Кристина Ч. 3

– Спасибо, Славка! Пойдем выпьем ещё коктейль. Мне вообще, захотелось сегодня напиться, расслабиться и делать всё, что захочу.

– А что ты хочешь? – я вспомнил то, что мне говорил Пашка, – чтобы я кончил на твои груди и лицо?

– Очень хочу. Мне жалко, дурачок мой, что у тебя до сих пор нет девочки, и тебе приходится дружить с Дунькой Кулаковой. Вот я и хочу её заменить. Это же не будет извращением, и даже инцестом это нельзя назвать?

– Но, мы же можем потом увлечься и не остановиться у «последней черты?»

– А что ты называешь «последней чертой»?

– Ну, – тут я замялся, но она мне помогла.

– Ты боишься, что мы с тобой не удержимся и станем е..., – она чуть не произнесла то самое слово, но вовремя поправилась, – трахаться?

– Ну да, – ответил я и покраснел.

– Почему ты так смутился, – Кристина прижалась ко мне грудью так, что я почувствовал, как у неё возбудились соски, – инцест, это когда близкие родственники трахаются для продолжения рода. А мы будем просто любить друг друга, дарить наслаждение, радость. Павлик, ты сидишь там один, иди сюда, и «горючее» этого мореплавателя сюда неси.

Осушив свой бокал, Кристина пошла танцевать с Пашкой, а я смотрел на то, как она раздвинула полы халата и стала своей пиздой тереться об его член.

Пашка оглянулся и жестом позвал меня к себе.

Алкоголь ли стал тому причиной, или откровенные разговоры с Кристиной, но я осмелел, положил руки им на плечи и мы втроем стали тереться телами друг о друга.

– Мальчишки, ну ка быстренько раздевайтесь, – вошла в раж Кристина, и сбросила свой халатик.

– Эх, жаль, что здесь нет кампр.

– Ничего, мы повторим это ещё раз, и ещё, и ещё, пока не надоест и не приестся.

– А как это может приесться, – возразил Пашка, в сексе столько простора для фантазий и их воплощения в жизнь.

Кристина ухватила нас за стоящие члены и слегка их подрачивала. Пашка первым не выдержал, приподнял её за бедра, насадил насвой хуй, она обхватила руками его шею и пока он нес её к дивану, энергично подпрыгивала на нем.

– Давай осуществим мою мечту, – шептала она ему на ухо. Павлик, еби меня, моё солнышко, а ты, Славик, подрочина свою развратную мать. Я хочу сегодня разговеться.

Я смотрел, как Пашкин хуй заходил в её красивой пизде.

– Подойди поближе, сынок, – почти в истерике кричала Кристина, дай я сама подрочу тебе. Какой он у тебя тепленький и упругий. Хороший мой мальчик, иди ко мне, дай я тебя поцелую.

Я поднес свой хуй к её губам, она взяла обнаженную головку в рот и стала с наслаждением сосать, причмокивая. Мы кончили с Пашкой одновременно, под завывание это сучки. Она долго корчилась в судорогах, затем утихла, вынула мой хуй изо рта и прошептала:

– Как это было здорово, не передать словами. Сынок, твоя сперма тоже вкусненькая. У неё такой специфический вкус, как будто банановый сок.

– А теперь, кавалеры, вылижите даму, только дайте вначале мне попробовать то, что скопилось в моей пизде.

С этими словами она засунула в вагину три пальчика и стала с удовольствием их обсасывать, потом повторила это ещё раз.

– Какой вкусненький коктейль, не хуже чем «Марко Поло»! Но ты, Пашенька, пожалел на этот раз своего компонента, – захихикала она.

– Так я уже четвертый раз за вечер кончил, это же не коровье вымя, – стал виновато оправдываться Пашка.

– Ладно, прощаю на первый раз, – продолжила шутить Кристина, – идите, ребятки ко мне под бочок, я вас пригрею.

– Мы пристроились рядом с ней. Я уже совершенно не стеснялся, прижался мокрым хуем к её бедру. Она опустила руку и охватила его ладонью и стала медленно двигать ею. Волна удовольствия опять стала наполнять мой мозг.

Пашка неожиданно засопел, и выпал из игры, а я прижался к её груди и почувствовав, как под пальцами увеличиваются её соски, взял их в рот и стал целовать.

– Ах ты мой шалунишка, – игриво сказала она, – и кто же тебя научил так ласкать женскую грудь?

– Дистанционно обучался, порно смотрел.

– Ну, это была теория, а теперь закрепляй всё это на практике. Павлик утром уедет, а мы с тобой будем спать вместе, и пробовать, пробовать, фантазировать и внедрять мертвые знания в жизнь. Ты, надеюсь, не против? И не считаешь свою мать извращенкой?

– Сразу сказал, что нет! Ты не извращенка, а просто красивая, чувственная женщина. Ты же не виновата, что в тебе так бешено играют гормоны. А, раз они вырабатываются, то их надо сжигать.

– Это опять пошла теория? Начитался книжек, насмотрелся медицинских лекций?

– Ну, то, что я сказал, сейчас уже каждый ребенок знает.

– Мой ты ребеночек, – она весело засмеялась¸ пососи маме сисечку, как в детстве сосал.

Я не заставил себя долго ждать и поцеловал сначала один сосок, потом другой, стал с наслаждением мять её упругую грудь.

– Нравится?

– Ещё бы, – оторвавшись от этого вкусного занятия, ответил я, – как давно я мечтал прижаться к ней, целовать, нежно ласкать.

– Теперь можешь получать это утром, в обед и вечером, и без хлеба, – она закатилась смехом.

– А можно мне поцеловать твою пизду? – умоляюще попросил я.

– А ничего, что там его, – она кивнула в сторону Пашки, – сперма? Давай, я схожу подмоюсь быстренько и целуй хоть до утра.

Она быстренько вскочила, убежала в ванную и я услышал звуки стекающей воды. Войдя следом, я увидел её, такое красивое тело, очаровательную грудь, аккуратненькую стрижку на лобке и аккуратненькие розовые губки.

– Как хорошо, что теперь не нужно подглядывать за тобой в щелку.

– И мне тоже не надо теперь подглядывать!

– И так будет теперь всегда?

– Да, сыночка, всегда! Во всяком случае, пока тебе не надоест.

– Не понимаю, как такое может надоесть.

– Погоди ещё, встретишь молоденькую девочку, влюбишься, будешь только о ней думать, и старая мать перестанет тебя интересовать.

– Ну, во-первых, ты не старая, и не смей так себя называть, а, во-вторых, мне теперь никакая другая женщина не нужна.

– Молодой ты ещё, ничего в жизни не понимаешь. Подай ка лучше мне полотенце.

– А можно я сам тебя оботру? – умоляюще попросил я.

– Конечно можно, зачем спрашиваешь. Теперь тебе всё можно.

Я вытирал её тело, нежную кожу, розовые плечики и пышную грудь. Она раздвинула свои красивые ножки, я аккуратно промокнул промежность, перешел к пухленькой попочке, не удержался и поцеловал её.

– Маленький шалунишка, – с улыбкой сказала она –но как приятны эти твои шалости.