Экстремальное приключение на работе.

Часть 19.

Ночь в кабине.

Ранним утром, я ещё дремал в кабине, как открылась дверка, и я услышал голос Семёна.

— Ну как ты тут, не украл тебя ещё никто – бодро произнёс он.

— Всё нормально, никого рядом даже не было – ответил я.

— На держи, - и он подал мне пакет, в котором лежало какое-то старое покрывало.

— Это на всякий случай вдруг прикрыться придётся – пояснил он.

Семён завёл трактор чтобы погреть мотор. Потом спросил меня.

— Хочешь ещё раз испытать то что вчера было – произнёс он.

Я вижу, что у него игривое и весёлое настроение и решил ответить ему в такт.

— Если член сосать, то я готов хоть сейчас, проголодался. Это ко мне, а всё остальное сам решай. Если хочешь то делай.

— Ладно – ответил он и достав из-под сиденья верёвочки повернулся ко мне. Я даже спрашивать не стал и сел поближе. Семён перетянул мне член довольно туго предварительно возбудив его и вылез из кабины сказав при этом.

— Ложись, хочу ещё раз зажать тебе его.

— Но ведь могут увидеть – немного испугался я.

— Первый то раз никто не заметил - парировал Семён.

— Ладно, делай как знаешь – ответил я и стал обустраиваться возле дверцы.

Семён вылез и приоткрыв дверцу ухватил мой член и яйца одной рукой и стал тянуть наружу. Потом прикрыв дверку немного прижал ею мои гениталии, а после надавил посильнее, и я услышал, как щелкнул и закрылся замок.

— Порядок – сказал он и подёргав меня за член.

Когда он сел, и мы уже поехали, произнёс.

— Ты прав, не перетянутым его почти незаметно было, сейчас он у тебя сильно оттопыривается.

Рассуждать было уже поздно, трактор вывернул на улицу и подъехал к дому. Семён меня накрыл покрывалом и вылез.

— Я пожрать сейчас захвачу – сказал он.

Стояли мы минут пять, а может десять, и вот я услышал, как его жена, что-то ему наказывает. Семён ей пытается объяснить, что времени нет, но она продолжала настаивать, и шла за ним. Я слышал, как они приближаются к трактору. Хорошо, что он поставил его чуть дальше от ворот, и они, обойдя его, подошли к кабине с противоположной стороны. Вроде пронесло, подумал я. Семён залез в кабину, и мы поехали. Выехав за село, он остановил трактор и освободил мои причендалы которые, уже начали синеть, а если точнее неметь и чернеть. Проезжая мимо свалки, он вдруг останавливается и спрашивает меня.

— А ты не соврал что член крапивой жваришь?

— А зачем врать. Я рассказал, как меня жалили ею, и я сам иногда балуюсь от нечего делать – ответил я.

— И как часто – поинтересовался он.

— Ну в этом году больше десятка раз парил свои яйца и член крапивой. Если есть рукавички, можем повторить.

— Я за, главное, чтобы ты потом не дулся на меня.

— Нет, что ты, жаль сколько хочешь – ответил я и вслед за Семёном вылез из кабины.

Зайдя за кусты, чтобы случайная машина не заметила нас издалека, я остановился возле густого куста крапивы. Семён нарвал несколько веточек и стал слегка прикасаться то к члену, то к головке, то к яйцам.

— Ты чего осторожничаешь, у нас нет столько времени чтобы торчать тут час или два. Сам же говорил, что работы много.

Тогда Семён нарвал веник потучнее и уже как в бане ударил меня спереди по промежности. Потом ещё и ещё, а когда я сам развёл ноги шире то он стал хлестать не только спереди, но и снижу между ног. В общем исхлестав один веник, он посмотрел на меня и нарвал второй, потом третий и только на четвёртом он остановился, когда увидел весь мой член в волдырях и припухшим.

— Всё, думаю, что достаточно – произнёс он сбившимся голосом.

— А я думал, что это только начало – и улыбнулся в ответ.

— Давай в другой раз, когда работы будет не так много, а то столько заданий я на сегодня получил от бугра – сказал он и бросил растрепанный веник из крапивы.

— У нас ещё пять минут есть? – спросил я.

— Ты что-то задумал – спросил Семён.

— Дай рукавичку.

— На держи – протянул Семён.

Я взял рукавичку и отошёл чуть подальше. Там росла дикая крапива, которая была очень жалящая и жалила очень больно. Сломив с десяток веточек, я подошёл к валяющемуся ящику и приподняв свой член и яйца положил их на него.

— Ты чего задумал – немного настороженно спросил Семён.

— Иди сюда, а то мне неудобно – позвал я его.

Передав ему варежки и веник из дикой крапивы, я сказал.

— Хлещи прямо поперёк, только грудь не жаль.

— Ты чего, это самая болезненная крапива, потом долго будет болеть. – стал объяснять он.

— Жаль и поехали – стал я настаивать.

— Ну тогда держись - и Семён слегка хлестанул веником по члену лежачему на ящике и конечно же досталось и яйцам.

— Сильнее и не жалей их – подбадривал я его.

Он стал хлестать всё сильнее и сильнее, а я всем телом отклонялся назад, чтобы не досталось по животу и лицу. Это так завело Семёна, что я заметил, как в его штанах образовался огромный бугор. Его член просто вырывался наружу.

— Ну что поехали, а то вижу, ты уже готов - и показал на его торчащий член.

Семён улыбнулся и бросив веник мы пошли к трактору. Кругом не было ни единой души, и мы спокойно усевшись поехали дальше.

— Теперь ты понял, что я ничуть не жалею свои причендалы и если тебе чего-то хочется, то не стоит жалеть их. Они же без костей.

Семён улыбнулся, но ничего не сказал. Вскоре мы подъехали к ферме, и я спрятался, а Семён пошёл договариваться насчёт погрузки чернозёма. Ему нужно было развести три телеги по разным адресам для рабочих. Вскоре приехал трактор с ковшом, быстро загрузил, и мы поехали. Всю дорогу я сосал член у Семёна, чтобы он разрядился. После увиденного, он постоянно был в возбуждённом состоянии.

Первую телегу отвезли быстро и без проблем, а когда стали подъезжать снова под погрузку, Семён посмотрел на меня и спросил.

— А ты смог бы вытерпеть пока мы вторую увезем если я тебе член и яйца дверкой прижму?

— Если перетягивать не будешь, то легко – ответил я.

Я быстро лёг, а Семён, вытянув в проём приоткрытой дверцы мои яйца и член, захлопнул её даже не церемонясь как раньше делал. Резко и быстро. Мы подъехали и стали на погрузку. Нас быстро загрузили, и тут я услышал женский голос.

— Я с вами поеду, а то вы вывалите не туда – произнёс эту фразу приятный женский голос.

— Хорошо, только вот в ту дверку залезать нужно, эта у меня заклинила и не открывается, и не закрывается – пояснил он.

Семён поднялся первым, и закидал меня разными тряпками, тихо прошипев ТС.

— У меня тут запчасти на ремонт приготовлены, они грязные, так что осторожнее – объяснил он женщине.

— Я не буду к ним прикасаться – совсем рядом уже сидя на моём сиденье, произнесла неизвестная мне женщина, но по голосу она мне тогда показалась красивой и симпатичной.

Мы поехали, и я слушал как они болтали про все что было укладом сельского жителя, про урожай и погоду и ещё много чего. Ехали мы минут сорок, а когда подъехали к селу то женщина сказала.

— Проедешь по улице вон до того синего дома и повернёшь в проулок. Там возле огорода и свалишь. Позже я узнал, что мы по улице проехали метров триста. Хорошо, что огород, возле которого нужно было сваливать оказался на той же стороне что и зажатые мои яйца. Семён подъехал поближе и стал сваливать. Женщина стояла впереди и наблюдала. Если бы она присмотрелась, то наверняка увидела бы свисающий ниже кабины член и торчащие небольшим бугорком яйца из-под дверцы. Хотя я уже сомневался в этом ведь прошлый раз они были все в пыли и грязные. Потом она снова села с нами, и мы поехали обратно. Мы думали, что она останется дома, но она спешила на работу, и мне пришлось терпеть ещё сорок минут и там полчаса пока нас загрузили. Отъехав за пределы фермы, Семён поспешил освободить меня, предварительно потискав мой грязный весь в пыли член и яйца. Они были в порядке, хотя разглядеть синяки на них было невозможно.

Третий рейс был всех дальше, и я всю дорогу сосал его член.

Потом мы остановились и пообедали, хотя время было далеко за двенадцать. Спешить уже было некуда, и Семён спросил меня.

— Как ты себя после крапивы чувствуешь?

— Нормально, - коротко ответил я.

— Может повторим? – вопросительным взглядом произнёс он.

— Если тебе хочется, то давай, мне без разницы – ответил я согласием.

— В той стороне есть старые силосные ямы. Там крапивы полно – может, туда проедем.

— Я только за, искать по одной веточке, только время терять – ответил я.

Мы проехали с километр и свернули к заброшенным и разломанным ферма где было полно крапивы, а рядом были две силосные ямы. Местами ещё виднелись останки кирпичных стен, а всё кругом было в бурьяне и крапиве.

— Ну что, пошли – сказал Семён.

— Пошли – ответил я и мы отправились сквозь крапиву до ближайшей стены.

Я оперевшись на стену раздвинул шире ноги и стал ждать, когда Семён нарвёт веник крапивы. Вскоре он подошёл ко мне и держа в руке пышный веник сказал.

— Ну что, готов.

— Всегда готов - ответил я в шутку и сделал как пионер салют рукой.

Два веника Семён измочалил о мою промежность хлеща по члену и яйцам то спереди, то снизу, но всё равно не мог жалить там, где член, сам собой закрывал приличную часть.

— Ты мог бы член подержать вертикально, а то я там не достаю – попросил Семён.

— Ага, чтобы ты мне все руки отхлестал – возмутился я.

— Давай я лучше лягу, и мне не стоять как столб, да и тебе удобно будет – добавил я следом.

Семён согласился, и я тут же лёг, предварительно очистив небольшой участок от битого кирпича. Раскинув ноги как можно шире, я произнёс.

— Можешь парить.

Семён улыбнулся и покачав веником поправил член и расправил яйца как ему было надо и стал хлестать по ним. Конечно, и доставалось животу, но я привык и вскоре уже не реагировал на то что кроме всего ещё и пузо будет всё в волдырях. Семён крутил и поворачивал мой член как ему хотелось, а потом хлестал по нему вениками из крапивы выбирая поядрёнее, и с большим количеством шипов. Иногда я даже чувствовал, как колючки втыкались то в член, то в яйца, то в оголённую головку. Семён сам несколько раз открывал её отодвигая крайнюю плоть в сторону. Крапивы было полно и разных сортов, и размеров. И с толстыми стеблями и шипами по несколько мм, и небольшая, но большим количеством мелких шипов. Так же полно было и дикой крапивы(конопляная), у которой были самые крепкие шипы и стебли. Семён эту оставил напоследок.

— Я боюсь тебя жалить этой, живот весь опухнет и ноги. Может, к стене подойдёшь – предложил он.

Я встал и подойдя к стене, столкнул с неё пару обломков и положил свой член и яйца прижавшись бёдрами чтобы яйца не могли ускользнуть. Сам же отклонившись назад, сказал.

— Я готов.

Семён уже потряхивал новым веником из дикой крапивы. Наверное, специально выбирал стебли потолще, подумал я. Прицелившись он начал жалить поперёк мой член и яйца. Иногда было больно, словно он прутиком хлестал по ним или розгами. Колючки втыкались то там, то там и более ощутимы были, когда удар приходился о открытой головке. Исхлестав так один веник, он нарвал второй и продолжил истязать мой член и яйца, которые и так уже опухли и почти перестали, что-то ощущать и моё безразличие его ещё больше возбуждало и злило. Вскоре он устал и сказал, наверное, хватит. В знак того, чтобы доказать ему что мне всё равно я ещё парк кругов голышом сделал вокруг котлована и вернулся к трактору. Семён подвёз меня до ближайшего леса, а я ещё раз пососал его член, и мы расстались. Впереди была новая неделя, а мне ещё нужно было тащиться до дома почти восемь километров. Перед тем как уйти мы договорились созвониться, и я скрылся в лесных чащобах. Взревел мотор и трактор стал удаляться всё дальше и дальше, и вскоре совсем стихло всё. Солнце уже садилось, как на горизонте за лесом показалась знакомая мне моя деревня, и вскоре я был дома.

Неделя пролетела быстро так как у меня выпало два дежурства по две ночи и придя домой в пятницу утром я выспался, а рано утром в субботу отправился в село к Семёну.

В течении недели Семён звонил мне дважды и всё время пытался что-то рассказать, но я был занят и всегда прерывал разговор. В пятницу я сам ему позвонил и спросил.

— Где завтра встретимся?

— Приходи где были в последний раз – ответил он.

— Ты мне что-то рассказать хотел, я занят был. Сейчас свободен.

— Давай завтра, когда увидимся – сказал он и я согласился, поняв, что он не мог говорить.

Рано утром я снова отправился в знакомом мне уже направлении по лесной дороге, пока никого не было. На часах было ещё 4 часа утра.

Придя на место к силосным ямам, я стал ждать так как понимал, что рано он не приедет. Часа через полтора я услышал знакомый шум трактора. Вскоре показался и сам трактор. Подъехав, Семён вылез из кабины и подошёл ко мне, хотя я сам был уже почти у самого трактора. Мы присели, и я спросил его.

— Что ты хотел мне рассказать?

— Я должен буду уехать по работе. Кое-что нужно буксировать.

— И как это далеко – спросил я.

— Километров тридцать будет, и там неизвестно сколько будем.

— А ты один едешь? – поинтересовался я.

— Туда один, а обратно нет – ответил Семён.

— Да, проблема – вздохнул я и тут же сказал.

— А что, если я туда с тобой поеду, а там ты меня высадишь, и я обратно своим ходом.

Глаза у Семёна загорели, и он согласился.

— Только чур, я тебе яйца и член всю дорогу мучить буду – сказал он.

— Я согласен, но если ты мне дашь свой пососать – ответил я.

— Да соси сколько угодно – сказал он, и мы рассмеялись.

Знали бы кто, над чем мы смеёмся, сочли бы нас за полных идиотов. Я залез в кабину, и Семён тут же перетянул мне член, а потом и яйца намотав на них все шнурки, которые были. Кожа на мошонке вокруг яичек так растянулась что просматривались все тонкие жилки, и она готова была лопнуть в любой момент. Я сел перед ним на пол и стянув с него штаны стал играться с его членом и яйцами посасывая и слегка покусывая их.

— Смотри не откуси их – сказал мне Семён.

— Нет не боись – ответил я.

Семён приподнял ногу, и я совсем стянул с него штаны и отбросил в сторону, теперь он мог легко передвигать ноги и сам стал играть свободной ногой моим членом и яйцами наступая на них или придавив катая их по резиновому коврику. Мы так увлеклись что Семён не заметил на дороге небольшую канаву и трактор тряхнуло. Я щёлкнул зубами. Хорошо, что я член его как раз выпустил изо рта, а то покусал бы. А вот мне немного досталось. Его нога как раз стояла на моих яйцах и при попадании я канаву он машинально надавил ногой словно пытался нажать тормоз. Я почувствовал боль и ломоту, которая растекалась по яйцам. Было неприятно. Я такое испытывал только дважды, когда на велике в детстве катался и сел на раму ударившись об неё яйцами и на физре когда через коня перепрыгнуть не смог. Я и Семён практически одновременно посмотрели вниз на мой член и яйца. Я не знал, что сказать, а Семён просто растерялся. Когда я посмотрел на него то увидел испуганный взгляд, просящий о пощаде. На коврике между моих ног лежал мой член и яйца. Они были на месте и никуда не отвалились. Когда Семён надавил на них то мошонка не выдержала, так как была и без этого сильно растянута и лопнула что одно яйцо было видно, а второе выскочило и лежало рядом держась на канатике.

— Извини, это как-то случайно получилось – произнёс он удручённым голосом.

— Ладно, бывает надо как-то залепить всё чтобы зажило – попытался успокоить его я так как сам уже отошёл от шока и не переживал. Ведь Петрович выдавливал мои яйца не один раз, но тогда было все чисто и не было грязи, а тут весь ковр в в зеле был. Главное, что яйца были целы и не раздавлены, а кожа срастётся. Я рассказал Семёну тот случай с Петровичем, когда он, сдавив мои яйца просто выдавил их и потом это проделывал много раз. Возможно кожа была в тех местах не такая толстая и легко порвалась. Семён был в шоке.

Услышав мой оптимизм, Семён стал суетиться и что-то искать в ящике за сиденьем. Вытащив аптечку, он велел мне сесть на сиденье и развести шире ноги. Развязав все верёвки, он промыл яйца, и заправил их внутрь мошонки, а затем смочил капроновые нитки в спирте и простой иглой зашил мне разрыв, заклеив его пластырем. Я даже не почувствовал боли от иголки и он был в шоке и не знал, что сказать. Когда он закончил я выдал.

— Ты случайно не врачом работал раньше?

— Увы нет, не смог выучиться на врача, но желание было. Я пятнадцать лет отработал ветеринаром пока фермы не стали рассыпаться и скот весь не по сдавали – ответил он.

— Тогда понятно почему ты так быстро всё заляпал словно я из операционной только что вышел.

— Я много мелких операций животным делал и ещё не разучился – ответил он и ещё раз попросил прощения.

В этот день он больше не мучил мой член и яйца, а я всю дорогу пока мы ехали эти тридцать километров болтал с ним о том, что ему нравится и сосал его член когда он у него вставал.

За километр до места он меня высадил, и я отправился обратно пешком по незнакомым местам. Было очень интересно, и даже мурашки по телу пробегали от того что я впервые оказался голым от дома более или почти за сорок километров. Еды было немного, и я экономил, чтобы мне хватило на весь путь. В воскресенье к вечеру я уже был дома. Всю дорогу я думал о случившемся и перед глазами даже ночью во сне лежали мои яйца на грязном коврике, голые и беззащитные. Это возбуждало меня и член стоял колом что мне приходилось постоянно дрочить. Я кончил несколько раз, но возбуждение не отступало.

Вечером позвонил Семён и поинтересовался моим самочувствием.

— Всё нормально, только стояк замучил. Как вспомню яйца на коврике член сразу дыбом – объяснил я ему.

— Извини ещё раз, я действительно этого не хотел – ещё раз попросил прощения он.

— Ладно – принято и вообще я не в обиде. Хоть свои яйца ещё раз увидел без шкуры – ответил я.

В следующие выходные, какие у тебя планы – поинтересовался Семён.

— Вроде ничего нет – ответил я и добавил.

— Если что, то я всё постараюсь вечерами сделать чтобы выходные были свободными.

— Давай позже созвонимся – ответил он и положил трубку.

Продолжение следует...

marinakcnh@rambler.ru