В маленьком городке жил обычный подросток по имени Даня. Ему было шестнадцать, и он был в том возрасте, когда гормоны бушевали, а желания трудно контролировать. Однажды, катаясь на велосипеде, он упал и сломал правую руку. Боль была невыносимой, но это было еще не все. Даня не мог удовлетворить свои физиологические потребности, и это его сильно мучило. Его эрекция была постоянным спутником в его молодом возрасте, и он не знал, как справиться с этим.

Я - Мама Данилы, Елена, женщина средних лет, заметила, что сын ведет себя странно. Он стал раздражителен, с напряженным лицом. Я решила поговорить с ним. Зашла к сыну в комнату, присела рядом и завела разговор. Даня, смущаясь, шепотом аккуратно рассказал о своей проблеме, ведь мы ни разу не разговаривали на такие пикантные темы. Я была заботливой матерью какой и остаюсь по сей день, не хотела что бы мой сын мучился. Тихонечко предложила помочь ему облегчить страдания, потрогала указательным пальцем ему в район пениса и вопросительно посмотрела на сына.

Отец Дани в это время был на работе, я молча встала, прошла по комнате сына, закрыла дверь, больше для создания уединенности и подошла к нему. Даня лег на свое кресло на котором он обычно спал, с гипсом на руке, села рядом и нежно погладила его по волосам.

— Не переживай, сынок, я помогу тебе, — шепнула, и рука скользнула в трусы к сыну, поглаживая его член. Даня замер, не веря происходящему, начала нежно массировать член, чувствуя, как он встаёт от моих прикосновений.

— Расслабься, милый, — прошептала, приспустила трусы ему до колен и рука обхватила его уже твердый член.

Даня застонал. Я стала медленно двигать рукой вверх и вниз, чувствуя, как его член становится все тверже.

— Мама, это так хорошо, спасибо — простонал Даня, улыбнулась, продолжая свои движения. Я чувствовала, как его тело напрягается, готовое к взрыву.

Даня стонал от удовольствия, его тело напрягалось все сильнее, его член становится все тверже, готовый к взрыву.

— Мама, я не могу больше сдерживаться, — простонал Даня, его голос дрожал от напряжения, он близок к оргазму. Я ускорила движения рукой.

Даня застонал громче, его тело напряглось, и семяизвержение началось мощными струями. Ого, сильная горячая белая жидкость стреляет в верх попала мне на волосы и испачкала руку, покрыла живот и грудь сыну образовав небольшую лужицу, спермы было очень много. Я еще немножко продолжала двигать рукой, выжимая из него последнюю каплю, пока его оргазм не начал стихать.

— Мама, это было...спасибо тебе, — прошептал Даня, его голос был полон удовлетворения. Улыбнулась, чувствуя горячую сперму на своей руке, взяла и рукавом своего халата аккуратно вытерла его живот и грудь, затем свою руку.

— Все в порядке, сынок, — прошептала, нежно целуя его в лоб. — Теперь ты можешь расслабиться.

Так продолжалось несколько недель, все в полной анонимности пока Даня не поправился.

После этих прошедших дней/недель с сыном которые пролетели я долго не могла уснуть. Лежала в кровати рядом с мужем, но мысли были далеко. Рука все еще помнила ощущения от члена сына, теплую, липкую сперму на коже. Чувствовала странное сочетание стыда, вины и... возбуждения. "Что я наделала?" — думала, но при этом вспоминала, как Даня стонал от удовольствия, как благодарен он был мне, и между ног начинало разгораться странное тепло.

Я стала избегала смотреть сыну в глаза за завтраком, но однажды ночью я не выдержала, встала с кроватки и босые ножки, сами несли в комнату Дани. Сначала просто стянула молча с него трусики и делала это привычное движение ему рукой, но что-то начало меняться, когда я массировала его член, Даня вдруг поцеловал меня в щеку. Я Отшатнулась было, но потом ответила на поцелуй. Легкий поцелуй в губы, и это было как искра, которая подожгла сухое сено.

"Мам, " — прошептал он однажды, когда моя рука уже привычно скользила по его напряженному члену. Я замерла. Часть меня кричала "Нет! Это твой сын!", но другая часть, та самая, что мокрела между ног каждый раз, когда помогала ему в те дни, шептала "Да". Подумала о своем муже — о том, как редко мы занимались сексом, как он был все больше поглощен работой. А здесь... здесь был молодой, страстный маленький мужчина, который желал только меня.

Решила, что раз уж мы перешли черту, то нет смысла останавливаться на полпути. "Мы уже сделали то, что нельзя, " — рассуждала я, — "так почему бы не пойти до конца?" Кроме того, мне искренне хотелось испытать самой то, что давала сыну — полное удовлетворение, страсть, безудержный секс.

Я встала, сняла свою футболку и стянула до пяточек с себя трусы, перешагнула через них. Даня замер, глядя на мое тело. Я не была моделью, но у меня была женственная фигура с упругой грудью и широкими бедрами. Легла рядом с ним, и наши тела соприкоснулись. Даня посмотрел на меня, я взглянула на него приглашающе и согнула ноги, когда он оказался передо мной, я их широко развела в сторону. Показав свою красную, влажную пизду, пальцами раздвинув половые губы он приставил свой вставший член к моей дырочке и стал потихоньку вставлять.

Когда он вошел в меня, я ахнула и закрыла от удовольствия глаза. Это было так по-другому, чем с мужем — остро, страстно, почти болезненно приятно. Даня двигался сначала неуверенно, я по началу задавала ритм руками, держа его за попу но затем сынок начал двигаться все более уверенно, и я подхватывала его ритм, поднимая бедра навстречу. Думала о том, как это неправильно, как это греховно, но эти мысли тонули в волнах наслаждения, охвативших мое тело.

Когда он кончил, мы лежали друг с другом, я чувствуя, как сперма сына вытекает из меня, смешиваясь с моими соками. Даня поцеловал меня, что то шептал. И я впервые за много лет почувствовала себя желанной, нужной, живой. Да, я понимала, что это не может продолжаться, что это опасная игра, но...

Полежав минут 10, сын снова продолжил меня трахать, уже сам чуть осмелев вставил член в меня и сношал, чуть в более активном темпе и намного дольше чем первый раз, за это время я уже сама смогла кончить, и он почувствовав как тепло и смазка еще больше окутывает член, Даня кончил снова.

Отдышавшись, я встала, вытерла трусами Дани сперму вытекшую из моей пизды, одела трусики и пошла спать. Иногда я чувствовала угрызения совести, особенно видя мужа, но эти чувства быстро проходили, стоило мне вспомнить ночь с Даней.