Я получила работу горничной у женщины, которую зовут Галина Сергеевна. Она была успешной деловой женщиной, которая всегда была занята работой и почти не имела времени на домашние дела.

Коттедж, в котором она жила, был большим, и прибраться в нём никто не мог. Поэтому была нанята я. Однако я работала не одна.

Я привыкла к тому, что ее десятилетний сын помогает мне по дому. Он был послушным и вежливым мальчиком, всегда готовым помочь по хозяйству. Поначалу я не решалась принять его помощь, чувствуя, что выполнять эту работу — моя задача как горничной. Но его мать настояла, желая научить сына ценить тяжелый труд.

Я учила его пользоваться бытовыми приборами, как держать чистоту в доме.

Шли годы, мальчик становился сильнее и способнее, и в конце концов он взял на себя большую часть домашних дел. Он стал экспертом в использовании различных приборов, от робота-пылесоса до стиральной и посудомоечной машины.

Он даже начал готовить для нас завтрак, обед и ужин.

Мне оставалось все меньше и меньше дел, и я становилась все более ленивой. Я боялась, что меня уволят.

Но мать мальчика редко бывала дома и пропадала на работе. Несмотря на мою лень, сын Галины ни разу не выдал меня. Он хранил мою тайну, и я продолжала «работать» горничной у его матери.

Однажды, смотря телевизор, и не желая отрываться от любимого сериала, я приказала мальчику убрать дом. К моему удивлению, он без колебаний повиновался. Я не могла поверить, насколько легко было заставить его выполнять мои приказы, хотя и чувствовала, что у него есть к этому склонность.

С этого дня я стала еще более наглой, командовала им и делала как можно меньше работы. Шли годы, мальчик превратился в молодого человека, и я не могла не заметить, каким красивым он стал. Ему исполнилось восемнадцать лет. Он закончил школу.

У него было спортивное телосложение и красивое лицо с пронзительными голубыми глазами и с милой улыбкой. Я почувствовала, что он меня влечет.

Тут случился ещё один поворот судьбы. Хозяйка после десяти лет безбрачия снова вышла замуж. Она решила переехать к мужу и оставить дом сыну. Я осталась работать горничной у сына, потому что хозяйка не хотела видеть красивую женщину рядом с её новым мужем. С другой стороны она полностью доверяла мне её сына, считая что он для меня как младший брат. Я была на 13 лет его старше, прожила с ним в одном доме 8 лет, и он и правда был для меня как родной.

Прошло несколько недель с тех пор, как хозяйка уехала, оставив меня и 18-летнего сына в большом доме. Это было зря. Я обленилась до такой степени, что мне было стыдно

Однажды утром, лежа в постели, я позвала сына хозяйки. «Алёш, можешь принести мне завтрак?» — спросила я, чувствуя себя немного виноватой за свою лень. К моему удивлению, он с готовностью согласился. «Конечно, Мария Николаевна. Я сейчас».

Когда он поставил поднос мне на колени, я не могла не почувствовать, как меня пронзил трепет. Я знала, что это неправильно, но не могла отрицать, как колотилось мое сердце.

У меня появились грязные мысли.

На следующий день, я стала еще более наглой, и когда просила мальчика принести мне завтрак в постель, также попросила его помассировать мне ноги, пока я ем.

Смотря телевизор, я не могла не думать о том, как мальчик стал моим слугой. Эта мысль одновременно взволновала и отвратила меня. Я вырастила его, считала родным человеком, и все же здесь я воспользовалась его природным инстинктом служить красивой женщине.

— Мальчик, — крикнула я хриплым от желания голосом. «Иди сюда, помассируй мне плечи». Он без колебаний повиновался, его руки массировали мои напряженные мышцы. Я издала стон удовольствия, мой разум наполнился новыми грязными мыслями.

В течение следующих нескольких дней я становилась все более и более наглой. Я просыпалась все позже и позже, зная, что он всё равно придет и принесет мне завтрак и будет обслуживать меня своими рукам. Меня начали посещать ещё более грязные мысли.

Я попыталась оттолкнуть их, напоминая себе, что я его горничная, а он мой подопечный. Но чем больше он мне служил, тем труднее становилось сопротивляться. Однажды, лежа в постели, я снова позвала его. «Алёш, можешь еще раз прийти и помассировать мне ноги?» — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринужденно.

В тот момент я хотела зайти дальше, но сдержалась.

Со временем я стала уже заставлять молодого человека готовить мне завтрак, обед и ужин. Я приказывала ему массировать мне ноги во время еды, и ощущение его рук на моей коже опьяняло. И всё это время, кроме завтрака, я была в униформе горничной.

И вот однажды я слишком сильно напилась. Когда я закончила ужинать, я больше не могла сопротивляться.

Я схватила его за волосы во время массажа моих ног и потянула к своей киске, мой голос дрожал, когда я заставила его лизать меня.

Он колебался какое-то мгновение, но затем уступил моим требованиям, и я почувствовала, как меня захлестнула волна удовольствия.

«О боже, да», — простонала я, когда он исследовал мое тело языком. «Не останавливайся, никогда не останавливайся». Я притянула его ближе, мои бедра дернулись, когда я почувствовала, как он скользил языком внутри меня. Он двигался с не привычной легкостью, как будто точно знал, что мне нужно.

"Вам это нравится?" — Спросил он робким голосом.

«Да», — выдохнула я. «Не останавливайся». Он продолжал доставлять мне удовольствие, его язык двигался внутрь и наружу моей киски, он кружил по моему клитору. Вскоре я почувствовал прилив оргазма.

«Я кончила», — прошептала я, мой голос дрожал от удовольствия.

После этого массаж моих ног исчез. Алёша лизал мои ноги языком и обсасывал пальчики. Это был новый уровень в наших отношениях.

Прошли месяцы с тех пор, как я впервые соблазнила Алёшу на куни.

Я уже давно отказалась от всякого чувства стыда или смущения, поскольку открыла для себя нечто гораздо более волнующее: силу.

Сила поставить хозяина дома на колени, заставить его молить о моем прикосновении, заставить его жаждать моего тела.

Это была сила, о которой я никогда не подозревала в прошлом, и теперь, когда я попробовала ее, я не могла насытиться. Я продолжала носить униформу горничной: короткая юбка и тугой корсет подчеркивали мои формы и напоминали хозяину о его месте. Его место быть слугой собственной горничной.

Я наслаждалась тем, как он смотрел на меня, как его глаза следили за каждым моим движением, как у него сбивалось дыхание, когда я говорила. Теперь я контролировала ситуацию, и мне нравился каждый момент.

Однажды вечером, после долгого дня обслуживания Алёши и его гостей, я уставшая приказала ему встретиться со мной в бывшей комнате его матери, где теперь спала я. Я хотела напомнить ему о его новой роли, дать ему понять, что он не тот, кто отдает приказы.

Он вошел в комнату, опустив глаза, тело его было напряжено в предвкушении.

— Раздень меня, — приказала я низким и знойным голосом. Он повиновался, его пальцы дрожали, когда он расстегнул мою блузку, обнажая кружевной лифчик. Я чувствовала его дыхание на своей коже, горячее и тяжелое. Я потянулась за спину и расстегнула бюстгальтер, позволив ему упасть на землю.

Вздох Алёши был всем необходимым подтверждением того, что он по-прежнему под моим командованием. Я приказала ему лизать мою задницу, и он без колебаний повиновался. Я чувствовала его язык на своей коже.

Я протянула руку и начала трогать себя, обхватывая пальцами клитор, пока мастер продолжал лизать и сосать. «Трахни меня своим языком в киску», — приказала я, и он повиновался. Я чувствовала, что приближаюсь все ближе и ближе к оргазму, мое дыхание стало прерывистым. «Я хочу, кончить тебе в рот», — сказала я хриплым от желания голосом. Алёша кивнул, и прижался своим ртом в мой источник наслаждения. Все мои соки до последней капли были проглочены.

Я облизнулась.

Как же мне нравиться работать горничной.

Я заметила фотографию с десятилетним Алёшей на стене. Я улыбнулась. Он был таким милым. Я в то время и не подозревала, что этот милый мальчик, которого я буквально вырастила, мой будущий раб.

О, боже. Я вырастила себе раба. А-ха-ха-ха.