Дверь открылась без стука.

Алексей вздрогнул и инстинктивно сжал подлокотники кресла. В комнату вошли двое.

Первой шла женщина. Высокая, около сорока семи, с идеально прямой спиной и холодным, почти аристократическим лицом. Светлые волосы собраны в тугой, строгий пучок. Чёрное облегающее платье до колен, чулки, туфли на высоком каблуке. На шее — тонкий серебряный ошейник с кольцом. Глаза серо-голубые, спокойные и абсолютно непроницаемые. Она осмотрела Алексея сверху вниз так, будто оценивала купленную вещь.

За ней шёл мужчина. Выше, шире в плечах, лет пятидесяти. Короткие седые волосы, жёсткая щетина, тяжёлый взгляд. Он был одет в чёрные брюки и расстёгнутую рубашку, из-под которой виднелась широкая волосатая грудь. Между ног уже заметно топорщилось — толстое, тяжёлое.

Женщина остановилась в двух шагах от кресла.

— Госпожа Маргарет, — представилась она ровным, низким голосом. — А это Господин Виктор. Твоя жена передала нам тебя на вечер. Полностью.

Алексей сглотнул. Член, который уже начал опадать от напряжения, снова дёрнулся.

— Я… мы договаривались только смотреть, — попытался он.

Маргарет слегка наклонила голову, будто рассматривала любопытный экземпляр.

— Твоя жена договорилась совсем о другом. — Она сделала шаг ближе. — Встань.

Алексей медленно поднялся. Голое тело покрылось мурашками. Он чувствовал, как холодный воздух касается яиц и напряжённого члена.

Маргарет обошла его кругом. Медленно. Её каблуки стучали по ковру. Виктор остался стоять напротив, скрестив руки на груди, и молча наблюдал.

— Руки за голову, — приказала Маргарет.

Он подчинился. Пальцы сцепились на затылке. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот проломит рёбра.

Маргарет остановилась у него за спиной. Её ладонь легла на его ягодицу — прохладная, уверенная. Она слегка сжала, потом раздвинула ягодицы пальцами и посмотрела вниз.

— Тугая. Как у девственника. — Голос звучал почти одобрительно. — Жена говорила правду. Больше двух пальцев ты не пускал.

Алексей вспыхнул. Щёки загорелись.

— Она… рассказывала?

— Всё, — ответил Виктор. Голос у него был низкий, чуть хрипловатый. — Что ты возбуждаешься, когда она трогает тебя там. Что стонешь. Что останавливаешь. Что боишься. Сегодня мы уберём этот страх.

Маргарет обошла его снова и встала прямо перед лицом. Её глаза были на одном уровне с его глазами.

— На колени.

Алексей опустился. Ковёр мягко принял его колени. Член сейчас торчал прямо перед ней, покрасневший, с каплей прозрачной смазки на головке.

Маргарет протянула руку и указательным пальцем провела по всей длине ствола — снизу вверх. Легко, почти нежно. Алексей вздрогнул.

— Уже мокрый. Хороший знак. — Она посмотрела на Виктора. — Покажи ему, что будет у него во рту.

Виктор молча расстегнул брюки. Толстый, тяжёлый член вывалился наружу. Он был заметно больше, чем у Алексея — толще, темнее, с широкой головкой и тяжёлыми яйцами. Виктор обхватил его у основания и направил прямо к лицу Алексея.

— Целуй, — сказала Маргарет спокойно. — Только губами. Пока.

Алексей замер. Запах чужого члена — мускусный, тяжёлый, мужской — ударил в ноздри. Он чувствовал, как внутри поднимается волна стыда, смешанная с чем-то горячим и запретным.

— Я сказала — целуй, — повторила Маргарет чуть твёрже.

Алексей наклонился и коснулся губами горячей, бархатистой кожи головки. Поцелуй получился коротким, почти пугливым.

— Ещё. Медленнее. Языком проведи по уздечке.

Он высунул язык и провёл по чувствительной точке. Виктор тихо выдохнул через нос. Маргарет наблюдала, слегка наклонив голову.

— Хорошо. Теперь открой рот. Не глубоко. Просто прими головку. Бери член!

Алексей открыл губы. Толстая головка медленно вошла, растягивая рот. Солёный, тяжёлый вкус заполнил язык. Он невольно захлебнулся слюной.

Маргарет провела ладонью по его волосам, почти ласково.

— Смотри на меня, пока сосёшь. Глаза вверх.

Он поднял взгляд. Серо-голубые глаза Маргарет смотрели на него сверху вниз — спокойно, властно, с лёгкой усмешкой в уголках губ.

— Вот так. Ты уже выглядишь, как послушная дырка. Жена будет в восторге, когда увидит.

Виктор чуть подался вперёд, и головка упёрлась Алексею в нёбо. Тот поперхнулся, но не отстранился — Маргарет держала его за волосы.

— Дыши носом, — мягко сказала она. — Мы только начинаем.

Виктор медленно вытащил член изо рта Алексея. Тонкая нитка слюны потянулась от губ к головке и оборвалась. Алексей тяжело дышал, губы уже блестели, щёки горели.

Маргарет отошла к стойке у стены и открыла небольшой чёрный кейс. Внутри на бархате лежали несколько анальных пробок разного размера, тюбик густой смазки, тонкие кожаные манжеты и чёрный страпон средней толщины.

Она взяла самую маленькую пробку — чёрную, гладкую, с широким основанием — и выдавила на пальцы прозрачный гель.

— Встань на четвереньки, — приказала она. — Раком. Лицом к зеркалу. Хочу, чтобы ты видел себя.

Алексей повиновался. Колени утонули в мягком ковре, ладони упёрлись в пол. Он поднял голову и увидел в зеркале собственное отражение: голый, на четвереньках, с растрёпанными волосами, красными губами и стоящим членом, который покачивался между ног.

Маргарет опустилась на колени позади него. Её прохладные пальцы раздвинули ягодицы. Алексей сжался инстинктивно.

— Расслабь попку, — сказала она тихо, но твёрдо. — Или будет больнее.

Один палец, покрытый смазкой, надавил на сжатый анус. Алексей всхлипнул и попытался отползти, но Виктор уже стоял перед ним, держа его за волосы.

— Никуда не денешься, — произнёс мужчина спокойно. — Принимай.

Палец Маргарет медленно, но настойчиво вошёл. Сначала до первой фаланги, потом глубже. Алексей застонал — смесь стыда, жжения и странного, запретного тепла.

— Видишь? — Маргарет пошевелила пальцем внутри него. — Уже берёшь. А говорил, что больше двух не пускаешь.

Она добавила второй палец. Алексей выгнул спину и тихо заскулил. В зеркале он видел, как его лицо искажается, как открыт рот, как капает слюна.

— Хороший мальчик, — прошептала Маргарет и вытащила пальцы. — Теперь пробка.

Холодный силикон прижался к его анусу. Маргарет крутила пробкой, размазывая смазку, и медленно вдавливала. Алексей дышал часто, рвано. Когда самая широкая часть прошла внутрь, он громко всхлипнул. Основание плотно легло между ягодиц.

— Готово, — сказала Маргарет и шлёпнула его по правой ягодице — звонко, сильно. Красный отпечаток сразу проступил на коже. — Сиди так. Не вынимай.

Она встала, вытерла руки салфеткой и подошла к Виктору. Тот всё ещё держал свой тяжёлый член в руке.

— Теперь снова в рот, — приказала Маргарет. — Глубже. И смотри в зеркало, пока сосёшь. Хочу, чтобы ты запомнил, как выглядишь с членом во рту и пробкой в жопе.

Алексей на четвереньках подполз ближе. Виктор направил головку ему в рот. На этот раз он вошёл глубже — до середины. Алексей подавился, глаза захирели, но Маргарет держала его за затылок.

— Дыши. Расслабь горло. — Её голос был почти ласковым. — Твоя жена прямо сейчас, скорее всего, уже берёт два члена. А ты всё ещё давишься одним. Какая жалость.

Виктор начал медленно двигать бёдрами, трахая рот Алексея короткими, неглубокими толчками. Каждый раз, когда головка упиралась в нёбо, Алексей издавал влажный, жалобный звук. Слюна стекала по подбородку на ковёр.

Маргарет села в кресло напротив зеркала, закинула ногу на ногу и спокойно наблюдала.

— Красиво, — сказала она. — Жена будет очень довольна, когда увидит. А она увидит. Скоро.

Алексей поднял глаза к зеркалу. Его собственное отражение смотрело на него: на четвереньках, с членом во рту, с пробкой в заднице, со слезами на ресницах и текущей слюной. Стыд обжёг сильнее любой боли.

Но член у него по-прежнему стоял колом. И это было самым страшным.

Маргарет заметила.

— Смотри, Виктор. Даже сейчас стоит. Настоящая шлюшка внутри. Просто ещё не призналась себе.

Виктор вытащил член изо рта Алексея. Тот поперхнулся и начал кашлять, вытирая лицо тыльной стороной ладони.

— На сегодня пока хватит разогрева, — сказала Маргарет и встала. — Сейчас выпьешь напиток. Он немного расслабит. А потом мы начнём по-настоящему.

Она взяла с подноса два бокала с тёмной жидкостью и протянула один Алексею.

— Пей. До дна.

Алексей принял бокал дрожащими пальцами. Жидкость была густой, сладковато-горькой, с лёгким привкусом алкоголя и чего-то ещё. Он выпил залпом.

Тепло сразу разлилось по груди, спустилось ниже, в живот, в пах. Мышцы слегка ослабели. Пробка внутри него вдруг стала ощущаться не такой чужой.

Маргарет улыбнулась — впервые по-настоящему.

— Хорошо. Теперь садись в кресло. Руки на подлокотники. И смотри в зеркало.

Алексей подчинился. Виктор застегнул брюки, но член всё ещё заметно топорщился. Маргарет встала рядом с креслом и положила ладонь Алексею на плечо.

— Скоро твоя жена увидит тебя. И ты увидишь её. — Она наклонилась к его уху и прошептала почти нежно: — А пока… привыкай к тому, что твоя жопа больше не принадлежит только тебе.

За зеркалом что-то едва заметно дрогнуло.

Или это уже начинало действовать зелье.

Алексей сидел голый, с пробкой внутри, с мокрыми от слюны губами и твёрдым членом, и смотрел на своё отражение.

Он больше не узнавал человека, который смотрел на него в ответ.

***

Дверь за Анной закрылась мягко, почти беззвучно.

Комната была больше, чем у Алексея, и светлее. Стены обтянуты тёмно-серым бархатом, на полу — густой чёрный ковёр. В центре стояла широкая низкая кушетка без спинки, обитая чёрной кожей. Напротив — такое же огромное зеркало во всю стену. Справа — стойка с игрушками, смазками и несколькими толстыми страпонами. Слева — небольшое кресло и столик с двумя бокалами.

В комнате уже ждали двое.

Первый — высокий, около сорока, с коротко стриженными тёмными волосами и жёсткой щетиной. Широкие плечи, мощные руки, в чёрных брюках и расстёгнутой рубашке. На шее — тонкий кожаный шнурок. Его звали Лукас.

Второй был чуть старше — лет сорока двух, светлые волосы слегка тронуты сединой, лицо более жёсткое, с глубокими складками у рта. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на Анну тяжёлым, голодным взглядом. Томас.

Анна не стала ждать, пока они заговорят.

Она медленно прошла в центр комнаты, остановилась перед зеркалом и посмотрела на своё отражение. Потом повернулась к мужчинам и улыбнулась — той самой хищной, почти злой улыбкой, которую Алексей видел всего несколько раз в жизни.

— Наконец-то, — произнесла она низким, чуть хрипловатым голосом. — Я так долго ждала этой ночи.

Лукас сделал шаг вперёд.

— Ты Анна, — сказал он. Это был не вопрос.

— Я, — она кивнула. — А вы те, кто сегодня будет меня ебать, пока мой муж будет учиться быть шлюхой в соседней комнате.

Томас тихо хмыкнул.

— Нам сказали, что ты любишь жёстко.

— Я люблю, когда меня используют, — Анна провела ладонями по своим бёдрам, поднимая край платья. — Особенно, когда знаю, что муж где-то рядом и ещё не понимает, во что вляпался.

Она повернулась спиной к мужчинам, нашла застёжку на платье и медленно потянула молнию вниз. Шёлк соскользнул с плеч, обнажая кружевное боди, которое почти ничего не скрывало. Анна шагнула из платья и осталась в одном боди, чулках и туфлях на шпильках.

— Разденьте меня, — приказала она спокойно. — Оба.

Лукас подошёл первым. Его большие пальцы скользнули под бретельки боди и стянули их с плеч. Ткань сползла вниз, открывая её груди. Соски уже были твёрдыми, тёмными. Томас встал сзади, обхватил её за талию и грубо сжал ягодицы через тонкое кружево.

— Мокрая уже, — пробормотал он, проведя пальцами между её ног. — Прямо через ткань.

— Я теку с того момента, как оставила его в коридоре, — Анна откинула голову ему на плечо. — Он такой красивый, когда боится. А сейчас он, наверное, уже на коленях.

Лукас опустился перед ней на колени, стянул боди вместе с трусиками вниз одним движением. Анна шагнула из них. Теперь она стояла совершенно голая, только в чулках и туфлях. Её гладко выбритая киска блестела.

Лукас не стал спрашивать разрешения. Он раздвинул её половые губы большими пальцами и провёл языком снизу вверх — медленно, жадно, собирая смазку. Анна громко застонала и вцепилась ему в волосы.

— Да… вот так… лижи свою шлюху… моя пизда сегодня ваша!

Томас тем временем расстегнул брюки. Его член был толстым, тёмным, с крупной головкой. Он обхватил его у основания и провёл головкой по щеке Анны.

— Открой рот, шлюшка.

Анна послушно открыла. Томас сразу вошёл глубоко — без предупреждения, до горла. Анна подавилась, глаза заблестели, но она не отстранилась. Наоборот — схватила его за бёдра и потянула ещё глубже. Влажные, чавкающие звуки заполнили комнату. Слюна потекла по подбородку.

Лукас продолжал вылизывать её, теперь уже жёстче, втягивая клитор в рот и посасывая. Два пальца вошли в неё без труда — она была настолько мокрой, что хлюпнуло.

— Блядь, какая горячая дырка, — пробормотал он ей в промежность. — Муж, небось, даже не подозревает, какая ты похотливая блядь на самом деле.

Анна отстранилась от члена Томаса, тяжело дыша, с ниткой слюны, тянущейся от губ к головке член.

— Он скоро узнает, — прохрипела она. — Ведь так? Я хочу, чтобы он увидел. Хочу, чтобы он смотрел, как меня ебут в обе дырки, и понимал, что уже никогда не вернёт свою тихую жёнушку.

Томас снова вогнал член ей в рот, на этот раз держа за волосы и трахая горло короткими жёсткими толчками. Анна давилась, слёзы текли по щекам, но бёдра сами подавались навстречу языку и пальцам Лукаса.

Через несколько минут Томас вытащил член изо рта Анны и кивнул на кушетку.

— На четвереньки. Животом вниз. Жопой вверх!

Анна быстро подчинилась. Она встала на колени на кожаной кушетке, прогнулась в пояснице, раздвинув ноги шире. Её мокрая киска и тугой анус были полностью открыты обоим мужчинам. В зеркале она видела себя — растрёпанную, с красными от слёз глазами, слюной на подбородке и блестящими от возбуждения бёдрами.

Лукас встал сзади, провёл головкой своего члена по её сочной пизде, по её приоткрытым половым губам, собирая смазку, и одним мощным толчком вошёл до конца. Анна вскрикнула — громко, почти с облегчением.

— Даааа… блядь… вот так… еби меня…

Он начал двигаться сразу жёстко — глубокие, размашистые толчки, от которых её груди качались вперёд-назад. Кожаная кушетка скрипела. Каждый раз, когда он входил до основания, Анна издавала короткий, сорванный стон.

Томас обошёл кушетку, встал перед её лицом и снова сунул член ей в рот. Теперь её трахали с двух сторон. Горло и киска заполнялись одновременно. Слюни текли по подбородку на кушетку, смазка хлюпала между бёдер.

— Смотри в зеркало, — приказал Лукас, шлёпнув её по ягодице. — Смотри, какая ты сейчас шлюха. Ебаная шлюха!

Анна подняла глаза. В огромном зеркале она увидела себя: на четвереньках, с членом во рту и членом в киске, с красными отпечатками ладоней на заднице, с стекающей по бёдрам смазкой. И ей это безумно нравилось.

Она отстранилась от члена Томаса на секунду, чтобы выдохнуть:

— Жёстче… хочу, чтобы он услышал, даже сквозь стены… хочу, чтобы он знал, как меня ебут, пока он ещё только учится сосать…

Лукас ускорился. Теперь он вгонял член так сильно, что Анна каждый раз подавалась вперёд, насаживаясь ртом на член Томаса ещё глубже. Горло булькало. Глаза снова наполнились слезами, но она не просила остановиться. Наоборот — стонала громче, развратнее, почти наслаждаясь собственным унижением.

Томас вытащил член изо рта, провёл головкой по её мокрому лицу, по щекам, оставляя блестящие следы, и сказал:

— Сейчас кончу тебе на язык. Глотай, сука.

Анна послушно открыла рот, высунула язык. Томас дрочил хуй прямо над её лицом несколько секунд и он кончил — густые белые струи ударили ей на язык, на губы, на щёки. Анна без колебаний сглотнула всё, что попало в рот, и облизала губы, глядя ему в глаза.

— Вкусная, — хрипло сказала она. — Ещё хочу.

Лукас тем временем не останавливался. Он продолжал жёстко трахать её киску, шлёпая по ягодицам то одной, то другой ладонью. Красные пятна уже покрывали её задницу.

— Я сейчас кончу в тебя, — прорычал он. — Хочешь?

— Да… кончай… заливай мою пизду…

Он вогнал до конца и замер, низко застонав. Анна почувствовала, как горячие толчки спермы заполняют её. Лукас ещё несколько раз коротко дёрнул бёдрами, выдавливая всё до последней капли, потом медленно вышел. Сперма сразу потекла из неё густой белой струйкой, стекая по внутренней стороне бедра на чёрную кожу кушетки.

Анна тяжело дышала, всё ещё стоя на четвереньках. В зеркалах она видела, как белёсая жидкость медленно ползёт вниз по её коже.

Она улыбнулась — широко, довольно, почти безумно.

— Это только начало, — прошептала она, глядя на своё отражение. — Скоро он увидит. И тогда я хочу, чтобы вы ебали меня ещё жёстче. Чтобы он смотрел и понимал, что его жена — такая же дырка, как и он сам.

Лукас провёл ладонью по её вспотевшей спине.

— Не переживай. Мы только разогрелись.

Томас уже снова наливался кровью, глядя на стекающую из неё сперму.

Анна перевернулась на спину, раздвинула ноги ещё шире и медленно провела пальцами по своей залитой киске, собирая смесь своей смазки и его семени. Потом поднесла пальцы ко рту и облизала.

— Идите сюда, — сказала она хрипло. — Я ещё не наелась.

За огромным зеркалом, в соседней комнате, её муж в этот момент сидел с пробкой в заднице и вкусом чужого члена на губах.

***

В комнате Алексея тишина была тяжёлой, почти густой.

Он сидел в кресле голый, с чёрной пробкой, плотно сидящей между ягодиц. Член всё ещё стоял — тяжело, пульсируя, с новой каплей смазки на головке. Губы опухли и блестели. Вкус чужого члена до сих пор лежал на языке.

Маргарет стояла перед ним, держа второй бокал.

— Допей, — сказала она. — Осталось совсем немного.

Алексей поднял бокал дрожащими пальцами и залпом осушил его. Жидкость обожгла горло сладкой горечью и сразу разлилась теплом по груди, животу, ниже — прямо к паху и к той точке, где сидела пробка. Мышцы стали чуть мягче. Голова — чуть легче. Страх никуда не делся, но он будто отошёл на полшага назад, оставив место чему-то другому.

Виктор подошёл ближе. Его член снова был полностью твёрдым. Он обхватил его у основания и провёл головкой по щеке Алексея, оставляя влажный след.

— Скоро ты увидишь свою жену, — произнёс он низким голосом. — И она увидит тебя. Такого. С пробкой в жопе. Со слюнями на подбородке. С членом, который стоит от того, что тебя используют.

Алексей молчал. Горло сжалось.

Маргарет села на край кресла, закинула ногу на ногу и спокойно посмотрела на него.

— Ты боишься, — констатировала она. — Это нормально. Но твоё тело уже предало тебя. Смотри.

Она кивнула на его член. Тот дёрнулся, будто подтверждая её слова.

— Жена сказала, что ты никогда не брал в рот. Сегодня ты уже брал. Сказала, что больше двух пальцев не пускал. Сегодня у тебя в жопе пробка. А дальше будет больше. Намного больше.

Она наклонилась и прошептала ему прямо в ухо, горячо и тихо:

— А самое интересное начнётся, когда наше зеркало преобразится. Ты увидишь, как её ебут. А она увидит, как ебут тебя. И знаешь, что самое сладкое? Она будет улыбаться. Она специально привела тебя сюда, чтобы сломать. И я помогу ей в этом.

Алексей резко выдохнул. Пробка внутри него вдруг ощутилась сильнее — будто увеличилась.

Виктор тем временем обошёл кресло и встал сзади. Его большие руки легли Алексею на плечи, фиксируя.

— Расслабься, — приказал он. — Сейчас мы немного расширим тебя. Чтобы потом было легче.

Маргарет открыла кейс и достала пробку побольше — уже ощутимо толще предыдущей, с плавным конусом и широким основанием. Она выдавила на неё густой слой смазки и подошла к Алексею.

— Встань, — сказала она. — Обопрись руками о кресло. Прогнись.

Алексей подчинился. Он чувствовал, как горячие пальцы Маргарет вытаскивают первую пробку. Пустота после неё обожгла. Потом к анусу прижалась новая, более толстая головка.

— Дыши, — приказала она. — И толкай наружу, как будто хочешь в туалет. Так легче.

Он сделал, как сказали. Толстый силикон медленно, но неумолимо входил. Жжение стало сильнее. Алексей застонал сквозь зубы, пальцы вцепились в кожу кресла. Когда самая широкая часть прошла внутрь, он громко всхлипнул. Основание щёлкнуло, плотно закрыв его.

— Вот так, — Маргарет шлёпнула его по ягодице. — Теперь ты готов к настоящему.

Она обошла его и снова встала напротив. Взяла его лицо в ладони и заставила смотреть себе в глаза.

— Скоро настанет момент, когда ты уже не сможешь притворяться, что ты на самом деле шлюха. Маленькая похотливая шлюшка!

Виктор провёл ладонью по спине Алексея вниз, к ягодицам, и слегка надавил на основание пробки. Алексей дёрнулся.

— Пей ещё немного, — Маргарет протянула ему третий, совсем маленький глоток. — И садись. Жди.

Алексей сел. Пробка внутри него ощущалась огромной. Каждый миллиметр движения отдавался тупой, горячей пульсацией. Член стоял так сильно, что болел.

Он смотрел в зеркало на своё отражение и уже почти не узнавал себя.

***

В соседней комнате Анна в этот момент лежала на спине на широкой кожаной кушетке.

Ноги были широко разведены и согнуты в коленях. Лукас стоял между её бёдер и медленно, глубоко трахал её. Каждый толчок выжимал из неё короткий, влажный стон. Сперма предыдущего оргазма всё ещё медленно вытекала из неё, смешиваясь с новой смазкой и хлюпая при каждом движении.

Томас сидел у изголовья, и Анна держала его член обеими руками, медленно дроча и периодически беря в рот. Её губы уже были красными и опухшими. По подбородку блестела слюна.

— Жёстче, — просила она хрипло, глядя на Лукаса. — Хочу чувствовать боль. Хочу, чтобы потом, когда муж увидит, у меня уже всё внутри было разъебано и растянуто.

Лукас подчинился. Он положил её ноги себе на плечи и начал вгонять член сильнее, глубже, почти вынимая полностью и снова вбиваясь до основания. Его яйца бились об её жопу, Анна вскрикивала, её груди тряслись, пальцы впивались в кожу кушетки.

Томас вытащил член у неё изо рта и провёл головкой по губам.

— Хочешь, чтобы мы тебя оба натянули прямо сейчас? — спросил он.

Анна посмотрела на него мутными от возбуждения глазами и кивнула.

— Хочу. В пизду и в ротик. А потом… потом хочу в жопу. Я хочу, чтобы к моменту, когда зеркало откроется, я уже была полностью использованной шлюхой. Чтобы он увидел меня такой. Блядской ёбаной шлюхой!

Лукас вышел из неё. Сперма и смазка потекли густой струёй. Он перевернул Анну на бок, лёг сзади и снова вошёл в пизду. Томас лёг спереди и сунул член ей в рот. Теперь её трахали с двух сторон в ритме — один вгонял, второй вынимал.

Анна стонала вокруг члена, слюни текли, глаза закатились. В зеркале напротив она видела всю эту картину: своё тело, зажатое между двумя мужчинами, мокрые блестящие бёдра, качающиеся груди, красные отпечатки пальцев на коже.

И она улыбалась.

Даже с членом во рту — улыбалась.

Потому что знала: очень скоро её муж увидит всё.

***

В обеих комнатах одновременно загорелся маленький красный индикатор над зеркалом.

Маргарет посмотрела на него и тихо сказала Алексею:

— Готовься… Сейчас начнётся самое интересное.

Анна в своей комнате почувствовала, как мужчины немного замедлились. Лукас наклонился к её уху и прошептал:

— Скоро он тебя увидит. Улыбнись ему пошире, шлюха.

Анна только сильнее сжала его член внутри себя и глухо застонала от предвкушения.

Продолжение следует...

!!!

Пожалуйста, поддержите меня через бусти: https://boosty.to/bw_story

Новые части серии рассказов и другие рассказы будут выходить там раньше, чем здесь. Кроме того там будут публиковаться эксклюзивные части, которых нет на сайте. Надеюсь они вам тоже понравятся! :)

***

Подписывайтесь! https://boosty.to/bw_story

Донаты приветствуются! ;) Ваша поддержка очень важна для меня