Глава двадцать первая

На следующий день Елена Николаевна проснулась очень рано, от свободы и непонятной прохлады, и с очень приятными ощущениями в душе и теле. Ещё не совсем отойдя от сонной расслабленности, она сладко потянулась, и тут же наткнулась на тёплое плечо Анюты.

Елена Николаевна осторожно повернула голову, одновременно приподнимаясь на руках, и оглядела свою сноху, а также новообретённую дочь и младшую подругу.

Оказывается, большое покрывало с них обеих сползло на пол, видимо, недавно, и Анюта предстала перед взором Елены Николаевны во всей своей первозданной юной прелести.

В комнате было тепло, так что, несмотря на упавшее покрывало, Анюта крепко спала, и в своём безмятежном сне была особенно прекрасна.

«Она абсолютно великолепна! Изумительно совершенна!» - с восхищением подумала Елена Николаевна, любуясь закрытыми глазками Анюты, её персиковыми щёчками, слегка порозовевшими от сна, и всем остальным её достоянием – точёными линиями шеи и плеч, полушариями замечательных молодых грудей с ещё маленькими сосочками, плоским животиком с милым пупиком, манящими изумительными бёдрами, складками между ними, и нежной писечкой, которую Елене Николаевне страсть как захотелось поцеловать.

Но, боясь нарушить сон Анюты, и, кстати, помня о её месячных, Елена Николаевна не решилась поцеловать Анюту ни в писечку, ни в животик, ни даже в сосочки её грудей, и только продолжила ею любоваться, стараясь даже дышать как можно тише.

Одновременно отчётливо вспомнив всё, что между ними были вчерашним днём, Елена Николаевна не почувствовала уже никакого стыда, и соответственно, никакого раскаяния.

А в чём ей было каяться?

Они обе вчера ни в чём не согрешили, никому не изменили, никого не предали!.. Более того, Елена Николаевна даже немного повоспитывала Анюту, по-матерински, и это тоже было абсолютно правильно!

Ясно представив себе, как она вчера шлёпала Анюту по голой попе, Елена Николаевна даже слегка возбудилась, осознавая, что это материнское наказание – а, точнее, игра в наказание - очень понравилось им обеим.

«Как только представится такая возможность, я снова её отшлёпаю!» - решила Елена Николаевна. – «А если такая возможность не представится, я её придумаю!..»

Елена Николаевна радостно улыбнулась, и, всё так же стараясь дышать как можно тише, понялась с кровати и встала на ноги, вновь сладко потянувшись.

Вот только тут она почувствовала в себе какую-то глубокую физическую перемену. Елена Николаевна вслушалась в себя, и сразу же поняла, что это за перемена.

Вне себя от удивления и новой радости, Елена Николаевна на цыпочках помчалась в ванную комнату, а вовсе не в туалет, куда ей уже очень хотелось.

В ванной комнате Елена Николаевна включила самый яркий свет и встала прямо перед большим зеркалом. Затем, слегка приподняв свои груди руками, она всмотрелась в них как можно пристальнее.

Кажется, её груди стали пышнее?..

Всего за одну ночь?..

И, в то же время, они сделались более упругими?..

Как у совсем молодой женщины? У девушки даже?..

А это вот что?!

Что это появилось на кончиках её сосков?!!..

А это на кончиках пышных грудей Елены Николаевны появились капельки молока!..

— Это что же получается? – спросила себя Елена Николаевна громким шёпотом. - Получается, вчера я не только обзавелась дочерью и подругой?! Я её себе, можно сказать, родила!..

Елена Николаевна радостно улыбнулась, и на миг ей даже показалось, что отражение ей подмигнуло.

Нисколько этим не обеспокоившись, Елена Николаевна отправилась в туалет.

Вернувшись в свою комнату, она, уже не боясь шуметь, устроилась рядом с раскинувшейся голенькой Анютой, но не рядом с ней, а сверху, опираясь на руки, потому что Елена Николаевна решила пошалить!..

Пододвинувшись над лицом своей дочурки так, чтобы её левая грудь оказалась над носиком Анюты, Елена Николаевна, перенеся тяжесть своего тела на правую руку, левой слегка сжала левую грудь, так, что несколько капель её молока упали Анюте прямо на кончик носа!..

Анюта смешно сморщилась, но глаза не открыла.

Елена Николаевна хихикнула!

И, оперевшись на левую руку, чуть подвинулась, устроив свою правую грудь как раз над полуоткрытым во сне ротиком Анюты.

Охватив грудь правой рукой, Елена Николаевна прицелилась соском как можно точнее – и тут же каплями своего молока попала точно в свежий прекрасный ротик спящей Анюты!..

Та шевельнулась, слизала эти капли, облизала языком губы, и, открыв глаза, недоумённо уставилась в лицо Елены Николаевны.

— Как приятно!.. – прошептала Анюта. – И как вкусно! Что это?!

— Ну, как что?.. – улыбнулась Елена Николаевна. – Это мамино молоко!

— Да-а?! – изумилась Анюта.

— Ещё как да! И это означает, что ты у меня только что родилась!.. – заявила Елена Николаевна. – Ты теперь полностью моя родная дочь!

— Да-а?! – повторила Анюта радостно. – А, это... Можно мне тогда титю?..

— Конечно, можно, моя сладкая! – сказала Елена Николаевна, ложась на бок.

Анюта тоже повернулась на бок, и поспешно, даже с жадностью, прильнула к правой груди только что, значит, родившей её мамочки!..

Принявшись сосать её грудь, Анюта сразу же напомнила Елене Николаевне те ещё относительно недавние ощущения, когда она кормила грудью маленького Романа.

Вот только Анюта не была младенцем.

Она была молодой женщиной, младшей подругой и самой любимой дочерью Елены Николаевны.

На Елену Николаевну одновременно нахлынули сразу несколько ощущений – материнские, женские и сексуальные. Анюта, в свою очередь, чувствовала себя сейчас и в самом деле родной дочерью, подругой и маленькой девочкой, которой так приятно лежать голенькой рядом с голенькой мамочкой, и сосать её титю.

Анюта сосала грудь Елены Николаевны сильно и страстно, наслаждаясь её молоком, и его необыкновенно приятным вкусом. В то же время своей правой рукой Анюта принялась гладить и массировать свободную грудь своей мамочки, принося ей и себе дополнительное наслаждение.

И с каждым новым движением своих губ и рта, с каждым новым движением своей руки Анюта насасывала и наглаживала себе и мамочке новый необыкновенный оргазм.

На этот раз он наступал постепенно и довольно медленно, но зато очень глубоко и сладко, начав распространяться от губ и языка Анюты прямо в сосок и в грудь Елены Николаевны, и вскоре уже захватил тела и объединённую душу обеих женщин, унося их на волне самого проникновенного наслаждения куда-то вообще в невероятные дали, в которых удаётся побывать далеко не каждому человеку!..

— А-а-а-а-х! – сладостно, протяжно и громко простонала Елена Николаевна, в то время как Анюте тоже хотелось сладко застонать, но она ни в коем случае не хотела отпускать мамину грудь.

Поэтому Анюта продолжала её сосать, удерживая себя и мамочку в состоянии длительного незатухающего оргазма, и понимая, что теперь может им управлять!..

Точнее, они обе им управляли, потому что они ведь были не просто мама и дочь, не просто подруги, а самые настоящие сладкие сексуальные ведьмы, вот прямо сейчас открывающие в себе и для себя целые моря великолепных наслаждений!..

Продолжение следует.