ТЫ УВОЛЕН! / You're Fired! © BigGuy33

Опубликовано на LE в разделе Loving Wives 22.07.2017

От автора:

Некоторое время назад Мэтт Моро написал рассказ на тему любящих жен о супружеской паре, работающих в одной компании. Жена - генеральный директор, муж - обычный сотрудник, и жена увольняет мужа. У жены, конечно же, роман.

Идея о том, что жена генерального директора увольняет своего мужа в результате делового решения (без учета фактора неверности), и то, как это может повлиять на ситуацию, заинтриговала меня.

Я предпочитаю писать от первого лица, но иногда часть истории разворачивается в отсутствие главного героя, поэтому иногда приходится переходить на третье лицо. Прошу прощения, если это кого-то беспокоит.

Да, и модераторы Литэротики попросили меня получить разрешение у Мэтта на использование его сюжетной линии, и он великодушно дал его. Спасибо, Мэтт.

От переводчика:

К сожалению, поиск рассказа, на который ссылается "Большой парень 33"(BigGuy33) успехом не увенчался. Если кому-нибудь из читателей повезет порыться на просторах интернета и обнаружить этот рассказ, прошу, - поделитесь.

Сюжет «жена-руководитель увольняет своего мужа» достаточно распространен и хорошо раскрыт и на LE и здесь, на BW. Однако, считаю нелишним еще раз дать ссылки на рассказы данной тематики, вполне заслуживающих быть в "Избранном" на вашей страничке BW:

1. "Теперь ты можешь пойти домой". You Can Go Home Again. blackrandl1958

— Loving Wives 17.03.2017 https://www.literotica.com/s/you-can-go-home-again-1

Перевод: kkkwert 30.03.2021 ссылка: https://bestweapon.vip/post_75619

2. "Отпустить". Let Go. qhml1 - Loving Wives 10.09.2018

https://www.literotica.com/s/let-go-6

Перевод: kkkwert 15.03.2021 ссылка: https://bestweapon.vip/post_75338

3. "Попытка исправить свой брак". Trying to Reclaim My Marriage. Slirpuff

— Loving Wives 16.07.2010

ссылка: https://www.literotica.com/s/trying-to-reclaim-my-marriage

Перевод: ждет своего часа.

***

ТЫ УВОЛЕН!

— Мне жаль, Генри, но твои результаты за последний квартал не соответствуют необходимым нам стандартам. Мы тебя увольняем.

Я был ошеломлен, разинув рот и не мог ясно сформулировать мысль. Конечно, меня увольняли и раньше, хотя с тех пор прошли годы. Но должен признать, что сейчас меня застали врасплох. Вероятно, причиной этого было то, что это моя собственная жена ударила меня по голове. Я наконец-то принял сигналы из мозга, поступающие в мой речевой аппарат.

— Ты меня увольняешь? Надеюсь, ты же не серьезно.

— Я абсолютно серьезна. Твои показатели значительно снизились по сравнению с прошлым годом, и компания просто не может позволить себе дольше удерживать тебя на этой должности.

— И какого черта ты сама мне об этом объявляешь? Ты не мой непосредственный начальник. Неужели этот красавчик Адамс такой слабак, что попросил тебя сделать это за него?

— Я решила разобраться с этим лично, чтобы избежать каких-либо недоразумений. Это же я подписываю кадровые приказы и не хочу, чтобы было какое-то выяснение отношений, когда ты мог угрожать обжаловать решение, когда твой начальник сообщил бы тебе эту новость. Я подумала, что лучше всего разобраться с этим самой.

— Ну, это просто чертовски здорово!

— Мне нужно, чтобы ты освободил свое рабочее место. Чтобы ты не удивлялся, по протоколу с тобой должен быть охранник, - говорю это, чтоб ты не подумал, что я или компания считаем, что ты мог бы взять что-то, что тебе не принадлежит. Это протокол.

У меня в животе словно образовался железный ком. Как, черт возьми, можно уволить своего мужа? Серьезно?

— Ясно. Что-нибудь еще?

— Генри, это было нелегко сделать. Я надеюсь, ты это понимаешь.

— Как скажешь.

Я встал и вышел из ее кабинета.

***

Возможно, пора представиться. Меня зовут Генри Уэстон, и я... или, скорее, я был... менеджером по работе с клиентами в компании ABG Products (это название официально ничего не означает, просто являлось первыми тремя буквами греческого алфавита: Альфа-Бета-Гамма). Мой рост около 180 см. и я в приличной физической форме, хотя не так давно у меня начал выделяться животик, что, конечно, не привело меня в восторг. Друзья считают меня достаточно умным, и я и сам знаю, что мог бы потянуть более высокие административные должности, - у меня просто не было желания быть начальником. Однако у меня были способности к продажам, и я неплохо зарабатывал на этом, по-видимому, до недавнего времени.

Моя жена Анджела была генеральным директором нашей фирмы - ABG. Именно так: главная шишка. Большая шишка. Вы понимаете, о чем я. Она всегда была амбициозной и умной, поэтому неудивительно, что она получила эту должность. Ее рост – 164 см, прямые каштановые волосы, которые она обычно собирает в пучок, когда работает. У нее, вероятно, около двенадцати килограмм лишнего веса, но до сих пор это ни меня и ни ее не беспокоило. Она привлекательна, но не особенно, и до сегодняшнего дня я считал, что у нас - хороший брак! Или был?

Мы женаты уже 15 лет, и нам обоим чуть за сорок. У нас нет детей, но мы вели отдавали свое свободное время на активную социальную жизнь. Я проводил некоторое время в разъездах, обслуживая свои счета, а она задерживалась на работе лишние часы, как того требовала ее должность. На работе она использовала свою девичью фамилию Джарретт. Но тот факт, что мы находимся в браке, - не являлось секретом ни для персонала, ни даже для наших конкурентов, но Анджела была уверена, что для всех было бы лучше, если бы мы как можно больше разделяли нашу деловую и личную жизнь. Я же на этом не заморачивался.

Мы познакомились в компании ADG, когда я был принят на работу в отдел продаж двадцать лет назад. Она уже тогда училась на курсах "молодых руководителей" и пользовалась большим уважением. Не буду утомлять вас рассказом об ухаживаниях, поскольку они были ничем не примечательными. Мы встретились, сходили на свидания, полюбили друг друга и поженились. Она поднималась по служебной лестнице, а я - по службе в отделе продаж, часто добиваясь высоких показателей за квартал, хотя, должен признать, это было уже сравнительно давно.

А теперь, выходя из кабинета моей жены, я буквально на коже ощущал взгляды, что удивило меня, так как мы обошлись в вопросе моего увольнения без криков, так что я не думаю, что кто-то подслушал наши разговоры. Тогда я предположил, что слухи, возможно, уже распространялись и меня бы не удивило, если бы оказалось, что это Адамс, вице-президент по продажам, намеренно проговорился. Когда я только завернул за угол к своему офису, я увидел поджидавшего меня у двери охранника и понял, что, мои догадки точны.

— Я сожалею, мистер Уэстон. Уверен, вы бы и без меня не взяли ничего, что принадлежит компании, но...

Я остановил его: - Все в порядке, Вик. Так принято, и ты просто делаешь свою работу. Не думай об этом.

На самом деле у меня в кабинете было очень мало вещей, так как я почти не проводил там времени. Все мои вещи легко поместились в небольшой коробке, которую компания предоставила для моего удобства. Я быстро огляделся и, убедившись, что у меня есть все, что я хотел, закрыл дверь своего офиса и в последний раз вышел из здания.

— Мистер Уэстон, вы забыли фотографию своей жены, - крикнул Вик мне в спину, когда я шел к двери.

— Нет, я не забыл, - ответил я, не оборачиваясь.

Когда я уходил, в офисе моего отдела, где находилось более дюжины человек, стояла гробовая тишина. Мне пришло в голову, что теперь не только они, но и все работники ABG будут ожидать, что никто из них не находится в безопасности. И тогда я подумал, что, возможно, в этом и был замысел моего увольнения, или, по крайней мере, часть этого.

Я бросил коробку на переднее сиденье своей машины и поехал домой. Оправданно это или нет, но я чувствовал себя полностью преданным Анджелой. Я был зол, так как и сам знал, что мои показатели падают, но у меня были все основания ожидать, что в ближайшие пару кварталов они восстановятся. Несколько моих клиентов обещали увеличить объем своих заказов, и я сейчас можно было ожидать, что очень скоро моему сменщику, вероятно, воздадут должное за то, что он изменил ситуацию к лучшему. Жаль, что мне не дали возможности довести дело до конца.

Я провел вторую половину дня, занимаясь кое-какими делами по дому. Я думаю, Анджела была бы не слишком довольна, но в тот момент мне было все равно. Мне было любопытно, как она будет себя чувствовать, когда вернется домой. Мы всегда старались отделять работу от дома, оставляя дела компании в офисе, но сейчас, очевидно, все было по-другому, по крайней мере, для меня.

Я сидел на диване и смотрел бейсбольный матч, когда она вошла в дверь около 7:00 вечера. Я даже не потрудился поднять на нее взгляд, не отрывая глаз от телевизора. Мы всегда здоровались друг с другом, когда возвращались домой, так что мое молчание, вероятно, говорило о многом.

— Дорогой, я дома...

— Я слышал, как ты вошла.

— У нас какие планы на ужин?

Итак, она, по-видимому, на полном ходу заявляет, что то, что только что произошло на работе, не имеет никакого отношения к нашей жизни дома? Интересно!

Обычно за ужин у нас отвечал тот, кто приходил домой первым, но это было раньше. События этого дня, по крайней мере, для меня, привели к смене парадигмы в нашем браке, а для нее, по-видимому, - ничего не изменилось.

— Я уже поел.

— Ты мне что-нибудь приготовил?

— Нет.

Я продолжал смотреть телевизор, поэтому понятия не имею, как она отреагировала на то, что я отмахнулся от нее, но не думаю, что она восприняла это хорошо. Наконец, поняв, что больше ничего не услышит, она повернулась и пошла снять свой деловой костюм. Я представил, что вскоре последует еще один неприятный разговор, когда она поймет...

— Генри, где твоя одежда? И твои туалетные принадлежности?

— Там, где им и положено быть, Анджела. В моем шкафу и в ванной.

Она исчезла на минуту, пока я еще немного понаблюдал за игрой. Я знал, что разговор еще не окончен, но, видимо, мой ответ смутил ее, и она вернулась, чтобы перепроверить. Она быстро вернулась: - Генри, твоя сторона шкафа пустая, и твоих туалетных принадлежностей тоже нет. Ни зубной щетки, ни бритвы, ни дезодоранта, ничего.

— Вот в чем твоя проблема, Анджела. Ты смотрела только в свой шкаф и свою ванную. А я совершенно ясно сказал, что мои вещи в МОЕМ шкафу и ванной.

— Но это же то же самое...

Она внезапно замолчала и снова исчезла в коридоре. Похоже, до нее внезапно дошло, о чем я говорю. И когда она снова ворвалась в гостиную, кипя от гнева, показывая это своим поведением (я удивился, как у нее из ушей не валил пар, но, думаю, такое бывает только в мультиках). Я понял, что, наконец-то, до нее дошло.

— Какого черта твои вещи в гостевой комнате?

— Это не гостевая комната. Это теперь моя комната, и я буду благодарен, если ты об этом не будешь забывать.

— О, нет, так не будет. Ты вернешь свои вещи на место, или я сделаю это за тебя, и я не буду нежной.

— А я верну их обратно. В конце концов, у меня неожиданно появился целый день, чтобы делать то, что я захочу.

— Черт возьми, я так и знала, что все так и будет! С моей стороны это было совершенно законное деловое решение, и ты это сам знаешь. В прошлом мы уже увольняли людей, у которых показатели были даже получше, чем у тебя.

— Верно, но ты не была замужем за ними.

Она попыталась успокоиться, сделала несколько глубоких вдохов и, наконец, села рядом со мной: - Генри, я должна была сделать то, что отвечало интересам компании. Может, я и твоя жена, но я отвечаю перед своим руководством так же, как и ты перед своим. Совет директоров, акционеры - все они ожидают результатов, и я отвечаю за их обеспечение.

— Я все понимаю, Анджела. Ты предпочла компанию мне и нашему браку. Так что теперь компания может согревать тебя по ночам.

— Перестань ребячиться, Генри. Мы всегда разделяли работу и дом. Всегда. Я сделала то, что должна была сделать на работе, и теперь, когда я дома, мы должны оставить это позади. Мы же говорили с тобой об этом давным-давно. Как бы это выглядело, если бы я придерживалась для нас с тобой иных стандартов, чем для всех остальных?

— Ты бы показала всем, что ты любишь своего мужа?

— Нет, это было бы откровенным кумовством и фаворитизмом, и моральный дух компании упал бы. Они увидели бы в тебе в тебе неприкасаемого и перестали бы уважать руководство компании. Ты несправедлив.

— К черту честность, Анджела. Я твой муж, а не просто какой-то служащий. Я заслуживаю лучшего!

— Нет, Генри, это не так. Только не на работе, и ты это знаешь. Ты не справился, а я сделала то, что должна была. Мы уже миллион раз говорили об этом, о том, что нужно держать наши семейные дела отдельно. Я не могу поверить, что ты так себя ведешь, и я ожидаю, что ты перенесешь свои вещи обратно в нашу спальню.

— А я ожидаю, что ты будешь разочарована.

Я вернулся к просмотру игры, а она вернулась в свою спальню, чтобы наконец переодеться, что она забыла сделать, отвлекшись на мое изменение географии. Она вернулась в простой футболке и спортивных штанах, в своем наряде "даже не думай, что у тебя сегодня будет секс". Вероятно, она бы удивилась, узнав, что я не проявил к ней никакого интереса.

Я слышал, как она возится на кухне, производя больше шума, чем было необходимо, я был уверен, что она готовила себе что-нибудь поесть. Примерно через десять минут она вошла в гостиную и уронила что-то мне на колени. Я сразу узнал фотографию, которая до сегодняшнего вечера украшала мой рабочий стол, - именно то фото, на котором она отмечала свое повышение до генерального директора, и которое я не стал забирать из офиса.

— Охранник передал мне это после того, как ты ушел. Он сказал, что ты забыл это на своем столе.

Я перевел взгляд с фотографии на нее. Сейчас мне очень стыдно признаться, что тогда мои слова были направлены на то, чтобы причинить ей как можно больше боли, но в то время боль, которую я испытывал, была свежей, и я сорвался:

— Нет, я не забыл ее. Я взял только то, чем по-прежнему дорожу.

В яблочко! Она была в слезах, прежде чем вылетела из комнаты, и скрылась в спальне. Я услышал, как хлопнула дверь, и, честно говоря, в тот момент мне было наплевать. Я вернулся к своей игре и не видел Анджелу до утра.

Я проснулся посреди ночи на диване, а по телевизору шел какой-то чертов рекламный ролик. Теперь я был укрыт одеялом, и свет был погашен. Взглянув на часы, я увидел, что было 3:27 ночи. Анджеле скоро было вставать, наверное, через пару часов, и я не хотел быть здесь, когда она будет ходить рядом. Я встал, сложил одеяло и пошел в свою комнату.

Офис компании ABG Products

Генеральный директор Анджела Джарретт вошла в свой офис в 7:00, так же, как и в любое другое утро. Она твердо была убеждена в том, что обязана подавать пример своим поведением, и это на деле означало, что она приходила первой утром и часто уходила последней вечером. Это также означало, что она следила за тем, чтобы ее личные чувства не повлияли на эффективность ее работы.

Когда Джек Адамс обратился к ней с предложением уволить Генри, она проанализировала представленные им цифры настолько объективно, насколько могла, и пришла к тому же выводу, что и Джек: Генри не справлялся со своими обязанностями, и на его место нужно было найти кого-то другого. Это было то, что делалось много раз раньше и никогда не вызывало каких-то особых передряг между руководством и кадровым подразделением.

Она и до этого подозревала, что Генри расслабился, почувствовал себя комфортно и самоуспокоился, как это бывало уже со многими до него и наверняка будет с другими и после него, - и просто поплыл по течению. Приток свежей крови в отделе продаж означал бы прилив энергии и новые перспективы, и показатели неизменно должны были вырасти.

Хотя начальник отдела продаж и не просил Анджелу лично заняться увольнением Генри, но во время встречи он ясно дал понять, что ожидает, что ее муж может разыграть карту "моя жена - генеральный директор". Ему и раньше приходилось увольнять людей, но именно по этой причине он не ждал этого с нетерпением, и он почувствовал облегчение, когда Анджела предложила заняться этим самой, чтобы предотвратить возможные конфликты.

В 7:30 помощница Анджелы, Мелисса, вошла в дверь с кофе и выпечкой, как и каждое утро. У них был поставщик, который каждый день доставлял выпечку, и Мелисса всегда выбирала что-нибудь для своей начальницы. Этим утром она с нетерпением ждала сплетен.

— Как все прошло вчера вечером дома?

— Ужасно. Он переехал в свободную комнату. И он не забыл фотографию, а специально ее оставил. Он сказал, что взял только те вещи, которые ему еще нужны.

— Он имел в виду фотографию или тебя?

— Я, честно говоря, не уверена, что он говорил только о фотографии. У нас с ним было соглашение, что работа не будет влиять на домашние дела, и я рассчитывала на это, принимая решение его уволить. Думаю, в конце концов, ты была права, опасаясь за мой брак.

— Меня это не радует, Анджела. Но было разумно ожидать, что твое решение о его увольнении не будет таким же, как с остальными. И что теперь?

— Ничего. Тем не менее, это было правильное решение для компании, и принять его было моей работой. Наверное, я буду надеяться, что, когда его гнев уляжется, он поймет, что я была права, и мы вернемся к нормальной жизни. Как только он найдет другую работу, я уверена, все будет хорошо.

***

Всю следующую неделю в доме оставалось по-прежнему. Я был поглощен проектами по дому, которые требовалось выполнить, и, признаюсь, в глубине души мне не раз приходила в голову мысль, что я повышаю стоимость дома, делая ремонт, чтобы мы могли удачно продать его в рамках развода.

Никто из нас не собирался отступать ни на шаг. Хотя мы почти не разговаривали, было ясно, что Анджела придерживалась своей позиции: она приняла деловое решение, которое было частью ее работы, а я был виновен в том, что не придерживался нашего соглашения о разделении работы и дома. А я продолжал утверждать, что мужа просто так не увольняют. Что ее брак заслуживает большей лояльности, чем вся компания.

Как только с домашним ремонтом было покончено, я решил, что пришло время начать поиск работы. Конечно, я занимался этим по вечерам. Пока Анджела была на работе, я весь день смотрел телевизор, или играл в карты, или еще что-нибудь, а потом, как раз перед ее приходом домой, закрывался в офисе и занимался поиском работы. Так продолжалось еще неделю, прежде чем Анджела попыталась изменить ситуацию к лучшему. Я все еще злился и пользовался любой возможностью, чтобы попытаться причинить ей боль за то, что она сделала со мной.

Однажды в субботу она постучала в дверь офиса, где я сидел перед монитором в поисках работы (читай: искал старых друзей на Facebook). Я не ответил на стук, но так как дверь была не заперта, - она все равно вошла.

— Генри, давай сегодня что-нибудь придумаем вместе. Нам нужно попытаться восстановить наш брак. Пожалуйста.

Мог ли я просто принять ее предложение таким, какое оно было, и составить какой-нибудь план на будущее? Конечно, мог бы, но я не был готов к этому. Итак, я сделал то, что сделал бы любой озлобленный мужчина, почувствовавший себя униженным своей женой: я нанес ответный укол.

— Извините, я не могу. Мне внезапно понадобилось искать работу.

Тогда она сказала, пожалуй, самое худшее, что могла сказать.

— А ты не можешь взять выходной? Спешить некуда, детка. Я зарабатываю более чем достаточно, чтобы прокормить нас.

Я тут же пришел в ярость. Клянусь, я буквально почувствовал, как у меня закипает кровь: - Просто, блядь, не могла дождаться, чтобы бросить это мне в лицо, не так ли?

— Что? Генри...

— Ну как же! Ты успешный и хорошо зарабатывающий руководитель, но замужем за неудачником, который даже не может пережить увольнение от собственной жены! Держу пари, вы с Адамсом скоро будете собираться вместе, если уже этого не сделали, и ржать до упаду над тем, как избавились от меня! Вы, может быть, уже трахаетесь у себя в офисе и смеетесь над тем, какой я неудачник? Держу пари, для тебя с ним это просто большая гребаная шутка.

Пощечина застала меня врасплох.

— Генри Уэстон, я никогда в жизни даже не помышляла о том, чтобы изменить тебе, и тебе лучше, черт возьми, это знать! Ты можешь злиться из-за того, что тебя уволили, и сколько угодно верить, что мне не следовало этого делать, но никогда не смей...никогда... не ставь под сомнение мою честность, предполагая, что я изменю тебе!

Она развернулась на каблуках и вышла, хлопнув дверью. Я даже подумал, что маленькие стеклянные панели могут разлететься вдребезги, но они удержались. Все быстро шло под откос, и я понятия не имел, как это остановить, и, что еще хуже, не знал, хочу ли я этого вообще. Единственным положительным моментом для меня была ее реакция на мое предположение, что она уже изменила мне с Адамсом: сама мысль об этом оскорбила ее. Именно такая реакция была бы у невинного человека. Итак, вот и все.

***

Наконец-то я получил хоть какой-то ответ на множество разосланных мною резюме. Ну, может быть, мне только казалось, что их около миллиона. В любом случае, мне пришло письмо от местной компании Capstar Sales and Service, которая искала представителя на другую территорию. Там платили ненамного меньше, чем я зарабатывал ранее, но для меня это не было неожиданностью. Плохо, что у них было много командировок, даже больше, чем у меня было в ABG, но сейчас это бы меня вполне устроило, имея в виду нынешнее семейное положение.

Наверное, по мне было заметно, что мои дела пошли на лад, так как Анджела соазу обратила внимание и спросила, что меня обрадовало.

— У меня сегодня собеседование в Capstar.

— Ух ты. Это здорово, детка. Я знаю, у тебя все получится. Позвони мне, как все пройдет.

Я не обещал, что сделаю это, но и не сказал ничего обидного, а когда она неуверенно потянулась, чтобы поцеловать меня в щеку, я даже позволил ей это. Когда она шла к своей машине, у нее было легкая походка, и я впервые за долгое время почувствовал положительные эмоции, когда последовал ее примеру. К сожалению, должен сказать, что они продлились недолго.

Офис ABG Products

— Вы ужасно довольны этим утром, босс. Есть какие-то подвижки на домашнем фронте?

— Сегодня у него собеседование в Capstar. И я думаю, что как только он устроится к ним, тогда все наконец-то вернется на круги своя. Сегодня утром он был добр и даже позволил поцеловать себя на прощание. Это был поцелуй в щеку, но это только начало.

— Все еще ничего в спальне, да?

— Ничего. Мне не приходилось так усердно самой снимать напряжение с тех пор, как я впервые испытала оргазм, когда мне было 14 лет. Надеюсь, хотя бы сегодня все пройдет хорошо. Мне действительно нужно потрахаться.

Звонка от него или просто сообщения о том, как прошли дела в Capstar, так и не последовало, и хотя Генри, возможно, просто забыл об этом, хуже всего было то, что он не захотел поделиться со мной хорошими новостями. Я уехала домой в шесть вечера с нетерпением ожидая новостей, но с этим пришлось обождать, потому что Генри там не было.

Я снова проверила свой телефон и не обнаружила никаких сообщений. Потом налила себе бокал вина и несколько раз звонила Генри, но все без ответа. Я не могла заставить себя что-нибудь съесть, поэтому просто с нетерпением ждала его появления.

Было уже после 22:00, когда я увидела свет фар на подъездной дорожке, и, как бы ни была расстроена, решила, что сейчас не время для выяснения отношений: каким бездумным и бесчувственным он был, - не позвонив, не отвечая на звонки и так опоздав. Я собиралась играть роль заботливой жены, даже если это убьет меня. До тех пор, пока Генри чуть не грохнулся на пороге.

***

Я ехал домой осторожно, стараясь не выезжать на главные улицы, чтобы избежать внимания правоохранительных органов. Вообще-то не думал, что я был пьян... больше... но все равно было разумно соблюдать осторожность. Припарковав машину рядом с домом я вошел, вернее, споткнулся о порог, распахнув парадную дверь. Анджела не выглядела счастливой.

— Ты пьян, Генри?

Я посмотрел ей в глаза: - Уже нет. Пару часов назад может быть, но сейчас уже нет.

— Пойдем, уложим тебя в постель.

Она отвела меня в свою комнату, которая раньше была нашей спальней, и начала раздевать меня. Я пытался протестовать, что она отвела меня не в мою комнату, но она проигнорировала меня и просто продолжала тянуть мои штаны вниз. Она раздела меня догола и, если я был в состоянии оценивать ее действия, слишком пристально изучила мои причиндалы. Возможно, я и был сейчас слабоумным, но не совсем дурак: - Довольно легко предположить, что тебе изменяют, да?

Она поняла, что я догадался, о чем она думала, и у нее хватило порядочности хотя бы немного смутиться: - Ну, ты был пьян..., - сказала она, как будто это все объясняло.

Я забрался в постель, не заботясь о том, что это была не моя кровать, и заснул еще до того, как она забралась рядом со мной.

Когда я проснулся посреди ночи с сильной головной болью, в то время как моя жена изо всех сил пыталась поднять меня. Я намеревался воспротивиться, но мне было чертовски приятно, и я был слишком возбужден, не говоря уже о том, что был чертовски уставшим, чтобы возражать. И я решил присоединиться, схватив ее за бедра и задвигавшись в ритме, который был так хорошо знаком нам обоим.

— Сожми мои сиськи, детка.

Анджеле всегда нравилось, когда с ее грудью обращались грубо. Не до крови и даже не до боли, но она говорила, что вообще ничего не чувствовала, пока я осторожно обращался с ней. В свое время нам потребовалось немного в этом попрактиковаться, но в конце концов я понял, как сильно она хотела, чтобы я был немного грубоват и у меня это неплохо получалось. Сегодняшний вечер не стал исключением.

Я ущипнул ее за соски, и она задохнулась от удовольствия, когда я начал ласкать ее ягодицы, в то время как я входил в нее, а она толкалась в ответ. Она кончила через несколько секунд после начала игры с сиськами, но как только она получила первый оргазм, то тут же устремилась к еще одному. Я подумал, что она верила, что если остановится, то я положу конец ее приставаниям, а она не собиралась рисковать.

У нее явно было три хороших оргазма и, по-моему, еще пара поменьше. Когда я сам кончил в нее первый раз, она сразу же слезла и снова сильно меня пососала, а потом забралась обратно. К тому моменту я был настолько поглощен процессом, что даже не пытался сопротивляться. Это никоим образом ничего не решало, но кто знал, когда у меня снова может что-то получиться, поэтому я воспользовался этим. С последствиями я бы разобрался потом.

***

Я встал раньше Анджелы и сварил кофе. В основном я думал о том, как лучше всего справиться с событиями прошлой ночи. Я должен был дать ей понять, что мое молчаливое согласие прошлой ночью не помогло решить проблему, как она могла подумать. Как оказалось, мне не о чем было беспокоиться.

Она выбралась из постели примерно через час после меня. Она не произнесла ни слова, пока сама не сделала первый глоток кофе. Я просто тихо сидел за столом, размышляя о событиях прошедшего вечера и не зная, как поднять эту тему. Она сделала первый ход.

— Генри, я не дура и понимаю, что то, что произошло прошлой ночью, очень мало значит для нашей... ситуации. Это были просто два человека, которым нужно было отвлечься, занимаясь этим с единственным человеком в мире, с которым они могли это сделать. Я бы не стала изменять тебе и, честно говоря, не думаю, что и ты изменил бы мне.

Я кивнул и просто сказал: - Хорошо.

— Итак, смею ли я надеяться, что ты вчера напился в честь предложения о работе от Capstar?

Я печально улыбнулся, вспоминая события прошлого дня. Совершенно определенно, это был не самый счастливый день, что заставило меня посетить какой-то безымянный местный бар, который я, вероятно, не смог бы найти снова. Отправляясь на собеседование, я возлагал большие надежды не только на то, что получу работу, но и на то, что смогу вернуть себе гордость, которой меня лишили. Но этому не суждено было сбыться.

— Нет, никакого предложения о работе не было. Это оказалось одной большой подставой.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, как ты видела, я был разодет в пух и прах, чтобы произвести впечатление. Интервью было запланировано с Артуром Кроссом, их версией нашего Джека Адамса. В комнате было еще несколько человек, которые поддакивали ему, но слово было за ним.

— Звучит типично.

— Мы долго говорили о моей трудовой биографии, и он казался очень позитивным. У меня было хорошее предчувствие по этому поводу, тем более что мы даже не обсуждали причину моего ухода из ABG. И тут я ожидал либо быстрого предложения, либо, по крайней мере, повторного собеседования, но тут Кросс решил мне все высказать открыто:

— Генри, - сказал он, - хотя твое резюме выглядит действительно заманчиво, боюсь, у нас здесь просто не найдется места для человека, который не может удовлетворить требования собственной жены.

Думаю, вся эта пародия на собеседование со мной была подготовлена специально для того, чтобы он смог произнести эту фразу перед своими подпевалами.

— Милый, я уверена, что он просто зря тратил твое и свое время, занимаясь такими ребяческими делами, - услышав ее, я повернулся к ней в удивлении.

— Я бы так и подумал, но я понял, что происходит, когда все присутствующие разразились смехом, а один из его подхалимов даже лизнул ему: - Я не могу поверить, что вы действительно это сказали.

Так что, да, все смеялись надо мной. Я стал всеобщим посмешищем.

— Детка, мне так...

— Не говори, что тебе жаль, Анджела. Я не хочу этого слышать. Ты никогда не приходила на собеседование к тем, кого ABG увольняла, и не извинялась перед ними, и мы оба знаем почему. Потому что ты не сожалеешь, это ваш гребаный рабочий процесс. Ты сама говоришь, что это было деловое решение и, очевидно, ты сделаешь это снова. Так что оставь свои извинения при себе.

— Генри, я здесь не как генеральный директор ABG. Я здесь как твоя жена, и я сожалею о том, что сделали эти незрелые придурки.

— Да, что ж, но они были правы, не так ли?

— Нет, ты не такой, что они имели в виду, смеясь над тобой. Прошлая ночь, безусловно, была тому доказательством.

— Ну, по крайней мере, хоть на что-то я еще гожусь.

— Слова этих идиотов ничего не значат. Просто оставайся в седле и продолжай поиски. Ты все равно слишком хорош для их дерьмовой маленькой компании.

— Но недостаточно хорош для тебя, да?

И с этими словами я отмахнулся от ее уговоров вернуться и поговорить. Мне каким-то образом удалось сохранить хладнокровие, когда я покидал офис Capstar. Я не хотел, чтобы они знали, какой удар они нанесли моему эго своим маленьким трюком. Им удалось с легкостью усилить мое чувство неадекватности, так что, хотя я и не сломался у них перед глазами, я не успел далеко проехать по улице, до того, как мне пришлось съехать с дороги и взять себя в руки. После этого я нашел только что открывшийся бар и провел весь день, забившись в угловую кабинку и жалея себя.

У меня было несколько приглашающих взглядов, в том числе от одной довольно эффектной блондинки, думаю, профессионалки, но мне даже в голову не пришло заняться ей. Со мной говорили несколько дам, но я так и не установил ни с кем даже небольшого контакта. И я не скрывал своего обручального кольца, так что все девушки прошли мимо. Я и так чувствовал себя достаточно плохо, чтобы добавлять себе еще и флирт с незнакомками.

Я бросил пить около 19:00 и заказал в баре приличную еду, которая помогла мне справиться с алкоголем. Мой телефон несколько раз вибрировал, принимая сообщения, все от Анджелы, но я его игнорировал. Я просто хотел побыть один.

Когда я, наконец, почувствовал себя достаточно трезвым, чтобы сесть за руль, я встал и вышел на улицу. Прогулявшись немного по свежему воздуху, чтобы проветрить голову и подумать о том, что я делаю. Оглядываясь назад, я понимаю, что мне, наверное, не следовало тогда садиться за руль, хотя я сомневаюсь, что совершил бы аварию, но до дома я добрался без эксцессов.

Закончив разговор с Анджелой, я отправился в свою спальню. Убрав в шкаф свой парадный костюм, я сделал себе мысленную пометку утром проверить его более тщательно, не нуждается ли он в химчистке, и забрался в постель.

Офис ABG

— Я не знаю, что и делать, Мэл. Как, черт возьми, я могу сохранять позитивный настрой и поддерживать его в поисках работы? Как мне подойти к нему и убедить его, что он хороший продавец и заслуживает работы в приличной фирме, когда сама уволила его за то, что он недостаточно хорошо справлялся?

— Я не знаю, босс. Может быть, именно поэтому я так и не замужем. Я не считаю своей работой заставлять мужчину чувствовать себя лучше.

— Даже если это из-за тебя он стал плохо себя чувствовать?

— Нет, я просто говорю им, чтобы они смирились с этим. Возможно, именно поэтому я и одна.

Анджела откинулась на спинку стула и пару минут смотрела в какую-то невидимую точку на потолке, в то время как Мелисса терпеливо сидела рядом. У Анджелы была привычка по нескольку минут молча обдумывать ситуацию, так что в этом не было ничего необычного. Необычной была ее неспособность сейчас найти решение проблемы. Именно ее умение найти выход в любой ситуации в первую очередь помог ей занять должность генерального директора.

— Мел, я действительно думала, что все пойдет по-другому. Я ожидала, что он расстроится из-за увольнения, но не так. А теперь я боюсь за свой брак в в первую очередь.

— Это безумие, Анджела. Генри любит тебя. Просто сейчас ему больно, и он немного подавлен тем, что до сих пор не нашел работу. Когда он найдет, все будет хорошо, и вам обоим, вероятно, станет лучше от этого.

— Ага, это говорит та, которая никогда не была замужем.

***

Прошло несколько недель, а я все еще не получил ни одного ответа на массу разосланных резюме. Я был почти уверен, что у Почтовой службы США будет значительная прибыль по итогам года благодаря моим поискам работы. А я не получил ни кусочка, даже крошки не откусил. Тот унизительный опыт в Capstar стал итогом моих поисков работы, и, признаюсь, я был сильно подавлен всем этим, но я решил продолжать надеяться.

Затем мне позвонил мой друг. Его звали Алекс, и он работал в Brinkley Enterprises, еще одной региональной компании, структура которой была аналогична ABG, и туда я тоже отправлял несколько своих резюме за последние несколько недель. Я слышал, что эта компания действительно набирала сотрудников, поэтому я был озадачен тем, что меня даже не пригласили на собеседование. Алекс не занимался подбором персонала, но я подумал, что, может быть, он мог бы замолвить за меня словечко или что-то в этом роде.

Была середина утра, и я был поглощен интенсивной игрой в онлайн-покер, когда он позвонил и спросил, могу ли я встретиться с ним за ланчем. Я согласился. Конечно, у меня вряд ли еще были неотложные дела.

Мы встретились в местном гриль-баре и обменивались любезностями, ожидая нашего заказа. Пока мы ели, мы сосредоточились на обеде и дневном бейсбольном матче, который транслировался на экране над баром, и тогда он, наконец, перешел к причине приглашения.

— Генри, я слышал о том, что произошло в "Capstar". Они точно придурки. Не позволяй им себя задеть.

— Да, я знал, каких людей они предпочитают нанимать, но мне была нужна работа, так что какой у меня был выбор, понимаешь?

— Я понимаю. Но... теперь попытайся сам понять, с чего все началось, хорошо? Я твой друг. Это был дерьмовый поступок тех парней, никто с этим не спорит, но...

— Но что?

— Дело в том, что... таково общее мнение среди продавцов.

— Что...?!

— Что если тебя уволила твоя собственная жена, то, в общем, все думают, что не стоит рисковать и брать тебя на работу. Я разговаривал с некоторыми кадровиками у нас, и они говорят, что никто в городе всерьез не рассматривал ни одно из твоих резюме. И они слышали это из других мест по всему городу, даже из тех, которые активно нанимают сотрудников.

Это меня сильно задело. По крайней мере, я надеялся, что в набирающих сотрудников компаниях просто не было свободных вакансий моего профиля, но известие о том, что меня даже не рассматривают на реальную работу, было ударом ножа в грудь. Я попытался не реагировать остро прямо там, в ресторане, но, похоже, я так и не смог заставить себя хотя бы поблагодарить Алекса. Во мне продолжали звучать последние слова Алекса.

Когда я смог подняться, то просто встал, встал, бросил на стол 20 долларов и ушел, поблагодарив Алекса за то, что он открыл мне глаза на то, что происходит за кулисами. Я поехал домой, и внезапно трезвость показалась мне плохой идеей.

Я устроился на диване и с готовностью набросился на свой запас пива. Я уже почти прикончил две упаковки банок, когда Анджела вернулась домой немного раньше обычного. Она не сразу осознала ситуацию, но это не заняло у нее много времени.

— Генри, я дома.

— А, вот и она! - сказал я с большим энтузиазмом и громкостью, чем было необходимо, - Моя любящая жена!

Она осмотрелась, увидела груду пивных банок и без труда оценила обстановку. Я же говорил себе, что она умная: - Ты пьян.

— Так и есть. Это...я... и есть.

— Боже, от тебя воняет. Я чувствую твой запах даже отсюда. Ты хотя бы принимал душ сегодня?

— Конечно, как раз перед тем, как обедал с Алексом.

— Ты обедал с Алексом? Что он тебе сказал? Есть что-нибудь в Brinkley?

— Конечно, много чего. Они нанимают самых разных людей, включая продавцов.

— Это здорово. Алекс собирается привлечь тебя к этому делу?

— Нет, он не имеет отношения к подбору персонала.

— Я знаю, детка, но уверена, что у него есть какие-то связи, какое-то влияние.

— Так и есть, но мы говорили не об этом. Нет, он просто дал мне понять, что я стал посмешищем в нашем городе среди продавцов и что никто не воспринимает меня всерьез.

— Что? Он же не мог говорить об этом с уверенностью?

— О, но это так и есть. Похоже, что мое увольнение собственной женой в значительной степени свидетельствует о том, что я бесполезен, по крайней мере, как работник. Они будут нанимать ребят, окончивших колледж, без опыта работы, и людей, которые за всю свою жизнь не добились примерно такого же успеха в продажах, как я в свои лучшие годы, но старый, бесполезный Генри Уэстон не стоит того, чтобы его даже пригласить на собеседование.

— Я серьезно сомневаюсь...

— Черт возьми, Анджела! - закричал я, быстро затыкая ей рот, - Просто, черт возьми, прекрати, ладно? Перестань делать вид, что ты не можешь поверить, что я не могу найти работу! Ты сама уволила меня, потому что я не соответствовал твоим стандартам. Моя собственная гребаная жена уволила меня, но, похоже, не может понять, что все остальные придерживаются того же мнения! Ты разрушила мою гребаную карьеру, Анджела, ради своей гребаной работы, так что перестань пытаться придать своей позиции позитивный оттенок. Его просто нет!

Я уверен, что это было сочетание слишком большого количества алкоголя и отсутствия еды (по крайней мере, после обеда), а также внезапного выплеска гнева и эмоций, но внезапно я понял, что меня сейчас стошнит. Ближайшим местом, куда можно было выйти, была дверь во двор, так что именно это я и сделал, едва успев выскочить за дверь, как содержимое моего желудка начало стремительно и яростно выплескиваться наружу. Я упал на колени, когда волна за волной поднимались из моего желудка и выплескивались на лужайку.

Я почувствовал, как Анджела опустилась на колени рядом со мной, пытаясь помочь и утешить меня и бормоча какие-то слова ободрения, что только разозлило меня, и я бросился прочь от нее.

— Не прикасайся ко мне, черт возьми, Анджела. Ты сделала это. Никто другой. Ты решила, что твоя работа в ABG для тебя важнее, чем я, и полностью уничтожила меня. Просто держи свои руки подальше от меня. Я сам о себе позабочусь. Понятно?

— Да, Генри. Я поняла. Я... я...

— Не надо... черт возьми...извиняться.

Я поднялся на ноги и, спотыкаясь, побрел в свою комнату. Я направился в ванную, зная, что меня уже стошнило по крайней мере дважды. Я заперся и припарковался перед унитазом, но, к моему удивлению, меня больше не мутило, даже не было позывов.

Когда я сидел там, я услышал стук в дверь, за которым последовало: - Генри, ты в порядке? (Неужели эта сучка не могла просто оставить меня умирать в одиночестве? Господи!)

— Пока живой.

— Детка, пожалуйста, я люблю тебя. Нам нужно во всем разобраться.

Я не стал утруждать себя ответом. Какой, черт возьми, был в этом смысл? Очевидно, она была в какой-то фантастической стране, где она могла уволить своего мужа, но все в жизни оставалось бы по-прежнему. Я просто посидел еще несколько минут, прежде чем стало слишком неуютно. Я решил, что Анджела уже ушла, так как некоторое время ничего не было слышно из-за двери, поэтому я открыл дверь, чтобы пройти в свою комнату. Я был неправ.

— Детка, я знаю, ты себя неважно чувствуешь, но нам нужно во всем разобраться. Так больше продолжаться не может.

— Ты тоже собираешься уволить меня как своего мужа?

— Нет, детка, это не так. Но я также не хочу так жить всю оставшуюся жизнь. Я причинила тебе боль, я понимаю это, но ты должен поверить, что я действительно думала, что так будет лучше. Я не представляла себе, что все так обернется.

— Действительно? - недоверчиво переспросил я, - Тебе никогда не приходило в голову, что увольнение собственного мужа приведет к боли и недоверию в нашем браке? И ты не подумала, что увольнение решением моей собственной жены негативно скажется на моей психике и самооценке? Ты никогда не думала, что местные компании откажутся нанимать человека, которого уволила его собственная жена? Господи, Анджела, ты невероятно умная женщина. Я отказываюсь верить, что ты на самом деле была настолько глупа.

Я снова отшил ее, и это происходило все чаще и чаще.

Затем я совершил по-настоящему глупый поступок, в котором могу винить только гнев и фрустрацию, которые я испытывал, и которые мне внезапно захотелось выплеснуть. Я просто был так зол на Анджелу, на весь мир, на всю эту чертову ситуацию в целом, и я на самом деле не думал. Я вошел в свою комнату и хлопнул дверью, сбив пару безделушек с небольшой полки рядом с дверью. Когда эти безделушки на разбились, благополучно приземлившись на ковер, то по какой-то причине эти чертовы штуки, имевшие неосторожность упасть, возмутили меня. Я поднял какую-то керамическую статуэтку - откуда, черт возьми, она вообще взялась? -- и швырнул ее со всей силы в дальнюю стену, где она и разлетелась на кусочки. Это научит эту чертову штуковину падать с полки.

К сожалению, это, казалось, только еще больше распалило меня, и, поскольку в пределах досягаемости больше не было ничего стоящего, я остался стоять у двери и заорал во все горло. Врачи, практикующие терапию первичным криком могли бы мной гордиться.

Затем я повернулся и ударил кулаком в стену,.. .изо всех сил. Может быть, я ожидал, что гипсокартон будет более податливым, хотя, возможно, мой удар стал попыткой повторения за парнями по телевизору, где они пробивают дыры в стенах.

Как оказалось, это был не лучший источник правильного опыта. Из меня вырвался еще один крик, явно менее первобытный, чем предыдущий. Я приземлился на пол, сжимая руку и надеясь на чудо, что мои кости остались целы. (Опять то, что я видел по телевизору, хотя, по-моему, это был мультик). Я мог только предположить, что Анджела отличает мои крики друг от друга, потому что влетела в комнату.

— Генри, что ты?.. Боже мой!

Моя рука уже распухла и приобрела фиолетовый оттенок, а один из пальцев был сильно деформирован и указывал в неправильном направлении. Она велела мне не двигаться, как будто движение было на первом месте в моем списке, и выбежала из комнаты. Через несколько мгновений она вернулась с пакетом льда из морозилки и кухонным полотенцем, чтобы завернуть его.

— Давай, детка, едем в отделение неотложной помощи.

Бороться с ней было слишком больно, поэтому я просто подчинился. Она осторожно усадила меня на пассажирское сиденье своего BMW и быстро отвезла в местную больницу. Очевидно, это был "вечер глупостей", потому что там была приличная очередь и люди с травмами, которые появляются в травмпункте после того, как сказали: "Эй, смотри, как я могу!".

Анджела занималась всей бумажной работой. Конечно, я не мог писать, так что особого выбора и не было. А потом меня угостили самым простым из всех переживаний: мы весь вечер провели в отделении неотложной помощи, ожидая своей очереди.

Было уже далеко за полночь, когда мы вернулись домой, моя рука и запястье были закованы в гипс, а я накачан обезболивающими. Я был измотан, несмотря на то, что мне удалось немного подремать в очереди. Анджеле пришлось помогать мне выйти из машины, что заставило меня почувствовать себя еще более бесполезным. Она попыталась уговорить меня пойти с ней в спальню, но я просто отмахнулся от нее, и не сказав ни слова прошел в свою комнату. Возможно, я и сам ударил кулаком в стену, но, мне почему-то казалось, что в основном это была ее вина. Она не произнесла ни слова, пока я закрывался в своей комнате.

Паб "у Клэнси"

— Не очень-то хочется идти домой, да, босс?

— Неужели это так очевидно?

— Раньше ты никогда не ходила с нами в паб после работы, а теперь ходишь 2-3 раза в неделю. Твое настроение вполне очевидно. Дела настолько плохи?

— Он все еще в шоке, Мэл. Прошло уже шесть недель с тех пор, как он сломал руку, и он ни черта не сделал. В основном просто сидит дома и пьет.

— Похоже, у него депрессия.

— Да, но он не хочет разговаривать со мной. Он также не хочет разговаривать с психологом. Я перепробовала все, что можно, чтобы поднять его на ноги. Он, вероятно, даже не стал бы принимать душ, если бы я его не заставляла. Конечно, я пытаюсь поддержать его, но он не собирается терпеть моего присутствия, пока я это делаю.

— Он все еще ищет работу?

— Насколько я знаю, - уже нет. Думаю, он считает, что в этом нет смысла. Он ничего не собирается предпринимать. Черт, он даже газон подстригать не хочет. Мне пришлось нанять сервисную службу.

— И что теперь?

— Я не знаю, Мэл. Думаю, мне просто нужно набраться терпения. Это худший выбор из возможных, но это все, что я могу сделать. Хотя это чертовски расстраивает.

***

Я валялся на диване и смотрел, как "Сокс" выбивают все дерьмо из "Янкиз", когда Анджела вернулась домой. Я провел большую часть дня за выпивкой. Черт возьми, я пил почти весь последний месяц. Для меня было очевидно, что искать работу здесь бессмысленно, и, как однажды заметила Анджела, она зарабатывала более чем достаточно, чтобы прокормить нас обоих. Я даже начал подумывать, что выпивка на диване, возможно, неплохой способ провести остаток своей жизни.

— Опять пьешь, Генри, - и это был не вопрос, - Тебе больше нечем заняться? Вообще-то мог бы поискать работу. Или починить что-нибудь по дому, что нуждается в ремонте. Или, может быть, просто перестирать эту чертову кучу белья!

— Что, черт возьми, заползло тебе в задницу?

— Ты чертовски жалок, вот что. Не могу поверить, что мужчина, за которого я вышла замуж, позволил нескольким неудачам сломать его. Тот парень, за которого я выходила замуж, не стал бы этого делать. Я не знаю, кто ты, черт возьми, такой, но ты точно не тот Генри Уэстон, за которого я вышла замуж. Тот был мужчиной.

Она повернулась и пошла в свою спальню, оставив меня смотреть ей вслед, пока она выходила из комнаты. Я жалок? Эта сучка только что назвала меня жалким? Ну и пошла она. Это все ее вина. Кем, черт возьми, она себя возомнила? Если бы она меня не уволила, ничего бы этого не случилось. Я вернулся к игре.

На следующее утро я проснулся от сильного желания отлить. Я так же и оставался лежать на диване, заснув (или потеряв сознание) в какой-то момент ночи. Я не помнил, чтобы выключал телевизор, поэтому предположил, что в какой-то момент это сделала Анджела. Бросив быстрый взгляд в сторону ее комнаты, я понял, что она уже ушла на работу. Неудивительно, ведь было уже почти 8:00 утра.

Мне удалось добраться до ванной, спустить пояс одной рукой и начать процесс облегчения. У меня уже сняли гипс, но я все еще носил бандаж, чтобы стабилизировать заживающие кости, и было очень трудно одной рукой управляться с пуговицами на брюках, поэтому я носил футболки с шортами на резинке, чтобы их можно было просто опускать и поднимать.

Пока я стоял, отливая, я любовался своим отражением в зеркале. И выглядел я дерьмово. Волосы были грязными и длинными, длиннее, чем когда-либо. На мне была замызганная футболка, а на роже – недельная щетина. Я выглядел точно, как бомж, а без Анджелы, вероятно, таким бы и остался. На этот раз я был согласен с ней, она была права. Я действительно был жалок, и пришло время положить этому конец.

Я разделся и снял оставшиеся каркасы с руки, а потом залез в душ и потратил добрых полчаса, отмываясь от грязи. Я должен был доказать этой сучке...

Потом я пошел к своему парикмахеру. Джонсу было 60 с лишним лет, и он был старым мастером. Он не занимался какими-то укладками, только стрижкой. Он умел делать только пару вещей из брадобрейского искусства, которое он получил на службе в армии и до сих пор стриг волосы именно так, как его научили. Так что, я знал, чего ожидать от него.

Он также работал со старомодной опасной бритвой, но при этом никто не видел, чтобы он кого-нибудь порезал. Я сел в кресло, и он полностью обработал меня, закончив прикладыванием горячего полотенца к моему лицу.

Я вышел от Джонса, чувствуя себя намного увереннее и направился домой, чтобы снова начать поиски работы. Очевидно, мне не светило ничего в нашем городе, поэтому я решил расширить географию своего поиска. Мне было все равно, насколько далеко мне придется забраться, чтобы справиться с репутацией, которую создала мне здесь Анджела, но я собирался изменить ее, чего бы это мне не стоило. Пришло время вернуть себе мужественность.

***

Анджела Джарретт ушла из своего офиса в 19:00. У нее еще оставались какие-то дела по работе, и она все равно не горела желанием возвращаться домой. Ее домашняя ситуация улучшилась, но ненамного. Несколько недель назад Генри наконец-то начал заботиться о себе и снова стал проводить время за компьютером. Она предположила, что по крайней мере часть этого времени он тратил на поиски работы.

Она припарковала машину и вошла в дом. Каждый вечер, когда она входила в дом, она была готова увидеть его снова пьяным на диване, но гостиная в это вечер была пуста. Она взглянула в сторону кабинета, где не горел свет, и поняла, что его там тоже нет. Она вышла в коридор и увидела, что в гостевой комнате горит свет, но дверь была закрыта, поэтому она сначала переоделась в домашнее, прежде чем постучать в его дверь.

— Да.

Анджела открыла дверь и была ошеломлена, увидев чемоданы на кровати, которые он наполнял своей одеждой. Она задала очевидный вопрос.

— Ты куда-то собираешься?

— Я нашел работу.

Анджела была в восторге и на мгновение забыла о чемоданах.

— Детка, это здорово! Я знала, что ты справишься. Где? Когда ты начинаешь?

— Я начинаю с понедельника. Это компания под названием Hanover's.

— Никогда о них не слышала. Какой-то стартап?

— Нет. Они уже более 50 лет на рынке, это одна из крупнейших компаний в Шарлотте.

Улыбка Анжелы быстро погасла.

— Шарлотта? Это та Шарлотта, что в Северной Каролине?

— Да.

— Генри, это в 1000 миль отсюда. Ты будешь от них работать в нашем штате?

— Нет. Я буду работать на территории в Джорджии.

— Генри, офис ABG находится здесь. Я же не могу просто так переехать в Северную Каролину.

— Все в порядке. Я и не ждал, что ты согласишься.

Он продолжил собирать вещи, пока Анджела обдумывала его слова.

— Значит, ты уходишь от меня? Разводишься и переезжаешь в Северную Каролину?

— Переезжаю в Северную Каролину -ДА. Развожусь с тобой - НЕТ.

— Но если ты не разводишься со мной, что тогда?

— Тогда ничего. Я сосредоточен на том, чтобы приступить к своей новой работе. Вот и все. Я даже не думаю о другом. Может быть, там появится какая-нибудь ясность. Кто знает?

— И ты просто ожидаешь, что я приму это?

— Я ничего не ожидаю, Анджела. Абсолютно ничего. Делай, что считаешь нужным. Я поживу несколько дней там в отеле за счет компании, пока не подыщу квартиру. Я сообщу тебе адрес, чтобы ты могла меня обслужить, если захочешь.

— И это все? Просто принимаешь это решение, не обсуждая его со мной?

— В значительной степени. Именно ты назвала меня жалким и посоветовала быть мужчиной, что я и сделал. Благодаря тебе я не смог найти работу здесь, поэтому я просто продолжал расширять свои поиски, пока не нашел работу, и так случилось, что она оказалась в Шарлотте. А теперь, прошу меня извинить, у меня ранний рейс.

Анджела была уязвлена известием о том, что муж уходит от нее, а затем просто отмахнулся от нее, как будто она ничего не значила. Но он не разводился с ней, и это было единственной хорошей новостью. Ну, она была уверена, что так оно и было.

Ладно, он был расстроен и он снова вспомнил то, что она сказала той ночью несколько недель назад. На самом деле, таков и был ее план, она надеялась, что оскорбив его, она сможет вдохновить его доказать, что она была не права. По-видимому, она сработала слишком хорошо.

Анджела вернулась в свою комнату и в шоке опустилась на кровать. Что, черт возьми, произошло? Всего несколько месяцев назад она была на вершине мира, у нее была отличная работа и муж, которого она любила и который любил ее. Конечно, теперь у нее все еще осталась работа, но выполнение ее, очевидно, стоило ей всего остального, и она впервые задумалась, стоит ли оно того.

***

Я закончил укладывать вещи, которые мне понадобятся, в чемоданы, чтобы взять с собой в аэропорт. Я упаковал еще кое-какие вещи в коробки и собирался отправить их. Сегодня утром я отвез их в офис UPS.

Видимость незаинтересованности, которую я демонстрировал Анджеле во время того разговора, была, конечно, фальшивой. Несмотря на то, что я был зол на нее за то, что она сделала, я все равно отчаянно любил ее. Но иногда в первую очередь нужно позаботиться о себе, и именно об этом все это и говорило. Я не смог бы быть достойным мужем ни для нее, ни для кого-либо другого, если бы чувствовал себя так, как сейчас.

Я не планировал подавать на развод, но полностью ожидал этого от нее, и поэтому я очень старался создать впечатление, что мне все равно. Восстановление моего мужского достоинства не включало в себя мольбы моей жены оставаться со мной в браке, пока я это делаю. Кроме того, если бы она меня не уволила, мы бы не были там, где были сейчас.

Перелет в Шарлотт прошел без происшествий, и сначала меня отвезли в отель Hyatt, расположенный недалеко от офиса Hanover. Затем я отправился в офис, чтобы встретиться с Джоном Ганновером III, внуком основателя компании Джона Ганновера. Я разговаривал с ним по телефону и дал видеоинтервью, но это был первый раз, когда я встретился с ним лично.

На самом деле, свой первый месяц я провел на стажировке у их представителя в западной части Южной Каролины Кайла Бишопа. Он проделал хорошую работу, познакомив меня основам работы в Hanover, включая некоторые приемы, которые он использовал, чтобы немного ускорить оформление документов.

Я также убедился, что он большой любитель пустить пыль в глаза. Он сразу сказал мне, что женат, и кольцо на его пальце подтверждало это, но это не мешает ему регулярно знакомиться с женщинами. Поскольку во время путешествий, когда он представлял меня клиентам, мы жили с ним в одном номере. И часто он присылал мне сообщение, в котором просил какое-то время не заходить в номер. Для этого он придумал код: - "Давай я угощу тебя чашечкой кофе", - он подумал, что, если его жена проверит его телефон, это покажется ей безобидным. Ну, а код, разрешающий вернуться в номер: - "Надеюсь, тебе понравился кофе".

(Позже я узнал, что его жена была прекрасно осведомлена о его изменах, но держала его при себе, потому что он зарабатывал много денег и наслаждался жизнью, которую обеспечивал ей и их двоим детям. Он не знал о том, что и у нее были любовники, пока он был в разъездах.)

У меня тоже было много возможностей. Сначала Кайл пытался подбирать пары девушек, чтобы у каждого из нас было по одной, но когда я отказался, он сосредоточился на одиночках. Конечно, из-за этого я часто оставался один и пил весь тот кофе, который он мне покупал, и ко мне неоднократно приставали. Я тогда просто демонстрировал свое кольцо и благодарил девушек за проявленный интерес. Независимо от состояния моего брака, я был женатым человеком.

Я взялся за дело, когда в одиночку отправился в Джорджию, потратил много времени на изучение продукции Hanover и их особенностей, а также внедрил несколько креативных способов ее презентации. Мои продажи были быстрыми и, по-видимому, значительно выросли по сравнению с работой моего предшественника.

После первого месяца работы мне позвонил лично Джек Ганновер II. Он был председателем правления и, конечно же, отцом Джека III. Он хотел лично поздравить меня с тем, как хорошо я влился в их компанию, и заверить меня в том, что он рад видеть меня в своей команде. Он отметил, что предыдущий представитель стал немного небрежен в своих усилиях, и он был рад переменам. Я поблагодарил его за добрые слова и заверил, что буду продолжать усердно работать.

Следующий месяц я также провел в разъездах. По мере необходимости мне отправляли дополнительные образцы туда, где я находился. В течение этого времени я объехал всех крупных клиентов на своей территории, чтобы представиться и оформить заказы.

Наконец я вернулся в штаб-квартиру, зашел домой и почувствовал себя ужасно одиноким, особенно ночью. Несмотря на то, что прошло уже некоторое время с тех пор, как я поладил с Анджелой, и мы не спали в одной постели, меня успокаивало то, что она была рядом, а теперь я остро ощутил ее полное отсутствие. Дерьмо. Я действительно скучал по ней.

Я решил заняться общественной жизнью, поэтому постарался познакомиться с некоторыми из своих соседей по жилому комплексу, а также подружиться с другими сотрудниками "Hanover". Я сосредоточился на отношениях с сотрудниками производственного отдела, поскольку они не путешествовали, подумав, что так будет проще согласовать график работы. Я был счастлив, что мои усилия привели к появлению новых дружеских отношений.

***

Я проработал на новом месте почти 4 месяца, когда раздался неожиданный стук в дверь. Я поставил на паузу матч "Каролина&Пантерз", и открыл дверь. Передо мной стояла Анджела с дорожной сумкой в руках.

— Анджела?

— Привет, Генри.

В этот момент наше внимание привлек шум, донесшийся из моей квартиры. Я оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что все в порядке, и Анжела тоже попыталась посмотреть, но я лишь слегка приоткрыл дверь, и она не могла разглядеть источник шума.

— Ты один, Генри? - спросила она.

— Хм?

— У тебя там женщина?

— Я не знаю, чем ты занималась последние несколько месяцев, Анджела, но я женатый человек.

— А я замужняя женщина, которая так же верна своим клятвам, как и ты. Могу я войти?

Я молча отступил назад и распахнул дверь, позволяя Анжеле войти в мою довольно скромную квартиру. Эй, я был мужчиной, поэтому сосредоточился на работе. Она не обрадовалась, увидев высокую стройную блондинку, растянувшуюся на диване.

— Анджела, познакомься, это моя соседка, Дебби...

В этот момент, к счастью, прежде чем что-то случилось, из кухни в гостиную вышел парень и уставился на нас.

—.. . и ее муж, Грег. Мы тут вообще-то смотрим футбол, - сказал я, указывая на телевизор, - Ребята, это моя жена Анджела.

Глаза Дебби загорелись.

— Я то подумала, что вы кажетесь мне уже знакомой. Ваша фотография висит у него на стене в коридоре.

Я поморщился, не очень довольный тем, что Анджела узнала об этом факте. Дебби встала и пожала руку Анжеле, и Грег тоже последовал ее примеру. Лицо Анджелы теперь было явно не таким сердитым.

— Пойдем, милый, - сказала Дебби, - Держу пари, этим двоим нужно поговорить.

— Конечно, детка, - уныло ответил Грег, глядя на счет 28:28, застывший на экране и показывающий, что до конца осталось меньше двух минут, - В любом случае, игра была потрясающей.

Мы молчали, ожидая, пока они уйдут. Анджела стояла спиной к двери и просто смотрела на меня, когда Дебби одними губами пожелала мне удачи и закрыла за собой дверь. Они стали для меня хорошими друзьями, и они уже знали большую часть моей истории.

— Что ты здесь делаешь, Анджела?

— Я здесь по двум причинам, Генри. Первая из них достаточно проста. Мне нужно потрахаться.

— Ты проделала весь этот путь в Шарлотт ради этого?

— Да. Так как единственный мужчина в мире, с которым я хочу заняться сексом, живет в Шарлотте, поэтому и я здесь.

— И ты думаешь, это хорошая идея?

— Думаю – нет. По-моему, это потрясающая идея, и я думаю, что и ты будешь согласен, если только не собираешься отказаться от этого, - с этими словами она расстегнула молнию на юбке и сбросила ее на пол, обнажив черные подвязки над чулками и даже ни намека на трусики.

Когда я уставился на нее, она продолжала раздеваться, расстегнув блузку, и сбросив ее на пол, показав мне свой бюстгальтер в стиле пуш-ап.

Да, я мгновенно стал тверд, но не был глуп: - Тут ты права, не думаю, что смогу отказаться от этого.

Она улыбнулась и, взяв меня за руку, повела по коридору в спальню. Когда мы добрались туда, она села на кровать и расстегнула мои джинсы, а я тем временем стянул рубашку через голову. Она стянула мои джинсы и боксеры одним движением на пол.

— Какая-то часть тебя явно рада меня видеть, - сказала она, уделяя этой части достаточно внимания, - Я бы сделала тебе минет, но прошло так много времени, что я боюсь захлебнуться, когда ты кончишь. Просто наклони и трахни меня.

Анджела раздвинула ноги и провела пальцами вверх и вниз по гладкой щелочке, которая виднелась среди пушистых зарослей, которыми она щеголяла. Я определенно был возбужден, но не в настроении заниматься нежной любовью. Я поднял ее ноги повыше и погрузил свой член в ее киску. Черт, она была мокрая!

— О, черт, детка, мне это было нужно!

Это не было нежным поглаживанием. Это был жесткий и быстрый трах, словно от этого зависела моя жизнь. Мне было интересно, получает ли она удовольствие, но оргазм, который она испытала довольно быстро, свидетельствовал о том, что да. Вскоре я тоже кончил, и она была права: этого было ужасно много. И, к моему удивлению, впервые с тех пор, как мне перевалило за двадцать, я не раскис. Я остался твердым и продолжал долбить ее, пока она не испытала еще два оргазма, а я снова не кончил. Наконец, я скатился с нее на матрас.

— Ух ты, ты вымещал на мне свою агрессию, так что ли?

— Думаю, немного.

— Если это то, что ты можешь мне давать, когда сердит, может, мне стоит почаще тебя злить, - сказала она, хихикая.

Конечно, я расстроился: - Значит, все-таки меня обычного для тебя недостаточно? Тебе нужно разозлить меня, чтобы тебе стало легче?

— Черт, Генри, это же шутка, неужели не ясно? Мне всегда нравилось то, что ты со мной делаешь, но, признаюсь, мне понравилось, как ты сегодня вбивал меня в матрас. Перестань пытаться считать все, что я говорю, ка оскорбление тебя.

— Отлично. Что угодно. Ты говорила, что есть две вещи, которые ты хотела бы сделать, так, что за вторая вещь?

— Да, но мы еще не закончили с первым делом, и теперь, когда мой старый муженек кончил дважды, я думаю, что могу спокойно уделить ему немного орального внимания.

Она взяла мой член в рот, и я позволил себе насладиться этим. В далекой молодости, когда мы только познакомились, Анджела предпочитала уклоняться от минета, утверждая, что это нечто особенное, что она прибережет для мужчины, за которого выйдет замуж. Какое-то время в ее исполнении минет не был чем-то особенным, но, попрактиковавшись, она стала в нем по-настоящему хороша. Я мгновенно возбудился, и через пару минут она забралась на меня сверху, прижав мои руки к матрасу и медленно двигаясь вверх-вниз:

— Вторая вещь, - мне нужно сходить в магазин.

— Шарлотт - это какая-то мекка шопинга, о которой ты не знала?

— Нет, но мне понадобится здесь зубная щетка и тому подобное, а также одежда, которую я буду носить, когда буду у тебя в гостях.

— О чем ты говоришь, Анджела?

— Я планирую навещать тебя каждые выходные, возможно, чередуя длинные выходные с короткими. Возможно, мне придется поработать, пока я здесь, но у нас все равно будет много времени вместе. И я не хочу каждый раз беспокоиться о том, чтобы собрать вещи, поэтому я собираюсь оставить кое-какие вещи здесь.

— Ты собираешься прилетать сюда каждые выходные?

— Все, что тебе нужно сделать, чтобы остановить меня, - это подать на развод. Но я люблю тебя, детка. Всегда любила и всегда буду любить, и проводить свое время на пенсии без тебя - неприемлемо.

Она просто продолжала насаживаться на меня, медленно и неуклонно. Я мог бы остановить ее, но не видел ничего плохого в том, чтобы послушать, что она придумает, и в то же время получить немного удовольствия, я прав?

Она продолжала: - Я из кожи вон лезла, чтобы стать генеральным директором, и не собираюсь от этого отказываться; по крайней мере, пока. Через несколько лет я буду готова уйти на пенсию, и благодаря моим опционам на акции и золотому парашюту, которое я получу за то, что делаю компанию более прибыльной, чем она есть, - мне больше не придется работать. Так что какое-то время нам с тобой придется жить в браке на расстоянии.

— И ты слишком уверенно в успехе такого брака, тебе не кажется?

— Эй, военные делают это постоянно, и у них даже не получается видеться каждые выходные, как у нас. А я буду рада, если ты иногда облегчишь мне бремя путешествий, навещая меня в нашем доме.

— И ты думаешь, что я уже простил тебя?

— Конечно, простил. Моя фотография висит у тебя в прихожей, если ты забыл; и не думай, что я не заметила такую же рядом с кроватью, когда только зашла. Ты скучаешь по мне так же сильно, как и я по тебе. И я знаю, что ты все еще любишь меня; даже не пытайся это отрицать.

— Да, - признался я, - Да, но...

— Но - ничего. Послушай, дело в том, что, пока я вела себя как сука, ты вел себя как полный придурок.

Когда она сказала это, я попытался было подняться из-под нее, но она снова удержала меня, а я так устал от этой возни с ней, что уже не мог (или не хотел) сопротивляться. Кроме того, я все еще был по самые яйца в ней, и это было приятно.

— Я говорила с твоими клиентами в ABG, Генри.

— И они сказали тебе, как сильно они меня любят, верно?

— Да, они любили, по крайней мере, как парня, с которым можно потусоваться и выпить, но с точки зрения твоих предложений им они не были такими комплиментарными.

— Что?

— Они все признались, что думали, что ты просто проводил с ними время, но боялись о чем-либо тебя просить, потому что знали, что мы женаты. А потом выяснилось, что ни один из них даже не знал обо всех наших продуктах, представленных для всех других территорий в прошлом году.

— Всегда есть какие-то вещи, которые не подходят для определенных запросов.

— Это не тебе было решать. Ты мог бы высказать свое мнение о каком-то продукте или порекомендовать что-то, но обязан был все равно рассказать им обо всех наших продуктах. Буквально после твоего ухода большинство твоих клиентов заказали то, что ты от них утаивал, и всем понравилась наша новая линейка. Заказы, которые твой сменщик получил за свой первый квартал, были впечатляющими.

— Конечно, благодаря тому фундаменту, который я заложил.

— Только вот не надо опять. Не пытайся присвоить себе его заслугу. Твои бывшие клиенты рассказали мне об обещанных тебе заказах и, конечно, сделали эти заказы. Но о многом другом они узнали только благодаря твоему сменщику. Так что, твои клиенты сейчас благодарны ему за проделанную работу и за энергию, которую он вкладывает в нее.

— Ты же знаешь, что я и раньше был хорош в этом деле. А сейчас у меня большой прирост клиентов в моей новой фирме - Hanover's.

— О, я в курсе. Я даже говорила об этом с Джоном Третьим, и он в восторге от твоего трудолюбия и успехов. Ты сегодня здесь похож на того, каким был в ABG раньше. Признай это, детка, тебе в ABG стало скучно, и ты думал, что мог бы пожить с ролью мужа генерального директора, и решил немного попользоваться старыми успехами, и не искать пути повышения продаж. Но я горжусь тем, что ты сейчас здесь делаешь, правда горжусь.

Мне пришлось признать, что она была права. Я еще оставался зол на нее, из-за несправедливого увольнения, но уже меньше, чем раньше, и понял, что сам перестал работать тогда также усердно, как и раньше. Не думаю, что я считал себя в безопасности из-за того, что моя жена – мой босс, но, возможно, подсознательно я все-таки так думал; но почему-то предполагал, что мои показатели будут в наилучшем состоянии только потому, что я так долго работал со своими клиентами. На этот раз я постараюсь не совершить такую ошибку.

— Тебе раньше говорили, что ты стерва?

Она ухмыльнулась моей очевидной смене темы.

— Да, детка, я такая. Дело в том, что ты заслуживал своего увольнения, и я думаю, ты это и сам осознавал, даже если не хотел признавать. Но ты мой муж, и ты прав в том, что я должна была проявить к тебе больше внимания. Чем больше я думала об этом, тем больше понимала, что следовало сначала дать тебе возможность поискать другую работу, оформить это как перевод, а не как увольнение по приказу.

Сознаюсь, я была так сосредоточена на том, чтобы относиться ко всем как можно более беспристрастно, что упустила из виду тот факт, что я, кроме руководителя, была и твоей женой, и мне очень жаль, дорогой, правда жаль. Но я никогда не переставала любить тебя, и ты застрял со мной, пока не скажешь иначе. Мы будем работать над этим столько, сколько потребуется, а потом уйдем на пенсию и будем делать то, что должны, надеюсь, пока смерть не разлучит нас.

Эпилог

5 лет спустя

К моему удивлению, у нас все получилось.

Верная своему слову, Анджела навещала меня почти каждые выходные. Расписание не всегда совпадало, но проблемы были не настолько значительными, чтобы о них упоминать. И прошло совсем немного времени, прежде чем я стал часто видеться с ней на выходных в промежутках между ее выходными, если в этом есть какой-то смысл.

Наша сексуальная жизнь возродилась. Было много выходных, которые мы проводили обнаженными и не выходили из квартиры. Нам доставляли еду, или я заранее запасался продуктами. Многие сотрудники службы доставки испытали величайший сюрприз в своей жизни, когда кто-то из нас открыл дверь не полностью одетым.

Анджела подняла ABG на новые высоты и получила большой "золотой парашют", когда всего несколько месяцев назад вышла на пенсию. Мелисса все еще работает, теперь помогает новому генеральному директору врасти в должность, и они с Анджелой поддерживают связь. Они остаются очень хорошими подругами.

Выйдя на пенсию, Анджела переехала ко мне в Северную Каролину. Мы продали наш старый дом и купили новый здесь. Я все еще работаю, хотя и на полставки. Идея уйти на пенсию в возрасте около 40 лет меня не очень привлекала. Я чувствовал, что еще слишком молод для этого, но теперь я уже не стремлюсь снять все звезды с неба. Сейчас я в основном провожу тренинги по продажам и консультирую Джона II и Джона III по продуктам и услугам. Это оставляет мне достаточно времени для свободного времяпрепровождения, которое Анджела с удовольствием планирует со мной, и у меня нет проблем с тем, чтобы взять отгул, когда она предлагает отправиться в длительную поездку.

Через пару лет мне исполнится пятьдесят, и я рассчитываю к тому времени окончательно уйти на пенсию. Мы говорили о том, чем могли бы заняться, в том числе, возможно, переехать куда-нибудь за границу. Во время наших путешествий мы нашли несколько удивительных мест и завели друзей, с которыми поддерживаем связь. В целом, я в восторге от возможностей, которые открываются перед нами. Пока не уверен, на чем мы с Анджелой остановимся, но мы с ней точно будем вместе делать все, что в наших силах.

The END