Дисклеймер: все персонажи являются вымышленными, любые совпадения с реальными людьми являются случайностями! Все персонажи совершеннолетние!

Cuckold Son

Пролог

— Да пошел ты к черту, импотент! — знакомая фраза.

Никита знал её не понаслышке, в свои 20 лет он единственный, кто из класса, а затем из универа, не встречался с девушками. И не потому, что не хотел, или ему нравились мальчики—киски... Нет, его главной проблемой была не скромность или замкнутость, у него не стоял член. Ни при каких обстоятельствах, сколько бы он ни пытался мастурбировать, смотреть порно или быть с девушкой на свидании. Не помогало ничто. И Никиту это сильно коробило, он был лишен части жизни, которая была у других. В какой—то момент он сдался. В отличие от его матери, последним спасительным кругом была Светлана.

Мать—одиночка, вырастившая его, теперь она бегала по врачам, возила Никиту в столичные клиники. Но везде получала один и тот же ответ: «Мы ничего не можем сделать».

И вот однажды, во время семейного праздника, когда все родственники, которых ты видишь раз в год, съезжаются к тебе домой, произошло неожиданное.

Вечер уже закончился, и подвыпившие гости разъезжались на такси, Никита провожал всех без особой радости, смотря на эти счастливые семейные пары, которые лобзали друг друга прямо на глазах водителей.

Никита вернулся в дом, оглядев беспорядок на кухне, недоеденные закуски и опустевшие винные бутылки.

— Да, маме убирать долго... — подумал он. А, собственно, где она?

Парень прошел по дому, осмотрел комнаты, вернувшись вниз, он вышел на улицу. Их территорию огибала живая изгородь, скрывая железный забор. Из одного места такого насаждения слышалась возня.

Подойдя ближе, Никита смог услышать слабый стон. Источник располагался между растительностью и глухим забором. Подойдя ближе, он смог разглядеть стоящего к нему спиной и натужно пыхтящего дядю Валеру. Это был высокий мускулистый мужик с бритой головой, мамин коллега по работе и друг.

Присмотревшись, Никита заметил, что он кого—то сношал. Подтянувшись на мысочках, ибо Валерий был мужчиной метра два, спиной к нему стояла женщина. Прижимая к забору грудь, она оказалась с приспущенными штанами. Никита как мог тихонечко подкрался сбоку, продавливая живую изгородь.

Валерий трахал женщину сильными и редкими рывками, по его лысой голове поползли вены. Женщина же казалась ему знакомой, хотя её лицо было развернуто в другую сторону.

— Мм, да, сильнее, — пролепетала женщина.

И Никита чуть не завалился назад. Нет, он не испугался, что его увидят, он узнал голос. Это была его мать. Парень вновь вернулся на позицию, понимая, что дядя Валера часто привозил его мать домой и вообще старался держать близко с ней.

Но о том, что они были любовниками, Никита не знал. Парень вновь прищурился. Белая кофта матери была задрана и скручена на спине, чтоб не держалась, на спине в районе поясницы виднелась тату в виде раскрывающейся бабочки.

Внизу близко к траве на ножках Светланы повисли штаны и голубоватые трусики.

Никита завороженно глядел. Перед ним в коматозе открылся мир, он никогда не видел, как вживую занимаются сексом. Он рассматривал каждый миллиметр картинки, особенно место, где мамино тело изгибалось, её прижатую грудь. Слышал её дыхание, направленное на забор.

И тут. Он почувствовал. Будто впервые внутри него кипело желание. Он медленно опустил голову, чувствуя, как его член медленно подымается, распрямляясь от многолетнего лежания.

Не веря ощущениям, он засунул руку в трусы. Да, ладонь уперлась в подрастающий орган, он тут же принялся дрочить так, будто это был его последний день. Он хотел почувствовать всё, что чувствовали другие.

Но как только он провел несколько раз по члену, он вновь начал сжиматься. Никита поднял глаза на сношающуюся мать, и член вновь, будто по команде, принялся распрямляться. Парень пытался комбинировать, смотря на мать и подрачивая. Однако член не слушался и падал.

Слыша, что Валера устал и парочка заканчивает, Никита ретировался в дом. Грустно идя домой, он понимал, что он может возбудиться, нужно было лишь понять как.

Глава I. Есть решение.

— Ну как же так, вы ведь говорили, что ему сможет помочь лекарство? — взмолилась женщина, пока Никита спешно одевался за ширмой.

Сероволосый седой доктор лишь пожал плечами.

— Мы не знаем, как помочь вам, Светлана, ээ... — ответил он, но женщина не дала тому договорить.

— Так что делать?!

— Возможно, поможет психолог. Да, верно. Сходите к нему. — отвесил доктор, который изрядно устал от своего пациента.

Никита мрачный вышел из-за ширмы, взяв свои вещи.

— Пошли отсюда, мама. — грустно произнес он.

— Нет, так нельзя оставлять... — промычала Светлана, поплелась за ним следом.

Выйдя в коридор, женщина, прикрыв лицо глазами, тут же обратила внимание на сына.

— Никит, ты будто ужа проглотил.

Парень ничего не ответил, посмотрел на мать.

— Ничего, мы дойдем до платных клиник, а пока идем домой.

Тем же вечером.

Светлана всегда хотела, чтобы её сын был счастлив и в интимной жизни тоже. А потому позволяла ему почти всё. Они вместе пили вино, порой покуривая кальян, хотя Светлана не курила.

Вместе обсуждали интимные подробности других пар, родственников и даже подруг женщины. Светлана считала, что разговоры о сексе помогут её сыну наконец возбудиться.

— Ты, кстати, знал, что Маришка (племянница Светланы) нашла себе нового ухажера? Как она говорит, ебыря, — рассмеялась Светлана, держа в руке бокал красного и поджав ноги под попу. Они сидели на летней веранде. Светлана говорила без умолку, пока Никита смотрел в сторону в темноту.

— Говорит, они занимаются сексом по несколько раз в день. Врет, наверное, — произнесла Светлана, видя отстраненность сына.

— Никит, ещё вина?

Парень повернулся, налив из бутылки и долив остаток матери.

— Ты обычно поддерживаешь разговор...

— Какой в этом смысл, они не помогают, — грустно произнес он, осушив полбокала.

— Что—то же должно помочь тебе! — возмутилась Светлана, с горя отпив почти весь бокал, оставив капли на дне.

Она тут же встала, собираясь уходить.

— Я чувствовал возбуждение недавно, — произнес вскользь Никита, тут же отвернувшись.

Светлана обернулась и быстро подбежала к нему, сев перед сыном.

— Когда? Где? Как?! — сыпала она вопросами. — Ты уверен?

Никита посмотрел вниз на пах. — Уверен, я чувствовал, как он поднимается, у меня даже расперло штаны.

Светлана была на седьмом небе от счастья, но вопросы остались те же.

Я не могу сказать, — коротко ответил сын. Отчего женщина приподнялась, намереваясь отвесить оплеуху, но Никита отклонился.

— В общем, я видел твой секс с дядей Валерой у забора, — сказал Никита, тут же замолчав.

Светлана в шоке вытаращила глаза и уселась обратно, она не думала, что кто—то мог видеть их. Тем более что у Валеры была своя семья и дети. И их связь казалась конфиденциальной.

— Что? Как... Как? — запинаясь, спросила она. В голове у неё кружился вихрь мыслей. Светлана резко встала, и её стул с громким скрипом проехался по полу.

— Мы должны это проверить, — пробормотала она скорее себе, чем Никите. Она неуверенно подошла к.

— Покажи мне, — потребовала она, и в её голосе слышалась смесь гнева и любопытства.

В душе женщина надеялась, что это неправда, одновременный ужас и надежда бились внутри её сердца.

Никита медленно приспустил штаны и, чувствуя приливающиеся слёзы, снял трусы.

Перед Светланой показался корешок его сына, он лежал между ног.

Женщина переместилась на колени перед парнем. Её рука коснулась члена сына, взяла его в ладошку. Он так же мирно продолжал лежать. Тогда она провела несколько раз, пытаясь ему подрочить. Всё это время Никита завороженно наблюдал, боясь столкнуться взглядом со своей матерью.

Но чуда не произошло. Член так и не встал.

Через несколько дней Никита вернулся домой после долгого дня.

Открыв входную дверь, он увидел картину в гостиной, которую никак не ожидал. В хорошо освещённой комнате его мать сплелась с молодым человеком в страстных объятиях. Незнакомое зрелище вызвало у Никиты бурю чувств – смесь вторжения, очарования и внезапного, неожиданного вновь возбуждения.

Молодой человек, с рельефными мышцами и гибкой ловкостью, оказался гимнастом по имени Стас. Его подтянутое тело блестело от пота, когда он ритмично двигался рядом со Светланой, и их стоны наполняли комнату. Никита замер в дверях, широко раскрыв глаза, любуясь увиденным. Сердце колотилось в груди, и, несмотря на шок, он почувствовал знакомое движение в паху. Его член начал твердеть, невольно реагируя на открывшееся зрелище.

Стас, заметив движение боковым зрением, повернул голову. Его взгляд встретился с взглядом Никиты, и на его лице промелькнуло удивление. Он замер, на мгновение отвлекшись. Светлана, не замечая присутствия сына, продолжала двигаться под Стасом, зажмурив глаза от восторга.

— Светочка, — прошептал Стас, развеивая чары. — У нас гости.

Женщина открыла глаза, взгляд её был затуманенным и расфокусированным. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осознать окружающее.

— Никита? — шокировано произнесла она, попытавшись прикрыться. Однако её взгляд тут же переместился ниже. Её сын держал в руках вставший член и инстинктивно гладил себя.

Она повернулась к Стасу, стараясь развернуть его лицо к себе.

— Не обращай внимание на него, он еще ребенок. — произнесла отрывисто она.

— Что? — удивленно произнес Стас. — Он же твой сын. Сколько ему?

Парень попытался ее поднять, когда раздосадованный Никита уже попятился назад.

— Нет, подожди, — вновь мягче произнесла женщина. — Давай продолжим.

— Но, — попытался я вставить Стас.

— А он посмотрит, пожалуйста. — сама от себя не ожидая, выпалила Светлана.

— Чокнутые извращенцы… — продолжил парень, посмотрев на часы. — Черт, я пять часов по пробкам сюда перся. Он развернулся к женщине, посмотрев на ее выражение котенка. — Ладно, пусть смотрит, но не близко, чтоб не подходил.

Стас развернулся и, вновь улегшись на женщину, принялся входить вновь в её киску.

Светлана обхватила его за спину. Её взгляд блуждал, порой заостряясь на притомившемся в уголке Никите, который вновь, почувствовав возбуждение, принялся наяривать.

Стоны вновь заполнили комнату.

Никита почти ничего не видел. Не видел мать. Лишь голую мокрую спину Стаса и его бедра, ходившие туда-сюда.

Лишь стоны, издаваемые женщиной, были усладой.

— Ха, ах, — вырвалось из него, когда он увидел на своих руках белую субстанцию.

Стас повернулся, но его вновь развернула к себе женщина, поцеловав.