— Протасов, потрудись в следующий раз проверить свою мазню, прежде чем подписать.

Жанна брезгливо за уголок приподняла с таким трудом вымученный мной аналитический отчёт. Какого хрена она ко мне придирается? Чувствуя, что начинаю заводится, я пока что ещё вяло огрызнулся:

— Моя подпись означает, что я всё проверил и отвечаю за написанное.

— Да? – язвительность моей начальницы ледяной лавой выплеснулась наружу. – Тогда как ты объяснишь вот это?

Она перекинула несколько страниц и острым ногтем с безупречным маникюром подчеркнула строку расчётов.

— Это что за расход реагента? Ты что, собираешься его из ведра лить?

— Но это же теоретическое обоснование. Оно учитывает приобретение нового оборудования!

Она взглянула поверх тонких очков и некоторое время смотрела прямо на меня, словно удивляясь, что я пытаюсь сопротивляться.

— Тогда необходимо в планируемых затратах это учесть. А ты этого не сделал. И вот здесь. Использовать материал подобной толщины... Ты что, не знаком с техзаданием?

— Ээээ. Ну, да. Здесь я вероятно ошибся. Но это ничего не меняет, нужно просто заменить цифру.

Она пропустила мои слова мимо ушей.

— Можешь идти. Исправь к утру.

Я с возмущением развернулся. Уже конец рабочего дня! Когда мне этим заниматься?

— Секунду, Протасов.

Я остановился в дверях. Голос Жанны Алексеевны зазвучал доверительно, даже участливо.

— Не обижайся, Вадик. Это и вправду важно. Я понимаю, тебе нелегко осознать. Вероятно, в твоём Воронеже сошло бы и так, но здесь столица. И ещё одно. Потрудись прогнать текст хотя бы через Ворд, такое количество грамматических ошибок совершенно неприемлемо. Если сам не справишься – обратись к Елене Николаевне. Всё, иди работай.

Слегка пристыженный я, наконец, закрыл дверь. Секретарь Нинель сочувственно посмотрела на меня и опять уткнулась в экран.

— Кто такая Елена Николаевна? Где она сидит? – спросил я её.

— Она нигде не сидит, - явно сдерживая смешок, ответила девушка. – Это наша уборщица.

Я опустил голову и прошёл на своё рабочее место.

Жанна Алексеевна. Ненавижу её. Начальник нашего управления. Высокомерная холёная женщина за тридцать. Язык подвешен. Общается свободно, оперируя множеством тем и легко пробираясь мимо словесных ловушек. Зато сама расставляет их искусно и мастерски. Когда попадаешь в них, просто захлопываешь рот и глупо мямлишь что-то невразумительное. Но она никогда не оставляет незавершённых дел. И любой разгром всегда делает полным, доканчивая его пинком по ещё тёплому телу, чтоб уж гарантированно не получить больше сопротивления с этой стороны.

Я обречённо открыл свой отчёт и принялся за исправления.

***

Кто бы мог подумать, что её можно встретить на таком мероприятии? Да ещё и в подобной роли?

— Есть желающие провести вечер с этой сукой? У неё совсем немного табу, так что хороший верх получит максимум удовольствия.

На середину комнаты за руку вывели девушку с завязанными глазами. На ней было длинное узкое синее платье в облипочку. Без всяких лишних деталей или украшений, но явно дорогое. Кроме него, был лишь тонкий ошейник с тянущимся от него поводком. Вадим мельком отметил это, и повернулся обратно к стакану, но что-то заставило его затормозить. Нет, не может быть! Он всмотрелся внимательнее. Хотя ему не приходилось видеть Жанну Алексеевну без укладки с распущенными волосами, но это точно была она.

А парень, как заправский аукционер, продолжал разглагольствовать. Народ собрался разный, были и достаточно обеспеченные люди. Однако одиноких немного. Впрочем, некоторые не прочь приобрести себе такой бонус, не спрашивая мнения спутницы. А возможно и планируя развлечения втроём. Публика была незнакомая и не вполне понятная. Первую ставку сделала худенькая женщина с тонкими сжатыми губами. Вадим мысленно пересчитал свою наличность и понял, что ловить ему в общем-то нечего. Торг шёл только за наличные. А было бы интересно приобрести её. Всё её высокомерие, уничижительная язвительность и властное хамство получило бы возможность на ответную подачу. Да, какую!

— Что, слюну пустил? Это новенькая. Хочешь её?

К Вадиму подошёл Гена со своей спутницей. Та, словно по этикету, двигалась на полшага позади и постоянно смотрела в пол.

— Денег нет.

— Могу одолжить.

И увидев, как у Вадима вспыхнули глаза, Гена добавил:

— Только не сходи с ума. Это всего лишь новенькая сука. К тому же возможно, случайная. Сколько тебе нужно?

— А сколько у тебя есть? И почём они обычно идут?

Геннадий опять улыбнулся. Потом повернулся к своей спутнице. Из его голоса исчезла вся доброжелательность.

— Лиса, метнись в гардероб и принеси из пальто мой кошелёк.

Его тон опять изменился.

— У меня с собой тысяч сорок. Этого может и не хватить. А чем она тебя так зацепила?

— Знакомая, - неохотно ответил Вадим.

Гена слегка присвистнул. Бесшумно появилась Лиса и, не поднимая головы, протянула толстый портмоне. Геннадий молча взял, и девушка так же, не говоря ни слова, шагнула назад.

— Она как служанка тебе, - отметил вслух Вадим. – А почему Лиса?

— Мне так захотелось, - небрежно ответил друг, - к тому же я планирую перекрасить её в рыжий цвет. Ну, вот смотри, сорок две тысячи. Берёшь?

Вадим молча выхватил протянутые купюры и рванулся ближе к месту торгов.

— Ах, ты ж наивный дурачок, - задумчиво пробормотал Гена вслед. Потом повернулся к Лисе. – Пойдём, зверушка.

Вместе со своими у Вадима теперь было чуть более полусотни. Для столицы мало, но он надеялся, что у посетителей нет собой неудобных наличных. Тогда появлялся шанс. Ставки повышались с шагом в тысячу и к моменту вступления Вадима дошли всего-лишь до двадцати восьми. Большинство посетителей с любопытством следили за происходящем, но непосредственно торговались только трое: давнишняя женщина с непроницаемым лицом, весёлый толстяк в гавайской рубашке и парень лет тридцати в старомодном костюме. Злюка, Гаваец и Мамкин сын. Впрочем, на цифре тридцать, Мамкин сын слился. Гаваец поднял ставку до тридцати восьми, с сожалением глянул в свой кошелёк и смеясь пасанул. Он явно не был расстроен и сразу потребовал вискаря. Похоже, его весёлость – была просто начальной стадией опьянения. Последняя участница уже приготовилась торжествовать, когда в схватку вступил Вадим.

— Сорок, - сразу через шаг сказал он.

Это было эффектно, и многие сразу повернулись в его сторону. Выражение победы на лице Злюки, тотчас сменилось на привычную непроницаемость.

— Плюс один.

Её голос не выражал никаких эмоций.

— Сорок пять.

— Плюс один.

Ведущий чуть не подпрыгивал от азарта.

— Посмотрите же внимательнее, дамы и господа. Какой многообещающий лот. Только представьте, как она раскроется в умелых руках. А может даст неповторимый и нужный опыт начинающему доминанту? Ну, же, не медлите, делайте Ваши ставки!

Вадим не выдержал и выложил последний козырь:

— Пятьдесят!

— Пятьдесят тысяч от нашего нового друга! Даст кто-нибудь больше?

— Плюс один, - незамедлительно произнесла соперница.

Вот и всё. Вадим был расстроен настолько, что даже не пытался этого скрыть. Жанна была почти что в его руках, оставалось лишь чуть-чуть, самую малость... Он уже чувствовал её, представлял, что сделает с ней, она была так близко, но опять победила.

Гена положил руку ему на плечо.

— Не огорчайся, повезёт в другом. Скоро будет тренинг по шибари. Никогда не интересовался макраме по телу?

Вадим, улыбнулся шутке. Что ж, не смотря ни на что, катастрофы не произошло. А Жанна... Достаточно того, что он теперь знает про её шкаф со скелетами. Если поставить себе цель, можно его и открыть. Жаль, что тут нельзя фотографировать.

— Минутку внимания, - вновь раздался усиленный колонками голос. – У нас произошла маленькая накладка. У победительницы торгов возникли затруднения с оплатой своей покупки, согласно правилам. Поэтому право на приобретение переходит к участнику, занявшему второе место. Прошу подойти.

Словно во сне, Вадим приблизился к столу. Давнишняя Злюка стояла тут же, стараясь не выдать своего разочарования. Впрочем, она вела себя достойно.

— Поздравляю, - она первая протянула ему руку и он машинально пожал сухую ладонь.

Ведущий тоже поздравил.

— Вот здесь список ограничений. В цену покупки входит номер на втором этаже. Аренда действительна до утра. Так, как Вы у нас впервые, вынужден напомнить, что наши правила распространяются и на него тоже. Что ж – прошу! Владейте.

Поводок от ошейника оказался вложен в руку Вадима.