По пробуждению в голове роились неоднозначные мысли. Следующей моей остановкой была благодать Асмодея. Без подвалов, но и без разрядки... Путь был прямой, но он не был ровной асфальтированной дорожкой, нет. Это была тернистая и ухабистая тропа, тропа на которой мне на протяжении почти 2-ух месяцев не суждено испытать оргазм. Для парня репродуктивного возраста это даже в обычных условиях срок не маленький, а условия здесь, как понимаете, обычными не были.

По началу все было почти как всегда. Придя в школу на следующий день я не увидел ни сломанной мебели, ни вмятин в стенах, никаких следов борьбы. Мне было очень интересно чем закончилась стычка высших, но спросить ни одну из участниц конфликта я не решался. Когда я сказал что все было «почти» как всегда, я думаю вы догадались что речь шла о матеше. Портить отношения с той, кто имеет над тобой полную власть идея априори дебильная, и я это понимал. Выполнив квест с руном я нажил себе еще одну головную боль, ну точнее не головную. тогда я и понял о чем говорил Егор, бить без повода она меня не решалась, видимо урок был усвоен, но не то чтобы для неё было проблемой этот самый повод найти. Каждый урок так оказывалось что почесть решать пример у доски отводилась мне, при этом задача волшебным образом оказывалась кратно сложнее, а наказание за невыполнение кратно выше. Все видели эту несправедливость, но кроме сочувствующих взглядов помочь ничем не могли. Пожаловаться мне также было некому, я уже понял, что суккубы не могут влиять на воспитательные меры друг друга.

Даже с учетом переплавки всех домашней квоты в обломы, новые следы все равно появлялись быстрее чем успевали заживать старые. Вскоре пришлось привыкнуть спать на животе и подкладывать подушку под кресло, жаль только в школе стулья были обычные, деревянные, да и суккубы про мои беды слушать никак не хотели, наваливаясь всем весом во время секса.

Прогресс шел медленно, но стабильно. Шабашек для заработка мне не предлагали, а идти к монахине я все еще боялся. Желание тоже увеличивалось с каждым днем в привычном темпе. Первые дни кончить просто «хотелось», затем, еще примерно неделю, я этого страстно желал, и наконец последние несколько сотен, самые сложные. Перманентная эрекция, развратные мысли заполняют голову в полной тишине, а когда тишина прерывается девичьей серенадой, противиться ей становится почти невозможно. Так, чуть больше 20 дней потребовалось чтобы набить не тысячу, но 900 обломов. прошлые разы этим бы все и закончилось, денек жесткой ебли и долгожданное освобождение. Но сейчас это не была и половина пути, а мое моральное состояние уже оставляло желать лучшего. Утром появилась смотритель, с контрактом из обветшалой бумаги и красной ручкой.

— Подпиши здесь. Это отказ от оргазма в пользу «благодати Асмодея».

Забавно что она даже не рассматривала вариант отказа. Я не дебил подписывать контракты не глядя, так что начал внимательно изучать документ. Все было написано душным юридическим языком, но содержание сказанному ей в целом соответствовало.

— тут нет никакого подвоха? Мелкий текст, невидимые чернила?

— твоя душа уже в аду, на кой черт нам что-то прятать?

Подвох в контракте на самом деле был, и я даже знал какой. Подписывая его грешник по факту отказывается от искупления, продлевая свое пребывание в круге похоти, но даже зная это я не думая подписал документ. Начирканные на листке буквы красиво загорелись, следом сгорел и весь контракт.

— отлично. Благодать одобрена, увидимся в школе. – игриво подмигнув бестия шагнула в портал.

Так и началась вторая, самая сложная часть моего пути. Я знал, что будет не просто, но знать и чувствовать разные вещи. Моя озабоченность, которая как я думал уже достигла пика, продолжала расти. Каждый взгляд на аппетитную задницу в коридоре, каждая порно картинка на засоренном компе, даже те элементы соблазнения, на которые я раньше не обращал внимания надолго оседали в голове, раскручивались в подробные фантазии сцен секса и целых оргий. Эффект был подобен виагре, но если та заканчивала действие за пару часов, сейчас я пребывал в таком состоянии почти перманентно, это желание перегружало мозг, сводило с ума. Недосып стал моим постоянным спутником, ночные дразнилки никуда не делись, и чтобы желание спать превысило желание размножаться требовалось провести минимум сутки без сна. Срывы становились все чаще, я терял контроль и набрасывался на девушек, но разумеется не находил в этом ни капли отдушины. Со временем сексуальная выдержка упала в ноль, минимальных усилий суккубам хватало чтобы привести меня к разрешенному пику. Набивать обломы стало безусловно проще, но боль от попыток высвобождения переполненных яиц была невыносима, казалось, что вот сейчас, еще пару раз и они точно порвутся.

Поняв, что жить так нельзя, я пошел в ДНС за имплантом блокаторов либидо. Лучшая модель отключала хуй на 20 минут раз в день. Вещь, которую я когда-то счел бесполезной, сейчас была той спасительной соломинкой, позволившей сохранить рассудок. Эта покупка откатила мой прогресс на несколько дней, но зато я смог спокойно засыпать, либо просто отключать назойливый гул в моменты, когда было особо хреново.

Еще одним неприятным аспектом стал мой запах, а точнее феромоны, которых я выпускал тем больше, чем дольше продолжалось мое воздержание. Конечно все знали о благодати, и смысла в пытках ради спермы не видели, но проблема была в другом. Суккубы существа глубоко порочные, им нет дела до внешности или личности грешника, для них мы все одинаковые куски мяса для ебли, как и они для нас в принципе. Но все же нынешнее положение делало меня желанным любовником, привлекая кучу вовсе ненужного внимания.

Изнасилования становились все чаще, и все реже это была одна девушка, по мою душу приходили сразу 2 или 3. Вскоре перемены окончательно утратили свой безобидный статус. Если на уроках тварей ограничивали правила и училка, то на переменах меня драли так как хотели. Не успевал я дойти до следующего кабинета, как одна или несколько чертовок прижимали меня к стене, отсасывали член словно деликатес, или бросали меня на стул или пол, садясь сверху. Некоторых по видимому больше интересовал психологический аспект пыток. Такие, брали меня под руки и вели к одному из подиумов, на которых особо сексапильная оболочка исполняла танец, от которого член становился до боли твердым, а изо рта начинали капать слюнки. Твари держали меня, смеялись, но не давали, так и отправляя в класс с болезненным стояком. Некоторые хотели от меня активных действий. Они подходили, презентовали себя, выворачивались на полу, светя дырочками. Часто этого хватало, ведь я был на грани, но когда у меня хватало духа пройти дальше, шел последний аргумент.

— удовлетвори меня, или я расскажу все смотрителю.

Долго эта угроза работала, я даже не думал противится этому аргументу. Но однажды на меня снизошло темное любопытство. В конце концов, ебать суккубов это ведь мое право, а не обязанность, разве нет?

— не буду я тебя трахать, иди, рассказывай.

Глаза девочки, принявшей облик Даши округлились от удивления, затем щеки возмущенно надулись

— я тебе сейчас такое устрою! – пронзительно, словно Банши закричала она, и грубо повела меня за руку к классу химии.

— тааак, что это у нас тут?

— он отказывается со мной трахаться!

— ты? Отказываешься трахаться? – спросила она, проигнорировав Дашу. – очень интересно, хотя с такой замарашкой неудивительно, он здесь не первый месяц уже, могла бы и постараться с нарядом. – высшая смерила подчиненную взглядом, та и впрямь была голая, без каких-то изысков.

— а-а еще, он сказал что вас не боится!

Теперь уже мои глаза округлились от удивления.

— ты че мелишь?! Я не говорил такого! Я просто сказал что не буду тебя трахать после того как ты пригрозила.

Взгляд химички сменился со скучающего на хищный. Она приблизилась

— ты этого не сказал, но подумал. Если она пригрозила тебе мной, а ты не испугался, значит ты не боишься меня. логика железная, не так ли?

Я нервно сглотнул, нечего не ответив.

— кажется я немного запустила тебя. Столько времени не пытала, еще и в прошлый оргазм помогла. Если мой голос больше не внушает ужас, это надо исправить.

Я почему-то ждал что она выгонит Дашу за дверь и накажет меня сама. Но она просто вручила девочке знакомую красную склянку.

— жгучий перец. Если не хватит вот ящик, можешь смазывать им что хочешь, но чем чувствительней место, тем ярче эффект.

Затем училка вышла, заперев дверь. Чертовка ухмыляясь пошла ко мне, уже вымазав руку в зловредной смеси. Нанеся на прибор первую щедрую порцию, она щелкнула пальцами. Комментарий высшей был принят к сведению, блестящий клубный наряд обернул тело девочки, высокие каблуки почти уравняли нас в росте. Властно оперевшись на учительский стол она призывна закачала бедрами. Она все еще ждала от меня активных действий, и на сей раз мне пришлось подчинится. Соки её влагалища не растворили перец, о нет, головку нещадно жгло, но я продолжал трахать её, в надежде что в потоке оргазмов она забудет про перец. К несчастью у конкретно этой особи садистские наклонности были в наличии. С завидной регулярностью она прерывала меня прямо посреди процесса, заставляла вытащить, втирала новый слой поверх старого и снова ложилась на парту в ожидании. Всхлипы, которые во время облома иногда переходили в рыдания кажется очень веселили её. Однако кабинет не открывался достаточно долго чтобы обычный секс ей наскучил, и она принялась экспериментировать со врученным веществом. Нанесение на обычные участки кожи желаемого эффекта не дало, а вот проникать в мой «черный ход» измазанными пальцами и перчить исполосованные ягодицы ей кажется очень понравилось. Отведать приправу на вкус тоже пришлось, пока отлизывал ей в позе 69. Весь рот жгло огнем, а молока среди реагентов увы не обнаружилось. Не знаю так ли бы смеялась надо мной настоящая Даша, но этот злорадный смех я запомню надолго. Наконец-то дверь отворилась.

— ну что, в следующий раз сразу меня трахнешь? – спросила она, прижавшись ко мне молоденькой грудью с невинным вглядом.

— трахну. – устало процедил я.

Внимание со стороны обычных суккубов безусловно было проблемой, но хуже всего то, что моя «магия» распространялась и на высших. И так мне пришлось познакомиться с таким понятием как «дополнительные занятия». По началу редко, но по мере пополнения счетчика все более регулярно, смотря на последний урок в расписании можно было быть уверенным что с ведущей этот предмет бестией я помимо 45 минут общих, проведу еще от получаса до нескольких часов индивидуально. Применимая пытка очевидно зависела от предпочтений конкретной высшей. На самом деле многие меня просто трахали, возбуждаясь от запаха воздержания как сучки в течку.

Русичка на мое удивление правда любила читать, но просто так ей это делать было скучно, куда больше ей нравилось это времяпрепровождение с ласкающим грешником под столом. Увлекшись книжкой, она могла сидеть так часами, кажется вовсе забыв о том, что я еще здесь. Язык немел, я задыхался от похоти под воздействием её соков, сжимал обтянутую джинсами жопу что было сил, а она все не давала, и даже не реагировала.

На самом деле когда обо мне забывали это не было так уж плохо. Намного хуже было с теми кто напротив считал меня главным блюдом. Например Физручка. Оболочка сексуальной фитоняшки манила, но её одержимость сделать обломы как можно больнее пугала. Сейчас ничего не изменилось. Вскоре после приказа остаться, я уже был привязан к турнику, c туго перемотанным скакалками хуем. Она говорила ласково, но тот голос не сулил ничего хорошего.

— ученики, стремящиеся к благодати представляют особый интерес для меня. их яйца переполнены больше чем у кого либо, и это открывает новые горизонты того насколько сильным может стать их облом. Это больно, врать не буду, но когда мы закончим я постараюсь тебя утешить.

Смотря как она мучает своих любимцев во время разминки мне было страшно попасть на из место, в то же время я этого в тайне желал. И вот, я здесь, ноги подкашиваются от вожделения после каждого её движения. Она ласкала меня с непревзойденной грацией: чередовала работу пальцами, грудью, попой, отходила чтоб станцевать стриптиз, затем возвращалась, глубоко заглатывая или обсасывая яйца. но все это время она что? правильно, не позволяла кончить. Тут разница между учителем и ученицами стала очевидна. Я думал что разница в основном сводится к физиологии, но нет. Младшие осторожничали, делали перерывы, и нет-нет да допускали ошибку начиная все заново. Но эта особь, она чувствовала мужское возбуждение словно собственное, и могла с ювелирной точностью рассчитывать силу стимуляции так, чтобы еще чуть-чуть, буквально самую малость и будет облом, но эту лживую надежду она могла поддерживать минутами, счет которых медленно, адски медленно перетекал в десятки.

Я понимал что упрашивать её бесполезно, и лишь тяжело дышал, давясь слюнями. Но со временем с губ сами начали слетать мольбы о помиловании.

— позвольте мне кончить, пожалуйста, молю вас.

— бедняжка. Потерпи еще. Когда мы закончим ты сможешь наказать меня так, как посчитаешь нужным. – она шептала это, нежно натирая головку члена двумя пальцами. Странно, но награда, которая по-честному и не была наградой вовсе, правда смогла успокоить на какое-то время.

Еще одна череда искушений, и физручка без объявления войны набрасывается на мой член. по началу я даже не понял что происходит, думал просто очередь дошла до ласок ртом, однако это был уже не скромный дразнящий минет, а жесткий отсос который смогла бы исполнить лишь высшая. Движения губ, языка, сокращений глотки. У меня была доля секунды чтобы приготовится к той боли что последует дальше. Это было намного хуже обычного облома, это было даже хуже «взрывчатого ада». Агония была настолько сильной что кажется в одних лишь половых органах ей не хватало места, и она распростронялась дальше, по всему организму. Я верещал как свинья которую режут, пытался вырвать скакалки, машинально бил тварь ногами, надеясь что уд выскользнет из её рта, прекратив мучения хоть на мгновение. Разумеется от этих жалких ударов она даже не шелохнулась. Стяжки, которые до этого удерживали мою похоть в узде сейчас мешали возвращению спермы обратно, замедляя процесс. В глазах темнело, я надеялся, что отрублюсь и все закончится, но как на зло сознание было трезвым как стеклышко. Наконец мучительница раскрыла рот, оставшись с выражением «ахегао». Только сейчас заметил, что одной из рук она интенсивно теребила пилотку, и тонкие легинсы уже были насквозь мокрые между ногами.

— очень хорошо, ну просто прекрасно. Уверена следующий облом будет еще ярче!

— следующий?!

— ты уж прости свою развратную учительницу, но когда ко мне попадает такой образец, я просто не могу обойтись одним разом!

Кажется я впервые видел её такой. Без напускного наставничества и профессионализма, сейчас она вела себя как кошка которой вручили конскую дозу валерьянки. Я был для неё не более чем средством удовлетворения. Я вспомнил как мучал Дашу в день программы обмена, мне ведь тогда тоже было глубоко безразлично её самочувствие, так мог ли я осуждать высшую сейчас?

— ты все это время стоишь, наверно ножки устали! Давай я тебя уложу.

После этого замечания я и правда почувствовал тяжесть в ногах. Сколько я уже вообще здесь стою?

Вскоре я оказался в более привычной позе. Лежа, связанный. Её действия эволюционировали подстать новой позе. Дрочку с минетом заменила еще более волнительная поза 69, стриптиз сменился горячим боди-массажем. Но пожалуй главным было то, что видимо возбудившись не меньше меня, чертовка растворила ненужный клок ткани на пизде, и принялась меня насиловать. Но даже так она не отступилась от своего фетиша. Двигалась медленно, наслаждалась каждым движением, теребила яйца пока ствол был внутри, даже жгутики внутри влагалища были необыкновенно спокойны, она контролировала и их тоже, не позволяя зайти дальше разрешенного предела. Перед собственным оргазмом она вытаскивала, окропляя меня своими соками. Нужно это было чтоб я не кончил от сокращений матки. Когда ей надоело она просто оседлала меня с особой прытью, закончив дело почти мгновенно. Получилось не хуже чем в первый раз, а может и лучше. Я кричал и плакал пока миллиметры движущейся плоти терзали меня словно сотни маленьких ножей.

Второй круг не был последним, третий тоже. Слезы под моей головой образовали лужу и намочили волосы, сквозь рыдания я просил её меня отпустить, но кажется заводил этим мучительницу только сильнее. Чем горче я плакал тем развратней были звуки которые она издавала, и тем с большим энтузиастом она доводила меня до нового краха.

Все закончилось после пятого раза. Без преуменьшений 5 кругов ада прошли за это время. в голове возникла мысль что прогулять физру и отдаться консьержу было бы меньшим наказанием чем это. Внезапно демонесса встает и путы на моих руках сами развязываются.

— полагаю ты не много зол на меня... я немного разошлась, но я готова отработать свою вину в полном объеме! – спортсменка подошла ко мне, поднеся скакалку в руках как собачка. Орудие возмездия незаметно перекачивало в ладонь, а владелица молоденькой фигурки вывернулась на скамейке, выпятив подкаченный зад.

Где-то в отдалении, слышался внутренний голос не идти на поводу, не играть в эти игры. Но какая вообще разница? Демона в голове после такой встряски без блокаторов все равно не угомонить, так и какой смысл спешить в дом, в котором займусь ровно тем же?

Подойдя, первым движением потянул за края дыры на штанах, растянув её на всю площадь задницы. Следом на невинно выглядящую попку посыпались удары скакалкой. я с рыком обрушивал на неё кусок пластика, вкладывал всю силу в удар словно это и правда могло сделать ей больно. Она выгибалась, скулила, но сбежать не пыталась. Добившись красивого красного цвета я вставил и начал трахать что было сил. вся сталь исчезла из её мускулов, она обмякла позволив с ней делать все что мне захочется. Я натягивал её во всех позах, чередовал дырки, рвал остатки одежды, обсасывал грудь под подбадривающие слова о заслуженном наказании. Когда надоедал её треп драл в горло, поставив на колени. Манипуляция работала на все 100, я чувствовал себя альфой, победителем, хотя моя положение оставалось целиком проигрышным, ведь стоит ей передумать и пытки возобновятся. Но сейчас я пытал себя сам, набивал десятки обломов в бесконечной страсти. Я закончил лишь когда закат постучался в окна школы. Каждая мышца болела, высшая сидела прислонившись к стене в ожидании нового раунда.

— фух, пойду я.

— ну куда же ты? Как-то быстро ты меня простил. В следующий раз надо будет поиграться с тобой подольше...

Этими словами она пыталась вызвать очередной всплеск гнева, который можно будет направить в секс. Но обессиленный я просто ушел.

Подобные сцены становились все регулярней. Я чувствовал себя заложником собственного греха, но совладать со своими чувствами был не в силах. Стоит отметить сестричек которые оказывали поддержку. Не только орально, но и морально. Они видели, как мне хреново, но помочь ничем не могли. До благодати оставалось еще окало 3 сотен. В обычном темпе это примерно неделя, но желание уже затуманило разум настолько, что каждая секунда ощущалась вечностью. Лилит предложила решение, вполне в духе суккуба.

— зачем ты противишься? Ну в плане я понимаю, что ты не хочешь потерять себя как некоторые здесь и бла-бла-бла. Но тебе не кажется, что тут чуть другой случай? Отказывая нам ты просто продлеваешь свои же мучения. Так можем мы... ускорим процесс? А я обещаю завершать обломы максимально безболезненно.

Она пришла ко мне накрашенная и в сексапильном костюме медсестры, так что это вполне можно было бы принять за провокацию, но в отличии от типичных «трахни меня» в её словах был рациональный смысл.

— и что ты предлагаешь? Устроить здесь траходром пока не набью остаток?

— чуть грубовато, но в целом да. Именно это я и предлагаю.

— ну давай. – тяжело выдохнув, лег на диван для начала «процедур»

Следующие пару дней проходили в таком режиме: я приходил со школы (ну точнее ждал пока отпустят высшие), ел, ложился на кровать, мне закрывали рот кляпом или чем не будь еще чтоб я не мешал, и начинали «дойку». Иногда одна, иногда вдвоем, иногда все троя. Но эта дойка была куда нежнее. Сестры меняли оболочки, делая сексуальный опыт разнообразнее, как и обещали останавливались на обломах. Не скажу что все было идеально, дьявольская природа иногда брала свое и они заигрывались, но такая методика тем не менее была эффективна. И вот, прямо посреди процесса из угла комнаты возникает смотритель.

— быстро ты. Но теперь вижу почему. Впиши сюда трех высших которые будут участвовать в «благодати», можешь называть по оболочкам, мы поймем. И твой хуй будет заблокирован до завтра. И обломы, и оргазмы. Ночное дразнение также отменяется. Надеюсь я не разрушила вам веселье этим фактом. – прерванные девочки и правда выглядели разочарованными.

Мне протянули бумагу, такую же как в первый раз, но текста было на ней куда меньше. 3 строки, кого же мне следует вписать?

П. С: ну что, эта часть вышла довольно быстро. как вы возможно догадались из того, что рассказ закончился именно тут, честь предложить вариант кого будет трахать ГГ в «благодать» я оставляю на вас. Ну, очевидно будет смотритель, но остальных двух можете выбрать сами. Пишите кого хотите увидеть! (и нет, Лилит не будет, она не высшая)