- Кода! Сдаюсь! – пошёл к стойке рассчитаться.

Мы вышли на улицу. Если пробежка от подъезда до машины не заставляет обратить внимание на погоду, то даже короткая прогулка… Как же на улице мерзко и холодно! Да ещё и звонит кто-то… О, сестра!

— С наступающим, дорогая, - отозвался я, покосившись на притихшую жену.

— Привет. Что-то случилось? Никогда не называл меня так, - её голос всегда был низким и сипловатым, и по телефону звучал, как у парня.

— Ничего не случилось. Только с женой вышли из кафе. Обсуждали, как быстро годы пролетают, - честно признался я. – Вот, думали к тебе в гости приехать, пока каникулы.

— Ко мне? Точно ничего не случилось? – теперь в её голосе слышалась обеспокоенность.

— Вообще-то, случилось. Я осознал своё бестактное поведение по отношению к единственно близкому мне человеку… Родственно близкому. Меня могут в столицу перевести и неизвестно, когда ещё сможем увидеться.

— А-а-а… - с облегчением выдохнула сестра. – Тогда… Хорошо. Приезжайте. Хотя… Давай, перед выездом перезвонишь – уточнишь. Я сама ещё точно не знаю. Если передумаешь – можешь и не звонить. Потом, как-нибудь…

— Только ты никому не говори, чтобы остальная родня не набежала. Ты же знаешь… У меня немного…

— Идиосинкразия, - вспомнила сестра. – Я потом в инете посмотрела, что это означает.

— Да, точно. Как там твои дела, если не секрет… на личном фронте?

— Сожалею, что меня не прельщают нищие алкаши и неудачники. Других в нашем городе не осталось… Незанятых…

— То есть, настроение у тебя праздничное?

— Такое же, как и в остальные праздники – да. Так что, если ты пытался в сарказм, то мимо.

— Почему меня окружают умные женщины? Только что жена уделала, теперь - ты!

— Ну-у-у… Я не очень плотно тебя окружаю. Если только редким пунктиром. Точками протяжённостью в годы.

— Целую. До встречи… До личной встречи! - этот намёк показался мне неприятным. Возможно, потому что так и было.

— Поцелуй лучше жену. Надеюсь, передумаете в глухомань нашу тащиться, - особого восторга, новость о нашем возможном посещении, в её голосе не вызвало.

— Какой-то у вас был странный разговор, - хмыкнула Юля, едва засунул телефон в карман. –  Если бы не знала, что это твоя сестра – решила бы, что твоя бывшая.

— Предложила приехать потом, когда-то… Мы с ней не особенно близки, но не настолько, чтобы меня отфутболивать.

— Может у неё случилось что?

— Насколько помню – у неё никогда ничего не случалось. Ни хорошего, ни плохого. И живёт в городке, в котором лет пятьсот ничего не случалось. Возможно, просто не хочет, чтобы кто-то вторгался в её тихое болотце. Просила позвонить перед приездом, а если передумаем, то и не звонить.

Мы зашли в квартиру, и я галантно помог ей снять шубку.

— Не знаю, чего она сидит в том городишке, - вздохнул я. – В последний раз, когда был… Прошёлся к школе, прогулялся по скверу… Даже под мост сходил, где мы с пацанами тусили. Ничего в душе не шевельнулось. Заброшенность, уныние и убожество. Останься я там – спился бы, в лучшем случае. Или посадили бы.

— За что?

— Там не важно за что. Не сидел – не мужик. Давай закроем эту тему… Хотя! – усевшись за стол в кухне, уставился в потолок. – У меня безумная идея!

— Трахнуть свою сестру? – спокойно спросила жена, разогревающая ужин.

— Что? Бля! Ты охренела! Нет! – закрыл руками лицо. – Не вздумай опять ржать над выражением моего лица! Подумал встретить новый год в кругу семьи! Если во вторник к Ритке на дачу, с ночёвкой. В среду до обеда выехать… К вечеру, к бою курантов вполне успеваем…

— Трахнуть твою сестру!

— Юлька! У тебя всё только к сексу теперь сводится?

— Всегда сводилось. Теперь не стесняюсь в этом признаться.

— Она уже тогда выглядела старше, чем ты сейчас. Не надо под меня всех окружающих женщин подсовывать, - я глубоко вздохнул. – Просто обычное новогоднее застолье в кругу семьи из одного человека. Сына можно и не ждать. Родителям, и в Штатах хорошо. Спасибо…

Жена расставила тарелки, и мы спокойно поужинали, обмениваясь незначительными фразами. В общем-то, я совсем не лукавил. Когда уехал из дома, Светка была ещё слишком мала, потом вышла замуж, а потом как-то быстро превратилась в унылую пожилую даму. Не успел узнать её мужа, но могу его понять. Хотя, сомневаюсь, что сексуальная привлекательность жены волновала его больше, чем привлекательность бутылки. Вообще, к инцестам там относились спокойно, и многие одноклассники лишались девственности с матерями, тётками или сёстрами. Сам я впервые познал радости секса с сестрой приятеля, которому выставил две бутылки пива за аренду. Нет, не комнаты, а самой сестры. Гораздо позже узнал, что это вполне тянуло на сутенёрство, и никогда в жизни не расскажу жене эту историю – засмеёт.

— У меня будет просьба… Или вопрос, - решил сменить тему разговора. – Иногда мои женщины…

— Твои шлюхи?

— М-м-м… Наши с тобой шлюхи, - поправился я. – Если помнишь – ты уже получила должность их Повелительницы. В общем, иногда они делятся со мной откровенными подробностями. Не хотелось бы что-то скрывать от тебя, но, если покажешь им свою осведомлённость… Может оказаться неловко.  

— Обещаю. Я постараюсь вообще не лезть в ваши разговоры. Меня, в принципе, устраивает роль твоей безропотной рабыни при остальных.

— Потому что в остальное время ты не способна оставаться безропотной! – рассмеялся я, шлёпнув её по заднице. – Пошли, будет вечер кино. Сказал Рите откровенно поговорить с дочерью, и вот что из этого получилось.

Запустил недавно просмотренную запись на телевизоре. Юля слушала молча, внимательно и даже вдумчиво. И слышать такие разговоры в присутствии жены оказалось гораздо более… волнительно.

— Девочка умнее, чем я думала, - она удивлённо покачала головой. – Есть продолжение?

— Да, его я ещё сам не видел.

Запустил второй ролик, где исповедь перешла к Рае… А телефон перешёл к Рите. Девушка тоже сидела с голой грудью, тяжело вздыхала и порывалась поднять руки.

— Не отвлекайся, - спокойно проговорила её мать. – Если он ещё не видел твои сиськи, то скоро увидит.

— Вот ещё! Я же не такая, как…

— Не такая доступная, как я? Не собираешься ноги перед каждым раздвигать? В твоём возрасте уже стыдно этим хвастаться. И раздвигать ноги – нормальное и естественное поведение в отношениях.

— Мам, извини. Ты же знаешь – я просто привыкла так относиться… Кстати, ты сама мне это говорила!

— Что я тебе говорила в четырнадцать лет – уже не подходит, когда тебе почти двадцать. Лично я и в четырнадцать не была настолько послушной.

— Ма-а-ам! Да, давай послушаем твои откровения. Когда у тебя в первый раз? – Рая даже забыла прикрывать грудь. Очень весомую грудь. Пожалуй, даже крупнее, чем у Ритки в её возрасте.

— Твоя очередь. К моим приключениям вернёмся потом. Так что там было?

— Ну-у-у… Он заставил меня переодеться…

— В обычную женскую одежду! За одно это я ему благодарна!

— Собираешься издеваться над каждой моей фразой?

— Извини.

— Да, мне неприятно, что мои ноги голые и все могут пялиться на них. Потом твой любовник сказал твоей секретарше рассказать о том, что происходит между ними.

— Что происходит? Молчу!

— Она ему отсасывает и тёть Юля об этом знает, - девушка внимательно смотрела мимо камеры, наверняка на свою мать. – Потом он сказал ей… сделать это при мне. И это оказалось… Мне понравилось смотреть… Настолько, что я сама едва удержалась и… Я начала мастурбировать прямо при них…

Она говорила всё тише, ещё ниже опуская голову.

— Я была поражена, когда ты рассказывала, что тебя… при жене… Но теперь могу понять… Почему-то это оказывается… Очень странные ощущения…

Рита продолжала молчать, словно вынуждая дочь рассказывать дальше.

— Если бы он заставил меня в тот момент… И я сейчас не знаю, благодарна ему или обиженна, что не заставил. Они смотрели, как я кончила, и это было… Не стыдно, а как-то по-другому…

Вообще-то, я ничего не видел.

— Поэтому и не заставил, - проговорила Рита. – Заниматься сексом – это правильно и естественно. Желание остаться старой девой – признак серьёзных психологических проблем.

— У меня нет такого желания!

— Прекрасно. И смотреть на сам процесс тебе… понравилось? И появилось желание принять участие?

— Да, но вы все так просто относитесь к этому!

— Потому что в этом нет ничего сложного! – женщина рассмеялась, и телефон затрясся в её руке. – Не думай, что если парень вставил в тебя член – это любовь до гроба, страдания и какие-то обязательства… сверх того, что вы сами захотите на себя взять. Я остаюсь женой своего мужа, но не занималась с ним сексом уже несколько лет и трахнулась с другим. Не будь Толик таким рохлей – вполне мог бы поёбывать кого-то на стороне. Я бы и не обиделась! Если я не даю ему необходимое… 

— Это я всё понимаю. Надо было сразу так говорить. Ах, он должен быть особенным! Ах, ваши сердца должны биться! - она наверняка цитировала слова матери, те что звучали в четырнадцать. - И тебя не волнует, если я… с твоим… вашим мужчиной…

— Мне бы хотелось, чтобы он был только со мной, но… Есть некоторая привлекательность… не только со мной… Сама уже заметила.

— То есть, ты мне врала всё это время про любовь? – не думал, что девушка полезет в психологические тонкости.

— Не врала, а говорила, как должно быть правильно. Если у тебя так не получается… Помнишь я рассказывала сказки про Колобка, Иванушку-дурачка, Чебурашку? Мне же не пришлось потом пояснять, что это сказки, а в реальной жизни всё сложнее? Когда рассказывала про великую любовь, и не давать до свадьбы – это тоже были сказки, только уже для подростков.

— Хорошо выкрутилась, - хмыкнула жена.

Рита развернула камеру к себе.

— Дорогой, сейчас мы с дочерью будем тебя делить…

— Мам! Ты совсем?

— Не собираюсь от тебя что-то скрывать, но, возможно, ты покажешь эту запись Юльке. Целую вас обоих, - на экране появились огромные покачивающиеся груди и ролик прекратился.

— Этих шлюх надо как следует воспитывать! – возмущённо фыркнула жена.

— Меня устраивает, - рассмеялся я. – Интересно, как они поделили твоего мужа?

— Плевать, как! Знаешь, каким ты становишься привлекательным, когда тебя хотят столько женщин! – она сунула руку мне под одеяло и начала поглаживать вялый член.

— Слабо разбираюсь в мужской привлекательности. Тебе снова хочется или решила пальцы согреть?

— Я опять мокрая… Но если устал – могу сама справиться…

— Кстати, интересная идея! Никогда не видел, как женщины мастурбируют, - Юля потянулась к тумбочке. – Нет, нет! Без посторонней помощи.

— Извращенец! – она откинула одеяло и широко развела колени. Тонкие пальцы проскользили по узким губкам, собирая с них влагу, потом начали массировать мясистые большие губы. Улёгся между её ног, рассматривая все подробности. Два пальца вошли во влагалище, погрузились глубже, потом поднялись к набухшему клитору, сминая его ногтями.

— Ох, бля! Тебе не больно? – поморщился я.

— Теперь, когда возбудилась… Когда ты так смотришь… Это так заводит… - сочные складки пропитывались влагой, широко раздвигались настойчивыми пальцами и уже оставались раскрытыми, обнажая розовую глубину.

— Извини, дорогая! – решительно навалился на жену, легко проникая в подготовленное отверстие. – Это выглядело более развратно, чем я рассчитывал!

— Надеялась на такой результат! – Юля со смехом обхватила руками, прижимая мою задницу ещё сильней. – Чувствую себя такой желанной…

— Ты, пиздец, какая желанная! – выдохнул я, двигаясь резко и глубоко. – Похотливая… Доступная… Шлюха!

— Да! Мой мужчина может выебать любую! Но ебёт меня! Мою пизду!

— Твой ротик и твою попку! Я всю тебя могу выебать! – принялся целовать жаркие мокрые губы. – Хочу тебя!

— Да-да-да! Да-а-а-а!!! – взвыла жена, дрожа всем телом. – Ме-е-еня-а-а-а! Я лучшая!!!

Под этот восторженный вой мы разлепились, раскатились, тяжело дыша. 

— Надо в спальне душ поставить… - пробормотала Юлька.

— Похуй. Пускай вытекает. Сегодня у нас был вечер грязного секса…

— Грязной ебли!

— Похуй… Бля, он так противно липнет…

— Облизать?

— Только если сама хочешь…

— Фу! Омерзительно!

— М-м-м… Ты уже так делала?

— Не напоминай. Только потому, что ты заставлял.

— Да-а-а… Мы, тираны – такие деспоты…

Возможно, мы обменивались ещё какими-то фразами, но я уже заснул.

Утро последнего рабочего дня в году. Можно не спешить… и не тревожить жену. Сделал себе кофе, разогрел бутерброды…

— Когда-то… Кто-то… - раздался слабый голос из спальни. – Приносил мне завтрак в постель…

— Надеялся покорить твоё сердце, - посмеиваясь, собрал поднос… Потом подумал… Пошёл в спальню, взял жену на руки и перенёс в кухню, пристроив её на кушетку.

— Рассказываю для наивных идеалистов, - жена приоткрыла глаза. – Вокруг моего трепетного, любящего сердца есть организм, у которого свои потребности. Так что… неси меня на горшок…

— Среди сотен романтических романов, что я прочитал… Нигде рыцарь не таскал свою даму на горшок, - подхватил Юльку, занося её в туалет.

— Бля! Я же шутила! – взвизгнула она, не сопротивляясь. – Ах, мой рыцарь! Теперь оставьте свою даму наедине с её скорбными думами…

— Охотно! Надеюсь, ты успешно удалишь скорбные думы из организма, окружающего любящее сердце.

Быстро поел, собрался.

— Дорогая. После обеда появлюсь!

— Ага! – раздалось лаконичное из-за двери.

Редкие неудачники поспешно добивали хвосты, оттаскивая результаты к Елене Вячеславовне, чтобы получить заветную галочку и отправиться домой. Ничего такого, что нельзя сделать в первые рабочие часы нового года. Скорее, небольшое офисное наказание. Только не для моей секретарши…

— Доброе утро, Виктор Александрович, - встретила она меня широкой улыбкой, сияющим взглядом и нарядом Снегурочки. – Передайте, пожалуйста, огромную благодарность вашей супруге. Дети были в восторге! У них там праздничная программа была…

— Зачем передавать? – нахмурился я. – Твоей Госпоже будет приятна личная благодарность. Разумеется, чтобы не могли подслушать… Подожду здесь.

Сделал приглашающий жест к двери своего кабинета. Елена понимающе кивнула и вошла в кабинет. Уселся в её кресло, просматривая документы. В принципе, ничего требующего моего присутствия. О, моя несостоявшаяся любовница – Полякова! Надо ей отомстить за длинный язык! Нет, не мстить… Кое-что пострашнее.

Она сидела одна в кабинете, тоскливо уставившись в монитор. Реакция на моё появление была такая же, как у Елены, только раза в три эффектнее. Улыбка шире, блеск глаз ярче. Женщина вскочила, поправляя причёску и заглядывая мне в глаза.

— Здравствуйте, добрый день, с наступающим! – затараторила она. – Может, вы чего-то хотите?

— Светлана, присаживайтесь, - спокойно произнёс я, и дождался пока она уселась на своё место. – Вы когда-то слышали о моих… офисных похождениях?

— Нет! Никогда! – угодливо воскликнула она, вновь поправляя причёску. – Ваша репутация безупречна!

— Совершенно верно. Понимаю, что за такое никто меня не осудит, но вы понимаете, как остальные отнесутся к появлению у меня… особенных сотрудников?

— Да! Конечно! Прекрасно понимаю!

— Именно поэтому, до того, как начинаю встречаться с женщиной, устраиваю ей небольшую проверку. Должен с сожалением сообщить, что вы её провалили. До меня, в тот же день начали доходить слухи…

— О-о-о! Простите меня! Простите! – Светлана молитвенно сложила руки, заглядывая в глаза. – Я сразу не подумала! Ваше внимание… было так приятно! Меня переполняли чувства! Ваша забота о моих детях…

— Должен признаться – в этом была моя ошибка, - спокойно продолжал я, словно не замечая её слов. – Обычно стараюсь выбирать более спокойных женщин, но ваша привлекательная внешность и ваша страстность… слишком меня заинтересовали. Теперь вижу, что вы неспособны контролировать свои чувства. Приношу свои извинения и могу гарантировать, что в дальнейшем…

— Что? Подождите пожалуйста! Не договаривайте до конца! Пожалуйста, извините меня! – она сползла со стула, встав передо мной на колени. Я ожидал эмоциональной реакции, но такого… - Теперь, когда я знаю! Я никому и никогда! Умоляю, не отворачивайтесь от меня! Я была так счастлива, когда вы обратили внимание и заинтересовались мною! Вы нашли меня привлекательной! Я так мечтала об этом! Такой волевой, сильный, мужественный… смотрел на моё тело!

М-м-м… Здравый смысл подсказывал мне развернуться и выйти из кабинета. Но… Этот заискивающий взгляд, эта молящая поза… Мне такое начинало нравиться!

— Светлана, вы комфортно ощущаете себя на коленях передо мной?

— А-а-а… Если вас это не устраивает… - она начала подниматься, и я не стал её удерживать.

— Это была вторая попытка, - сурово произнёс я. – И снова провальная. Вместо ответа на мой вопрос, вы начали высказывать собственные предположения.

— Я подумала… - Светлана испуганно замерла, не понимая, что следует делать.

— Вы напрасно это сделали. Мне нравятся женщины, которые думают на своём рабочем месте. Но если вы встаёте на колени, то передаёте мне право думать и принимать решения. Если такие отношения вас не устраивают… Я с радостью поддержу это. Возможность сблизиться с вами не кажется мне привлекательной и потенциально опасна для моей репутации. Всего хорошего и поздравления с наступающим праздником.

Развернулся к двери, понимая, что уйти она мне не даст.

— Пожалуйста! – женщина снова стояла на коленях, пытаясь расстегнуть блузку.

— Бля! Ты совсем дура! – изумился я.

— Подождите! Нет! Мне душно! И страшно… Я волнуюсь! Я ничего не буду делать без вашего приказа! Не оставляйте меня… одну…  - она всхлипнула.

— Хорошо. У тебя осталась последняя попытка. Успокойся. Дыши ровно, - закрыл дверь на защёлку, причём сделал это так, чтобы она заметила. Обернулся к Светлане. – Я не собираюсь тебя оставлять и всегда готов помочь. Как и любому другому сотруднику. Остаётся вопрос – позволить тебе отблагодарить меня за помощь? Или ты предпочтёшь остаться одним из сотрудников?

— Пожалуйста, позвольте вас отблагодарить, - прошептала она, не поднимая глаз.

— Это не мне решать, - сейчас я двигался по очень зыбкой почве, как и жена со своими питомцами. - Всё зависит от твоего умения владеть собой и своими эмоциями.

— Мои эмоции? Можно признаться… Понимаю, что это может вас… отпугнуть. Но, если будете считать меня истеричной дурочкой…

— Не начинай опять думать за меня! – резко прервал я. – Признаться можно.

— Понимаю, как глупо прозвучит… Извините! Я влюбилась в вас, когда впервые увидела, шесть лет назад. Вы ругались с клиентами… И в ваших глазах был заметен смех, словно… вам было забавно. Потом я поняла, что вы специально разозлили их, чтобы они наговорили лишнего. Два взрослых серьёзных мужика повелись на вашу уловку… - когда она у нас появилась? Что там был за скандал? Уже и не помню. Редко конфликтую с клиентами, лишь когда самому это выгодно… А-а-а! Да, вспомнил! Скандал вспомнил, а юную Светлану… Сколько ей тогда было? Лет двадцать? Стоп! Влюбилась? Какого хрена! Я не разрешал никому в себя влюбляться! – И когда вы сказали мне… Показать себя… Я… Я не поверила ушам! Неужели вы заинтересовались мною! Неужели это произошло!

Во влип! Не ожидал, что моя скромная персона способна вызвать настолько бурную реакцию! И не похоже, что она врёт.

— Это вовсе не звучит глупо, - старался говорить спокойно. – Напротив, объясняет определённую твою экзальтацию, которая меня встревожила. Надеюсь, ты понимаешь, что не смогу ответить взаимностью, но… Ты мне симпатична, ты меня заинтересовала…

— Вы не сбежали после моих слов. Этого мне уже достаточно, - Светлана счастливо улыбнулась, глядя на меня снизу вверх.

— Что же… Чем меньше ты просишь, тем больше можешь получить, - изрёк я великую мудрость, прорабатывая в уме дальнейшие действия. – Ты много лет скрывала свои чувства. Надеюсь, это означает что ты сможешь скрывать и наши возможные внеслужебные отношения?

— Ни словом, ни взглядом!

— Ты признаёшь, что моя жена всегда будет для меня на первом месте и за ней остаётся право вето на наши отношения. 

Женщина кивнула, потом её лицо вытянулось.

— Ваша жена… Она может запретить… То есть… она знает?!?!

— Разумеется, - спокойно кивнул я. – У нас нет секретов друг от друга, и я уважаю её мнение. Если ты сумеешь ей понравиться…

— Я не знаю… как понравиться женщине… - изумлённо пробормотала Светлана.

— Судя по тому, что ты сейчас одинока… Извини, это прозвучало грубо.

— Не стоит извинений, - она грустно усмехнулась. – Глупо обижаться на факт. Я пыталась завести отношения, но…

— Возможно, помогу тебе и в этом, - сбагрю ей Толяна, чтобы не мешал развлекаться со своей женой. То есть, он не мешает. Просто, хотелось бы избежать моральных терзаний и упрёков Раи.

— Пожалуйста, не надо! Быть рядом с вами, хоть иногда… Это уже счастье!

Раздался звонок… Мы оба потянулись к телефонам, и я рассмеялся. Какие бы откровения не звучали, и какие бы чувства не терзали наши сердца… Незнакомый номер. Странно!

— Добрый день. Внимательно вас слушаю, - вежливо начал я.

— Здравствуйте. Вы не могли бы спуститься к парковке? – голос женский и слишком молодой для клиента.

— Разумеется, мог бы. Если объясните, с какой целью. Надеюсь, вы не столкнулись с моим авто на почти пустой площадке. 

— Нет… Это скорее… по личному вопросу, - вот теперь в голосе слышались неуверенность, смущение и… робость.

Странный набор эмоций.

— Минут через пять-семь подойду, - отключился и сунул телефон в карман.

— Вам надо идти? – женщина всё ещё продолжала стоять на коленях.

— Вопрос, на который ты так и не ответила – тебе там удобно?

— У ваших ног? Я мечтала об этом!

— Маленький новогодний подарок для тебя лично, - подхватил её за руки, поцеловал в сухие губы, которые распахнулись, но сдержали порыв.

— Умница. Быстро учишься, - опустил руки на затянутые в плотную ткань ягодицы. – Приятно, что в меня влюбилась такая красивая женщина. Жаль, что нет времени воспользоваться этой красотой, но теперь… когда я её заметил…

Сминал и сжимал сочную попку, и Светлана вновь рассмеялась.

— Никогда туда не пробовала, но, если вы захотите именно этого…

— Туда? – я не сразу сообразил. – А-а-а… Туда! Не сейчас. Потом.

Читать ей лекцию о том, что легко достаётся – дёшево ценится, уже не стал. Улыбнулся и вышел в коридор. Надо ещё к Елене заскочить! Не думал, что здесь так задержусь. Что ещё этот непонятный голос хочет? За долгие годы телефонного общения научился понимать тембр, интонацию, напряжение, если оно там было. Здесь же…

— Спасибо вам за совет, - Елена сдержанно улыбнулась, выкладывая передо мной несколько документов. – Юле было приятно. И она сказала, что ещё не против встретиться…

— Хорошо, - кивнул я, расписываясь. – Мне надо выйти минут на десять. Если задержусь – закрывайся сама.

По лицу женщины скользнуло разочарование.

— Нет, дождись, пока я не приду. Хочу поделиться с тобой некоторыми… соображениями. Воспользоваться твоими недавно открывшимися… возможностями.

— Как скажете, Виктор Александрович, - она вновь широко улыбалась.

Кстати, надо будет обсудить с ней свою потенциальную любовницу. Жене я в любом случае скажу, но Елена… это…

Стоянка выглядела пустой. Если не считать с десяток автомобилей… и холодный пронизывающий ветер. Поёжился, проклиная неведомого призывателя, и шагнул назад, как вновь зазвонил телефон.

— Извините, там холодно. Мы в кафе напротив. Мы видим вас!

Мы? Надеюсь это не идиотский розыгрыш. Вообще-то, все мои друзья и коллеги знают, насколько я ненавижу сюрпризы и как эмоционально реагирую. В кафе тоже сидело всего несколько человек, и двух девушек, машущих мне, конечно же заметил. Сначала подошёл к стойке, заказал кофе и только потом подсел к ним. Не знаю, что они хотят, но показать своё спокойствие и моральное превосходство всегда полезно.

— Добрый день. Представьтесь пожалуйста, - разговор я тоже начал первым, и, похоже, переборщил с превосходством.

Девушки переглянулись почти испуганно. Лет шестнадцати-девятнадцати, светловолосые. Причём у одной роскошные волосы спадают на плечи, а короткое каре другой делало её похожей на мальчика… Нет, не на мальчика… На… А-а-а… Догадываюсь, кто это такие, но зачем я им понадобился?

— Оксана и Алиса, - сам догадался я, вспомнив подсунутую женой страницу из соцсети. Семейным положением секретарши я действительно не интересовался, но то, что успел заметить – запоминал надёжно. 

— Да, мама рассказывала про нас? – начала та, что с локонами.

— Не очень много, - соврал я. Вообще никогда не упоминала. – Чем вызван ваш интерес?

— Он вызван… вашим интересом… - неожиданно девушки сжались, начали вздыхать, обмениваться пугливыми взглядами. – То есть… интересом мамы… Потому что…

— Что вы с ней сделали? – неожиданно "каре" набралась отваги и спросила почти громко.

— Я? Сделал? – отпил горячий кофе, не дрогнув ни одним мускулом на своём волевом лице. – Насколько могу понять по интонации – у вас ко мне есть претензия. Постарайтесь изложить её грамотно.

Так, надо немного сбавить обороты. Передо мной две испуганных девушки, а не скандальный клиент. Хотя, нет. Эти могут оказаться похуже клиента. Даже, если они узнали обо всём, с точки зрения законодательства – ничего криминального, но с точки зрения моралистов… О-о-о… Нас могут растерзать на части!

— Ну-у-у… мы… Дело в том, что мы… - забормотали "локоны".

— Неважно, что мы, - перебила её "каре". – Почему вы делаете с нашей мамой всякие гадкие вещи, и почему ей это нравится? Используете какие-то наркотики или шантажируете её?

Несколько минут назад я выслушивал признания в любви от стареющей женщины, а сейчас обвинения в шантаже от юных отроковиц. Новогодний аттракцион! Только раз в сезоне! Долгие годы офисной жизни приучили работать мозгом и мимикой параллельно. Вот и сейчас я благодушно усмехнулся, судорожно перебирая в голове варианты. Ничто так не обескураживает собеседника, как личная информация о самом себе. Рассказать Елена такое не могла. Подсмотреть или подслушать? Она говорила, что отправляет детей к родителям. Хотя, если они увлечённо обсуждали происшедшее с мужем… Гадкие вещи… Девочки сделали свои выводы на основе… Телефон? Нет, Лена ничего не присылала… пока ещё.

— Это серьёзное обвинение, с которым можно идти в полицию, - кивнул я, приглашая их сказать чуть больше.

— И пойдём! – заявила "каре".

— Мы же не собирались! – испугались "локоны". – Мы вчера…

Ах, да! Аквапарк! Они могли увидеть задницу своей матери, но для окончательных выводов необходимо подслушать разговор родителей. Картинка начала складываться.

— Хорошо. Сейчас я позвоню Елене Вячеславовне. Она поможет правильно составить заявление.

— Нет! Не надо звонить маме! – теперь уже испугались обе девушки.

— Почему же? – основное я выяснил – делать информацию достоянием общественной гласности они не собирались. С ними самими и любыми их требованиями справлюсь легко, в этом даже не сомневался. – Вы узнали о личной, интимной жизни своих родителей. Уверен, что без их согласия. Потом решили напугать меня голословными обвинениями с целью…

Многозначительно замолчал, предлагая девушкам закончить предложение. Лично мне ничего не приходило в голову, кроме вымогательства, но это слишком тупо и меркантильно… Даже для современной молодёжи.

— Не было никакой цели, - хмуро буркнула "каре". – Мы хотели, чтобы вы оставили нашу маму в покое. Раз папа не может за неё постоять…

— Ваш отец, как и ваша мать, кстати… являются взрослыми, дееспособными людьми, которые сами решают, за что им стоять. Вам заказать ещё кофе?

— Нет! Да! – почти в один голос заявили девушки. Потом "каре" добавила. – Нам ничего от вас не надо!

— Не переживайте. Вы меня вызвали, так что счёт всё равно оплачивать вам, - поймал взгляд барменши и поднял три пальца. – Теперь хочу обратить ваше внимание – за время нашего недолгого общения вы получили от меня хоть какие-то дополнительные сведения?

Они переглянулись и закачали головами.

— Я узнал немало. Можем просидеть здесь ещё, и я узнаю о вас всё, что мне интересно и многое другое. Но вы можете сэкономить время, прекратить игру в шпионов и спокойно и последовательно рассказать, что вас на самом деле волнует. Кстати, желание защитить маму похвальное, но… позвольте мне усомниться… в истинной цели вашего визита.

Разумеется, не мог знать, что творилось в этих очаровательных головках. Это был ещё один пробный камень, и он сработал. Девушки вновь переглянулись и стыдливо потупились. Я сходил и принёс кофе, причём сделал это достаточно медленно, чтобы они успели что-то обсудить. Вот к Елене у меня возникли вопросы… Про то, могут ли узнать дети, я уточнял и доверился её ответу. Не зря доверился. Она ни разу меня не подводила, и не стала бы светить задницей в общественной раздевалке или обсуждать наши приключения в полный голос в квартире. Значит, в их комнате установлена не прослушка, а видеокамера, возможно, не одна. Какая сейчас молодёжь продвинутая… Буду исходить, что девушкам известно вообще всё об отношениях родителей, которые даже меня шокировали. Остаётся вопрос – чего же они хотят от меня? Узнать больше подробностей или… Их действительно интересует, почему мать пошла на такие отношения со мной? Спешно искал ответ и не уверен в его правильности. Для юных девушек, склонных к наивности и максимализму…

— Прошу, - расставил чашки. – Немного отвлечёмся. Если не секрет – кто из вас кто?

— Алиса, - заявила "каре".

— Оксана… Ксюша, - засмущались "локоны".

— Очень приятно, - кивнул я. – Учитывая откровенность нашего разговора, можете называть меня Виктором, без "дядь" и отчества. Никогда не имел дела с близнецами, но почему вы так отличаетесь? И причёской, и одеждой.

— Потому что задолбали к нам приставать! – буркнула Алиса. – Всем хочется трахнуть близняшек!

— О-о-о… Никогда о таком не думал, - усмехнулся я. – Тогда могу предположить, что вам такого не хочется?

— Мы разные! – почти крикнула Алиса. – Мы два разных человека, а не половинки одного! Мы не сиамские близнецы!

Так, похоже у них какие-то собственные проблемы. Это замечательно!

— Извините, - примиряюще поднял руки, показывая ладони. – Не думал, что коснусь больной темы.

— Вовсе она не больная! Мы позвали вас о другом поговорить, - молодец, не отвлекается от основной темы.

— Согласен. Вернёмся и начнём с самого начала. Вы давно следите за своими родителями?

— Мы за ними не следим! Нет, не следим! – пробормотали обе девушки, переглянувшись.

— Сомневаюсь, что можно получить достаточно информации, подглядывая в дверную щель или подслушивая. Предполагаю, что вы установили видеонаблюдение, - судя по их испуганным взглядам и опустившимся плечам, моя догадка оказалась верна. Вот только, что с этим делать, ещё не придумал, потому продолжил тягостное молчание. Просто шантажировать их и попробовать секс с близняшками? Слишком просто и слишком пошло. И у меня без них достаточно много развлечений в последнее время. 

Девушки о чём-то перешёптывались, едва шевеля губами. Сидя напротив них не мог разобрать ни слова! Полезное умение…

— Мы расскажем вам, если вы пообещаете не говорить маме, - пробормотала Оксана, не поднимая взгляда.

— Некорректное требование. Как бы вам понравилось, если родители подобным образом начнут следить за вами?

— Но мы никому… Мы не…

— Они бы тоже никому. Вам будет легче? – глянул на часы. На игры разума времени не остаётся, а уйти, прервав такой разговор, тоже не могу. Как раз потому, что меня ждёт мама этих воительниц нравственности. Впрочем, теперь мне есть что им предложить.

— Вкратце обрисую ситуацию. Вы рассчитывали, что, услышав ваши намёки, я испугаюсь, начну каяться, извиняться и просить прощения. В чём заключалась ошибка – мы с женой дружим с вашими родителями. Ваша мать нравится мне как человек и как женщина. Никогда я не сделаю и не позволю ещё кому-то нанести ей вред физический или моральный. Чем бы мы не занимались за закрытыми дверями – мы не делали ничего противозаконного. С точки зрения нравственности такое осуждается, но моралисты широко практикуют то, что осуждают сами. Потому любые ваши претензии в свой адрес, а также ваши возмущения поведением родителей я снимаю. Поживёте в браке лет двадцать, вырастите свои детей, и мы вернёмся к этому разговору. Согласны?

Тяжело вздохнув, девушки кивали головами.

— Ваше поведение как раз и нанесло вашим родителям моральный вред, причём тяжёлый. Не могу представить, как Елена отреагирует, когда узнает, что её дочерям всё известно, - казённый язык, дело хорошее, но надо добавить эмоций. - Немного уточню – по моим лично критериям вы поступили подло и предали доверие родителей. Вы хотите превратить свою маму – весёлую, озорную, раскованную женщину,  в закомплексованную истеричку?

— Нет! Что вы! Мы не думали… - девушки мотали головами и краснели. Ага, получилось до них достучаться.

— Конечно же, я не могу не сказать ей об этом, - выждал, когда девушки осознают, зальются румянцем и окончательно поникнут. – Но! Я могу подать эту информацию так, что нанесённый вами вред окажется минимальным. Постараюсь сохранить психику вашей матери и ваши нормальные отношения. Насколько это возможно. Либо… вы сами решаете своими проблемы, и, будьте уверены, я встану на её сторону. Если хотите получить мою помощь – придётся заплатить и дорого: расскажете мне всё честно. Можно без подробностей, но без вранья.

— Мы… Мы всё расскажем! – девушки вновь переглянулись и рассказывать начала Оксана. Странно, я думал это будет более решительная Алиса.

  Чтобы не захламлять сайт малоинтересными своими произведениями, когда глава набирает меньше 427 (по числу подписантов), продолжение уезжает на бусти.

https://boosty.to/kastropol/donate

Благодарность за помощь в редактировании текста - ШабашНик.