Исследование нежности: Встреча с Наташей и трио

Семинар по литературе в университете был одним из тех скучных занятий, где Артём обычно сидел на заднем ряду, лениво рисуя в блокноте. Но в тот день всё изменилось. Наташа вошла опоздав, её пухлые щёчки порозовели от спешки, а короткая пепельная блонди-стрижка слегка растрепалась. Аккуратный заострённый носик и утончённая форма тяжёлой оправы её очков придавали ей вид городской студентки, хотя она только недавно приехала из соседнего края. Она села рядом с Артёмом, поправляя очки, и шепнула:

— Извини, не помешала?

Артём, с его лёгкой, непосредственной улыбкой, ответил:

— Наоборот, оживила урок. А то я тут чуть не уснул.

Она хихикнула, её карие глазки прищурились так очаровательно, что это сразу запало ему в душу. Они разговорились в перерыве — она из сельской местности, приехала учиться, и её клетчатое платье на лямках, облегающее её пухленькую фигуру, казалось таким уютным в этой городской суете и лишь подчёркивалось тяжёлыми Dr.Мartins на очаровательных, пухлых ножках. Артём шутил, она улыбалась, и к концу семинара он уже знал: эта девушка — не просто однокурсница.

На день рождения Наташи, через пару недель, она пригласила его в общежитие, где собралась небольшая компания. Праздник был простым — чай, домашнее вино, пирог, смех. Но когда гости разошлись, они уединились в свободной комнате. Их первый раз был неловким — Артём, волнуясь, целовал её, а она, стесняясь своего тела, прятала глаза. Они разделись в полумраке, и всё произошло быстро, с лёгким смущением, но с теплом, которое обещало большее.

С тех пор их встречи стали регулярными, и Артём влюбился в её тело — живое, несовершенное, полное тепла. Наташа, лежа на кровати в своей комнате, раздевалась с улыбкой задрав ножки. Она стягивала колготы, указывая на свои коленки с шрамиками и свою асимметричную грудь:

— Видишь, всё неидеально, но это моё.

Её небольшая грудь с розовыми сосками была мягкой, чуть отвисающей, и Артём ласкал её, ощущая, как она отвечает волной возбуждения. Между ног — густой, ароматный, темно-русый куст, скрывающие её большие, висячие, морщинистые половые губы, пахучие и живые, которые он обожал. Ее вагина так сильно контрастировала с ее миловидным личиком, что только сильнее возбуждало молодого парня. Перед близостью, после долгих предварительных ласк, поцелуев и прикосновений, он всегда замечал мокрое пятнышко на её трусиках от выделившейся смазки — знак её желания, что разжигало его ещё сильнее.

В один из вечеров, после прогулки, они вернулись к ней, и Артём, уверенный и нежный, начал с кунилингуса. Он раздвинул её распластанные бёдра, бесстыдно раздвинутые ножки этой вчерашней деревенской девчонки, теперь такой открытой и страстной. Его взгляд не мог насытиться видом её тела — пухлые щёчки, розовеющие от возбуждения, торчащие, набухшие сосочки, вздымающаяся при дыхании, округлый живот с мягкими складками, и заросли между ног, скрывающие её большие половые губки. Он наклонился, его губы коснулись их, оттягивая нежно, ощущая их пахучий вкус, солоноватый и естественный, и его язык проник в её сочащуюся вагину, обводя каждую складку, впитывая её аромат, мускусный и манящий. Артём не мог оторваться — её запах кружил голову, её вкус, сладковатый от смазки, её вид, такой уязвимый и притягательный, заставляли его возвращаться снова и снова. Раздвинув пальцами ее лоно он ощутил под кончиком языка твёрдую и скользкую горошинку так и стремящуюся спрятаться в обильных складках кожи. Артём ловил и нежно теребил клитор Наташи.

Она застонала, её тело дрожало от удовольствия, а её душа падала в глубокий колодец наслаждения, когда она смотрела на него со смесью возбуждения и смущения полуприкрытыми глазами.

Она, глядя на него с благодарностью, впервые взяла его член в рот — медленно, неумело, но с любопытством. Её губы обхватили его, язык коснулся головки, и она, почувствовав его трепет, влюбилась в это занятие, наслаждаясь ощущением его члена во рту — твёрдого, горячего, с солоноватым привкусом. Её возбуждение смешивалось с смущением — щёки горели, но радость от новой свободы переполняла её, и она сосала его, её пухлые щёчки втягивались, а глазки прищуривались от удовольствия.

Им обоим нравилась поза, где Артём лежал на спине, а Наташа садилась сверху, оставаясь на корточках. Её распластанные бёдра открывали ему полный вид — её вагина, влажная и сочащаяся, медленно нанизывалась на его твёрдый, покрытый венами член, её большие губы растягивались вокруг него, обхватывая ствол. Артём любил это ощущение — быть в ней, рядом с ней, внутри неё, видеть, как её тело принимает его полностью, её кустики касаются его кожи, а её лицо, с прищуренными глазками, отражает удовольствие. Она двигалась медленно, её пухлые ляжки напрягались, и они смотрели друг другу в глаза, их связь была полной открытости и любви.

Но Наташа, впервые вдали от пуританского дома, была полна нереализованных желаний. Она открывалась Артёму:

— Знаешь, в общежитии с подружками мы принимаем общий душ... их тела, такие разные, возбуждают меня. Я смотрю, и думаю... а если бы и мы?

Они пошли в секс-шоп, где она, краснея, трогала игрушки, и они обсуждали запретное — от вибраторов до ролей, находя мало табу.

Однажды она оказалась в гей-клубе, куда они отправились из любопытства, она с восторгом смотрела на травести-представление, её глазки щурились от радости:

— Артём, это так... свободно, так возбуждает!

Вернувшись в номер, они занимались любовью неистово, её тело, пухлое и живое, отдавалась ему полностью, её стоны смешивались с его, в пике их страсти.

———

Каникулы наступили, и Артём решил приехать домой с Наташей. Она согласилась без раздумий, её весёлые глаза горели, а мордашка порозовела от волнения. Артём рассказал ей о Елене Викторовне, о их особенной связи, и Наташа, с её любопытством к новому, лишь улыбнулась:

— Я хочу её узнать. Если она важна для тебя, то и для меня.

Елена Викторовна встретила их у двери с тёплой улыбкой, её почти седые волосы струились по плечам, а лёгкий халат подчёркивал её зрелые формы. Её тёмно-зелёные глаза блеснули, когда она увидела Наташу.

— Тёма, ты привёз красавицу, — сказала она, обнимая Артёма, а затем повернувшись к Наташе. — А ты... такая милая. Проходите, я чай заварила.

Вечер прошёл в лёгких разговорах — Наташа рассказала о своей жизни, о городе, который её изменил, а Елена Викторовна слушала с интересом, её взгляд скользил по пухлым щёчкам девушки, по её прищуру глаз при смехе. Артём сидел между ними, чувствуя, как симпатия между женщинами растёт. Когда вечер углубился, Елена Викторовна предложила:

— Давайте в спальню. Там уютнее.

Они перешли в комнату, где мягкий свет лампы создавал интимную атмосферу. Наташа, с лёгким волнением, сняла платье, открывая своё пухленькое тело. Потёрла свои розовые сосочки освобождаясь от лифчика, погладила округлый живот, густые темно-русые кустики между ног, скрывающие большие, висячие, морщинистые половые губы. Она улыбнулась:

— Ну как то так, – она хихикнула снова, — вот такая я.

Елена Викторовна, сбросив халат, открыла своё зрелое тело — полные груди, мягкие и тёплые, широкие бёдра. Артём, раздевшись, сел между ними, его худощавое тело напряглось от желания. Симпатия переросла в близость естественно. Елена Викторовна поцеловала Наташу, притянув ее к себе за подбородок, её губы были мягкими, опытными, а Наташа, краснея, ответила, и её язычок проник в ротик. Артём, обнимая их обеих, целовал их шеи, его руки скользили по их телам — по мягким грудям Елены Викторовны и упругим грудкам Наташи, по их бёдрам.

Наташа, лёжа на спине, раздвинула ноги, её большие губы раскрылись, и Артём, не в силах оторваться, ласкал их языком, ощущая её глубокий, женственный аромат. Её тело дрожало, она достигла первого оргазма от его ласк, её стоны были тихими, но искренними, а Елена Викторовна, наблюдая, гладила её волосы. Затем Артём вошёл в Наташу, его толчки были уверенными, глубокими, и она, выгнувшись, кончила снова от его члена, под пристальным, тёплым взглядом Елены Викторовны, которая шептала:

— Вот так, милая... наслаждайся.

Наташа, чувствуя их внимание, дрожала от удовольствия. Елена Викторовна, встав на колени, начала ласкать Наташу пальцами, обводя её большие губы, проникая в её сочащуюся вагину, и Наташа, застонав, достигла третьего оргазма от взаимных ласк, её тело содрогнулось, а кустики намокли ещё сильнее.

Елена Викторовна, стоя рачком, наклонилась к Наташе, её губы коснулись её вагины, обводя языком её большие губы, посасывая их нежно. Артём, войдя в Елену Викторовну сзади, чувствовал её тесноту, её тело отвечало на каждый толчок, а её стоны, приглушённые ласками Наташи, наполняли комнату. Елена Викторовна кончила, её тело содрогнулось, её вагина сжалась вокруг него, а её язык, не останавливаясь, довёл Наташу до очередного пика.

Елена Викторовна легла на спину, приглашая раздвинутыми ножками своего молодого любовника быть сверху, но Артём, не выдержал и излился на животик Елены Викторовны так и не войдя снова. Его сперма, горячая и обильная, растеклась по её мягкой коже, по складкам живота и углублению пупка. Наташа, с улыбкой, наклонилась и начала собирать её языком, щекотно скользя по её телу, слюрпая с лёгким чмоканьем. Елена Викторовна, выдохнув, погладила её волосы:

— Ты... такая милая.

Они лежали втроём, обнявшись, Наташа между ними, её пухлые милые складочки розовели от счастья. — Это... так сексуально, — шепнула она. Елена Викторовна, гладя её волосы, ответила:

— Мы нашли друг друга.

Артём, улыбаясь, поцеловал их обеих, чувствуя, как их связь стала ещё смелее и крепче.

42302   73 37   +10 [7] Следующая часть