Роман нажал первую кнопку, и внутри супруги всё запульсировало. Необъяснимо приятная дрожь расходилась от стенок вагины к матке и далее по всем внутренним органам. Тело начало расслабляться и Лера уже постанывала от удовольствия. Её влагалище стало более рыхлым и эластичным и подстроилось под размер этого гиганта. От мелких вибраций, он как зубило отбойного молотка стал постепенно углубляться в промежность. Новые ощущения заводили со страшной силой её зажженное нутро, и она от приятного свербежа, завертела своей попкой по мягкой подушке. Её руки произвольно поползли к собственным грудям и начали их нежно ласкать, теребя за соски.

Она просила и даже умоляла своего мужа поцеловать и поласкать её тело, но Роман пока стоял на своём. И вместо этого, он нажал вторую кнопку на вибраторе. Внутри её что – то задвигалось медленно и монотонно, напоминающее большой член Мирона, когда он её пьяную натягивал в каптёрке боясь разбудить. Тогда, она, почувствовав весь его объём, не хотела себя выдавать, поэтому кое – как сдерживалась. А вот сейчас стыдиться было некого, и её попка уже прыгала на подушке, отрываясь на полметра.

Её стоны начали переходить в крики, о безумной любви к мужу. И чтобы как – то сбить пыл, Роман вставил свой член, перекрыв голосовые связки. Напрочь обезумевшая, она не знала, что с ним делать, то кусала надутую залупку, то глотала по самые гланды, то жадно сосала с причмокиванием, а то просто пускалась двигаться вдоль ствола с бешеной скоростью.

Пытаясь ей досадить, он напротив, с каждым разом всё больше и больше заводил жену. Её попка скакала на одной подушке, а голова на другой. С членом во рту, она пыталась что – то сказать, но он ей не давал ни малейшей передышки.

В этот момент, на неё вновь накатил яростный оргазм. Её тело забилось, руки задрожали, интенсивно сжимая член у основания. При этом головка раздулась ещё больше и уже еле помещалась во рту. Прижимая её языком к нёбу, она пыталась высосать хоть капельку нектара. Её бёдра сдвинулись до предела, сжимая промежность, а вместе с ней и резиновую игрушку, которая продолжала двигаться и вибрировать в тугой зажатой щели. Попка перестала прыгать по подушке, и теперь уже просто чуточку виляла по кровати, судорожно вздрагивая. Наконец её тело обмякло, руки и ноги стали какими – то ватными и отяжелевшими и повалились в стороны, а на лице появилась улыбка.

Глядя на довольное личико изменщицы, Роману ещё больше захотелось досадить своей неимоверной. Он приподнял её голову за затылок и начал вталкивать свой окаменевший и раздутый до боли шишак. Твёрдая головка, с трудом проникала в изогнутую горловину жены всё дальше и дальше, пока её вздёрнутый остренький носик не заглубился в жировую прослойку лобка мужа.

Доступ кислорода и через нос и через горло был полностью перекрыт. Она как рыбка без воды начала глотать воздух, тем самым сжимая горло и раздутую залупу. А Роман продолжал углублять свой агрегат, давя одной рукой на затылок, а второй впихивая в рот отвисшую мошонку. Задыхаясь, Лера из последних сил зубами сдавила член у самого основания, пытаясь его перекусить и не впустить за щеку налитые яйца. Её лицо перекосилось, а из глаз ручьём повалились слёзы. Она задёргалась, и начала глотать воздух ещё энергичнее, тем самым ещё больше стимулируя перенапряжённый конец.

Тело Романа вздрогнуло, волной прокатилась приятная дрожь, которая сконцентрировалась в паху, и резко перешла в простату. Мощная струя остановилась в мочевом канале зажатым зубами жены. От боли он схватил её за шею и большими пальцами обеих рук надавил под ушными раковинами. Лера расслабила челюсть, и мощная струя одним плевком хлынула глубоко в горло. Горячая порция семени самопроизвольно провалилась в пищевод. Роман ослабил давление, и супруга моментально освободилась от члена, дыша как пловец, после стометровки.

А между раздвинутых ног, уже почти на всей глубине продолжал вибрировать и медленно двигаться резиновый фаллос. Его ствол блестел от обилия смазки, которая непрерывным потокам выделялась по всему периметру отверстия влагалища, размазывалась по набухшим и покрасневшим губкам, и стекала по анусу, прячась между двух ягодичек.

Роман сжалился над женой, которая до сих пор не могла отдышаться, и решил оставить её ротик в покое, да и у него оставалась ещё одна не использованная дырочка. Он раздвинул как можно шире ноги своей повинной жены, согнул их в коленях и запрокинул за плечи. Её попка, лежащая на подушке, подвела к стоячему члену своё расшиперенное, красное очко. При этом, занятое влагалище оказалось чуть выше. Роман, извазюкав пальцы в вязком нектаре, вначале один, а затем и второй, вставил в жаркий анус жены.

Вспомнив картину двухдневной давности, когда два солдата натягивали её в обе дырки одновременно, Лера задвигала всем торсом, а затем попросила мужа вставить ей в прямую кишку. Не обсохший от слюны член, с большим натягом начал медленно проникать хоть и в смазанную, но сильно сжатую от соседнего фаллоса попку. Роман не мог в быстром темпе продолжать акт, его агрегат запаздывал от движения тела. При верхнем подъёме, член вначале вытягивался, а затем выползал из плотных клещей. А при опускании сжимался, увеличиваясь в диаметре, и ещё медленнее проникая обратно.

Ощутив всю мощь и плотность своих дырочек, Лера захлёбывалась от удовольствия и находящих оргазмов. Она впервые в своём нутре чувствовала одновременно два больших агрегата. Позабыв про случившееся в воинской части, она благодарила мужа за столь неожиданную встречу и приготовленный сюрприз, осыпая его поцелуями и крепкими объятиями. Роман уже не отворачивался, но и не проявлял ответных чувств, по – прежнему злясь на супругу. Пытаясь продвинуться глубже в прямую кишку, он лобком давил на искусственный пенис, переключая кнопки с каждым толчком.

Чувство вибрации и движения за тонкой перегородкой, лишь слегка заводили и возбуждали разгневанного супруга. Ему как обычно хотелось интенсивности кролика, в через чур влажной и плотной вагинке. Роман извлек оба агрегата, и затем вставил свой в верхнее отверстие. Ощутив родимые стенки влагалища, он задвигался с бешеной скоростью, а Лерочка принялась догонять его такт.

Выпрыгивая на всю длину, член иногда проникал в нижнюю дырочку, которая была уже не так сжата, и затем снова пробирался на верх. Чувствовав разрядку, Роман проникал в более плотный анус, изливал свою сперму и вновь возвращался к нежной писи жены. Наполненные спермой и живительной влагой отверстия напоминали кружки с соплями и значительно затягивали очередные разрядки.

Они сбились во времени, не соображая, сколько часов или минут занимаются сексом. Член Романа стоял как ужаленный и уже не мог извергать новые порции семени. Сейчас ему требовались тугие и плотные отверстия. Заревновав, он не стал отдавать любимую письку своей жены, которая после брака, по закону должна принадлежать только его члену. Поэтому вставил фаллоимитатор в задний проход супруги. Лера, стиснув зубы, молча перенесла нестерпимую боль, и попросила пока не включать игрушку. Роман завалился на голую жену, прижался всем телом и начал на ощупь вводить свой агрегат. Тыркаясь по промежности, его чувствительная головка, определила самое жаркое место между влажных складочек и начала медленно погружаться. Раздвигая слизистую оболочку стенок вагины, она нежно освобождала место, для ребристого от перенапряги ствола, который вновь обжимался нежной тканью.

Роман, как и в первую брачную ночь, ощутил всю ласку и теплоту плотного влагалища. Он интенсивно задвигал тазом, гладя вздыбленные и налитые груди любимой женщины. Затем опустился на локти, и ещё больше увеличил темп. Роман впились в сладкие губы супруги, раздвигая их языком и скользя по ровным зубам. Лера открыла рот и выпустила свой язык на встречу. В душе её заиграло чувство радости, и она поняла, что одержала очередную победу над мужем. Она уже не подмахивала и не пыталась получить кучу оргазмов, ей было как никогда чертовски приятно и хорошо со своим мужем. Тем более от сильных ударов его яиц резиновый аппарат то включался, то выключался, двигаясь и вибрируя в растянутой жопе. А минут через десять они одновременно кончали, осыпая друг друга поцелуями, и как прежде восхваляя друг друга.

Долго не вытаскивая обе ялды, Роман зацеловывал свою ненаглядную расспрашивая о поездке. Он, конечно, не поверил Лерочке, когда она дерзко ответила, стоя у входной двери, что её поимели ротный и дежурный наряд. Поэтому больше никогда не спрашивал, принимая этот подкол в свой адрес. А вот про командира, который лез целоваться с засохшими губами, и хотел её трахнуть, он расспросил досконально, как следователь дознаватель. И если бы она не рассказала, как мастурбировала в поезде двое суток, он бы никогда не поверил, что она не ебалась. Судя по разбухшей и покрасневшей пиздёнке, которая не бывает такой даже после обычных двух трёх актов подряд с ним, её должны были драть всю ночь большущим кочаном.

Лера же ни стала рассказывать про ротного и солдат, как провела с ними ночь в каптерке. Подумав, если она сказала мужу правду в прихожей, а он не поверил, принял как очередное издевательство, так зачем же доказывать, подставляя себя под удар. Она всё красочнее и красочнее рассказывала взахлёб, как дразнила мужиков в поезде, оголяя промежность в трусиках, как они пялились на её попку с врезавшимися трусиками, как она мастурбировала по ночам думая о любимом муже.

Роман с гордостью слушал свою жену, веря ей в очередной раз и думая, как ему повезло с супругой. Красавица, хорошая хозяйка, добрая, выдержанная, остроумная, любит детей, а самое главное не наставляет ему рога в открытую, как это делают многие жёны из их окружения. Он слез с брачного ложе, ему стало стыдно за резиновый пенис, за истязание минетом своей жены, и он не знал, как поступить дальше. Но Лера всегда могла снять напряжение. Она аккуратно вытащила игрушку из попки, нежно погладила, и убрала подальше в угол под нижнее бельё в тумбочке, пошутив, что это теперь будет её любовник в отсутствии мужа. Роман хотел попросить прощение за насильный минет, но она опять же сгладила обстановку, предложив облизать друг другу письки, чтобы не вставать подмываться, а продолжить объятия. В позе 69 они получили по очередному оргазму, вылизав начисто органы, затем жарко поцеловались, и, не разжимая друг друга, уснули.