимать члены. Я должна была радоваться, просить ещё, говорить, как замечательно они мною пользуются. Когда пороли, просила ещё сильнее, и что не должны жалеть моё похотливое тело. Он начал вывозить меня… на пленэр, как сам это называл. Например, в откровенном платье высаживал возле какой-то пивнушки на окраине. Моей задачей было соблазнить и дать всем мужчинам, которые меня пожелают. Причём, требовать и упрашивать. Или посылал в одном откровенном белье в гастроном. Тётки поносят меня последними словами, мужики ржут… Если кто-то из них проявляет активность, я тоже обязана его обслужить… хоть в ближайшей подворотне. Причём, за мной явно присматривали. Когда один из страждущих решил забрать меня для личного пользования и достал нож, появились крепкие ребята, которые моментально всех повалили, и вывезли меня. Однажды меня забрали полицейские, и тоже начали развлекаться… Это длилось почти до утра, и когда у них не осталось сил, просто засовывали мне в анус… разное. Один из них затолкал дубинку слишком глубоко. Я заверещала от боли, и снова появились крепкие парни, но не просто всех повалили. Они начали составлять протоколы, провели моё обследование, я заполнила заявление об изнасиловании… Потом в суд меня привезли. Иногда Шура высаживал меня на улице, показывал пальцем на мужчину, и в течении часа его член должен оказаться во мне. Соблазнять, уговаривать, рассказывать о похотливости беременной… К тому времени я уже сильно скинула вес, пользовалась косметикой и выглядела вполне прилично. Вы удивитесь, сколько мужчин готовы отказаться от секса, если женщина набрасывается на них, - Настя отвела взгляд и хихикнула. – Получив несколько наказаний, догадалась изменить тактику. Присматривалась к внешности, пыталась определить его слабости, желания… Наказания тоже изменились. Теперь он бил меня по гениталиям или соскам. К тому времени я уже думала, что нечувствительна к боли, но оказалось… очень чувствительная. Если же всё получалось… он ласкал меня… целовал… осыпал комплиментами… и… проникал в это тело. Я уже перестала воспринимать тело, как своё. После всех избиений, унижений, издевательств, бесконечного секса с неизвестными мужчинами… И вдруг я попадала в ту сказку, которую уже не могла вспомнить. Это тело омывали, массировали, покрывали маслами… После всех этих люмпенов, алкашей и просто мужиков… мой Учитель… моё Божество проникало в это обесчещенное тело…

Настя закатила глаза, и я невольно вспомнил ЕГО слова, что воспитанница навсегда будет принадлежать ему. Теперь они не казались простым бахвальством.

— Ах, совсем забыла! Каждый вечер я брала ручку, и описывала на бумаге каждый проникший в меня член. Размеры, форму, куда и когда, и какие ощущения испытала. Что дополнительно делал его владелец – ругался, хвалил, шлёпал, был жёстким или нежным… Наверное, я вас утомила?

— Ну-у-у… Это просто… это всё… - покрутил руками, пошевелил бровями, покачал плечами. – Так это ещё не всё?

— Еще третий этап, когда из меня сделали… идеальную женщину, - Настя покровительственно улыбнулась, сразу опустив взгляд. – Я… Я не думала, что кому-то вообще смогу такое рассказать. Извините, если была слишком… многословной.

— Самойлов и сам… не особенно молчалив, - хмыкнул я.

— Вообще-то… сама удивилась. Вчера услышала от него больше слов, чем за несколько месяцев нашего… знакомства.

Снова посмотрел на часы. Время ещё есть, но ни малейшего желания выслушивать самое интересное – изготовление идеальной женщины, которое ОН заготовил для Марины. Ощущение, что проезжал мимо каменоломни, где какие-то потные мужики с кирками добывают породу, надсмотрщики хлещут их кнутами, и в следующий момент оказываешься… Нет, не среди надсмотрщиков. Все вокруг провозглашали меня Господином, но ощущал себя тем потным истощённым мужиком, ворочающим неподъёмные камни.

— Вы сказали, я обязана говорить вам… разговаривать, - молча кивнул головой. – Я привыкла к мужчинам, которые желают моё тело, моё унижение, мою боль. Я прекрасно знаю, что делать и как себя вести… Вы не… Я не вижу в вас похоти… презрения… и даже жалости ко мне. Я… Я не понимаю, что мне делать, и как вас… удовлетворить… Нет-нет! Я не в смысле секса! То есть, я могу и сексом, но вижу…

Ей хватило ума заткнуться. Это хорошо.

— Последний вопрос, - вообще-то, он должен быть первым. Посмотрел на её огромный живот. – Что с твоим ребёнком… младенцем… плодом?

— Всё нормально. Я приехала временно, но… Шура договорился, и меня наблюдает лучший акушер в вашем городе. Шура говорил, что первые дети его воспитанниц уже заканчивают школу, и некоторых он… - женщина резко замолчала.

Правильно сделала. Некоторые вещи лучше не знать… Можно делать вид, что не знаешь.

— Можно мне дать вам совет? - робко пробормотала она.

— Давай!

— Разрешите ему использовать меня, если захочет. Он остался без рабыни, и может… потребовать Марину.

— Он и так её требует, - легко признался я. Скрывать что-то от неё было глупо. – Что ты об этом думаешь… Настя?

— Я вчера уже говорила, но сейчас… сомневаюсь. Для меня это было… хорошо. Понимаю, после всего, что вы услышали, но… Я действительно благодарна ему. Но Марина… Она хорошая. Уже сейчас, хорошая.

— Согласен. По всем пунктам. Свинка… - женщина даже в лице изменилась, изображая угодливость. – Всё, что в твоих силах, чтобы отвлечь его от жены, и чтобы не выглядело слишком явно. Ты хорошо его изучила.

— Приложу все усилия, Господин, - она кокетливо улыбнулась. – Можем ехать?

— Можем идти, - проворчал я, открывая дверь. – Возвращайся на работу. Если что случится – звони.

"Многие знания – во многие печали" - крутилась в голове древняя фраза. Очень верная и мудрая фраза. Информации и знаний у меня – хоть жопой жуй. Что со всем этим делать? Когда получал информацию ощущениями, интонациями, взглядом – даже не задумывался, что делать и говорить. Но вот такая… текстовая… Я знаю кто ОН, чего хочет и как поступает. Дело за малым – как ЕМУ противостоять? Нет, не противостоять! Как проиграть с наименьшими потерями? Ещё более циничный вариант вопроса – чем в Марине я готов поступиться? Её тело мы уже предлагали другим, и оба получили от этого удовольствие. Не настолько интенсивно, хотя та огромная пробка вполне заменит собою два члена. С другой стороны, ОН успел сказать, что этап превращения в животное можно пропустить. Но мне и подготовка рабыни не очень понравилась. Чтобы жена предлагала себя по кабакам и подворотням… Подозреваю что изготовление идеальной женщины понравится ещё меньше. Хотя, в ЕГО действиях прослеживается определённая логика и смысл. Уничтожить личность лишь избиениями и насилием вряд ли можно, не могу утверждать, но если ОН регулярно шептал в уши Свинки, что она разрушается и становится свиньёй…

Если на первом этапе он приучает женщину, что её тело не принадлежит ей, то на втором – что её тело принадлежит другим… Что из этого следует? Основная ценность ни в сексе, а в привычке к публичному унижению. Стоп-стоп-стоп… Первый этап не имеет никакого отношения к характеру… воспитуемой! ОН не сможет начать со второго! Марина, с которой мы уже вытворяли всякое откажется от подобного, даже если я её попрошу. Настолько угождать, можно только отказавшись от… не только от своего тела, но и своих чести, достоинства, гордости… ОН меня обманывал! Неужели думал, что я не догадаюсь? Или… Или просто подарил мне повод для самооправдания? Мне? Смотря кем являюсь в его глазах… Чёрт, у меня башка лопнет от скрутившихся жгутом мыслей! О-о-о! Есть идея! Расскажу Анжеле только факты, без своих измышлений. Если она придёт к таким же выводам или ещё более печальным, ей можно доверять!

Подходя к её двери достал телефон, но замок приветливо щёлкнул.

— Первая новость, - начала она не поздоровавшись. – Марина не его дочь, и это точно. Вторая новость – она дочь твоего отца. Так что, если вам понравилось играть в братика и сестричку – можете продолжать. Третья новость из мира генеалогии – твои мать и отец, родственники. Не очень близкие, но слишком схожие. То есть, ваши предки на протяжении веков регулярно… встречались. Словно кто-то намеренно сводил их, поддерживая чистоту крови, но не позволяя… выродиться.

— Мама говорила, что их с отцом предки из одних мест, - совсем забыл о том, что недавно меня так волновало. – Пани Браницкая загуляла с конюхом…

— Скорее пан с горничной, но это сейчас не так важно. Рассказывай, о чём вы так мило посидели?

Постарался передать наш разговор более точно, опуская свои домыслы, и не упомянув подробности о "воспитании".

— Когда узнал, что Свинка не рассказала, сразу отступил? – уточнила она.

— Да. Я подумал, что не хочет… говорить о Марине.

— Он хочет… И почему-то… Очень хочет. Словно его поджимают сроки, - Анжела закатила глаза к потолку. – М-м-м… Я говорила, что он добивается своего угрозами и шантажом. Это устаревшая информация. Так он действовал в начале своего… творческого пути. Позже научился лучше подбирать пары, или прокачал навык убеждения. Что он говорил про мужей, которые сами согласны – верно. И про мужа той Свинки, тоже. Плохо, что он тебе её подарил. Ещё хуже, что признал, что ты ему ничего не должен.

— Чем это хуже? – напрягаться я уже устал.

— Для него важно соблюдение правил. Самойлов ничего не берёт просто так. И не отдаёт. Он всегда меняет. Он явно готовил её обменять на Марину. Хотелось бы сказать, что ты его переиграл… но-о-о… С другой стороны, если он строит расчёты от того Игоря, которого ты успешно изображаешь… Предложила бы тебе предложить ему Эльвиру, но-о-о… Боюсь, ему не интересна любая другая женщина. Что в твоей жене такого особенного? – Анжела прямо смотрела мне в глаза, словно ожидала ответа. – Красоту и очарование не предлагать. Такого добра – навалом. Мои люди прошерстили вашу родословную – совершенно ничего примечательного! У её матери – ещё меньше.

Рассказать ей про воспитание, чтобы проверить или…

— Ладно, зайдём с другого конца, - она снова уставилась в потолок. – Он хочет её в рабыни…

— И хочет подготовить её… для меня.

— Сомневаюсь, что для тебя, - фыркнула Анжела, заработав балл в моих глазах. – Он её захотел, он её получит… Почему он сразу начал тебя прогибать? Прежних женщин он брал на третьем-четвёртом месяце и развлекался с ними до восьмого.

— Ему нравится, как меняется вкус и запах их выделений, - вспомнил я подробность, которую упустил. – И вкус их мочи.

— Можешь смеяться, но я проверила его увлечение эзотерикой и оккультными ритуалами. Ничего! Ладно, вернёмся к нашим… Свинкам. Не передумал пооткровенничать с женой?

— Ещё больше убеждён. Она уже начала меняться.

— Без обмана он её не получит. И нагло врать в лицо не станет – слишком умён для этого. Тебе придётся усилить воздействие на неё. Регулярно пороть, выкручивать соски, ссать в рот, унижать… что там у вас ещё принято? Пускай её трахнет этот Вадик… Владик, раб твоей матери. Ещё лучше – трахните её вдвоём. Сам его трахни, или подставь задницу, если ей этого хочется…

— Если мне не хочется?

— Твои проблемы. Заставь её жить полноценной, насыщенной жизнью. Кстати, сказал ей, что тебе подарили Свинку?

— Не успел…

— Жаль! Очень жаль! Он скажет первый, и подаст выгодно для себя… Или убыточно для тебя. Так, у тебя ещё один человек остался не охваченным – тёща!

— Она-то причём? – чуть не взвыл я. Вот уж кого не хотелось бы… охватывать.

— Не тупи! Елена Аркадьевна её мать, и всю жизнь играла в её жизни решающую роль! Если сумеешь покорить… Ещё лучше – положить её к ногам Марины!

Идея-то хорошая… Как воплотить?

— Иди, работай. Марине уже звонила, сказала освободится где-то через час. Я тебя вызову, - она махнула рукой, завершая аудиенцию.

Работай! Легко сказать! Сухо кивнул Любаше, уткнулся в компьютер, пытаясь вспомнить, чем вообще здесь занимаюсь. Это же проект моей мечты! Сколько вечеров я корпел над ним… Какие ожидания с ним были связаны…

— Игорь Андреевич, вы сегодня не в духе? – послышался заботливый голос.

— А? Что? – обернулся, фокусируя взгляд.

— Вы больше пяти минут смотрите на одну страницу, - сразу понял, насколько Любаша расстроена моим состоянием.

— Э-э-э… Ну-у-у… Всякие мысли…

— Вы мне скажете, если смогу чем-то помочь? – как деликатно построен вопрос.

— Разумеется, - Любашу ему предложить?

Почему из миллиардов людей на планете… Это риторический вопрос. Елена… Нет, не Аркадьевна. Просто – Елена... Леночка… Ленусик… Нет, без отчества не смогу её назвать. Как положить её к ногам дочери, называя по имени-отчеству? Размышления приняли теоретический характер, и часть мозга начала анализ документов. Анжела сказала устроить жене насыщенную жизнь. Вполне разумный совет, если вдуматься. ЕМУ приходилось работать с одинокими, пускай и в браке, недовольными и неудовлетворёнными женщинами, мужья которых принимали ЕГО сторону. Марина очень благожелательно к НЕМУ относилась, но когда я озвучил идею, встретила её в штыки. Свинка… если и не станет моей союзницей, по крайней мере, не станет ему подыгрывать… М-м-м… Нет, сомневаюсь. После такой психологической обработки… Психиатрической!

— Любаша, - обернулся к ней. – Надеюсь, тебя порадует моя откровенность. Мне понравилось, как Марина развлекается с тобой. Твоя сексуальная невинность превращает обычные забавы в… унижение.

— Вам понравилось, что она… унижает меня? - опустив взгляд переспросила женщина.

— Нет, если бы она именно унижала, мне бы не понравилось, и я не допустил бы этого. Дело именно в… твоей реакции. Немного найдётся женщин твоего возраста, которые так отреагировали бы… Например, на те шалости в туалете.

— Хотите сказать, что… многие женщины… с другими… женщинами, - она едва проговорила эти слова.

— Точной статистики у меня нет, но все женщины, с которыми я знаком… пробовали что-то подобное.

— Моё единственное условие сохраняется, - Любаша подняла взгляд. – Чтобы никто на работе об этом не узнал. Если моя неопытность развлекает вас… Я долго думала над вашими словами, что покорность – сильная сторона. Принято считать, что все должны быть волевыми, настойчивыми, добиваться цели. Я была такой долгие годы и добилась многого. По крайней мере, сижу здесь, а не там.

Она кивнула в зал за стеклом.

— Благодаря твоим собственным усилиям, ты нашла мужчину, которому можешь покориться… отдаться. Рядом с которым будешь сама собой, - что-то подобное ОН говорил мне вечером. Начинаю повторять ЕГО слова, или… это мои собственные мысли?

— Да… Когда сидела в кафе, с голой задницей и рассказывала вам… всё… Взрослая, солидная женщина… И-и-и… Почувствовала себя молодой, дерзкой девчонкой, которой мне так и не удалось побыть, - на её лице расплылась мечтательная улыбка. – Словно надо мной издеваются одноклассники. Слабая, беззащитная. Мне остаётся только краснеть и стыдливо опускать глаза… Но опускать глаза вы мне запретили.

— Краснеть я точно не стану запрещать. Ты выглядишь слишком мило, и… молодеешь. До школьницы немного не дотягиваешь, но…

Любаша рассмеялась, и я рассмеялся вместе с ней. Достал из кармана телефон. Уже приехала? Нет, это Элли. Выдохнул с облегчением.

— Очень вовремя! Только начал по тебе скучать…

— Ей будет приятно такое услышать, - послышался голос Нины.

— По тебе я тоже скучал, - снова соврал я

— Мама хотела спросить, но не знает, может ли теперь спрашивать такое у тебя… Вот я и придумала сама позвонить. Ты говорил, у тебя будет условие, чтобы подарить ей украшение.

— Украшение? Ка-а-а… А-а-а… Она рассказала тебе? – почему я не подумал, что она расскажет Нине? Конечно она рассказала!

— И фоточки те нашла, показала. Мамка будет такая красивая с ними!

Покосился на Любашу.

— Я потом перезвоню… Нет, лучше зайду. Возможно пригодиться твоя помощь. Целую.

До появления Самойлова эта идея казалась мне крайне интересной - потребовать, чтобы Элли доминировала надо мной. Надо же разобраться, что в этом привлекательного? Причём, не могу сказать, что женская натура такая. И парни есть покорные, и женщины волевые. Взять ту же Анжелу… Попробуй её возьми! Вот и она.

— Скоро будет. Спускайся вниз, встретишь её. Медленно поднимаетесь, болтаете. Никакой критической информации!

— Хорошо, понял, - ответил я в отключившуюся трубку.

Едва оказался на стоянке, подъехал знакомый лакированный БМВ, из которого выпорхнула... Нет, заметив меня Марина широко распахнула дверцу, демонстрируя сбившийся вырез юбки и полностью оголённое бедро. Чёрт, не подумал, как это будет выглядеть в машине! Потом отвела в сторону ножку, показывая не только треугольник трусиков, глубоко подчеркнувших соблазнительную щель, но и нижнюю часть животика… или верхнюю часть лобка.

— Перед другими я так не вылезаю, - она рассмеялась, легко угадав мои мысли.

— Надеюсь на это, - протянул ей руку.

— Только если ты мне разрешишь, - или если станешь ЕГО рабыней. – Что там у Анжелы такого срочного?

— Позвонила мне, сказала встретить тебя, идти к ней, - чистая правда!

— Ох! Я уже привыкла к такому наряду на работе, и возвращаться сюда в таком виде… - жена смущённо подтянула юбку.

— Ты уже приходила, - напомнил я. – Выволочку Любаше устраивала.

— Да, точно! Тогда я была слишком увлечена ею. Как она после кафе? – мы не спеша прогуливались ко входу здания.

Какая-то скованность в движениях и голосе, но возможно я стал слишком подозрительным.

— Признался ей, как мне понравилось, что своей невинностью превращает забавы в извращённые развлечения, - про унижение решил не упоминать. – Не стал говорить, как мне понравилась твоя искушённость, и как легко ты с ней… развлекаешься. Кстати, у тебя на работе ничего интересного? Ты так внезапно сорвалась утром.

— А-а-а, как и говорила. Ездили, смотрели участки. Что-то обсуждали. Я там папки подтаскивала и заметки для презентации делала. Хотя, был забавный момент. Кто-то из мужиков пялится на меня начал, слишком уж нагло. Шура влепил ему пощечину, смотрит на остальных и говорит - "Если хоть кто-то так посмотрит на мою женщину…" – Марина пыталась изобразить суровый бас, но меня это не позабавило. - Он даже договаривать не стал. Думаю, я после этих слов и голой смогла бы среди них ходить.

Будешь. Не только ходить, но и обслуживать. На кого ОН пальцем покажет. Даже меня пригласит посмотреть. И разрешит попользоваться.

— Так и сказал? Мою женщину? – переспросил, глубоко вдыхая.

— Ну да! Я же с ним была, и я женщина. Просто оборот речи. Глупо прозвучало бы – мою ассистентку. – в её голосе появилось раздражение. – Игорь! Я готова ещё миллион раз повторить! Я – твоя женщина! Я принадлежу тебе и буду принадлежать… Даже если ты захочешь от меня отказаться!

— Стоп! С чего мне от тебя отказываться?

— Не знаю! Просто так сказала! В том смысле, что никогда не откажусь… - она заметно напряглась. – Игорь, почему ты перестал меня понимать? Почему придираешься к каждому слову?

Мы вошли в фойе, и я отвёл её к стене.

— Потому что мы вместе решили, что всё обсуждаем и задаём вопросы. Мы постоянно так и делаем. Почему тебя это начало раздражать? – ответ слишком очевиден, и я его знал. У жены появляется ощущение, что лезу в её отношения. Она начала осознавать, что у неё появляются отношения, в которых нет места постороннему. Мужу…

— Тогда… Тогда почему ты не сказал мне про Свинку? – она так её и назвала?

— Не сказал? Мы же говорили вечером!

— Ты не сказал, что он подарил её тебе! Подарил! Живого человека! – быстро огляделся, убедившись, что никто не обратил внимание на её вскрик.

— Марина! Он сказала мне, что хочет тебя… на её место! Именно в таком качестве! Извини, но судьба любимой женщина разволновала меня сильнее, чем целое стало свинок! – едва сдерживался, чтобы самому не перейти на крик. – Именно об этом мы и говорили, пока я не вырубился от усталости. Наш утренний разговор ты тоже помнишь. Есть ещё претензии?

Жена тяжело сопела, покусывая нижнюю губу, но сейчас это не выглядело сексуально.

— Она… Она действительно… принадлежит тебе?

— Она так сказала. Что поклялась принадлежать любому, на кого он укажет пальцем. Лучше сама с ней поговори. Меня эти рабские заморочки с Эльвирой утомили. Только с ней вроде определился – начинай сначала! Кстати, сама говорила – она скоро вернётся рожать к мужу. Кстати, у неё муж есть.

— Не вернётся, если ты ей не прикажешь, - посмотрел удивлённо и Марина пояснила. – Шура сказал, что неплохо заплатил ему, подогнал любовницу. Тот по сути, уже продал свою жену.

Если она была такой как рассказывала, и как на фото – даже осуждать его не смогу.

— Хорошо. Твои действия? Я должен был отказать ему? – хотелось спросить, в чём она ему отказывала, но решил пока не обострять разговор.

— Ты не… не подаришь меня… взамен? – едва слышно спросила жена, всхлипывая.

— Блять! Марина!!! Ты ёбнулась!!! – прошипел я, подцепив пальцами её подбородок, и вынуждая смотреть в глаза. – Ещё раз вякнешь про такое… Нет! Хотя бы подумаешь… Нет, я не буду пороть! Я тебе всю морду разобью, чтобы ходила кривая и страшная, и никому кроме меня не нужная!

Слова сами вырвались, сразу о них пожалел и напрягся в ожидании истерики и оскорблений… Её губы растягивались в улыбке…

— Милый, ты правда так сделаешь? Готов изуродовать меня, чтобы… осталась твоей? – голос звучал с невыразимой нежностью. – И будешь любить меня… такой?

Бля-а-а-а-а-а-а!!! С чего я решил, что начал понимать женщин?

— Повтори свой вопрос, и убедишься, - постарался поддержать уровень злости в голосе.

— Нет… Я не буду повторять… Я боюсь, - она кокетливо улыбнулась и коснулась губами моих губ. – Я боюсь своего мужа.

— Запомни это ощущение! – проворчал я, успокаиваясь. – Мы к Анжеле собирались.

Никакой критической информации – говорила она. Ха-ха! Думаю, её информация уже не будет настолько критической.