Однажды в метельную новогоднюю ночь я стоял на смене в водогрейной котельной. Меня вызвали срочно, поскольку другой оператор, который должен был стоять, внезапно заболел. Я был рад свалившейся, как снег на голову, смене: в этот всенародный праздник никаких ночных проверок точно не будет и я надеялся как следует выспаться, после того, как оборудование выйдет на режим.

Котельная была очень старая, небольшая, но котлы и насосы в эту ночь работали спокойно. А за окном злилась непогода. Обычная северная зима ревела метелью и била ветром в большие окна.

Я уже хотел прикемарить, но вдруг услышал звонок во входную дверь. Едва я открыл, как помещение протиснулась женщина. На вид ей было лет сорок, она была вся в снегу и, видимо, совсем замёрзла. От женщины пахло алкоголем, однако, я отступил назад как бы приглашая снегурочку пройти к теплу и свету. Женщина смотрела на меня удивлённо, словно ожидала увидеть кого-то другого. И вдруг заговорила уверенным и мягким голосом: она сказала, что опоздала на последний автобус и теперь идёт домой пешком, на другой конец города и ей очень хочется согреться. Она прошла вглубь помещения, посмотрела по сторонам, сняла пуховик и кинула его на табуретку. Что-то говорило мне, что эта женщина здесь не впервые. Я улыбнулся гостье и оглядел её. Это была полноватая женщина с внушительными округлостями зрелой тёти, усталым лицом и чувственными красными губами. Одета она была небогато – в шерстяное платье, плотно облегающее её неидеальную фигуру. Полумрак старой котельной не давал мне рассмотреть её как следует. Я взял даму за руку и повёл к месту оператора, которое стояло тут же, а рядом с ним располагался диван. Женщина упала на диван и, казалось, сразу заснула. Котлы ровно гудели, завывала вьюга. Я бросил на пол фуфайку, лёг на неё, и снова решил подремать...

Проснулся я от того, что женщина лежала рядом на полу и целовала моё лицо, глаза, целовала мои губы. Это было необыкновенно приятно. В котельной стояла жара, женщина была только в старенькой рубашке. Я ответил на ласки, но был разочарован – её рыхлое тело не могло возбуждать. Я потрогал попу и явственно ощутил ямочки целлюлита. Огромные висячие сиськи колыхались под старой рубахой. Женщина целовала меня. Её красные губы завораживали, а руки плясали по закоулкам моего тела в каком-то магическом танце. И вдруг неожиданно меня захлестнула волна возбуждения. Теперь почему-то женщина казалась мне совсем молодой девушкой, трепетной и чувственной. Я начал снова ласкать её тело, казавшееся теперь роскошным. Она села на меня сверху, а я вошёл в неё. Я обхватил руками её сочные ягодицы и начал двигаться ей в такт, не смея оторвать взгляд от большой чувственной груди, которая прорисовывалась под её сексуальной рубашкой. Интенсивность движений нарастала. Отблески пламени из смотровой гляделки котла плясали на стене, где причудливо кривлялись наши тени. В какой-то момент она взвыла, любовная судорога пробежала и по моему телу. Гудели котлы, стонала вьюга. В котельной никогда не было так жарко...

Утром, проснувшись, я не увидел рядом свою фею. Всё закончилось. Пришёл сменщик, метель утихла, и я побрёл домой по спящему новогоднему городу.