Конюх Степан и спаривание молодой жены часть 4

Дед агроном ушёл уже ближе к вечеру. Аня осталась дома. Она специально не подмывалась — хотела, чтобы Саша всё почувствовал и увидел. Сперма Михаила Ивановича всё ещё медленно вытекала из её пизды, стекая по внутренней стороне бёдер и оставляя влажные следы на коже. Платье было слегка помято, волосы растрёпаны, на шее и груди остались красные следы от его пальцев.

Она не стала ничего менять. Просто легла на кровать, раздвинула ноги и стала ждать.

Саша пришёл поздно — уже стемнело. Как только он переступил порог, Аня позвала его из спальни тихим, но твёрдым голосом:

— Саша... зайди.

Он вошёл и сразу почувствовал запах. Тяжёлый, мужской, спермой пропитанный. Аня лежала на кровати голая, ноги широко раздвинуты. Между её бёдер всё блестело.

Саша замер в дверях. Дыхание сбилось.

— Аня... что это? — хрипло спросил он.

Она посмотрела ему прямо в глаза, не отводя взгляда.

— Это дед. Михаил Иванович. Он был здесь. Только что. Ебал меня. В пизду и в жопу. Кончал глубоко. Я специально не подмывалась. Хотела, чтобы ты увидел. Чтобы почувствовал.

Саша медленно подошёл к кровати. Его член уже стоял колом в штанах. Он опустился между её ног и долго смотрел на текущую пизду. Потом провёл пальцем по её щели, собрал немного спермы и поднёс к губам Ани.

— Слизни, — тихо сказал он.

Аня послушно облизала его палец, глядя ему в глаза.

— Теперь рассказывай, — прорычал Саша, начиная снимать с себя одежду. — Всё. С самого начала. Как он тебя ебал. Что говорил. Как ты кончала.

Аня начала рассказывать. Про то, как дед застал её после Степана, как шантажировал, как заставил сосать и дать в жопу прямо в поле. Про то, как потом заставил обслуживать Серёжку. Про сарай, про то, как Серёжка ебал её как бешеный. Про то, как дед теперь приходит к ней даже зная, что она беременна.

Саша слушал, тяжело дыша, и одновременно дрочил. Когда она закончила, он резко перевернул её на живот, поднял задницу и вошёл в неё одним мощным толчком — прямо в скользкую, переполненную спермой пизду.

— Оххх... — застонала Аня.

— Ты... моя беременная шлюха, — рычал Саша, жёстко долбя её. — И теперь ты всё мне рассказываешь.?

— Поняла... — выдохнула Аня, толкаясь назад. — Я буду рассказывать... всё...

Саша кончил очень быстро — сильно, глубоко, добавляя свою сперму к дедовской. Потом прижался к её спине и прошептал ей в ухо:

— Я хочу, чтобы они приходили сюда. К нам домой. Как дорогие гости. Только Михаил Иванович и Серёжка. Пусть ебут тебя здесь. На нашей кровати. На кухне. В сенцах. Где захотят. А я буду смотреть. И вылизывать тебя после каждого. Ты согласна?

Аня повернула голову и посмотрела ему в глаза. В её взгляде уже не было страха. Только тёмное, тяжёлое принятие.

— Согласна, — тихо сказала она. — Пусть приходят. Пусть делают со мной что хотят. Я уже... уже не могу иначе. Я хочу, чтобы ты видел. Чтобы ты знал, какая я на самом деле.

Саша поцеловал её в шею и прошептал:

— Завтра я пойду к Михаилу Ивановичу. Приглашу их. Как дорогих гостей. С вином, с угощением. А вечером... ты будешь их развлекать. Поняла?

— Поняла...

— --

**На следующий день.**

Саша действительно пошёл к агроному. Михаил Иванович выслушал его с кривой улыбкой, покивал и сказал:

— Ну что ж... раз ты сам приглашаешь — мы придём. Завтра вечером. Серёжка тоже будет рад.

Серёжка, услышав, покраснел, но в глазах у него загорелся знакомый огонь.

— --

**Следующий вечер.**

В доме Ани было чисто и уютно. На столе — самогон, солёные огурцы, сало, хлеб. Саша встретил «гостей» как дорогих друзей. Михаил Иванович и Серёжка сели за стол, пили, шутили. Аня ходила в лёгком платье без белья, наливала, улыбалась. Но все знали — это только начало.

Когда ужин закончился, Михаил Иванович отодвинул тарелку и сказал спокойно:

— Ну что, Анечка... пора и за дело. Раздевайся.

Аня молча сняла платье и осталась голой. Серёжка смотрел на неё с открытым ртом. Дед усмехнулся.

— На кровать, — сказал он. — И ноги пошире.

Аня легла на свою супружескую кровать, раздвинула ноги и посмотрела на мужа. Саша сидел в углу на стуле, тяжело дыша.

Михаил Иванович разделся первым. Его длинный жилистый член уже стоял. Он подошёл к кровати, усадил Аню на край и приставил член к её рту.

— Соси, пока я думаю, с чего начать.

Аня обхватила губами его член и начала сосать — глубоко, старательно, как он любил. Дед держал её за волосы и тихо рычал.

Серёжка тем временем разделся и встал рядом. Его молодой толстый член тоже был твёрдым.

— А я... я тоже хочу, — тихо сказал он.

Михаил Иванович усмехнулся:

— Терпи, внучок. Сначала дед. Потом ты.

Он вытащил член изо рта Ани, развернул её раком и вошёл в пизду одним движением. Аня застонала — после долгого перерыва её пизда была уже заметно теснее, и дед это сразу почувствовал.

— Ого... уже не такая разъёбанная, — хрипло сказал он, начиная размеренно ебать её. — Хорошая беременная пизда. Тёплая, обхватистая. Мне нравится.

Он ебал её не спеша, но глубоко, держа за бёдра. Аня стонала, прижимаясь лбом к подушке. Саша сидел в углу и смотрел, как член старика исчезает в пизде его жены.

Михаил Иванович кончил первым — сильно, с низким стоном, заливая матку Ани своей спермой. Потом медленно вытащил член и сказал:

— Теперь ты, Серёжка. Только быстро. Я ещё не наигрался.

Серёжка почти прыгнул на кровать. Он вошёл в Аню одним рывком и начал ебать её как сумасшедший — жёстко, быстро, яростно. Хватал за волосы, шлёпал по заднице, рычал ей в ухо:

— Ань... я так давно тебя хотел... ты такая... такая мокрая... я сейчас кончу...

Он кончил через три минуты — сильно, глубоко, заливая её уже второй порцией спермы за вечер. Потом отвалился, тяжело дыша.

Михаил Иванович усмехнулся:

— Ну вот и всё, внучок. Теперь иди домой. А я... я ещё побуду. Хочу по-настоящему насладиться.

Серёжка оделся, покраснел, пробормотал «спасибо» и ушёл. Дед остался.

Он снова разделся, лёг на кровать и сказал Ане:

— Садись сверху. И ебись сама. Я хочу смотреть, как беременная шлюха скачет.

Аня послушно села на него, взяла член в руку и ввела в себя. Она начала двигаться — медленно, потом быстрее, прижимая руки к своему округлившемуся животу. Дед лежал и смотрел на неё снизу вверх, гладя по бёдрам и сиськам.

— Вот так... хорошая девочка... Скачи... глубже садись... — рычал он.

Он кончил второй раз — уже дольше, с удовольствием, прижимая Аню к себе за задницу. Сперма снова залила её пизду.

Потом дед заставил её встать раком и вошёл в жопу — медленно, но настойчиво. Аня завыла, вцепившись в простыню.

— Ооооххх... больно... он такой длинный... разрывает меня...

— Терпи, — хрипел Михаил Иванович, продолжая трахать её в жопу. — Для меня теперь и жопа всегда будет доступна. Поняла?

— Поняла... — всхлипнула Аня. — Я... я ваша... совсем ваша...

Он ебал её в жопу долго, жадно, пока не кончил— глубоко в кишки. Когда вытащил член, из красной, растянутой попки Ани потекла густая белая сперма.

Михаил Иванович оделся, подошёл к Саше, который всё это время сидел в углу и дрочил, и похлопал его по плечу:

— Хорошая жена у тебя, Саша. Очень хорошая. Теперь я буду приходить часто. Иногда с Серёжкой, иногда один. Договорились?

Саша кивнул, не глядя ему в глаза.

— Договорились...

Когда дед ушёл, Аня осталась лежать на кровати — вся в сперме, с красной пиздой и жопой, с тяжёлым животом. Саша подошёл, опустился между её ног и начал медленно, тщательно вылизывать всё — пизду, жопу, бёдра. Аня тихо стонала, гладя его по голове.

— Саша... ты... ты не сердишься? — прошептала она.

— Нет, — ответил он, отрываясь на секунду. — Я в восторге. Ты теперь совсем моя беременная шлюха. И я хочу, чтобы тебя ебали все, кого ты захочешь. Особенно этот старый козёл. Он меня заводит.

Аня закрыла глаза и тихо улыбнулась.