Вчера меня вызвала к себе в кабинет начальница. Мы решили несколько рабочих вопросов, и вдруг Валентина перевела разговор на отвлечённые темы – в основном о личной жизни, спросила даже про отношения с мужем. Я очень удивилась, но постаралась не подать виду.

Начальница мне всегда нравилась. Всегда элегантная, изящная и очень-очень сексуальная. И я старалась тянуться за ней, что мне, без ложной скромности, в основном удавалось.

Атмосфера в кабинете была такая уютная и расслабляющая, что я не удержалась от комплимента, когда начальница слегка попеняла мне за отсутствие блеска в глазах:

— А ты, Валентина, всегда выглядишь просто ослепительно.

На что та без доли смущения улыбнулась и ответила:

— Самый лучший рецепт, Алла, - хороший секс. Это как вечный двигатель: занятия любовью делают женщину сексуальной и желанной, что в свою очередь предполагает особенное внимание мужчин.

После этих слов она предложила мне пересесть в зону отдыха на диванчик... И стала рассказывать о своих интимных отношениях с мужчинами. Сначала меня удивила и даже ошарашила ее откровенность и незакомплексованность, и чем дальше, тем больше изумленно раскрывались мои глаза. Однако, мой ступор объяснялся и другой причиной – от ее рассказов между бедер давно стало горячо, мною начало овладевать возбуждение, да такое, что капелька за капелькой просачивалась в трусики, соски затвердели, а грудь вздымалась так, что едва не выскакивала из лифчика. Особенно ярко эти симптомы проявились после того, как Валентина поведала мне о сексе сразу с двумя мужчинами одновременно.

Мне не удалось скрыть мое измененное состояние, и она вдруг пододвинулась ближе ко мне.

— А хотела бы ты сама попробовать с двумя? – слегка улыбаясь и интимно понизив голос, спросила она.

Я опустила глаза, чувствуя, что не могу, да и не хочу лукавить, и севшим от волнения голосом ответила:

— Да!

Следующая реплика меня просто шокировала:

— Сейчас я тебе это устрою.

Пока я пребывала в ступоре (и едва не кончая от проносящихся в голове картин), она взяла телефон и попросила зайти в кабинет двух своих сотрудников.

— Аллочка, давай приготовимся к приходу мальчиков.

С этими словами она расстегнула мою блузку, с одобрением осмотрев то, что открылось взгляду. Затем она сняла блузку полностью:

— Встань и подойди к столу.

Я беспрекословно исполнила это распоряжение, готовая подчиняться и дрожащая немного от страха, но в основном от возбуждения.

Валентина подошла ко мне и, расстегнув молнию на юбке, стянула её с меня.

— Вот так будет гораздо лучше, Аллочка.

Ноги меня уже почти не держали, и мне пришлось опереться попкой о стол начальницы, а в это время дверь открылась. Вошли двое сотрудников, и им предстала пикантная картина: шикарная девушка в одном только нижнем белье со вздымающимся бюстом, двумя аккуратными полушариями уложенным в прозрачный бюстгальтер... и слегка улыбающаяся начальница отдела рядом с ней.

— Мальчики, наша Алла Евгеньевна очень хочет попробовать ваши ласки, я надеюсь, вы не откажете ей?

С этими словами она положила свою ладонь на мой лобок и сквозь тоненькую ткань трусиков начала поглаживать клитор. Я вздрогнула, закусив губку. Но сопротивляться стремительно развивающейся ситуации даже не попыталась.

Мужчины подошли к нам. Один наклонился к уху Валентины и прошептал... прошептал довольно отчетливо, мне было все слышно, и я едва не застонала, осознав смысл его слов:

— Какая сочная девочка! Спасибо, что отдаёшь ее нам! Ух, с каким удовольствием мы ею сейчас займёмся!

И с этими словами руки обоих мужчин легли мне на грудь. Они мяли мои упругие округлости сквозь лифчик, а я могла только прогибаться в надежде, что с меня наконец сдернут кружевную тряпочку, мешающую ощутить мужские прикосновения голой кожей...

Валентина решила «проблему» по-своему. Как сквозь туман я услышала ее голос:

— Аллочка, ну-ка, покажи нам свои прелести.

Я была ей послушна, как дрессированная собачка, и мой лифчик летит на пол, поспешно стянутые трусики - вслед за ним, а окружающие довольно смотрят, как я лишаюсь последней преграды перед их взорами. На какое-то время застываю, абсолютно голая, текущая, со вздымающейся грудью. Но к счастью Валентина слегка улыбается и мягко произносит с небольшой вопросительной интонацией:

— Мальчики?..

И вот меня уже ласкают в четыре руки... Не просто так - Валентина полностью руководит действиями мужчин, и их ладони и губы исследуют моё тело, точно выполняя направляющие указания, чего бы они касались – меня тискают за ягодицы, мнут мои груди, соски подвергаются нешуточной трепке то пальцев, то жестких губ, а мою киску теребят не переставая. Я уже вся горю в раскаленном в тумане. Я чувствую, как внутри живота запорхали бабочки. Я чувствую, как влагалище настолько наполнилось влагой, что иногда хлюпает под мужскими пальцами.

Рука начальницы легла на мою голову:

— Присядь, Аллочка.

Я – послушная девочка, и торопливо опустилась на колени, оказавшись между мужчинами, члены которых Валентина начала поглаживать сквозь штаны. Расстегнув молнии на их ширинках, она ловкими пальчиками обнажила их мощные эрегированные члены.

— Какие они большие! - непроизвольно ахнула я.

— Попробуй их на вкус, Аллочка, - проворковала моя начальница и приставила сперва один, а потом и второй к моему ротику.

Не раздумывая и не рассуждая, я принялась старательно отсасывать члены по очереди, услужливо гоняя кожицу того, который не был сейчас в моем ротике.

Валентину, похоже, тоже возбудила такая картина, и она, наклонившись, принялась мне «помогать». Наши губы сменяли друг друга на том или ином члене, иногда мы сосали тот, который был ближе, а иногда целовались взасос, сплетая язычки, уставшие обслуживать члены...

Всё это было настолько возбуждающим, что соски затвердели до болезненной жесткости, а по внутренней стороне бёдер уже текли соки.

Наконец начальница подняла меня и властно нагнула, заставив лечь грудью на стол. Моя попка была призывно вздернута вверх, а сама я прогнулась как можно сильнее, ожидая в нетерпении, когда мне заправят. И как только толстый член резко вошёл в меня, растягивая дырочку до невозможности, моё тело тут же запульсировало в бурном оргазме. Мое сознание улетело в какие-то дальние дали, но все же я почувствовала, как второй член упёрся мне в губы. Я послушно открыла рот, и меня начали драть с обеих сторон. Моё тело жило само по себе, отзываясь на жесткую обработку, и я кончала раз за разом, мыча и сотрясаясь в сладких судорогах. А когда они стихали, Валентина звонко шлепала меня по ягодице, мурлыкая:

— А почему сладкая девочка замолчала?

И я снова скатывалась в бесконечный оргазм от того, что каждый шлепок отдавался во всем теле, начиная от промежности до горла. И от осознания того, что моя начальница наблюдает за тем, как ее сотрудницу дерут два ебаря...

Дальнейшее происходило как в тумане, сладком и искрящемся – через какое-то время меня отнесли на диван и продолжали пользовать как хотели. А я только и могла, чтобы услужливо прогибаться, неимоверно раздвигать ножки, да благодарно стонать (если конечно рот был не занят членом, тогда – только мычать).

Такой трепки мне получать не доводилось. Я попросту стала самкой, все назначение которой состоит в том, чтобы ублажать своим телом самцов и содрогаться в бесконечных оргазмах. А в конце я сама умоляла их кончить мне на лицо. И когда меня стащили и поставили на колени, я широко открыла рот, и в следующий момент на меня брызнул поток густой спермы, и только щурились глаза, когда белая струйка летела в них...

Когда обильное семяизвержение кончилось, я была вся уделана спермой, она – на лице, во рту, стекает по подбородку и капает на груди, скользит по ложбинке между ними, по животу, по лобку и, миновав половые губки, отдельными каплями шлепает на пол...

Я посмотрела на свою начальницу, довольно улыбающуюся, и проникновенно прошептала:

— Спасибо, Валентина!