Понедельник.

Денис перенёс все дела. Просто написал одно короткое сообщение и выключил телефон. После субботы и воскресенья им обоим хотелось тишины и чего-то совсем другого.

Утро началось медленно. Они лежали в измятых простынях, лицом друг к другу, и просто целовались — глубоко, лениво, без спешки. Катерина гладила его по груди, по плечам, по волосам. Денис отвечал тем же, проводя ладонями по её широкой спине, по мягким бокам, по большой тёплой попе.

— Люблю вас... — тихо выдохнула она ему в губы.

— Люблю тебя, — ответил он.

Он спустился ниже. Сначала поцеловал её шею, потом ключицы, потом взял в рот один тяжёлый сосок и медленно пососал, пока она не застонала. Потом ещё ниже — по животу, по мягкому треугольнику рыжих волос. Раздвинул её ноги и прижался губами к уже влажной киске.

Катерина тихо всхлипнула, когда его язык начал работать. Он лизал медленно, широко, без всякой грубости — просто наслаждаясь вкусом — терпким, горьковатым и отдалено сладким, и тем, как она реагирует. Когда она уже слегка дрожала, он поднял её ноги выше, согнул в коленях и осторожно провёл языком ниже — по многострадальному, всё ещё чувствительному анусу. Круговыми движениями, нежно, почти благоговейно. Катерина тихонько застонала в подушку и сама чуть раздвинула ягодицы пальцами.

— Вот так... хорошо...

Он вернулся к её киске, ещё немного поласкал, а потом поднялся выше. Лёг на неё сверху, лицом к лицу. Катерина обхватила его ногами и руками, словно не хотела никогда и никуда отпускать. Когда он медленно вошёл в её тёплое, мокрое лоно, она застонала ему прямо в рот и начала сосать его язык — глубоко, сладко, в том же ритме, в каком он двигался внутри неё.

Они занимались любовью медленно. Без рывков. Просто длинные, глубокие толчки. Простыни сбились под ними. Катерина несколько раз тихо всхлипывала от удовольствия, но не просила быстрее. Она просто смотрела ему в глаза и целовала.

Когда Денис кончил, спермы снова было много. Он заливал её изнутри долгими пульсациями, а Катерина прижимала его к себе руками и ногами, принимая всё до конца, и стараясь кончить от напряжения ног.

После они просто лежали. Он всё ещё был в ней. Она гладила его по спине.

— Вы моя сладкая мамочка, — прошептал он.

Катерина тихо рассмеялась — тепло, низко.

— А ты мой нежный сыночек... Хочешь сисю?

Он кивнул.

Она села у изголовья, оперлась спиной о подушки и положила его голову себе на колени. Потом наклонилась и опустила одну тяжёлую грудь ему на лицо. Денис сразу принял розовый сосок в рот и начал медленно, с закрытыми глазами посасывать. Катерина гладила его по волосам свободной рукой и тихо вздыхала от удовольствия.

— Сыночка... поласкай свою мамочку ещё чуть-чуть там...

Она осторожно перевернулась и встала рачком, упёршись грудью и щекой в подушку. Денис поднялся следом, раздвинул её мягкие ягодицы ладонями и снова прижался языком к анусу. Кружил, целовал, слегка проталкивал язык внутрь. Катерина тихо постанывала. Потом он вошёл в ее писю пальцами — медленно, осторожно, — а большим пальцем другой руки начал кружить по набухшему клитору.

Снова нежный секс.

Он уложил её на живот, развёл ноги и лёг сверху, входя сзади в её всё ещё мокрое, горячее влагалище. Катерина лежала, прижавшись щекой к простыне, и тихо стонала в такт его медленным, глубоким движениям. Она кончила первой — долго, с дрожью, сжав его внутри. Потом ещё раз, когда он чуть ускорился. Только после третьего её оргазма Денис позволил себе кончить снова — глубоко, с низким стоном, заливая её во второй раз.

— --

Позже они перебрались на кухню.

Катерина надела только его футболку (которая на ней выглядела почти как короткое платье) и накрыла на стол: свежий кофе, простые сэндвичи с сыром и яйцом. Они сели рядом. Денис ел, а она сидела очень близко, положив голову ему на плечо.

Пока он дожёвывал последний кусок, её рука уже скользнула ему между ног. Она медленно гладила член через ткань домашним шорт, потом запустила ладонь внутрь прямо через широкую штанину и обхватила голую плоть. Движения были ленивые, ласковые, без спешки.

Когда она почувствовала, что он близок, Катерина соскользнула со стула на колени прямо на кухонный пол. Стянула с него шорты, обхватила член обеими руками и направила себе в открытый рот. Денис кончил почти сразу — густо, обильно. Катерина приняла всё, не пролив ни капли, медленно сглотнула, потом облизала головку начисто и только после этого подняла на него глаза.

— Вкусный сыночек, — тихо улыбнулась она.

Денис протянул руку, помог ей подняться и посадил к себе на колени. Они ещё долго сидели так на кухне — он обнимал её за талию, она перебирала пальцами его волосы, а остывающий кофе стоял рядом забытый.

За окном был самый обычный понедельник. А у них внутри — странное, глубокое спокойствие, будто после всех игр, наказаний и грязи они действительно получили какую-то свою личную индульгенцию.

И никуда особенно не хотелось торопиться.