Нужно было идти за ней. Я боялся, что она может заблудиться. Этот лес был не просто лесом. Это был лабиринт, который затягивал в себя, который не отпускал, который забирал людей и не возвращал их обратно. Карина ушла в темноту, и я не мог остаться на месте. Я должен был её найти. Я должен был её защитить.

Но стоило мне только сделать несколько шагов, как я увидел под лунным светом голову волка. Она двигалась странно, словно её трясло. Словно она была живой, но не могла двигаться так, как должна двигаться живая голова. Это было неестественно. Это было пугающе. И эти звуки птицы, которые не прекращались ни на секунду: «Ах... ах... ах». Они стали громче. Они стали ближе.

— Карин?

Звуки затихли. Резко, как обрезанные ножом. Тишина навалилась на меня всей своей тяжестью. Я пытался сфокусировать свой взгляд. Глаза отказывались видеть. Луна то выглядывала, то пряталась за облаками. Тени плясали, обманывали, путали. Но я был уверен. Я точно был уверен. Это точно был волк. Я видел его голову. Видел его уши. Видел его морду. Видел, как она двигалась. Это был волк.

— Волк! Волк! Проснитесь, там волк!

Мой крик разорвал ночную тишину. Он был громким. Он был отчаянным. Он был полон ужаса. Я кричал не за себя. Я кричал за Карину. Я кричал, чтобы спасти её. Я кричал, потому что не знал, что ещё могу сделать.

Позади из землянок начали выбегать мужики. У каждого в руке было орудие. Кто с лопатой, кто с вилами. Кто с топором, кто с ножом. Они выбегали быстро, организованно. Они были готовы к бою. Они были готовы защищать свою территорию. Я видел их лица. На них не было страха. На них было что-то другое. Что-то, что я не мог понять.

— Где? Где волк?

— Там!

Я показал рукой в сторону кустов. В сторону темноты. В сторону того места, где я видел голову. Но там уже ничего не было. Там была только тьма. Только кусты. Только тишина. Только шелест листьев под дождём, который только начинался. Навстречу нам из кустов вышла Карина. Она вышла медленно, спокойно. Она не бежала. Она не кричала. Она просто шла. Как будто ничего не произошло. Как будто она не слышала моего крика. Как будто она не видела волка.

Я скорее обнял её и начал проверять, всё ли в порядке с ней. Мои руки дрожали. Моё сердце колотилось. Я ощупывал её лицо, её руки, её тело. Я искал раны. Я искал кровь. Я искал следы борьбы. Ран не было. Крови не было. Она была цела. Она была невредима. Но она вела себя странно.

— Карина, всё в порядке? Я видел волка, он не тронул тебя?

— Ты видел?

Её голос был странным. Он немного дрожал как у ребенка, пойманного за чем-то нехорошим.

— Да, волка, его голову.

— Я слышала звук, подумала, это ты. Вышла, а тут вы все.

Она пыталась говорить спокойно. Она смотрела мне прямо в глаза. Она не отводила взгляд. Но что-то было не так. Что-то было в её голосе. Что-то, что я не мог определить.

— Странно, волки так близко не подходили сюда. Матвей! Матвей!

Старец начал кричать охотника. Его голос был резким, требовательным. Со стороны землянок вышел тот самый мужчина, который сидел и обсуждал Карину вечером. На нём была тёплая меховая накидка. Шкура волка. И на левом плече свисала голова волка. Очень похожего на того, которого я видел.

— Да померещилось, наверное. Они стаей охотятся, вой был бы слышен. Да и зачем им мы? Дичи полно в лесу.

Матвей говорил спокойно. Он не смотрел на меня. Он смотрел на Карину. Он смотрел на неё так, как смотрят на что-то своё. На что-то, что принадлежит ему.

— Ладно, давайте спать. Что-то холодает, как бы погода не испортилась.

И словно в подтверждение его слов небо осветило от молнии. Яркой, белой, слепящей. На секунду всё стало видно, как днём. Деревья, кусты, лица. А потом тьма вернулась. Через несколько секунд мы услышали гром. Раскатистый, гулкий, тяжелый. Он прокатился по лесу, отдаваясь эхом от деревьев. Он был как предупреждение.

— Ну вот. Если погода испортится, вам придётся ещё у нас остаться.

Старец улыбнулся. Он улыбался так, как улыбаются люди, которые знают что-то, чего не знают другие. Я смотрел на него и чувствовал, как холодок пробегает по спине. Не от холода, а от страха.

Мы с Кариной легли спать. Было прохладно. Я обнял её и прижался сзади. Я чувствовал её тепло. Я чувствовал, как её тело расслабляется. Карина уснула сразу. Она всегда засыпала быстро. Она умела отключаться от всего, что её тревожило. А я лежал и думал. Думал о том, чтобы завтра не пошёл дождь. Думал о том, как мы выберемся отсюда. Думал о том, что происходит в этом лесу.

С улицы начали доноситься стуки. Капли падали с неба и ударялись о твёрдые предметы. О камни, о ветки, о листья. Дождь. Он начался. А это значило, что мы ещё задержимся. Я не знал, на сколько. Я не знал, когда мы выберемся.

Я нежно провёл рукой по телу своей жены. Мой член начал вставать. Джинсы были свёрнуты в зоне паха и не давали ему достаточной свободы. Я потянулся, чтобы поправить. Почувствовал на своих джинсах что-то липкое и мокрое. Дотронувшись до попы и ляжки Карины, я почувствовал эту влагу там. Какие-то выделения? Может, у неё начались месячные? В темноте я совсем ничего не видел. Вытерев руки о ветки, я закрыл глаза и погрузился в сон.

Утро не принесло облегчения. Дождь всё также барабанил, оповещая всех, что он надолго. Он не прекращался ни на минуту. Он шумел ровно, монотонно, убаюкивающе. Я проснулся и вспомнил о вчерашнем. Посмотрев вниз, я обнаружил на джинсах засохшее пятно. Оно было белесым, странным. Я не знал, что это могло быть. Платье Карины задралось, и было видно её промежность. На внутренней стороне бедра остался след. Такой же, как на брюках. Белесый, засохший. Я не придал значения. Мало ли что это могло быть. Возможно, что-то по женской части. В этих вопросах я был полный ноль. Мозг пытался сообразить, что делать, как вернуться домой. Но он не мог. Мысли путались. Они не складывались в логическую цепочку.

Самое странное было то, что я не знал, сколько времени. Привыкший вставать по будильнику, впервые за долгое время я по-настоящему выспался. Часов не было. Телефон сел. Солнце не показывалось. Время исчезло. Оно потеряло смысл. Я не стал будить Карину. Решил сходить узнать, можно ли принести еду в землянку и потом отработать. Но у затухшего костра и общего стола никого не было. Пусто. Тихо. Только дождь шумит.

Я посмотрел на холм и увидел, как на самом верху идёт дым. Он поднимался вверх, смешиваясь с серым небом. Дым был единственным доказательством того, что здесь есть жизнь. Я поднялся туда. Внутри землянки, которая была выкопана в вершине холма, сидел старец, Матрёна и ещё несколько мужчин. Они потрошили зайцев. Ловкие движения, привычные. Кровь на руках, на ножах. Запах сырого мяса. Я почувствовал, как желудок сжался. Мне было противно и голодно одновременно.

— О, привет, Артём. Молодец, сегодня рано встал. Только погода подвела.

— Здравствуйте. А что, совсем никак в такую погоду?

— Кхех, а как же? Замерзнем в лесу, пока дойдём. Давайте по солнцу лучше.

— Я хотел спросить про еду. Что нужно сделать, чтобы вы дали еды?

— Ну подождать немного. Сейчас Матрёна приготовит, а потом что-нибудь придумаем с работой.

— Я тогда приду попозже.

Я начал спускаться вниз и обходить холм. Наша землянка была с другой стороны. Я шёл медленно, потому что спина всё ещё болела. Каждый шаг отдавался в пояснице. Дождь бил по лицу, стекал по шее, пропитывал одежду. Я промок и замерз. Как только я обогнул холм, я увидел, как у входа в нашу землянку стоят двое. Я испугался за Карину. Что-то сжалось внутри. Я что есть силы побежал наверх. Боль в спине прострелила, но я не обращал внимания. Я бежал.

Добравшись до входа в землянку, я увидел, как они заглядывают внутрь. Там спала моя жена, свернувшись калачиком. В землянке было ещё трое мужчин. Они все собрались у Карины и смотрели. Когда я уходил, я обратил внимание, как сексуально она лежит. Её попа была полностью открыта. Красивые пухленькие половые губы были плотно прижаты друг к другу. Красивая тёмная точка ануса. Мужчины стояли рядом с ней и мастурбировали свои члены. Крепкие, крупные, соскучившиеся по ласке. Они хотели проникнуть в неё. В это нежное и тёплое пространство. От увиденного у меня перехватило дыхание. Не каждый день на твою жену мастурбирует трое мужчин. А эти двое у входа, как я понял, были следующими. Увидев меня, они стояли молча, словно меня и не было. Словно я был пустым местом. Словно я не существовал.

— Ушли отсюда! Что вы себе позволяете, озабоченные уроды!

Я начал пытаться выгнать их, толкать. Но они только чуть отходили и продолжали дрочить. Их руки двигались быстро, ритмично. Их глаза были прикованы к телу моей жены. Они не смотрели на меня. Они не видели меня. Я был для них помехой, но не преградой. Те двое у двери подошли ко мне и схватили за руки. Не давая мне сдвинуться. Их хватка была железной. Я не мог пошевелиться.

— Карина! Проснись, Карин!

В этот самый момент эти трое по очереди нюхали её промежность. Вставая на колени, они почти касались своими носами её вагины, вдыхая её аромат. Я видел, как их большие члены напрягались сильнее от этого. Как они становились твёрже, больше. Как головки наливались кровью. Карина услышала меня, начала просыпаться. Повернувшись и увидев, что у её попы сидят трое мужчин с надроченными членами, она сразу закричала.

— Артём! Что происходит? Что они делают?

Я думал, они испугаются и уйдут, когда она проснётся. Но нет. Они продолжали своё грязное дело. Попытки Карины прикрыться ни к чему не приводили. Они убирали её руки и всем своим видом требовали, чтобы она показала им вагину. Карина закрыла глаза и убрала руку. Один из них чуть сильнее раздвинул её ноги и, опустившись перед ней на колени, снова вдохнул аромат.

— Ммм, запахло по-другому.

Он пальцами нежно развёл половые губы, и все увидели, как у неё там влажно. Медленно приближаясь, он чуть высунул язык и начал ласкать мою жену. Я смотрел на неё. На то, как она сидела с закрытыми глазами. Как румянец появился на её щеке. Как она слегка приоткрыла рот. Я понял всё. Она возбудилась. И как бы она ни хотела, её тело требовало удовлетворения. Она просто не могла противиться. Этот мужчина всё делал знаючи. Другие двое просто наблюдали. И когда он насытился и кончил прямо на земляной пол, его место занял другой. Новый мужчина начал ласкать Карину активно, и я заметил, как её затрясло. Прямо сейчас моя жена кончала от куннилингуса, который ей делал посторонний мужчина при муже. Я просто смотрел, понимая, что мои попытки освободиться бесполезны. Они кончали по очереди, но никто не хотел зла Карине. Они ласкали её, делая ей приятное, даже без попытки изнасиловать её. Когда все пятеро получили удовлетворение, а Карина кончила раза три, они вышли из нашей землянки. Я скорее подошёл к Карине и сел рядом, обняв её.

— Артём, что это было? Зачем они так?

— Тебе было больно, Карин?

— Нет, мне было хорошо. Но я не хотела этого. Не хотела с ними. Это неправильно. Я же твоя жена, разве они не понимают?

— Здесь свои порядки, и брак для них не несёт никакой ценности. Я сейчас пойду к их старцу. Надеюсь, он объяснит своим подопечным, что так делать нельзя.

— Даже вытереться нечем.

— Возьми мою кофту.

К старцу мы пошли вместе. Я начал рассказывать о произошедшем, кричал и требовал, чтобы он поговорил со своими. На что он, улыбаясь, мне ответил.

— Артём, это вы там у себя муж и жена, а здесь вы члены общины. И пока вы здесь, вы живёте по нашим правилам. А по нашим правилам все равны. И они имеют такое же право на неё, как и ты.

— Что? Что это значит? Так нельзя!

— Ну мы всё понимаем. Мои парни и так долго терпели. Нужно найти компромисс. Давай твоя девка будет ручками доить члены нашей общины. Тогда и нам хорошо, и вы в безопасности. Как тебе такое?

Я весь покраснел от злости. Что он предлагает? Как он смеет? Это унижение. Это позор. Это что-то за гранью моего понимания.

— Пошёл ты. Мы уходим!

— Кхех, ваше право.

Я взял Карину за руку и повёл обратно. Мои руки тряслись. Моё сердце колотилось. Моя голова была готова взорваться.

— Мы уходим, так не пойдёт. Какая наглость, такое предлагать. Этот дед сбрендил совсем.

— Но Артём, как мы с тобой в лесу под дождём? Артём, мы же не выживем и не знаем, куда идти. Ах... я чуть ногу не подвернула.

Я резко остановился. Этот звук. Ах. Звук, доносившийся из лесу. Он был очень похож на то, что я услышал сейчас. Голова волка, странно двигающаяся. Страшная догадка попала в мою голову. Охотник Матвей и Карина вчера... А эта липкая влага на попе было... Было его семенем? Мне стало не по себе. Не может быть. Это я всё придумал. Карина бы закричала, она дала бы знать. В землянке я собирал вещи в рюкзак. Психуя и ругаясь. Хотелось скорее уйти отсюда. Просто не быть здесь. Искать другой путь. На улице ливень усиливался. Хотелось кушать. Головой я понимал, что это явно путь на тот свет.

— Артём, я не пойду никуда.

— Что? Почему?

— Ты злишься, но они нас спасли и не дали нам умереть. Они помогут нам выйти. Нужно всего-то переждать дождь. Ты нас погубишь. Мы замёрзнем, и нас съедят звери. Понимаешь?

— Но разве ты готова дрочить им?

— Артём, если выбирать между смертью и подрочить, я выберу второе.

— Но как? Они и ты... А как же я?

— Артём, я люблю тебя, и это я сделаю для нас обоих. Понимаешь? Просто будь рядом, чтобы они не захотели чего-то большего.

Я не мог поверить в то, что слышу это. Моя жена была согласна дрочить этим мужикам. А я должен был быть где-то рядом и следить за всем этим. Это было унизительно. Сегодня меня держали, я сопротивлялся, а теперь я должен по своей воле наблюдать.

— Я не знаю, Карина.

— Тук, тук, тук. Есть кто дома?

К нам в землянку, держа в руке посуду с приятным ароматом и вкусным содержимым, зашёл Матвей. На нём всё также красовалась волчья шкура. Он поставил тарелки на стол.

— Вот вам передали. Сказали, чтобы занёс к вам, если вы согласны.

Я только попытался возразить, как меня опередила Карина.

— Мы согласны. Артём, идём поедим.

Я подошёл к месту, что служило нам кроватью, а теперь столом. Посмотрев на Карину, я зачерпнул ложкой бульон и кусок зайчатины. Горячая смесь упала в желудок. Стало хорошо. Я сразу согрелся. Мы с Кариной быстро всё съели. Матвей смотрел на нас, улыбаясь.

— Ну, я так понимаю, что вы согласны. Давай, Каринка-девочка моя, поласкай меня, потом идти проверять ловушки нужно.

Он убрал тарелки на землю и, приспустив штаны, лёг. Я увидел, как у него между ног торчит нечто большое. Толстая синяя головка была сильно напряжена. Мощный ствол украшали крупные вены, делая его вид ещё более крупным. Кровь пульсировала в нём, словно требуя ласки. Карина замерла на некоторое время. Она смотрела на него так, будто никогда не видела ничего подобного. Но если быть честным, я не мог похвастаться таким размером. Но и мой был нормальный. Никто и никогда не говорил мне, что он маловат. И в бане с другими мужиками я понимал, что у меня даже побольше, чем у некоторых. Но тут было что-то другое. Матвей был сам по себе крупным мужчиной. Его тело вместе с таким членом на еловых ветках со шкурой волка и её головой на плече. Всё вместе выглядело очень брутально и необычно. Словно мы попали в прошлое. Чёрные жёсткие волосы беспорядочно торчали вокруг основания. Я видел частично крупные свисающие вниз яйца. Они были большими и свисали тяжёлыми мешочками.

Карина медленно подсела к нему. В этот момент её короткое платье задралось до пояса. Демонстрируя нашему гостю все её прелести. Я стоял у выхода и сжимал руки в кулаки. Я ненавидел их всех за то унижение, что они мне доставляют. И ещё доставят. Тяжёлая крепкая рука легла на ноги моей супруги и начала ласкать их. Доходя до попы и возвращаясь обратно. Карина осторожно протянула руку и дотронулась до члена. Она впервые держала чужой член в руке. Медленно опустив кожу вниз, она чуть приподняла её обратно. Потом ещё и ещё. Она смотрела заворожённо на то, что делает. На то, как меняется член в её руке. Пальцы не могли охватить его полностью, и она начала двигать его двумя руками. Матвей запрокинул голову и застонал.

— Ммм, как хорошо у тебя получается. Такие нежные руки.

Карина улыбнулась комплименту, впервые подняв глаза на Матвея.

— Смотри на меня, не убирай взгляд. У тебя красивые глаза.

Она послушалась и смотрела ему в глаза, пока дрочила его член.

— Уффф. Сейчас...

Из его члена на Карину начали брызгать порции спермы. Её было много. Она была липкой, с неприятным запахом, как мне казалось. Но Карина, улыбаясь, медленно вытирала об мою кофту его сперму. Я стоял и дрожал от злости, готовый наброситься на него. Он ушёл, забрав с собой тарелки. Моя Карина удовлетворила мужчину за еду. Самое противное было, что я тоже ел это, и мне было вкусно. Я взглянул на небо. Дождь лил не переставая. Не было ни одного просвета. Карина аккуратно приводила себя в порядок.

— Вот видишь, дорогой, ничего такого.

Она сказала это так просто. Так обыденно. Как будто она сходила в магазин или помыла посуду. Как будто она сделала что-то совершенно нормальное. А я стоял и чувствовал, как что-то во мне умирает. Что-то важное.

Я молчал. Я не знал, что сказать. Я не знал, что делать. Я просто стоял и смотрел, как дождь льёт за стенами землянки. Как вода стекает по земляным стенам. Как лес шумит, заглушая все звуки. Как мир, который я знал, рушится на глазах.

(от автора)

Спасибо всем читателям за поддержку. Если вам понравилось и вы ждёте продолжения ставьте оценку выше.

телеграм https://t.me/repertuar18.

4 и 5 часть на https://boosty.to/repertuar

буду благодарен такой поддержке