Эльчин поднялся, поправляя штаны, и бросил последний взгляд на Влада, стоящего на четвереньках с раздвинутыми ягодицами, из которых сочилась сперма Хасана.

— Я пошел к Руслану, — сказал он, усмехаясь. — Будем трахать твою мамочку в два члена. А ты оставайся здесь, сучка, и жди указаний Хасана.

Он развернулся и скрылся в темноте леса, оставляя Влада наедине с Хасаном.

Влад дрожал, чувствуя, как сперма Хасана вытекает из его задницы, стекая по внутренней стороне бедер. Трава под ним была мокрой, грязной, прилипала к коленям. Он слышал удаляющиеся шаги Эльчина, а затем — новые звуки из леса. Сначала глухой стон Виктории, затем удивленный вскрик, когда к ней присоединился второй член. Влад зажмурился, представляя, как мать сейчас принимает сразу два ствола — один во влагалище, другой в рот или, возможно, оба в ее дырочки. Мысль об этом обожгла его, и член снова дернулся, хотя, казалось, он уже не способен на эрекцию.

Хасан подошел ближе, вставая над Владом. Его член все еще был твердым, влажным от смазки и пота, и только что кончившим в задницу Влада. Он смотрел на съежившуюся фигуру, на подрагивающие плечи, на грязные волосы.

— Кончил я в тебя, — сказал Хасан грубо. — Теперь твоя очередь — сосать.

Он схватил Влада за волосы, заставляя поднять голову. Влад открыл глаза, и перед его лицом оказался член Хасана — все еще мокрый, пахнущий спермой, потом, их совокуплением. Влад задрожал, чувствуя, как желудок сжимается от отвращения, но афродизиак уже сделал свое дело — тело жаждало продолжения, рот наполнился слюной.

— Открывай рот, сучка, — приказал Хасан, надавливая головкой на губы Влада. — Соси. Соси так, как ты хотел сосать киску своей мамочки. Но вместо этого ты будешь сосать мой член.

Влад всхлипнул, но послушно разомкнул губы. Член Хасана скользнул внутрь, заполняя рот, упираясь в горло. Влада вырвало рефлексом, но Хасан держал его голову, не давая отстраниться.

— Глубже, — рявкнул он. — Глотай. Ты же хочешь быть хорошей девочкой для нас, да?

Влад замычал, слезы потекли по щекам. Он чувствовал себя униженным — униженным до предела, до той грани, за которой остается только пустота и покорность. Он больше не был мужчиной. Он не был сыном. Он не был человеком. Он был просто вещью, отверстием, сраной дырой, которую эти мужчины используют, как хотят.

И эта мысль, парадоксально, вызвала новый прилив возбуждения. Член Влада, все еще торчащий между ног, дернулся, выбрасывая струйку предэякулята на траву. Он ненавидел себя за это, но не мог ничего поделать. Афродизиак взломал все его защиты, оставив только голый инстинкт — быть использованным, быть наполненным, быть уничтоженным.

Хасан начал двигать бедрами, трахая рот Влада ритмично, глубоко, каждый раз заставляя его задыхаться. Влад сосал, как учили — языком обводя головку, втягивая щеки, стараясь не касаться зубами. Он делал это механически, уже не думая, просто выполняя приказ.

Из леса доносились звуки совокупления — ритмичные шлепки, влажные хлюпания, стоны Виктории, смешанные с кряхтением Руслана и Эльчина. Они трахали его мать в два члена, и Влад слышал каждое ее «ах», каждый вскрик, каждый стон удовольствия. Она даже не знала, что ее сын в это же время сосет член мужчины, который только что кончил в ее вагину.

Эта мысль заставила Влада застонать вокруг члена Хасана, и тот воспринял это как одобрение, ускоряясь.

— Да, сучка, — прохрипел Хасан. — Соси громче. Пусть твоя мать слышит, как ее сыночек отрабатывает свое место.

Влад подчинился. Он сосал громко, с влажными хлюпающими звуками, позволяя слюне течь по подбородку, смешиваясь со слезами и соплями. Он чувствовал себя грязным, конченым, ничтожным. И в этом унижении было странное, болезненное освобождение.

Он больше не был Владиславом, успешным мужчиной, любящим сыном. Он был просто сраной дырой, покорной сучкой, готовой на все, чтобы угодить своим хозяевам.

Член Хасана дернулся в его рту, и Влад понял — сейчас он кончит снова. Он приготовился принять сперму, открывая горло шире, позволяя мужчине трахать свое лицо до самого финала.

И когда Хасан зарычал, вбиваясь в его глотку последний раз, извергая горячую, соленую струю прямо в желудок, Влад проглотил все до последней капли, не смея ослушаться.

Он был их. Полностью. Без остатка.

А из леса все доносились стоны его матери, которую имели сразу два члена, и Влад понял — эта ночь никогда не закончится. И он не хотел, чтобы она заканчивалась.

Виктория лежала на расстеленном пледе, раскинув ноги, и чувствовала, как два члена одновременно наполняют ее тело. Руслан вошел в ее влагалище первым — глубоко, до самого дна, заставляя стенки сжиматься вокруг него. А затем Эльчин пристроился сзади, раздвинув ее ягодицы, и медленно, но настойчиво начал проникать в анус.

— Ах! — вырвался у Виктории полустон-полувскрик. — Нет... туда нельзя... это впервые...

— Заткнись, сука, — прорычал Руслан, нависая над ней. — Твоя девственная попка теперь наша. Будешь ныть — сделаем больнее.

Эльчин, не останавливаясь, продолжал давить. Виктория чувствовала, как его головка раздвигает тугое кольцо мышц, как сопротивляется ее тело, но афродизиак уже размягчил все барьеры. Она закусила губу, когда член вошел целиком — глубоко, наполняя ее до предела.

— Ооо, бля... — простонала она, не в силах сдержаться. — Так... так полно...

— Полно? — усмехнулся Эльчин, начиная двигаться. — Ты даже не представляешь, старая шлюха, насколько полно. Мы будем трахать тебя, пока не превратим в дырявый мешок.

Мужчины двигались в унисон — Руслан в пизде, Эльчин в попке. Каждый толчок заставлял Викторию вскрикивать, ее груди колыхались в такт движениям, соски затвердели от возбуждения.

— Смотрите на нее, — сказал Руслан, хватая Викторию за подбородок и поворачивая ее лицо к себе. — Глаза закатывает, слюни пускает. Нравится, да? Нравится, когда тебя имеют как последнюю шлюху?

— Д-да, — выдохнула Виктория, и сама ужаснулась своему ответу. — То есть нет... я не...

— Заткнись, тварь, — перебил Эльчин, шлепая ее по ягодице. — Мы знаем, что тебе нравится. Твой сынок все устроил. Он хотел, чтобы мы тебя оттрахали.

— Влад? — в голосе Виктории мелькнуло удивление, но тут же потонуло в новой волне наслаждения, когда оба члена вошли в нее одновременно.

— Да, твой сыночек, — подтвердил Руслан, ускоряя темп. — Он мечтал трахнуть тебя сам, но понял, что не справится с такой шлюхой, как ты. Поэтому позвал нас.

Виктория застонала, не в силах осмыслить услышанное. Афродизиак затуманил разум, оставив только ощущения — два члена, двигающихся внутри нее, грубые руки, сжимающие ее бедра, голоса, осыпающие ее оскорблениями.

— Шлюха, — выплюнул Эльчин. — Мамаша-шлюха. Принимаешь два члена и млеешь.

— Сучка старая, — добавил Руслан. — Скажи нам, кто ты?

— Я... я... — Виктория задыхалась, пытаясь собрать мысли. — Я...

— Кто ты? — Руслан замедлился, останавливаясь внутри нее.

— Я... шлюха, — выдохнула Виктория, чувствуя, как слезы текут по щекам. — Я шлюха...

— Громче, — потребовал Эльчин, начиная двигаться в ее попке быстрее.

— Я ШЛЮХА! — закричала Виктория, и в этом крике было все — отчаяние, унижение и, о Боже, наслаждение.

Мужчины зарычали одобрительно, усиливая темп. Они трахали ее жестко, глубоко, не щадя. Виктория чувствовала, как ее сознание растворяется, как последние остатки гордости тают под напором двух членов и оскорблений.

Руслан кончил первым, изливаясь глубоко в ее влагалище горячими струями. Виктория почувствовала, как ее мышцы сжимаются вокруг его члена, высасывая сперму до последней капли.

— Хорошая сучка, — похвалил Руслан, выходя. — Теперь Эльчин трахнет твою попку до конца.

Эльчин не заставил себя ждать. Он перевернул Викторию на живот и вошел в нее снова, теперь имея полный доступ к ее анусу. Он трахал ее, пока Виктория не начала кончать — сухо, спазматически, с криками, в которых смешались боль и экстаз.

— Кончаю! — заорал Эльчин, вбиваясь последний раз. — Принимай, шлюха!

Горячая сперма залила анус Виктории, вытекая обратно, смешиваясь с потом и смазкой.

Виктория лежала, распластанная на пледе, чувствуя, как сперма вытекает из обеих дырок. Она была уничтожена, унижена, но афродизиак требовал продолжения.

— Еще, — прошептала она, не веря своим ушам. — Я хочу еще...

Мужчины переглянулись и засмеялись.

— Слышал, Руслан? — сказал Эльчин. — Мамочка хочет еще. Ну что ж, у нас есть для нее сюрприз.

Они подняли Викторию на ноги и повели глубже в лес, где уже ждал Хасан, закончивший с Владом.

— У нас пополнение, — сказал Руслан, подталкивая Викторию вперед. — Твой сынок тоже хочет тебя. Пора познакомить вас поближе.

Виктория увидела Влада, стоящего на коленях перед Хасаном, с размазанной по лицу спермой. Их глаза встретились — и в них обоих не осталось ничего, кроме животной похоти и полного подчинения своим хозяевам.