Служебная Волга катилась по загородному шоссе, по сторонам мелькали знойные июльские пейзажи. Окно у водителя было приоткрыто, но всё равно в машине оставалось душновато. Меня разморило на заднем сиденьи, и я задремала.

Вдруг беспорядочная тряска заставила меня очнуться. Машина съехала на просёлок.

— Куда это мы, Николай? — Спросила я своего водителя.

— Там мост ремонтируют, сейчас пробка, наверняка, такая, что мы сваримся по такой жаре. Объедем, я здесь все дороги знаю. — Уверенно ответил мне водитель, не оборациваясь. — Заодно искупнёмся, я пляж классный покажу. Водичка сейчас, должно быть, знатная!

— В смысле, искупнёмся? — Спросила я механически, глядя в окно.

— Искупаемся в речке. — Обернулся Николай, бросив взгляд мне в расстёгнутый до предела вырез блузки, в котором поблёскивала мокрая от пота грудь.

— Чтобы купаться, купальники нужны, — вздохнула я, безнадёжно представив, как бы сейчас было здорово окунуться в прохладную речку.

— Какие купальники в деревне? — Воскликнул Николай. Там отродясь купались в чём мать родила.

— Ты хочешь сказать?.. — Уставилась я недоумённо в его затылок. — Как ты себе это представляешь? Я с тобой должна голышом купаться?!

— Ну,. . — Посмотрел он на меня в зеркало заднего вида. — Можете без меня.

На какое-то время возникла пауза, я осмысливала услышанное. Глядя на пыльную дорогу под палящим солнцем, я представила широкую водную гладь, влажный песок под тенистым кустом... Так нестерпимо захотелось искупаться! Может, там можно и правда как-то за кустиками спрятаться?

— Я вам больше скажу, — вступил снова Николай, — там, говорят, сейчас городские вообще нудистский пляж устроили. Давно хотел посмотреть. Если так, вы ни от кого не отличитесь.

— Ну, ты даёшь! — Возмутилась я. — Ещё этой мерзости мне не хватало.

— Ну, как хотите... — Водитель явно разочаровался. — Вон он уже! Тогда подождите, хоть я окунусь, мне вас ещё три часа по этой жаре везти.

И он направил машину к открывшемуся берегу.

Река здесь делала излучину и широко разливалась, маслянно поблёскивая на солнце. Берег и правда был песчанный, но кустиков никаких не было. Вплотную к пляжу подходил перелесок, этакая прозрачная берёзовая роща. И на пляже было полно народу!

— Вот, как-то так... — Выговорил водитель, глуша двигатель.

Весь народ был голый. Здесь были и тётки с пышными формами, и худые девушки, и корявые мужики, и стройный мускулистые парни. Свешивались загорелые груди разных размеров, мелькали заросшие и гладкие женские промежности, глаз притягивали болтающиеся пенисы и мошонки с яйцами — тоже разных форм и размеров.

— Посидите пока! — Сказал мой водитель. — Я не долго.

Он вышел, открыл багажник и стал раздеваться. Я смотрела по сторонам. Никто на нас не обращал внимания. Вообще, даже не смотрел в нашу сторону. Сидеть в машине с выключенным двигателем, которая не движется, было невыносимо жарко. Даже с раскрытыми настежь окнами.

Николай захлопнул крышку багажника. Я обернулась и успела заметить свисающую между ног тёмную колбаску полового члена. Он разделся, как и все. Повернувшись, он направился к воде.

— Подожди, Николай! — Крикнула я в догонку, высунувшись из окна. — Я с тобой.

Он остановился. Одной мне было страшно, а с ним, казалось, можно попробовать. Всё равно никто не смотрит.

Я быстро разделась, сложив всё на заднем сиденье, и бросилась к водителю, стараясь поскорее преодолеть расстояние между нами, когда он неотрывно пялился на мои женские прелести. Схватив его за руку, я бегом устремилась к реке, и мы с шумом и брызгами влетели в воду.

Водичка была чудо! Мы плавали и плавали. Я уже и забыла про нудистов, в воде голые тела были незаметны.

Наконец, стало пора выходить. Стесняясь, я старалась держаться следом за Николаем. Мы вышли, подошли к машине, но... Одеваться было рано, с тел потоками стекала вода, вытираться было нечем.

— Давайте, обсохнем чуть-чуть на солнышке, — предложил Николай, — и поедем.

Мы встали, стараясь не привлекать к себе внимание.

Рядом остановилась ещё одна машина, старенькие Жигули. Водитель с женщиной пошли купаться, а в салоне остались маленькие дети — два мальчика, кажется, и девочка. Они возились, бесились, визжали и всё время рассматривали нас.

Судя по тому, что задница у Николая была белая, он не часто купается с нудистами. Может быть даже, вообще впервые. Уж больно он затравленно озирался по сторонам и пялился не только на тёток, но даже и на мужиков.

Когда у него вырос несгибаемый стояк, я отвела его метров на тридцать за деревья — всё же при всех казалось неудобным. Я подумала, он меня сейчас трахнет, как следует, у берёзы — спереди, или сзади, — его стояк сильно впечатлил меня. Да и парень он вроде ничего. А он заставил меня опуститься на колени и вставил свою залупу в рот, чтобы сосала. Я принялась сосать, не оставляя надежды на удовлетворение.

Но через минуту он выхватил член и обкончал меня с головы до ног.

И вся любовь!

Он ушёл одеваться, а я сидела обконченная, утиралась, и размазывала свежую сперму по груди. Как же так? А мне? Я заметила, что непроизвольно, одной рукой давно тереблю свою нежную пуговку под животом. И тут...

Громко хрустнула ветка. Я оглянулась, надо мной стояли трое. Голые, загорелые, мускулистые, с поднятыми концами наперевес, которые они держали в кулаках.

— Хочешь? — Спросил средний, и все трое стали тыкать залупами мне в лицо.

— Есть не хочу, накормили. — Ответила я, уворачиваясь.

— Понятно... — Протянул средний, беря меня за подбородок. — Тогда становись!

Он поднял меня, развернул, и, поставив, как кобылу, с размаху впендюрил мне сзади по самые яйца, благо, я давно уже там текла. Другой спереди, схватив за волосы, склонил к своему торчащему стволу, насаживая на него ртом. Третий, дроча свой конец, другой рукой принялся ощупывать мой анус, пытаясь просунуть в него палец. Я поняла, что сейчас меня действиельно трахнут, "как следует".

В зад я не далась. Стояла, нагнувшись, как двусторонний станок. Каждый по-очереди потрахал меня сначала в рот, потом в вагину. Кроме первого. Первый, наоборот, начал сзади. Он туда и кончил, как и все после него, а потом, когда последний уже кончал, подошёл спереди и, щупая мои сиськи, сдрочил мне в рот. Вернее, на лицо. Вернее, куда попал.

Когда я, подмывшись, подошла к машине, водитель сидел с работающим двигателем и потел. Я обтёрлась трусиками, разложила их на спинке сиденья, чтобы сохли, надела сарафан, села молча, и мы поехали.

С Николаем у меня вскоре наладились отношения. Приехав на место, я заселилась в гостиницу. Номер был просторный с двумя кроватями. Я подумала, чего ему ночевать на улице в своей машине, и позвала к себе. А он понял всё по-своему и сразу сдвинул кровати.

Здесь он меня удовлетворял так, что на обратном пути через два дня нам и в голову не пришло останавливаться на том пляже.