Глава двадцатая

Как только Анюта отложила в сторону телефон, в постель рядом с ней легла Елена Николаевна. Полностью обнажённые, новоявленные мать и дочь, и, одновременно, подруги, обнялись и нежно поцеловались – для начала только в губки, не в засос.

И тут на Елену Николаевну вдруг нахлынуло внезапное смущение, и даже чувство стыда – прежде всего, перед сыном, чью жену она у него сейчас как бы отбирала, и перед самой собой, потому что взрослые женщины ведь не имеют права заниматься любовью с собственными невестками.

И уж тем более – с собственными дочерьми!

Это ж, вообще-то, как называется?..

Инцест?..

Ужас-ужас-ужас!..

Елена Николаевна слегка отстранилась от Анюты, и посмотрела на неё смущённо.

Анюта прочитала состояние своей только что обретённой мамули и подруги по её глазам, и ободрительно улыбнулась.

— Это не измена. – сказала Анюта.

— Что?.. – прошептала Елена Николаевна, краснея.

— Я говорю, это не измена. – ясно повторила Анюта. – Вот когда муж с другой женщиной, или жена с другим мужчиной – это измена, да! А когда подруга с подругой, и, тем более, мама с дочкой – это не измена!

— А что это тогда?.. – пролепетала Елена Николаевна.

— Это – любовь! – радостно заявила Анюта.

— Любовь... - повторила Елена Николаевна, чувствуя, что их роли с Анютой вдруг изменились, потому что Анюта говорила и вела себя как взрослая и опытная женщина, а она, Елена Николаевна, смущалась, как невинная девушка.

Впрочем, Анюта, как женщина, была и в самом деле гораздо опытнее Елены Николаевны – потому что она жила полноценной жизнью со своим мужем уже целых полгода, а Елена Николаевна не была с мужчиной, и не имела секса вообще ни с кем уже больше двадцати лет!..

Ну да, когда-то она, исключительно для тренировки полового акта, отдалась своему преподавателю, Геннадию Лаврентьевичу, а потом целую неделю во время туристического похода отдавалась нескольким своим сверстникам для того, чтобы забеременеть.

И поставленные ею цели были достигнуты. Хотя абсолютно никакого удовольствия от тех половых актов она не получила.

А сейчас, с юной женой своей сына, уже начала получать!..

— И всё-таки я - самая обыкновенная эгоистка! – печально сказала Елена Николаевна. – И даже развратная женщина!..

Анюта в ответ улыбнулась без всякой печали и сказала уверенно:

— Нет, мамуля, ты не эгоистка! Если бы ты когда-то не родила Романа, у меня бы не было бы мужа! И как бы я тогда жила?..

— А, ну да!.. – согласилась Елена Николаевна, слегка приободряясь.

— Ну а раз ты его родила, ты сделала счастливой и его, и меня. – продолжала ещё более уверенно Анюта. – И поэтому имеешь полное право на счастье сама!

— Да-а?! – удивилась Елена Николаевна. – Какая интересная у тебя точка зрения!

— И при том совершенно правильная! – заявила Анюта. – И вообще, сейчас я хочу титю! Мечтаю о ней уже, можно сказать, всю жизнь. Особенно последние полгода!..

От этих её слов Елену Николаевну почему-то бросило в жар, и она не нашла, что сказать.

А Анюта больше не стала ничего говорить.

Всё также лёжа на левом боку, она сдвинулась немного вниз, и, уже не теряя времени, прильнула к правой груди своей мамули.

Ну, то есть, для начала Анюта только поцеловала её довольно крупный сосок – ведь когда-то Елена Николаевна была настоящей кормящей материю, причём несколько лет.

Потом Анюта нежно охватила этот сосок своими губами, втянула его в рот поглубже, потом ещё поглубже, и уже через несколько мгновений захватила грудь своей мамули ртом так глубоко, как только могла, и принялась сосать её с большим удовольствием!

Елене Николаевне стало очень, очень приятно! Она нежно провела рукой по спине своей новообретённой дочери, и та, не выпуская груди из своего рта, что-то мурлыкнула ей в ответ.

Повозившись немного, Анюта тоже покрепче обняла рукой свою мамочку, и продолжила сосать её грудь в одном и том же очень приятном ритме, то усиливая свои всасывающие движения, то слегка их ослабляя, но Елене Николаевне всё равно было очень приятно.

Она жалела только об одном – о том, что у неё в груди нет молока, и она не может покормить свою взрослую дочь по-настоящему.

Но Анюту это, кажется, нисколько не смущало. Она сосала правую грудь своей мамочки ещё четверть часа не меньше, нисколько от этого не устав, затем выпустила эту грудь, и молча дала понять Елене Николаевне, что им надо поменять положение.

Они сделали это, и Анюта с радостью прильнула к левой груди Елены Николаевны, начав так же, с нежных поцелуев, захватив затем мамину грудь ртом поглубже, и принявшись сосать в том же ритме, как только что правую грудь.

Елена Николаевна была счастлива, как никогда!

И, хотя вот прямо сейчас у неё в душе и теле не было предчувствия оргазма, но очень приятные ощущения наполняли её всю.

Однако, как тут же выяснилось, Анюта вовсе не собиралась ограничиваться сейчас одними только мамиными титями!

Выпустив, наконец, левую грудь Елены Николаевны, Анюта предложила:

— А теперь, мамочка, повернись на спинку! Я хочу поцеловать тебя всю!

Елена Николаевна послушно исполнила, что ей сказали.

И тогда Анюта расположилась сверху, и, опираясь на руки, стала ласкать тело своей мамочки и старшей подруги своими губами, и своими собственными юными титями.

Сначала она, слегка опускаясь и поднимаясь, стала касаться сосками своих грудей сосков Елены Николаевны.

Это было необыкновенно приятно!

Вот тут Елена Николаевна почувствовала, что в её теле начинается разгораться предчувствие оргазма!

Затем Анюта, всё так же опираясь на руки, сдвинулась вниз, и стала ласкать и гладить своими грудями живот и низ живота Елены Николаевны, а потом сдвинулась ещё ниже, в то время как Елена Николаевна непроизвольно раздвинула ноги, сгибая их в коленях...

И вот тогда Анюта сделала то, о чём Елена Николаевна тоже давно мечтала, но вслух никогда бы не попросила!..

Анюта прильнула к нижним губам своей мамули, и принялась целовать и ласкать её своими губами и языком, с удовольствием вылизывая её тёплую влагу.

Прошло всего лишь несколько минут, и на Елену Николаевну накатило по-настоящему!

В течение нескольких жгучих мгновений, жаркий и невыразимо сладкий оргазм распространился от её нижних губ и мокрого влагалища по всему телу, и Елена Николаевна даже выгнулась всем телом, слышал чей-то то ли крик, то ли стон, то ли долгий вздох:

— А-а-а-а-а-ах!

Впрочем, она тут же поняла, что это стонет и вздыхает она сама, но не испытала из-за этого уже никакого стыда.

К тому же этот её стон-вздох-крик тут же подхватила Анюта, которая от своих собственных ласк испытала такой же яркий оргазм!..

И после этого обе женщины вновь обнялись, крепко прижимаясь друг к другу, и стали целоваться.

Но уже не одними губами, а очень страстно, даже сладострастно, взасос.

Так, сливаясь в объятьях и поцелуях, они и уснули...

Продолжение следует.