Лерина юбка задралась почти до самых грудей, и его взору предстал всё тот же аппетитный лобок, облачённый в сиреневые трусишки. Вид необычных панталончиков, а особенно белёсое продолговатое пятнышко под её бермудским треугольником на полоске панталончиков, не на шутку возбудили мужчину. Он живо представил, как снимет это чудесное нижнее бельё, раздвинет ее стройные ножки и войдет в пещерку покорной свояченицы. От одной только мысли член Игорька сделал мощный рывок, распрямился и, преодолевая одновременно резинки трусов и спортивных штанов, вылез наружу, прижимаясь головкой в области пупа.

Ни разу в жизни не изменивши жене, Игорёк пребывал в какой – то нерешительности. Но понимая, что это его единственный шанс и другого просто может не быть, он решил не отступать. Из рассказов Мирона и Шурика, Игорь никогда не смог позабыть, как те в каптёрке дрючили во все дыры его пьяную родственницу, когда Лера с матерью приезжала к нему, в воинскую часть. И теперь ему представился такой случай, поиметь её славные дырочки.

Игорь сильно мандражировал, когда брался за резинку трусов, потом снова её опускал, потом снова брал и тянул настойчиво вниз. Его руки дрожали от страха, боясь, что женщина может очнуться в этот момент, и закатить семейный скандал. А когда показался голый, без единой растительности пышный лобок, с высокой и глубокой прощелиной, он просто испугался это делать при свете. Его нервные пальцы соскользнули с упругой резинки, и щелкнув, трусишки как бы сами вернулись на место.

Лерочка погрузилась, словно в летаргический сон. Ни перемещение её тела, ни попытка снятия одежды, не вернули ее в реальность. Она оставалась лежать в таком положении, как желал того Игорёк. Дрожащими медвежьими лапами, он с трудом расстегнул маленькие пуговички на блузке, и приподняв её тело в сидячее положение, снял с неё не только верх но и стянул плиссированную юбочку через голову. Её руки упали как плети, и мужчина, боясь разбудить свою жертву, аккуратно опустил её тело, с особой нежностью укладывая голову на подушку.

Бережно вешая её блузку и юбку на рядом стоящий стул, Игорь на ходу придумывал себе оправдательные аргументы, на случай если кто – то войдёт, или очнётся пьяная женщина. "Нет, я поступаю правильно, не спать же ей в одежде" – размышлял зятёк. Он взял лёгкий плед, и решил накрыть им лежащее тело. Его взору предстала полуголая стройная женщина, облаченная только лишь в трусики. Всё еще желая их снять, Игорь взглянул на её осиную талию, впавший в жировую прослойку пупочек, и затем его взгляд застыл на обнажённой груди. Вздымающиеся вверх белоснежные холмики заканчивались острыми пиками с бледно – розовой вершинкой. Как из прозрачно – белого воска с голубыми прожилками, казалось, они насквозь святились при ярком освещении пяти рожковой люстры. Забыв про страх и смятение, Игорек, выпустив плед, схватил эти вожделенные супер – сисечки, и начал с жадностью их наминать, заводя себя еще больше.

Безмятежность свояченицы была эффективнее самого откровенного порно на видео. С приоткрытым ротиком, она лежала как покорная резиновая кукла, готовая бессловесно выполнить любую прихоть возбуждённого зятя. Но мысль, что жена в другом конце дома моет посуду, и может увидеть через открытые двери кухни и зала, заставляла его ещё сильней трепетать. Это ощущение немыслимо будоражило воображение Игорька, в предвкушение предстоящего секса с сестричкой жены. В стремлении, как можно быстрее оприходовать свою родственницу, он не забыл о необходимых предосторожностях. Вспомнив в последний момент, он оставил лежащую Лерочку, и закрывая плотнее зальную дверь, выключил свет. Теперь он ни так был взволнован, что кто – то может их увидеть или услышать, но и сам стал настороженнее прислушиваться к каждому шороху за дверью.

Вернувшись к дивану, он едва мог разглядеть в темноте, вид полуобнаженной свояченицы, бесстыдно раскинувшей ноги. Ему страшно хотелось тут же наброситься на Лерочку, и как можно скорее вдуть ей, не снимая трусов. Он ещё шире раздвинул послушные ноги, и окончательно потеряв терпение, решил просто сместить натянутую лямку плотных панталончиков. Требовалось небольшое терпение, некая оттяжка, но Игорёк второпях и наскоком запрыгнул на Лерочку, и сделал ту же ошибку, что и её друг сегодняшним днём. Совсем не эластичная ткань на полоске трусов плотно облегала её пирожок, и ни как не смещалась через обе припухшие губки. Попытка сдвинуть вниз тугую резинку, тоже не обвенчалась успехом. И потерпев очередное фиаско, Игорь слез с распростертого тела.

– Вот сучка и надо же ей одеть такие трусы, как она их только на себя натянула. Как буд – то попой почуяла, что я её захочу. Точно, настоящие трусы целомудрия. Шёпотом рассуждал Игорёк.

Попытавшись ещё раз потянуть за тугую резинку, оказались опять неудачными. Её тело поползло по дивану, а трусики даже не затрещали, оставаясь на месте.

Эти финские панталончики просто сводили зятя с ума. В них было спрятано столько тайн, столько сексуальности, что он просто оказался в полном ступоре от этого атрибута нижнего белья. Оставив безуспешную затею, он начал просто наглаживать их по резинке, по натянутой ткани лобка, по кружевным вставкам переднего треугольника, буд – то уговаривая их открыть запретные врата. Затем ладонь зятя полезла в эти неподатливые трусы, и скрылась под тканью.

Нежность и тепло лобка, влажная прорезь и близость желанного места, в комплексе заставили Игоря замандражировать с новой силой. Никогда прежде он не чувствовал такого сильнейшего возбуждения, даже в свою первую брачную ночь. Его супруга была обычной деревенской девчонкой, ни чем не привлекающей фигурой, но со смазливой мордашкой. Слишком наивная, и улыбалась по всякому поводу и без него. А вот Лера была её противоположностью. Как буд – то аристократических кровей, она даже по дому ходила как по подиуму. Её фигуре могла позавидовать любая фотомодель. А какие красивые черты лица, какая грация, один взгляд чего только стоит. До сегодняшнего дня он не только боялся в её глаза посмотреть, но и даже взглянуть на неё не осмеливался, а о сексе и думать не приходилось, хотя нет, в душе он всегда мечтал попробовать с ней.

Его глаза стали привыкать в темноте, и он продолжил изучать её стройное тело. Раскинутые ножки и открытая грудь безумно нравились Игорьку, просто безумно. Но безумно приятнее было водить ладошкой по женскому лобку, осторожно раздвигать её сочные губки касаться нежного клитора, и теребить его пальчиком. А когда этот пальчик, скользя по глубокой и влажной щели как по желобу, с головой окунулся в горячую лунку, Игорь просто съехал с катушек. Не думая о последствиях как он завтра будет смотреть в глаза своей родственнице, он оттянул резинки своих трусов и трико и завернул их под мошонку. Выпустив своего жеребца на волю, он ещё больше ощутил, как тот разрывается изнутри.

Лера лежала, склонив голову набок. Её откровенно приоткрытый ротик, накрашенный яркой помадой, манил к себе не меньше чем писька. Не вытаскивая руки из её панталончиков, он придвинулся ближе к лицу, и членом упёрся ей в алые губы. Конечно, она не могла сделать то, чего так желал бедный родственник. У спящей, несопротивляющейся женщины оказались скованные челюсти и вдобавок острые зубки. Это огорчало парня, с каждым движением надавить большущей головкой в приоткрытый рот. Желанного минета так и не получилось. Просто не было смысла толкать член в полураскрытый ротик, упираясь в острые края слегка разомкнутых зубов.

Игорь расстроился вдвойне, ему так хотелось кончить ей в рот, что он не услышал, как перестала греметь посудой супруга на кухне. Некоторое время он попытался хоть как – нибудь, хоть за щёчку протолкнуть свой шишак, но окончательно поняв тщетность занятия, решил зайти с тыла и расколоть её крепкий орешек. Он перевернул податливое тело на живот, и с трудом протащил тугую резинку через объёмные ягодички.

– Блин вот это жопа, жопочка, жопулька, не удержавшись, произнёс вслух Игорёк.